Ангел

      — У. м.е.н.я. н.е.т. и.м.е.н.и. к.о.т.о.р.о.е. б.ы. т.ы. у.с.л.ы.ш.а.л. н.о. л.ю.д.и. з.о.в.у.т. м.е.н.я. д.ь.я.в.о.л.о.м.       — А… Дьявол… — я стал рассматривать тень. — То есть ты хочешь заключить со мной сделку? С ангелом? Ты серьёзно думаешь, что я не знаю, что со мной станет тогда?       — Д.у.м.а.ю. п.о.н.и.м.а.е.ш.ь. н.о. н.е. д.о. к.о.н.ц.а.       — Тогда ты понимаешь, почему я откажусь! Дашь мне временную силу, чтобы спасти ребёнка. От вечного покоя. Чтобы забрать его позже, — внутри кипела ненависть. — Когда это будет? Завтра?       — М.о.ж.е.т. б.ы.т.ь. и. з.а.в.т.р.а. Т.о.л.ь.к.о. в.о.т. н.е. у.ч.е.л. т.ы. о.д.н.у. в.е.щ.ь. О.н. н.е. о.б.р.е.т.ё.т. в.е.ч.н.ы.й. п.о.к.о.й. Е.г.о. д.у.ш.а. б.у.д.е.т. у.н.и.ч.т.о.ж.е.н.а. С.о.з.д.а.т.е.л.е.м. б.е.з. в.о.з.мо.ж.н.о.с.т.и. п.е.р.е.р.о.д.и.т.ь.с.я. Д.у.ш.а. у.ж.е г.р.я.з.н.а.я.       Я замер.       «Чонгуки уже заключил с ним сделку».       — Х.о.ч.е.ш.ь. з.н.а.т.ь. и.з.-з.а. к.о.г.о. о.н. с.т.а.л. т.а.к.и.м?       — Он хотел жить.       — Н.е.т. Н.е. с.о.в.с.е.м.       Тень окутала меня своими тёмными дымными щупальцами, и я оказался в том дне снова, только теперь смотрел на всё со стороны. Юджон сидела на больничной койке, а я сидел возле неё. Смотря на затухающий лучик света, я сказал: «Я буду с тобой до конца».       — Да, я сказал это и был с ним до конца, — внутри стало тяжело, ведь не может быть, что именно это привело его к тьме.       — Т.ы. б.ы.л. п.е.р.в.ы.м. к.о.м.у. к.а.к. о.н. д.у.м.а.л. о.н. б.ы.л. н.е.б.е.з.р.а.з.л.и.ч.е.н. з.а. в.с.е. е.г.о. п.е.р.е.в.о.п.л.о.щ.е.н.и.я.       — Врёшь!       — О.н. у.с.т.а.л. п.е.р.е.р.о.ж.д.а.т.ь.с.я. с.н.о.в.а. и. с.н.о.в.а. и. с.т.р.а.д.а.т.ь. о.т. о.д.и.н.о.ч.е.с.т.в.а. к.о.т.о.р.о.е. е.м.у. с.л.е.д.о.в.а.л.о. и.с.п.ы.т.ы.в.а.т.ь. п.о. в.о.л.е. С.о.з.д.а.т.е.л.я.       — Нет. Неправда.       — О.н. х.о.т.е.л. о.с.т.а.т.ь.с.я. с. т.о.б.о.й. ч.т.о.б.ы. и.с.п.ы.т.а.т.ь. э.т.о. ч.у.в.с.т.в.о. с.н.о.в.а. О.щ.у.щ.е.н.и.е. б.ы.т.ь. д.л.я. к.о.г.о.-т.о. в.а.ж.н.ы.м.       Тяжело дышать. Опять из-за меня.       — Ты говоришь это, чтобы я согласился на сделку.       — Т.ы. п.р.а.в. О.ч.е.н.ь. х.о.ч.у. Н.е.у.ж.е.л.и. т.ы. н.е. м.о.ж.е.ш.ь с.д.е.л.а.т.ь. э.т.о. р.а.д.и. н.е.г.о. Е.м.у. с.е.й.ч.а.с. о.ч.е.н.ь. п.л.о.х.о. б.е.з. т.е.б.я. и. с.к.о.р.о. о.н. у.м.р.ё.т. и. к.а.к. ч.е.л.о.в.е.к. и. к.а.к. д.у.ш.а.       Я смотрел на угасающий лучик в чреве Юджон… «Я обещал быть с тобой до конца».       — Если я соглашусь взять твою силу, то Создатель не простит меня как ангела. И когда придёт время, ты получишь и душу Чонгука, и мою. Не слишком ли много за маленький кулёк силы?       — Ч.е.г.о. ж.е. т.ы. т.о.г.д.а. х.о.ч.е.ш.ь?       — Если и попадать в ад, то за дело. Хочу столько силы, чтобы видеть твоих служителей, — я посмотрел на тень с вызовом.       — Д.у.м.а.е.ш.ь. т.е.б.е. э.т.о. п.о.м.о.ж.е.т?       — Хотя бы в борьбе с Создателем, — нет, не хотя бы. Я собираюсь вставлять вам палки в колёса до столетия Чонгука. Тень молчала.       — Нет? — решил ускорить я решение дьявола.       — Д.у.м.а.е.ш.ь. с.п.р.а.в.и.ш.ь.с.я. с. с.и.л.о.й?       — Ну, ты же скоро заберёшь меня. Думаю, пару дней протяну.       Тень ещё какое-то время витала в воздухе, а затем со скоростью пролетела через меня.

***

      Я очнулся в палате и сразу сел. Голова словно на части готова разломиться.       — Ох, Чимин! Сынок! Осторожно! — мама подбежала ко мне.       — Где Чонгук?       — Нет, Чимин, никакого Чонгука! Лежи и отдыхай!       — Мама, где Чонгук? — внутри я чувствовал, как полыхал огонь. Каждую секунду моя душа горела.       — Он толкнул тебя! Ты здесь из-за него! Ты чуть не умер! Сколько ты ещё будешь крутиться вокруг него?       «Её поведение… Это влияние её ангела-хранителя. Замена впечатления о человеке».       Даже говорить с ней не стоит. Я оглянулся и вдруг увидел вокруг себя странных созданий. Несимметричные тела. Слишком большие головы или слишком маленькие. Клыкастые и покрытые шипами. Демоны… Они смотрели на меня с любопытством во все глаза, которых было по несколько пар на одну голову, и не двигались. Словно статуи.       «Где Чонгук?» — спросил я мысленно. Демоны словно очнулись. Заморгали. Покрутили головами и… вдруг начали бегать и смеяться, кричать и что-то говорить. С ума сойти. Хуже, чем в детском садике.       «ЧОнгук, ЧОнгук, ЧОнгук, ЧОнгук! — кричали они, а затем повернулись в одном направлении, замерли и стали шипеть. — Вввввооооооссссеееемь!»       Восемь? Опять?       — Вы мне можете показать, где он, или вы бесполезные?! — крикнул я вслух, и мама отпрыгнула от неожиданности.       — Он… в 308 палате, — сказала она, чуть ли не расплакавшись.       — Спасибо, — сказал я быстро и помчался к моему малышу.       Вломившись в 308 палату и напугав Юджон, что рыдала в углу палаты, я увидел Куки на койке, связанного. Он дико кричал и вырывался, словно был одержимым. Но, как известно, не демонами…       «Он того! Он ТОГО! — начали повторять уродцы возле Чонгука. — Совсем тууу-тууу!»       Я подошёл к Чонгуку и обнял его.       — Я всегда буду рядом, — прошептал я на ушко.       Малыш полностью расслабился и уснул. Отвязав его, я лёг с ним рядом. Теперь я готов уничтожить миры, но быть с тобой. Я очень зол, и внутри меня горит пламя.

***

      На следующее утро Юджон просила у меня прощения. Считала себя виноватой в том, что не уследила за детьми.       «Что ты могла сделать? Ты УЖЕ сделала всё для Чонгука!»       У Куки осталась психологическая травма. Он молчал, совсем не разговаривал. Мне нужно будет сделать всё возможное, чтобы ребёнок поправился и снова заулыбался. Я водил его туда, куда он хотел раньше. Конечно, теперь он не хотел. Ничего не хотел. Но мы с Хёну — две непробиваемые стены.       В итоге, спустя полгода, Чонгук заговорил. На свой день рождения, чтобы сказать «спасибо, Чимини-хён». А у меня начались другие проблемы… Человеческое тело, которое вздумало взрослеть. И теперь то, что никак ангел не должен испытывать, я испытываю. И мне это не нравится… Это неудобно! И… немного мерзко…       Спать с Чонгуком было уже не так, как раньше, ибо один раз меня во сне меня так тряхнуло возбуждением, что я разбудил ребёнка и он смотрел на меня во все глаза. Знаете, как стыдно?!       Ребёнок, конечно, не понял, почему его хён стонал под боком. Он думал, мне кошмар снится. Но он не далёк от правды. Это действительно был КОШМАР!       В итоге я встал перед выбором: перестать спать с Куки или продолжать позориться. Быть далеко от Чонгука опасно… Поэтому о каком выборе может идти речь?       Надеюсь, гормоны приуменьшат свой пыл…