Рон. По ту сторону

На всех фотографиях Северус источал угрюмость, отец – сердитость, мать – разочарование. В этом скрипучем полным пыли и паутине доме не было ничего радостного и обнадёживающего. Пол был завален пустыми бутылками, из обветшалого кресла ранее продавленным чем–то тяжёлым несло дурно пахнущим запахом. — Короста, скотина безрогая, живо ко мне! — рявкнул Рон. Не дождавшись ответа, мальчик решил приподнять кресло в поисках Коросты: — Вингардиум Левиоса! — кресло с хрустом ударились об стеллаж, раскидывая книги по полу. Под креслом не оказалось крысы, только лужа, наполненная смрадной жидкостью. "Ломать вещи Снейпа вошло в привычку", — подумал Рон, услышав шум на чердаке. — Профессор, тут Короста кресло сломала, — кричал Уизли, поднимаясь по лестнице. Чердак пустовал за исключением ящиков с ингредиентами, тиглями, котлами и сломанной алхимической печью. Треск стеклянной колбы под ногами застиг мальчика врасплох, позволяя тучному мужчине незаметно подкрасться со спины: — Бу! — незнакомец состроил страшное лицо, демонстрируя гнилые зубы. Рон подпрыгнул от страха: — Ух ты ж, кто такой? — мальчик направил палочку на незнакомца. — Короста, но вообще я тебе не хухры–мухры, а кавалер ордена Мерлина первой степени – Питер Петтигрю. Со мной шутки плохи, малец! — важничал маг. Нелепая одежда, покрытая заплатками вместе с дырявыми ботинками молча утверждали обратное. — Грозный маг, провёл тринадцать лет в теле крысы, охотно верю, — с сарказмом произнёс Рон. Петтигрю ухмыльнулся: — Смейся, сколько влезет. Никто не воспринимает крысу всерьёз. Джеймс с Сириусом тоже смеялись, где они теперь? Уизли заметил: — Блэк жив и жаждет мести. — Блохастого погубят собственные эмоции, — отмахнулся Питер: — Ты, как и я, всегда стоял в тени сильнейшего. Мы похожи, больше чем ты думаешь. Речь мужчины уязвило гордость мальчика: — Время покажет, кто чего стоит. Зачем я здесь? — Анимагия, если повезет, станешь крысёнышем. — Убереги Моргана от подобной чести, — Рон боялся потерять остатки разума и навеки остаться в теле животного. Петтигрю протянул металлическую флягу, из которой пахло кровью: — Воля милорда, пей. Зажав нос, Уизли сделал несколько глотков, после чего упал навзничь. Мальчик очутился в мире духов, в котором наблюдалось красное небо с жёлтыми облаками и синим подобием солнца. Распустившиеся подснежники заговорили человеческим голосом: — Навредишь нам, познакомишься с Лешим, он тебя на удобрения пустит! — Вот это меня вставило, — щипал себя Рон в надежде проснуться. Белка вынырнула из дупла: — Есть чё погрызть? — Только тебя не хватало, сгинь! — Ах так, получай, — разгорячённая белка начала кидаться в Уизли мелкими камешками. После особо удачного попадания в лоб, мальчик закричал: — Крыса лохматая! Махнув на прощанье лапкой, белка скрылась в дупле. На шум из норы выскочила крыса: — Меня звали? — уставившись на Рона, она вспомнила, как много лет назад встретилась с голубоглазым мальчиком с коричневыми волосами: — От Питера? Хочешь стать анимагом? Уизли сел на корточки перед зверьком: — Как? — Ты должен выпить каплю моей крови, я твоей. Пока мальчик искал способ уколоть палец, маленький бело–рыжий пёс с громким лаем нёсся в его сторону: — Стоять, расплата близка! Уизли взял лежащую на земле ветку, готовясь обороняться, крыса от страха нырнула вглубь норы. Пёс лапами копал землю, стремясь достать грызуна, крикнул мальчику: — Не стойте, помогите! — С чего, четвероногий друг? — Гнусная крыса кровью пишет договор, взывая к тёмным силам, — пёс принюхался к Рону: — Постой, ты тоже проклят! Защищайся! — зверь, оскалившись, прыгнул на мальчика. Пёс вгрызся в ветку, Уизли кулаком попробовал ударить в живот зверю, тот проворно соскочил с ветки, кусая руку противника. Благодаря частым мучениям в кошмарах, Рон сумел не упасть в обморок от боли, когда пёс отгрыз два пальца на руке. Мальчик вдалбливал левую руку в глотку собаки, правой душа горло. Когти пса вонзались в руку Уизли, но Рон был непреклонным. Услышав жалобный вой, мальчик бросил зверя на пол. Обе руки Уизли болезненно кровоточили, он зло сказал псу: — Надеюсь, тварь блохастая, у тебя нет бешенства. — Кхе, — откашлялся зверь: — В душе твоей не иссяк свет, ещё не всё потеряно, — пёс с виноватыми глазами попросился на руки Рону. — Нападёшь снова, пощады не жди, — предупредил мальчик. — Сэр Ланселот никогда не атакует без предупреждения! — заявил зверь, зализывая раны Уизли. Рон изумлённо смотрел на восстановленные пальцы: — Тот самый рыцарь при короле Артуре? — Был назван в честь его. Испытание пройдено, коль жаждешь анимагом стать, держи правую длань на сердце, произнеся: — Услышь, хранитель мироздания духов, скрепи двоих в цепь из душ, пусть зверем станет человек, а зверь пребудет человеком. Внутри мальчика пробудилась доселе спящая звериная натура, Уизли уменьшался в размерах, постепенно обретая облик щенка джек–рассел–терьера. Слух и зрение увеличились во много раз, но зрение стало черно–белым. Рон в зверином обличье вернулся в чердак дома Снейпа, Петтигрю дремал лёжа на ящиках, в ногах у мужчины валялась полураспитая бутылка пойла, от которого чуткий собачий нос пришёл в расстройство. Щенок ради забавы забрался перед лицом спящего Питера и угрожающе зарычал, Петтигрю в ужасе замер на миг, после превратившись в крысу, пустился наутёк. Собачьи инстинкты выбили из головы мысли обо всём, оставив желание – поймать и растерзать жертву. – Зубы щенка вонзились в крысу, Петтигрю обратился в человека, из его шеи стремительно лилась кровь: — Так нельзя, – прохрипел мужчина перед смертью. Увидев произошедшее, щенок предстал в образе мальчика, металлический вкус крови во рту заставил его вырвать. "Милорд убьёт меня, надо бежать", — схватился за голову Рон, переживая больше за себя, чем за содеянное. "В камин нельзя отследят, Беллатриса не будет прятать от лорда, трансгрессировать не умею, значит уйду на своих четырёх лапах", — Уизли схватил пару лечебных зелий, открыл входною дверь и вышел на улицу в собачьем облике. Едкий дым от прядильной фабрики впился в ноздри, щенок видел дома из почерневшего кирпича и угрюмых прохожих в капюшонах. Рон зашагал вдоль обочины, через триста футов Уизли наткнулся на детскую игровую площадку с ржавыми качелями и заброшенной песочнице, на которой росли лилии. Щенок задремал под аромат цветов, проснувшись от прикосновения морщинистой ладони. Пожилой мужчина, одетый в лохмотья, достал из пазухи кусочек хлеба и дал Рону, съевшим угощение благодарно виляя хвостом. — Потрепала жизнь? Без ошейника, знать, дома нет. Бездомные держаться вместе, иначе не выжить, — произнёс старик, прерываясь на кашель. — Гав! — согласился щенок. На оживлённом проспекте мужчина сел на картон, сделав из своей шапки аналог мешка для подаяний: — Поглядим, чем улица накормит сегодня. Уизли в облике щенка лёг рядом, вспомнив о кошмаре в Азкабане: "Побираюсь уже, достойная награда для героя", — думал Рон. Молодая девушка прошла мимо бездомных, не удостоив их взгляда. Джентльмен в потрёпанном пальто, кинув в шапку монетку номиналом один фунт стерлингов, спросил: — Сэр, почему бы вам не отправиться в дом престарелых? Старик, поблагодарив за деньги ответил: — Нет права находиться в Англии, сошлют на родину, там я тоже никому не нужен. — Да смилуются над вами небеса, — печально попрощался джентльмен. Пожилой мужчина погладил щенка по спине: — Сегодня голодать не будем, свежий хлеб купим. Вечером сердобольная женщина кинула пару монет, что позволило купить банку бобов и ржаной хлеб. Убежище пожилого мужчины находилась в подворотне. Щенок увидел перегороженный участок, утеплённый мешками с тряпками, перепачканную гарью бочку с котелком, пятилитровую бутылку с водой, видавший виды чайник, пластиковую посуду и солому поверх матраса с одеялом. — Не серчай дружок, место здесь так себе, но зато наше, — старик развёл в бочке огонь, затем налил в котелок воды, добавив консервированные бобы и две очищенные картофелины. Пожилой мужчина сильно раскашлялся, хватаясь за грудную клетку, Уизли с тревогой наблюдал за этим: — Прихватывает иногда, нужно отлучиться, постереги суп, ладно? — сказал старик. — Гав! — ответил щенок. Едва пожилой мужчина ушёл, Рон вернулся в человеческий облик, вылил в котелок лечебное зелье, затем вернулся в звериное обличье: "Может кашель вылечит", — мыслил Уизли. Вернувшийся старик налил суп в пластиковую тарелку, накрошил ломоть хлеба и поставил рядом с щенком: — Лучше чем в ресторанах, — пообещал он. Окружающая атмосфера и добрая душа бездомного сделали суп вкуснее, чем он был на самом деле. Рон с аппетитом слопал содержимое тарелки, виляя хвостом. Пожилой мужчина, отхлебнув суп из котелка отметил: — Чувствую шалфей, мама из него такие салаты делала, пальчики оближешь. Когда с едой было покончено, старик обратился к щенку: — Как же тебя назвать? Гарри? Уизли обнажил зубы, показывая отношения к этому имени. Пожилой мужчина почесал подбородок: — Джек? — Рон молча согласился. — Вот и славно, — старик лёг на матрас, укрываясь одеялом, щенок устроился возле его ног. Утром бездомные позавтракали остатками хлеба с кипяченой водой, после отправились за подаяниями. Проходящий мимо семилетний мальчик в сопровождении взрослого мужчины завороженно замер: — Папа, купи щенка, он породистый! "Как сын наиграется, продам псину втридорога", — потирал руки мужчина. Он протянул двадцать пять фунтов старику и грубо потребовал: — Продай собаку! — щенок тихо зарычал от подобного обращения. — Нет, — сухо ответил пожилой мужчина. — Пятьдесят фунтов, больше не дам! Старик вздохнул: — Дело не в деньгах, друзей не продают. Всего вам доброго, сэр. Сын канючил: — Купи! Хочу его! — Он не породистый, обычная дворняга. Мы тебе лучше купим! — произнёс от досады отец. Вечером пожилой мужчина варил скромный ужин в котелке, Уизли в облике щенка нетерпеливо описывал круги вокруг бочки. Перед бездомными возникла тёмная сфера, из которой вышел Волдеморт в ониксовым костюме и обуви из змеиной кожи. — Кто ты? Демон? — в ужасе спросил старик, роняя котелок на дно горящей бочки, тем самым туша её. — Где Уизли? — потребовал лорд. Пожилой мужчина молчал, не понимая о ком, идёт речь. Пока Рон превращался из щенка в человека, Волдеморт отправил в старика заклинание: — Авада Кедавра! Уизли стоял на коленях перед убитым мужчиной: "В очередной раз из–за меня умирает невиновный", — винил себя мальчик. — Решил сменить хозяина? — язвил лорд, возвышаясь над мальчиком. Рон не умолял о пощаде и не пытался броситься в безрассудную атаку, вместо этого он флегматично спросил, не поднимая взгляда: — Меня тоже убьёте? Волдеморт ладонью приподнял лицо мальчика, чтобы посмотреть в его глаза: — День, когда хлопоты, причинённые тобой, превысят твою полезность, станет для тебя последним, — сказав это, лорд исчез в тёмной сфере, увлекая за собой Уизли. Они появились в особняке Лестрейнджей, которые поспешно встали на колени перед повелителем. Волдеморт со щепетильностью осмотрел рукав, обнаружив на нём блох, приказал, прежде чем исчезнуть: — Вымойте псину и обучите трансгрессии. Белла заботливо обняла мальчика: — Больше не убегай, малыш. — Прости, Беллатриса, — после извинений Рона, женщина расстроенно опустила глаза. Мальчик поспешил исправиться: — Мне жаль, мама, — последнее слово прозвучало фальшиво, Уизли не мог заставить себя признать Беллу матерью, пока не мог. Женщина ласково потрепала волосы неродного сына: — В ванну и спать, завтра на тренировке с тебя три шкуры спущу, — Белла на прощанье мягко потянула за щёку Рона. Следующая неделя, пропитанная кровью и потом, позволила Уизли освоить способность телепортироваться. Рон в облике щенка бродил по ночному Лютному переулку в поисках лачуги Мундунгуса Флетчера – воришки и члена Ордена Феникса. Многослойная потресканная краска на стенах жилища с покосившимся забором и железная проржавевшая дверь не помешали убийце проникнуть внутрь. Благодаря скрипучей двери в Уизли полетел стол вместе с бутылкой с прозрачной жидкостью и тарелками, на которых находился ужин. — Протего! — стол разлетелся вдребезги от щита Рона: — Что же вы, сэр, продукты переводите? — издевался Уизли. — Кто ты, чёрт побери? — кричал Мундунгус, нервно держа палочку. — Твоя смерть, — истощал пафос Рон: — Бомбарда! — взрывное заклинание ударило в щит Флетчера, отбросив его в стену. — Импедимента! — Мундунгус отравил в неприятеля сбивающие с ног чары. Уизли увернулся от зелёного луча: — Экспеллиармус! — чужая палочка легла в руки мальчика. — Ты не знаешь, с кем связался! Моя крыша – сам Альбус Дамблдор! — грозил Флетчер. — Тёмный лорд шлёт привет! – глаза Мундунгуса округлились от слов Рона. Хозяин дома упал на колени: — Умоляю, возьми мои деньги, но… — Баубиллиус! — Уизли поразил Флетчера лучом молнии, заставляя последнего биться в смертельных судорогах. — Уйди от папы! — из кресла расположенного в дальнем углу комнаты выбежала девочка семи лет. Рон ошарашено смотрел то на девочку, то на её отца, превратившегося в обугленный труп. — Жизнь – дрянь, привыкай! — сказал Уизли плачущей девочки, бросив перо феникса на пол. Девочка в гневе схватила кухонный нож и побежала к убийце отца. — Сама напросилась, — сказал Рон, направляя на неё палочку: — Инкарцеро! — девочка, связанная верёвками, упала на пол. — Как тебя зовут? — плача требовала девочка. Мальчик насмешливо поклонился: — Рональд Билиус Уизли–Лестрейндж к вашим услугам, юная леди. Если бы взглядом можно было убить, Уизли был бы мёртв. Девочка закричала что есть мочи: — Я вырасту и отомщу! — Либо тёмный лорд победит, и ты не сможешь ко мне подобраться, либо к этому времени я буду мёртв. Прощай, — Рон покинул дом Флетчера, под проклятия девочки. Выйдя на ночную улицу, Уизли приметил проходящих людей, судя по реакции распознавших в нём опасного преступника, но не спешивших получить награду за его голову и месть Волдеморта. Рон направил палочку в небо и крикнул: — Морсмордре! Небо озарило зелёной вспышкой, из которой возник череп, с выходящей из него змеёй. Толпа в спешке разбежалась, на место преступления трансгрессировал Аластор Грюм. Уизли успел трансгрессировать, за миг до того, как в него полетел жёлтый луч, выбивший дверь дома Мундунгуса. "Флетчер сам подписал себе приговор, начав сотрудничать с Дамблдором. Если бы не я, его всё равно убили бы, зато я сохранил жизнь девочке, хотя сомневаюсь, что она это оценит", — рассудил Уизли, сидя перед камином в особняке Лестрейндж. До конца весны Рон исполнял поручения Волдеморта, которые заключались в шпионаже в собачьем облике и убийстве не особо одарённых магов, посмевших идти против воли тёмного лорда. Накануне чемпионата мира по квиддичу, Волдеморт собрал три десятка пожирателей смерти, среди которых находился Уизли: — Министр магии осмелился пригласить маглов на чемпионат. Никто из них не должен уйти живым. После поражения сборной Болгарии, часть болельщиков сходила с ума от радости, другая от печали. Пожиратели во главе с тёмным лордом шли по разграничительной дороге в центр поля, где находилась палатка с маглами. Пятеро авроров преградили процессии путь: — Именем законы, вы арестованы! Волдеморт сжал руку в кулак, авроры, будто под тяжестью многотонного пресса, сжались до ошмётков с размером апельсин, разбрызгивая кровь на всю округу. Видя мощь предводителя, войско приободрилась, уверившись в победе. По мере продвижения несколько пьяных болельщиков решили поиграть в героев, за что были обезглавлены. До палатки маглов осталось немного, когда пожирателей окружила сотня авроров из разных стран, вместе с Альбусом Дамблдором, хором скандирующая заклинания: — Репелло Инимикум! Протего максима! Фианто Дури! — трёхслойный магический купол, закрыл нападающих и атакующих от мирного населения, не позволяя трансгрессировать. —Ты специально заманил меня сюда! — обвинил тёмный лорд Дамблдора. Альбус покачал головой: — Я бы не стал подвергать риску невинных маглов. Они действительно были на чемпионате, но уже покинули территорию. Сдайся, Том, ты в троекратном меньшинстве. — Никогда! — закричал Волдеморт. Дамблдор обратился к пожирателям: — Неужели вы не видите, Реддл обезумел, он обречён и хочет утянуть вас собой на дно. Среди сторонников тёмного лорда начались шушуканья, Уизли, как самый неразумный из них, спросил прямо у Альбуса: — Сдаться, чтобы быть казнённым поцелуем дементора? Идите вы к чёрту! — Каждый, кто отречётся от Тома сейчас, получит иммунитет от казни и снижение тюремного срока. Рон, мальчик мой, отринь зло, ибо иначе тебя не ждёт ничего хорошего, — Дамблдор протянул руки в ожидании мальчика. Беллатриса удерживала рукой плечо Уизли: — Не смей. Рон вопросительно смотрел на Волдеморта, тот сказал: — Решай, от чьей руки примешь смерть. Подумав, Уизли сказал директору Хогвартса: — Оставьте сладкие речи Гриффиндору и сражайтесь! Альбус глубоко вздохнул: — Атака на поражение! Lux radiosa! — из палочки Дамблдора вырвался луч света, устремлённый к пожирателям. — Tenebrae occultat! Cantus tenebris! — Первое заклинание Волдеморта создало тёмную сферу, которая защищала пожирателей от враждебной магии, позволяя атаковать в ответ. Второе заклинание призвало большую стаю дементоров, которая с душераздирающим воем принялась крушить купол снаружи. Авроры использовали разные заклинания, среди которых Бомбарда Максима, Орбис и Экспульсо. Пожиратели отвечали адским огнём, Авада Кедаврой, Круциатусом и режущим заклинанием Рона. Спустя некоторое время ожесточённого боя, купол с треском развалился. Дементоры атаковали авроров, последним стало не до пожирателей, они перешли в защиту заклинанием Экспекто Патронум. Тёмный лорд приказал: — Уходим! — тёмные маги трансгрессировали в безопасное место. Позднее, в министерстве магии, Корнелиус Фадж наедине отчитывал Дамблдора: — В результате засады не удалось ликвидировать ни одного пожирателя, но была убита четверть боевого состава и есть потери среди мирного населения! Альбус, теряешь хватку, это неприемлемо! Дамблдор запивая печенье чаем ответил: — Шахматные фигуры пришли в движение, вам как королю беспокоиться не о чём. Фадж разъярился: — Не смей говорить обо мне, как о твоей марионетке! Альбус усмехнулся: — Приношу извинения, если обидел. Пешки сброшены, но вражеский король повержен, партия за нами. Корнелиус не сдерживал гнев: — Тот–Кого–Нельзя–Называть ускользнул из твоих рук! Он жив, здоров и не намерен сдаваться! — Речь о Люциусе Малфое, сначала он не уследил за крестражем, теперь рассказал Тому о маглах. Глаза Фаджа расширились от удивления: — Почему не сообщил сразу? Я немедленно прикажу арестовать мерзавца! Дамблдор махнул рукой: — Козырями без нужды не разбрасываются. Оставь грязную работу Реддлу, пусть выпустит пар. В особняке Малфоев, Люциус, харкая кровью, стоял на коленях перед разгневанным Волдемортом. Умоляющий взгляд Нарциссы и Драко вынудил Беллу вмешаться: — Милорд, прошу, пощадите ничтожество. Тёмный лорд резко развернулся к ней: — Он отправил нас на убой, мы едва избежали смерти! Слова давались Люциусу с сильной болью: — Не знал, простите. — Круцио! — Волдеморт в течение трёх минут поддерживал заклинание, истошный крик плавно перетёк в беззвучное отчаяние. Тёмный лорд обратился к плачущему Драко, которого обнимала мать: — Подойди дитя. Нарцисса наотрез отказалась отпускать самого дорого ей человека в лапы темнейшего мага: — Заберите мужа, если хотите, но мой сын ни в чём не виноват, я не позволю! Волдеморт пристально посмотрел в глаза Нарциссы, отчего она погрузилась в глубокий сон, Драко посадил её в кресло, затем дрожа приблизился к тёмному лорду и опустился на колени. Волдеморт вкрадчиво произнёс: — Ты же хочешь искупить грехи отца? — Да, милорд, — заикался мальчик, пытаясь звучать убедительно. Люциус прерывисто дышал, пребывая в бессознательном положении. Тёмный лорд дал указание Драко: — Убей собственного отца. Мальчик не поверил своим ушам: — Что простите? Белла обняла племянника, шепча на ухо: — Люциус осквернил честь рода Малфой, твой долг смыть позор кровью отца. Драко от нервного напряжения зажал уши ладонями, закрыл глаза и без умолку повторял следующие слова: — Это сон, скоро проснусь. Волдеморт направил палочку на Люциуса: — Авада Кедавра! Перед уходом тёмный лорд посмотрел на Драко с презрением, Белла с чувством сожаления и стыда.