Кровь ангела

      Конец августа выдался необычайно жарким и солнечным. Природа словно расцвела и осыпала город буйством красок. Астры и флоксы на клумбах спорили между собой, кто из них будет самым ярким и ароматным. А птицы заливались так, что открытые окна пансионата Сальваторе будили его жителей гораздо раньше привычного. Но в отличие от Деймона, чей острый вампирский слух был причиной частых бессонных ночей, Елена прекрасно высыпалась и чувствовала себя невероятно радостной.       Прошло два месяца с того дня, когда Бонни и Энди сообщили им, что Кайли мертва. Клан Веритас больше не существовал без лидера: вампиры и оборотни покинули Мистик Фоллс и больше не представляли угрозу. Точнее угроза была. Все это казалось слишком странным стечением обстоятельств, но Деймон запретил Елене даже думать об этом. Однако, в тайне от нее, он с Кэролайн иногда покидал особняк под разными предлогами и пытался найти хоть какие-то зацепки, ведущие к секретам их врагов. Ридли тоже делал все возможное, чтобы отыскать свой гримуар, но ни одно поисковое заклинание не оборачивалось успехом.       Несмотря на отсутствие новостей, в особняке Сальваторе отныне царили давно забытые гармония и покой. Проходящие дни больше не омрачались сражениями и потерями. Родные и друзья были рядом друг с другом и просто жили, наслаждаясь каждым днем. Елена наконец-то осознала себя, как прежде, счастливой. Ее семья была в безопасности. Деймон вернулся, а Эмме, ставшей обычным ребенком, больше не угрожали сверхъестественные артефакты и существа. Даже такой банальный пустяк, как утренняя тошнота воспринимался ею с большим терпением и спокойствием.       Так уж вышло, что долго ее положение скрывать не получилось. Признание Деймону было услышано Кэролайн и Риком, а на следующий день, когда Бонни вернулась, нетерпеливая блондинка заставила ее во всем признаться остальным. Форбс сразу вынесла оправдание, что все прошлые ссоры были вызваны гормональным сбоем и не дав Елене даже признать это — мигом простила девушку, и сама в очередной раз попросила прощения.       С того дня, Елена приняла на себя просто ударную дозу заботы и назойливого внимания. Подруги каждый час справлялись о ее самочувствии, чем начинали выводить даже Деймона. Он жутко ревновал и отгонял всех, кто без спросу решался войти в их личное пространство, каждый раз повторяя любимой: «Лучше нервничать буду я, а не ты».       Однако, при всем своем колючем характере, с ней он оставался прирученным зверем. Наверное самое любимое времяпровождения Елены — устроиться в окружении мягких подушек на кровати и ворошить волосы Деймона, свернувшегося почти, что клубком рядом с ней. Почему-то именно это занятие больше всего было по душе будущей маме, а вампир послушно выполнял любую ее просьбу. И спаси Господь от праведного гнева Сальваторе того, кто мог нечаянно нарушить эту идиллию телефонным звонком или стуком в дверь.

***

      С самого утра в школе для одаренных детей, временно приютившей под своей крышей бывших хозяев, было шумно и оживленно. Аларик и Деймон украшали первый этаж особняка воздушными шариками и плакатами. Бонни и Елена что-то увлеченно готовили на кухне вместе с девочками, а Кэролайн взяла на себя самую ответственную работу — отправилась на шоппинг по магазинам. Сегодня был день рождение Эммы, и Форбс настояла на проведении масштабного праздника. Ее доводам, что большая вечеринка это то, что они заслужили пережив кучу проблем, никто так и не смог воспрепятствовать. И на радость Мисс Мистик Фоллс, ей была предоставлена полная свобода действий.       Спустя несколько часов, Кэролайн позаботилась о доставке продуктов и завершала свой тур по бутикам — поиском подходящего подарка. Родители Эммы уже давно купили для нее велосипед и большой набор игрушек, Бонни приготовила несколько книг сказок с яркими иллюстрациями, Аларик, увлекшийся резьбой, собственноручно сделал для нее шахматы, а Кэролайн настояла на том, что для девочки нужно купить самое красивое платье на свете. Даже несмотря на то, что пару дней назад Деймон усмехнулся над этой идеей, сказав, что его дочь скорее вырастет второй Ларой Крофт, чем кисейной барышней, блондинка была непреклонна в своей идее.       Уже несколько минут, Кэролайн раздумывала над цветом платьев, держа несколько вешалок прямо перед собой. Розовое воздушное платье с цветочным рисунком смотрелось словно сладкое безе, а более насыщенное красное сверкало на солнце изобилием страз, вышитых на лифе. А еще было золотистое, словно сотканное из драгоценного металла. Оно смотрелось просто по-королевски!       Недавно открывшийся торговый центр на окраине города собрал толпу посетителей, но внутри отдела с детскими товарами находилось лишь несколько человек. Две подруги в нескольких рядах от Кэролайн выбирали набор игрушек для мальчика, который в это время дергал одну из них за руку и настойчиво просил купить ему мяч. Их разговоры, принудительно доносящиеся до острого вампирского слуха, начинали порядком нервировать Форбс, и вздохнув, она попыталась снова сосредоточиться, чтобы оценить выбранные наряды. — Сложный выбор? — вкрадчивый голос раздался почти над ухом. Обернувшись, Кэролайн практически натолкнулась на Клауса, стоявшего в метре от нее. — Ты снова в городе? — забыв поздороваться девушка смутилась, но потом быстро вспомнила, что гибрид тоже начал общение с вопроса. — Совсем скоро в школу вернется Хоуп, ты забыл, что вам нужно держаться на расстоянии? — Нет, я все помню. Решил купить ей что-нибудь перед новым учебным годом, — Клаус взял со стеллажа несколько платьев и немного покрутив их в руках, вздохнул и повесил обратно. Он совершенно не знал размер одежды своей дочери и боялся ошибиться с выбором. Переведя взгляд на вампиршу он улыбнулся. — А ты с дочками собираешься на бал? — Нет. Точнее не совсем. Подбираю подарок для Эммы. У нее день рождения и мы устраиваем вечеринку. — Кэролайн снова приценилась к платьям, но настойчивое внимание Никлауса мешало сосредоточиться. — Красное лучше, — Клаус забрал из рук девушки остальные вешалки, оставив только одну. — Уверен, Деймон захочет, чтобы его дочь была звездой вечера. — Ладно, как скажешь. — Кэролайн проводив печальным взглядом воздушные наряды, убрала выбранное платье в тележку и направилась к отделу, где висела бижутерия. Для принцессы нужно было подобрать подходящую диадему.       Звук мужских шагов раздался следом. — Тебе не кажется, что эти носочки будут малы для именинницы? — остановившись рядом, первородный гибрид поднял выпавшие из собранного пакета крохотные вязаные ботиночки, приобретенные в отделе для новорожденных. — О, нет. Это не для нее. Это для Елены. Увидела их на витрине и не смогла удержаться, — Форбс покраснела и спешно забрала пинетки из рук мужчины. — Подарю их, когда наступит особенный день. — А Елена... она... что, ждет ребенка? — Клаус замялся, с любопытством поглядывая на детские носочки. — Признаться, это стало для нас настоящим сюрпризом. — Кэролайн застегнула пакет и посмотрела на Майклсона. Он задумчиво молчал несколько секунд, все еще переваривая новость. — Это точно... — протянул гибрид, опуская растерянный взгляд. — Но разве ее муж не вампир? — Конечно вампир! — Кэролайн резко ответила и, чтобы отвлечься, опять взялась выбирать украшения. Параллельно рассматривая диадемы, она, не выдержав возникшей тишины, решила оправдаться.       Мужчинам вечно нужно все разжевывать. — Но несколько месяцев назад он все еще был человеком. И судя по рассказам Елены, твое вмешательство в их жизнь похоже и стало решающим фактором. Последняя ночь и все такое. — Ясно, — Клаус смутился, подавляя улыбку. Похоже было глупо думать, что влюбленные голубки просто так расстанутся друг с другом. Погруженный в раздумья он обронил фразу, которую не рассчитывал сказать вслух. — Какая ирония. — Что, прости? — Ничего, это не важно, — поймав на себе озадаченный взгляд девушки, гибрид занес руки за спину и слегка качнулся, выдавая свою неловкость. — Чудесные носочки. Уверен, будущая мама их оценит. — Может ты придешь на вечеринку? Раз уж заехал в Мистик Фоллс, то... мы ведь уже давно не враждуем... — Кэролайн повернулась к Майклсону, в надежде его уговорить пойти с ней. Вид одинокого и лишенного семейного счастья Клауса, вызвал у нее вновь накатившее чувство сострадания. Все наконец-то наладилось и оставлять, пусть и бывшего противника, за дверями их счастливого дома казалось ей слишком жестоким. У всех должен быть шанс на прощение, тем более он не так давно спас ее жизнь. — Я думаю, молодые родители вряд ли обрадуются моему приходу. Деймон слишком нервничает при одном моем виде. Особенно сейчас. Я почти уверен, что его характер порядком испортился, хотя куда ему быть еще хуже. — мужчина усмехнулся, вспоминая время собственного отцовства. Взрывоопасные реакции и чрезмерная оборонительная реакция в такое время, будет естественна для любого мужчины, и уж тем более наделенного вампирскими силами. — Это точно, — Кэролайн засмеялась, поражаясь его догадке. — Мне жаль. Может быть, в следующий раз все же заглянешь? — Безусловно! На первом же родительском собрании. — Клаус учтиво поклонился и оставил девушку у стеллажей. Какое-то время Кэролайн продолжала смотреть ему вслед, но вскоре Никлаус почувствовал, что она снова принялась воплощать в жизнь свой бесконечный список важных дел.

***

Music: Sleeping At Last - Neptune

      Несколько настенных ламп, освещали уютную маленькую спальню на верхнем этаже пансионата Сальваторе. Когда-то давно она принадлежала Стефану, но с основания школы сюда перебралась Кэролайн, почти полностью сменив окружение комнаты. Она же, предложила подруге выбрать подходящий наряд из своего огромного гардероба для сегодняшнего праздника. Поиски платья незаметно затянулись почти на час, немного утомив Елену. Ее любимой дочери исполнялось шесть лет и за масштабную организацию праздника настойчиво взялась Кэролайн, умчавшаяся пару часов назад за покупками подарков и заказом фирменного торта. Елена пыталась уговорить подругу взять ее с собой, но все в этом доме словно договорились обращаться с девушкой, как с хрустальной вазой. Не утруждать себя хлопотами, не поднимать тяжести, не переживать по пустякам. И еще сотня подобных «не».       Решительно закончив примерку одежды, Елена остановилась на белом кружевном платье, спадающим до колен. Плечи слегка накрывали воздушные оборки поднимающиеся с лифа, а чуть выше талии, воздушный топ украшал широкий атласный пояс. Девушка разглядывала себя в отражении напольного зеркала, поворачиваясь, то одним, то другим боком. При определенных ракурсах ее фигура слегка искажалась, показывая немного измененную талию. Елена так и не могла решить, что ей в отражении нравится больше всего: то, что ее округляющееся тело еще можно скрыть под воздушными кружевами, или то, что живот уже достаточно заметен и ощутим для рук, а платье лишь утонченно подчеркивает преобразившийся силуэт.       Она машинально выровняла рукой ажурную ткань, выступившую небольшими сборками на животе. На какое-то время ее ладонь задержалась, бережно поглаживая упругую кожу под воздушной тканью. Сальваторе любила быть наедине с собой и прислушиваться к чувствам, подсказывающим ей, что под ее сердцем зарождается новая жизнь.       Непроизвольная улыбка выступила на лице, когда девушка снова посмотрела в отражение. В какой-то момент, комната перестала быть ее тайным уголком, однако это изменение ничуть не огорчило ее. Позади, в паре метрах, опираясь плечом на дверной проем, безмолвно стоял Деймон. Елена настолько погрузилась в раздумья, что даже не заметила, когда он там появился. Но судя по его умиротворенному лицу, он успел подсмотреть все ее неловкие размышления и действия, заставив от этой мысли слегка смутиться. — Давно подглядываешь? — все еще всматриваясь в зеркало, застенчиво поинтересовалась Елена. Она стала машинально поправлять волосы, создавая видимость продолжающих сборов на вечеринку. — Скорее любуюсь. — Деймон непроизвольно улыбнулся и покрепче свел сложенные в локтях руки, однако отвести взгляд от Елены он был не в силах. Ее образ притягивал к себе мужчину, заставляя полностью выкинуть из головы все остальное. — Может поможешь? — повернувшись в пол оборота, девушка коснулась ладонью застежки платья, которое никак не хотело застегиваться на ее шее. Слегка вспотевшие от волнения пальцы, не могли удержать тонкое крепление и оно все время выскальзывало. — Конечно. — вампир беспрекословно приблизился к ее спине и ловким движением справился с задачей.       Поправив ажурный воротник, его руки осторожно коснулись открытых плеч жены и соскользнули к локтям. Горячее дыхание обожгло щеку Елены, а секунду спустя она почувствовала легкое касание губ. Голова едва ощутимо закружилась от желания раствориться в его объятиях. Полностью доверяя своим инстинктам, девушка прикрыла глаза и подалась назад, прильнув спиной к груди Деймона. Он тут же принял на себя весь ее вес и позволил расслабиться, опираясь на него. Тепло мгновенно разлилось по венам, а сердце отчего-то сильнее заколотилось в груди. Деймон поглаживал ее запястья, оставляя неуловимые поцелуи на щеке и шее. Елена почувствовала какую-то осторожность и неуверенность в его движениях, и словно прочитав мысли, настойчиво взяла его руки и приблизила их к животу.       Дыхание мужа тут же замерло, а спустя пару секунд его ладони прижались сильнее, бережно касаясь тела девушки. Через каждое прикосновение она ощущала его заботу, нежность и преданность. Каким бы ни был Деймон до их знакомства, уже много лет он принадлежал только ей одной. И эта связь была взаимной.       Ее свободная рука потянулась к шее и пальцы коснулись тонкой, невесомой цепочки. Все также по наитию, пальцы по золотой нити опустились ниже и Елена сжала в ладони небольшой кулон с выступающим рельефом розы. Подарок Деймона. Она не снимала его со дня их годовщины и не признавалась даже своему дарителю, что эта вещь для нее значит.       Много лет назад они уже были в этой комнате. Тогда, Деймон отдал ей украшение, которое связывало ее со Стефаном. Это был особенный день. День, когда старший Сальваторе снова позволил ей обрести надежду на будущее с его братом. Но это время прошло. И теперь Елена с трудом вспоминает свои прежние чувства к Стефану.       Все изменилось. Она изменилась. Сейчас она снова стоит перед зеркалом и держит в руке кулон. Только это украшение является олицетворением любви к Деймону. Безумной любви. Неоспоримой, всепоглощающей, истинной любви. Ради нее они смогли преодолеть слишком много испытаний, потерь, боли, слез. Каждый раз снова возвращаясь друг к другу.       И как бы парадоксально это не звучало:       Он вампир, он ее муж, он отец их будущего ребенка.       Приоткрыв веки, Елена заметила, с каким трепетом он продолжает на нее смотреть. Она была готова поспорить, что Деймон до сих пор едва дышал. — Что за улыбка? — не в силах сдержаться от нее сама, Елена безмятежным взглядом встретилась с их отражением в зеркале. Казалось, что Сальваторе светился изнутри, прижимаясь щекой к ее виску. Ее заполнила такая же безграничная радость от минутного единения с любимым. — Какая улыбка? — Деймон изобразил удивленное непонимание, но его губы снова предательски растянулись, заставляя прищурить глаза. — Эта улыбка. — уверенно произнесла Елена, все же немного повернувшись к лицу мужчины. — Я счастлив. — спустя мгновение после признания Деймон подался вперед, нежно целуя жену.       Внутри него все переворачивалось, едва он касался ее живота и ощущал почти неуловимое сердцебиение их ребенка. Он не мог больше ни о чем думать, когда находился рядом с ней. Все вампирские эмоции взрывались фейерверком от восторга и одновременно, отзывались ноющей болью, напоминая ему об осторожности. Он хотел защитить их от всего мира и от себя самого, от своих сверхъестественных сил, способных навредить самым близким и любимым людям. Но доверие Елены было безграничным: она находила в нем поддержку, утешение и просто минуты спокойствия и трепетного счастья, что переполняло их обоих.       Внизу хлопнула входная дверь и звонкий голос Кэролайн донесся даже до человеческого слуха Елены. Подруга известила все этажи дома, что торт привезут с минуты на минуту, гости будут в течение часа, а всем присутствующим пора готовиться к праздничному ужину. — Кажется, скоро нас найдут, — вздохнув, Деймон поцеловал макушку Елены, которая уже несколько мгновений прижималась к его груди и закрыв глаза, наслаждалась остатками тишины. — Блондиночка закончила отчитывать Рика и теперь поднимается наверх... — Неет, — Елена тихо проворчала, все еще упираясь носом в рубашку мужа. — Мы заслужили немного счастья. И уединения. — Для уединения ты выбрала не ту спальню, — улыбнулся Деймон. — Но мы можем это исправить. Звонок курьера нас спас.       Вампир снова прислушался к звукам дома. Форбс достаточно отчетливо объясняла адрес доставки продуктов. Однако быстро стихающий голос девушки дал понять о завершении разговора. — Она снова идет сюда... — Сальваторе скривился, всем видом напоминая о приближении Форбс. — Романтический момент безнадежно испорчен. — В таком случае, предлагаю вернуться к этой теме после праздника, — Елена неохотно отстранилась и поправила несколько прядей, выпавших из прически. — Как думаешь, я же могу надеяться на тихий семейный ужин, а не фестиваль сверхъестественной эстрады? — Шутишь? Вечеринку устраивает Кэролайн! Наверняка за дверью уже стоит передвижной цирк, — Деймон усмехнулся и закатил глаза, заставив девушку засмеяться. — И раз ты настаиваешь на продолжении банкета, в чем я безусловно тебя поддерживаю, то лучше начать наслаждаться вечером прямо сейчас.       Мужчина повернулся боком и согнул руку в локте, жестом приглашая следовать за ним. — Идем?

***

      Солнце однозначно перепутало Мистик Фоллс с пустыней. Жара стояла просто невыносимая, а яркие лучи похоже решили уничтожить все население города. Шутка ли в том, что веками на его улицах разгуливали вампиры, а тысячу лет назад в этих местах и вовсе появились древнейшие представители детей ночи.       Никлаус не боялся солнца. Даже без дневного кольца оно не могло его убить, но ощущение обгорающей кожи было крайне неприятным и отвратительным зрелищем. Сощурив глаза от ярких лучей он спешно направлялся в центральный парк города. Недалеко от башни с часами, в тени деревьев на скамейке сидел мужчина. Для всех окружающих это был пожилой человек с усами и тростью, присевший отдохнуть и полюбоваться городом. Но для Майклсона было сделано маленькое исключение. — Сколько можно тебя дожидаться? — бросив недовольный взгляд на подошедшего гибрида, Сайлас снова принялся рассматривать башню.       Почти четыре часа дня. Идиотское время, когда еще не вечер, но уже и не обед. Это обстоятельство навевало невыносимую скуку, как и повисшая в воздухе духота, едва-едва разгонявшаяся ветром. — Может ты забыл о нашей сделке? Я терпелив, но не настолько. Два месяца ушло в никуда. Мое человеческое время слишком быстро истекает и это начинает меня нервировать. — Нет, я все помню, — Клаус скосился на мага. Он выглядел точь-в-точь как его приятель Стефан, но вел себя гораздо хуже, чем потрошитель даже в самые отчаянные времена. Отбросив ненужные мысли в сторону, Майклсон принял расслабленную позу, присев рядом. — И я нашел выход из этой ситуации. — Ты нашел новый источник магии? — голос Сайлас стал оживленнее. — Почти. Ничего существенного не поменялось, — гибрид усмехнулся, поднимая глаза к небу. — Ты ведь все также ненавидишь Сальваторе? — Они что-то скрывают? — двойник Стефана с удивлением поднял брови. Речь вампира уклончиво намекала на приятные мысли о мести. — Все, что было необходимо я узнал. Но мне нужны гарантии. Я больше не хочу быть твоей пешкой в этой игре. Мне кажется вам будет весело и без моего участия. — Клаус сделал серьезное лицо, ожидая реакции Сайласа. И к его облегчению, древний маг согласно кивнул. — Хорошо. Считай, что я больше не являюсь угрозой для твоей семьи. Но я надеюсь, мое слово оправдается твоей информацией. — Я уверен в этом. Если ты по-прежнему ищешь именно ту частицу магии, что им удалось умело скрыть, то можешь снова расчехлять свои артефакты. Я думаю для тебя не составит разницы, какого возраста будут их дети. — Никлаус сделал яркий акцент на слове «дети», вызывая у мага нескрываемую улыбку. — Благодарю за отличные новости! Ты оправдываешь мое доверие, Клаус!