По обе стороны закона

POV Дженни Джонс, окрестности Амбарино, 1893 год Почти каждый звук заставляет меня оборачиваться по сторонам. Тетива лука давно натянута почти до упора, а стрела лишь ожидает момента, когда я разожму пальцы, дабы пробить чей-то череп и застрять в нём. Прижавшись к очередному дереву и осторожно выглянув из-за него, мне наконец-то удаётся его обнаружить. Голодный серый волк, который не спеша поедал мою приманку. Сделав вдох и выскочив из-за дерева, я тут же пускаю ему стрелу в голову. Хищник падает замертво с недоеденным куском мяса в зубах. Повесив лук за спину, подхожу к своей добычи. Волк был в довольно неплохом состоянии и его мяса точно бы хватило на несколько дней. Закинув тушу волка на спину, я тут же услышала рычание сзади. Повернувшись, передо мной оказался ещё один волк. Только он был крупнее своего сородича и зубы скалил так, что прекрасно подчёркивало его зверский голод. Резко скинув с себя тушу животного я уже почти достала лук, как этот клыкастый зверь прыгнул на меня, сбив с ног. Через секунду его челюсть сомкнулась на рукояти выставленного мной вперед лука и тут же раскусила её пополам. Сделав сильный толчок ногой, мне удаётся откинуть бешеную зверюгу подальше от себя. Выигранных несколько секунд, мне хватает на то, чтобы встать на ноги и достать складной нож, оголив лезвие. Волк яростно рыча начал передвигаться в сторону вокруг меня, готовясь сделать следующий прыжок. Не давая ему уйти из поля зрения, я внимательно фокусируюсь на нём. Поняв, что зайти сзади ему не удастся, он подбегает ко мне и впивается зубами в мой ботинок и яростно дёргается стараясь оставить меня без ноги. Лезвие ножа пронзает его шею и тело хищника вздрагивает, после чего падает замертво. Дёрнув ногой и освободив ногу из его пасти, я спокойно выдыхаю. Охота удалась на славу. Пнув тушу волка, чтобы точно удостовериться в его смерти, через секунду меня кто-то обхватает сзади и на шее оказывается чья-то рука, которая начала ее быстро сжимать, мешая поступать воздуху в мои легкие. Второй же он заломал мне ту руку, в которой был нож, тем самым обезоружив меня. Быстро осознав опасность, делаю сильный удар локтем в живот противнику, от чего хватка на моей шеи немного ослабевает. Резко поддавшись всем своим весом вниз и ухватив его за голову, мне удаётся перекинуть его через себя. — Сдаюсь! Ты победила! — кричит поверженный противник, обхватывая от боли свою спину. — Прости, пап! — Протянув руку отцу и помогла ему подняться с земли — я не хотела. — Ты все время используешь этот приём — промолвил он, стряхивая с себя пыль — Не то чтобы, я осуждал его ефективность, но падать каждый раз от него на спину мне уже порядком поднадоело. — Тебе бы и не пришлось, если бы ты позволил мне практиковаться с настоящим врагом. — Всему, свое время, Дженни — коротко бросил он, поднимая одного из убитых мною волков — а сейчас давай вернёмся домой, пока не стемнело. — Хорошо, пап. — подняв с земли второго волка, я последовала за отцом домой. Нашим домом на данный момент вот уже 7 лет являлась небольшая хижина, находящаяся неподалеку от Рогозьего пруда. Довольно тихое место, где встретить людей было большой редкостью для нас. Отцу оно очень нравилось. Здесь было все необходимое для жизни: жилье, питьевая вода, большое количество животных, с которых можно было собрать мясо и шкуры, которые в свою очередь отец, раз в месяц уезжал продавать в некий скотоводческий городок Валентайн. А на вырученные деньги он закупался оружием с боеприпасами, одеждой и прочими благами цивилизации. Меня же он брал с собой крайне редко, аргументируя тем, что это слишком долго и опасно. Теперь я как будто бы живу в другом мире, отдаленным от остальных людей, та жизнь, что была у меня раньше, она будто бы перестала существовать. Лишь моя память помогала мне сохранять о ней хоть-какие то воспоминания. На все мои вопросы, когда же мы отправимся жить в город, отец говорил лишь «Скоро, как только ты будешь готова». Я и была готова. Особенно уже последние несколько лет, уверенность в моих словах уже не знала предела. Я научилась стрелять, драться, охотиться, рыбачить, ездить верхом на лошади и даже оказывать первую помощь. Это все благодаря усиленным тренировкам, которые проходили чуть ли не каждый день, но они мне нравились, мне нравилось проводить время с папой и слушать каждое его слово. Лишь находясь рядом с ним, я была счастлива. Как и он со мной. Закончив с освежеванием и поставив мясо готовиться на огонь, я отправилась посидеть у пруда. Там я давно облюбовали себе место на поваленном дереве у берега пруда, где часто читала книги, рыбачила или просто отдыхала. Солнце, уже садилось за горизонт, когда я оказалась на нужном месте. Вечером здесь лучше всего. Тихо и спокойно, вдалеке слышаться шелест листьев деревьев от небольшого ветра, а воздух переполнен ароматом свежести различных трав. В такие моменты и чувствуеться настоящий комфорт. — Ужин скоро будет готов — ко мне подошёл отец и присел рядом — ты хорошо постаралась сегодня, милая. — Спасибо, пап. А ты… скоро поедешь в город? — Может дня через три, а что? — Очень хочу поехать с тобой. — Мы ведь уже, говорили об этом... —  Я ведь уже не маленькая девочка, пап. Я могу постоять за себя и прикрыть твою спину. Мы же команда, ты же сам об этом говорил, помнишь? — Помню, милая. И я не сомневаюсь что ты даш достойный отпор любому сукиному сыну, который к тебе полезет. Но… — Что, но? — Есть люди, с которыми я не могу справиться, даже вместе с тобой. — Что это за люди, пап? — Они… Плохие и очень могущественные. Это все что тебе стоит знать. И точка. А по поводу поездки… — Ну? — спросила я его с надеждой в голосе, положив руки на плечо и прижавшись поближе. — Если ты обeщаешь, что будешь меня слушаться во всем... — Обещаю! — Что бы я не сказал, ты это выполнишь и без прериканий, хорошо? — Я же пообещала тебе. И свое слово сдержу. — Моя девочка! — он нежно обнял меня и краем уха я почувствовала что-то мокрое на его лице. — Твоя мама очень любила такие места, а я любил её. Глядя на тебя, я каждый раз думаю о ней. Мне её очень не хватает. — Мне тоже, пап. Мне тоже. - Никогда не забывай о любви, Дженни. Она - всё, что у нас есть - нежно прошептал он мне на ухо. Эта минута тишины, была для меня лучшей за последние несколько лет. — Какое первое правило? — серьезно спросил меня отец. Мой ответ последовал моментально: — Никому нельзя доверять. — «Никому нельзя доверять», правильно. И что мы делаем, если кто-то пытается нас убить? — Убиваем их первыми, без промедления — так же уверенно отвечаю на вопрос. — И что ещё? Ловко вытащив из сапога пилку для ногтей и повертев ею в руке, ответила: — Всегда иметь при себе запасное оружие. Он одобрительно кивнул и через несколько секунд задал свой последний вопрос: — И наконец, что ты будешь делать… Если я умру ?