Секрет

Утро встречает двоих парней завывающим, холодным ветром, что пробирается через настежь распахнутые окна, и проливным дождем, капли которого неприятно опадали на лицо спящего возле окна Феликса, больно щипая веснушчатые щеки. Парень переворачивается на живот, закрываясь от ливня, как от вражеских пуль, и раздраженно стонет на всю квартиру, да так громко, что на улице, под зонтиком, подпрыгивает от неожиданности девчушка, а Минхо, что спал в соседней комнате, падает с кровати, резко просыпаясь, потирая ушибленные лоб и колено. Ли кое-как встает с пола, придерживаясь за кровать. Старший потягивается, надеясь снять ноющее напряжение в мышцах как можно быстрее, но получается из рук вон плохо. Минхо приоткрывает глаза, ежась от дикого холода. Как они вообще додумались открыть все окна? Кто им позволил принимать такие идиотские решения? Следует короткий вздох, после которого старший выходит из своей комнаты и чуть не смеется в голос, замечая валяющегося на полу Феликса. Ли закрывает окно, мелко дрожа от мурашек и подступающего смеха, и толкает ногой своего младшего. Который, ко всему прочему, в ответ лишь сдавленно шипит и пихает Хо по ногам от себя. Минхо смотрит на эту картину с нескрываемой теплой улыбкой на лице. Он любит их посиделки с Ликсом, даже если они заканчиваются чем-то странным, как, например, сейчас. —Феликс, —Минхо присаживается на коленки и все же расталкивает рыжего. Феликс зло щурится и спрашивает, грубым и сухим голосом, какое зло он сделал своему старшему, что тот будит его после их пьянки, если знает, что после них у Феликса каждый раз дикое похмелье, —Если собираешься спать, то спи хотя бы на диване, —в ответ Ли лишь отфыркивается и прячет голову в руках. Минхо ерошит огненную копну и встает с колен, уходя в комнату, —Держи, — спустя несколько секунд в младшего летит какой-то плед, нашедшийся в шкафу по чистой случайности, и подушка с кровати Хо. Феликс возмущается, но в плед закутывается и подушку под голову кладет, тут же проваливаясь обратно в страну грез. На телефон, который лежит почему-то возле входной двери, приходит сообщение и Минхо удивляется, потому что оказывается, что уже прошло пол дня, а парни только соизволили встать. Ну как встать. Упасть с кровати. И то только Минхо. Феликс, вон, бессовестно дрыхнет на полу. Ли подбирает мобильник с пола и охает, когда видит сообщение от Джисона, а следом за ним и от Хенджина. Парень разблокирует телефон и заходит в сообщения, открывая первый диалог. Естественно, с Джисоном, потому что ну вот так. «Думаю о тебе» Ли неловко краснеет, мысленно называя Хана дураком. «Когда ты приедешь, я уже ужасно соскучился ТТ» Минхо печально улыбается, в ответ набирая, что он только проснулся и, скорее всего, сегодня они не смогут увидеться. Джисон отвечает тут же. Присылает кучу плачущих смайликов, а после пишет, что если он не увидит старшего завтра, то самолично придет и заберет его, и никакие Феликсы его не остановят. Минхо ухмыляется, обещая, что завтра они обязательно встретятся. Следующим открывается диалог с Хенджином. «Как встанешь, приезжай домой. Мы должны поговорить.» Минхо всего перекашивает. Парень раздраженно вздыхает и блокирует телефон, запихивая его в карман. Феликс на полу ворчит и приоткрывает глаза. —Хен, —зовет он, —поговори с Хенджином, —Минхо корчит гримасу отвращения, на что Феликс лишь хрипло смеется, —пожалуйста, —Ли хочет спросить о странной просьбе младшего, но не успевает. Ликс поворачивается на бок и смотрит своим сонным взглядом на старшего, —я не хочу, чтобы ему было больнее, чем сейчас, —пауза, —он хороший, —и снова засыпает. Минхо раздумывает над словами младшего некоторое время и все же решает, что поговорить им действительно стоит. Он предупреждает Ликса о том, что уходит, получая короткое «угу» в ответ, и выходит из квартиры, отправляя Хвану сообщение о том, что скоро будет. Сообщение остается непрочитанным, но Феликс прав. Они должны поговорить хотя бы для того, чтобы закончить все по-человечески и начать жить так, как хочется им. Чтобы они оба были счастливы и не зависели от этих отношений. Уверенность окутывает Минхо с головы до ног, поэтому он заказывает такси и ждет его всего каких-то жалких семь минут. Решительность бьет буквально во все щели, поэтому Минхо не нервничает. Он едет, чтобы закончить все, сбросить камень с души и разойтись хотя бы как приятели. Да, именно так. Ли надеется, что все обойдется без истерик. Истерик и не было. Хенджин, только-только проснувшийся, встречает старшего с кирпичным выражением лица, хрипло прося того собрать свои вещи. Минхо старается не выражать никаких эмоций, но вся решимость будто бы улетучивается при виде впалых глаз парня. Хенджин треплет себя по волосам, садясь на диван. И молчит. Даже не смотрит на Минхо, который собирает свои вещи. И не предлагает помочь. Просто сидит и смотрит в пол. Минхо чувствует вину, поэтому начинает первый. —Хенджин, —зовет он, но Хван не дергается, что немного злит. Самую малость, потому что Ли понимает, что злость эта от того, что он все еще скован этими отношениями, —давай расстанемся? —Давай, —сухо соглашается парень. Минхо складывает очередную кофту в сумку, но на такой убитый голос оборачивается и с секунду смотрит на черноволосого, —мне жаль, что я обременял тебя все это время, —Минхо кивает, скорее инстинктивно, продолжая складывать вещи, —я люблю тебя, —взятый свитер выпадает из рук и пластом шлепается на аккуратно сложенные штаны. —Хенджин, —вздыхает Хо, —давай не будем, — Минхо слышит нервный смешок, поэтому старается сложить вещи как можно быстрее. Ему становится сложно тут находиться. Хочется поскорее к Феликсу. Или Джисону. Больше, конечно, к Джисону. —Почему ты сразу не отказал мне? —Минхо поворачивается, встречаясь глазами с темным, стеклянным взглядом парня, —Для чего все это было, —Хван распахивает руки, словно приглашая в объятие, но на самом деле охватывая масштабы их совместной квартиры, —все это, Хо? —Прости, правда, —Минхо искренне сожалеет, но он не хочет выяснять отношения, когда на него наезжают. Это только злит, — ты нравился мне, по-настоящему нравился, —старший устало вздыхает, складывая последнюю вещь—футболку, подаренную Феликсом на их, вроде как, недельную годовщину с Хваном, —но это чувство так и осталось обычной симпатией, не больше, —Хенджин сникает вмиг. Кажется, еще чуть-чуть и он вновь сорвется, — я бы хотел, —вздох. Минхо берет в руки громоздкую сумку, в которую чудом поместились все его вещи. Впрочем, остальное Хенджин может смело выкинуть, они старшему не нужны, —если это возможно, я бы хотел и дальше общаться с тобой, — Хван подскакивает со своего места, но замечая напряженные плечи, оседает обратно, —потому что Феликс говорит, что ты неплохой, —пауза, — а я верю Феликсу. —Минхо, —старшего всего передергивает от этого холодного тона, —уйди уже, пожалуйста, — Минхо отшатывается к двери и прежде, чем он успевает уйти, до его слуха доносится, —и в кафе можешь больше не приходить. —Ты увольняешь меня? —изумленно спрашивает Ли. —Да, —кивок, —уходи, —пауза, —оставь меня одного, —Минхо фыркает и, почему-то хамит в ответ. —Не думаешь, что это глупо? Да, мы расстались, но мы можем об… —Минхо, —грубо рявкает парень. Еще секунду и Хван точно насрет на все угрозы со стороны Ликса и как следует врежет ему, —я прошу тебя, —сквозь зубы проговаривает он. У Минхо мурашки по коже идут от таких угрожающих нот в голосе, —оставь меня в покое, я не хочу тебя сейчас видеть, —Минхо молча стоит минуты две. Больше нервов не хватает. —Прощай, Хенджин, —бросает незаинтересованное Хо, выходя за дверь, —надеюсь мы еще встретимся. Дверь негромко хлопает, оставляя Хенджина одного с совершенно пустой головой и разбитым сердцем. Парень закрывает лицо ладонями, пытаясь унять рвущийся наружу гнев и игнорируя растекающуюся по венам обиду. Он сидит в полной темноте, тишина давит на мозг, а тиканье часов только сильнее раздражает. Хенджин бьет себя по бедрам, хватая телефон в руки и набирая сообщение единственному, кто сейчас сможет понять его. Феликс нервно просит рассказать что случилось, но Хенджина всего трясет и он все же не выдерживает. Сердце обливается кровью и горло все дерет от слез, он не в состоянии даже ответить младшему, потому Ликс печатает, что будет совсем скоро, пока Хенджин сжимается в клубочек и ревет в руки, желая как можно скорее расстаться с этой ноющей болью во всем теле и удушающим чувством в груди, перекрывающим ему кислород. Хенджин чувствует, как с каждой слезой он выпускает те чувства, что должен был прятать, но легче от этого не становится. Только хуже, потому что их так много, что начинает жечь глаза. И Хенджин надеется, что это адово пламя коснется его сердца, чтобы наконец освободить его от пытки неизмеримыми чувствами, которые оказались никому не нужны. Минхо садится в такси, устало вздыхает, и пишет Джисону, что будет у него минут через сорок. Хан присылает кучу сердечек и на душе становится совсем немного легче. Сейчас ему необходимы сильные руки и теплые объятия, чтобы он не чувствовал себя полной сукой по отношению к Хвану. Ли надеется, что Джисон поддержит его, поцелует и не будет наседать. Минхо усмехается собственным мыслям и теребит ниточку на порванных в области коленок джинсах, не в силах скрыть счастливого трепета от их скорой встречи.