Проект Феникс

Глава 2

      Тело словно переехали бульдозером, грудь спёрло болью, голова раскалывалась, никак ей играли в футбол. Губы слиплись от запёкшейся крови, а во рту стоял привкус железа. Не сразу я сообразил, что происходит, а когда вспомнил последние мгновения, то страх сжал сердце, и страх вовсе не за себя, а за Беатрис.       С трудом открыв глаза, я понял, что нахожусь в собственной квартире, привязанный к батарее на кухне. Чьи-то шаги раздавались как в моей с Кейт комнате, так и в комнате Беатрис. Я надеялся, что просто ищут что-то ценное, но это было маловероятно, ведь я убил их человека. Послышались тихие шаги и из комнаты дочери аккуратно выглянула блондинка с ярким розовым макияжем. На её девичьем личике расплылась улыбка, и она оскалила наращённые клыки.       — Приветик, — она помахала мне ручкой, на вид ей было едва ли больше двадцати пяти. — Ты тут глупость одну допустил. И дело вовсе не в твоём наглом тоне, или же возмущении моей деятельностью, — она вышла на кухню, и я тут же узнал эти кроссовки и колготки. Взяв стул, девчонка поставила его спинкой вперёд, и села, положив на неё руки. — Я рада, что ты вступился за девочку. За дочь, прошу прощения. Это благородно, очень. А вот стрелять было нельзя.       — Вы бы, — я прокряхтел, разлепив губы, — стали стрелять, я не мог.       — Я бы ушла вместе со своими ребятами и даже бы поклонилась тебе за столь отважные действия, но ты первый открыл стрельбу и один очень многоуважаемый человек был тобой убит. Ничто не проблема, как его холодный труп, понимаешь? — она встала и швырнула стул в сторону. — Ты в один миг многого меня лишил.       Она приблизилась, села на корточки и стала смотреть мне в глаза. В её зрачках что-то мелькало, а значит она собирала какую-то информацию. Но её лицо быстро переменилось, и она нахмурилась, от чего мне даже сделалось приятно.       — Интересный ты человек, наверное, — она наклонила голову набок, словно высматривая меня. — Так мало о тебе информации. Но не для таких как мы, Джеймс, — она отрицательно помотала головой.       Дверь в квартиру распахнулась, двое крепких мужиков, чьи руки были все в имплантах, затащили в квартиру Кейт и Беатрис. Грубо швырнув их на пол, они прижали их, чтобы те оставались на коленях. Беатрис была бледна и вся в слезах. Кейт судорожно дрожала, её глаза потупились в пол, а потом она медленно подняла их на меня. В её глазах не было любви, лишь ненависть, злость. Она явно винила меня во всём произошедшем и, к сожалению, была права.       — Эмили, надо уходить, к нам едут, — встревоженно сказал один из бандитов.       — Пять минут! — раздражённо заявила девушка.       — У нас нет пяти минут! Их с десяток, валим! — настаивал мужик.       В коридоре раздались оглушающие выстрелы, которые эхом расходились по коридорам. Девушка быстро повертела головой, словно оценивая ситуацию.       — За мной, — Эмили рванула к выходу, зависла на короткое время в дверях. — Возьми её с собой, — она показала мужику на Беатрис.       — Нет! — я стал пытаться со всей силы вырваться, сломать трубу, и я чувствовал, как у меня получается!       Эмили выхватила пистолет. Первым выстрелом она убила Кейт. Ровно один выстрел в голову. Она упала на пол, заливая его кровью. Её глаза навеки застыли. Я поднял взгляд и услышал второй выстрел. Пуля попала в грудь, всё вокруг поплыло, крики выстрелы. Я почувствовал ещё попадания.       

***

      Мне казалось, что со мной произошло самое худшее, что только может произойти с человеком. С любящим отцом и мужем. Увидеть, как убили жену и забрали дочь, а при этом быть прикованным к батарее в собственной квартире. Но я был только в самом начале падения в бездонную пропасть боли, ненависти и страдания. В эту пропасть меня бросила вовсе не Эмили.       — Эй, не шевелись, — послышался молодой голос паренька. — Не всё готово, подожди!       Я тяжело вдохнул, открыл глаза. Вокруг всё было выложено плиткой в бело-серых тонах. В мою вену шла трубка, по которой бежал раствор. Я стал осматриваться, и заметил, как молодой парень в очках заканчивает крутить что-то на моей левой руке. Приложив усилие, я попытался встать, но тело не слушалось.       — Лежи! — парень силой меня уложил на кровать.       — Где я? — прохрипел я едва слышно.       — Не важно. Подожди, ты ещё совсем слаб. Я закончу с рукой и позову к тебе Шона, он всё пояснит, ладно?       — Зови, — я зажмурил глаза.       В голове обрывками всплыли моменты в квартире. Как Кейт падает на пол, крик Беатрис. Как пуля попадает в меня. Сердце сжалось от дикой боли и тоски, я сжал кулаки и понял, что моя левая рука ощущается как-то иначе. Открыв глаза я проморгался, а когда зрение пришло в норму, то обнаружил, что практически от локтя моя левая рука была заменена на кибернетический протез. Я стал осматривать своё тело, в поисках остальных следов от ранений. На месте попадания в тело, в районе сердца, был шрам, а мои глаза стали значительно более резкие. Я посмотрел в даль и с лёгкостью смог сфокусироваться на мелкой табличке, с памяткой о местонахождении органов человека.       В палату зашёл высокий мужчина, с лёгкой бородой. Его глаза были совершенно чёрные. На руках множество следов от имплантов, как и на лице. Он сел возле меняя и стал внимательно осматривать.       — Как чувствуешь себя?       — Кто меня спас? Зачем?       — Мы тебя спасли, причём едва успели. Твои вставки в скелет задержали пулю, она лишь сломала тебе рёбра и порвала немного органов. С рукой вышло хуже, тебе отстрелили сустав и спасать там было нечего. Ты потерял очень много крови и три дня у нас тут приходил в себя.       — Лучше бы вы…       — Оставили тебя умирать, — закончил Шон. — Нет, знаешь Эмили уже достаточно много положила людей в могилу, а действительно с ней бороться никто не собирается, да и она вовсе не самая влиятельная фигура. Тебе просто не повезло как-то наткнуться именно на неё, — Шон встал, вздохнул. — У тебя есть шанс вернуть девочку, она забрала её себе.       — Беатрис? — я приподнялся, но голова тут же закружилась.       — Мы не настигли Эмили, она ушла. Слишком проворна, а нам пришла на неё наводка слишком поздно. Я тебя спас не из благородности. Я верю, что ты отлично послужишь нашему общему делу, а пока отдыхай. Я пришлю доктора, она поможет тебе быстрее прийти в себя, — Шон развернулся и ушёл.       Я лёг, пытаясь вспомнить черты лица этой девушки, но ничего не мог. Словно у неё не было лица, лишь этот наглый голос, улыбка с клыками и светлые волосы. Сердце снова сжалось от невыносимой тоски. Совсем недавно моя жизнь встала на прямые рельсы, мы должны были просто работать, жить и не вмешиваться во все эти дела! Ох, Беатрис, зачем же ты тогда пошла за этой девушкой, что такого она тебе сказала?! Я не заметил, как ударил рукой по кровати.       — Тише, — послышался женский голос. — У нас не так много ресурсов, если так можно вообще сказать, — девушка села рядом со мной и открыла небольшой чемоданчик. Достав оттуда присоски с датчиками, она начала их крепить на моём теле. — Если бы мы могли позволить себе медикаменты уровня корпорации ГлавМед, то, я думаю, ты бы ещё вчера бегал как рабочая лошадка.       Девушка была самим воплощением кибернетики. Последнее слово имплантов. Я бы с трудом мог сказать, что в ней настоящего, но, я думаю, что немного. Всё лицо было заменено на высокочувствительные датчики, при этом сохранив тонкие линии скул, ровный округлый подбородок и аккуратненький нос, делая её красивой, словно модель с обложки. Её руки с ужасающей точностью и скоростью крепили все датчики. Глаза следили лишь за мной, считывая все показатели датчиков, не глядя на прибор. Мне было сложно представить, сколько скрытых возможностей есть в её теле. Её изумрудно-зелёные глаза уставились на меня, словно ей удалось прочесть мои мысли.       — Что вы в меня поставили? — спросил я из любопытства.       — Заменила тебе всю руку. Чувствительность не идеальная, но не во всех протезах она вообще есть, так что тут жаловаться грех. Также в руке зашиты параметры твоих личных карт, и ты можешь производить оплату касанием руки, больше нет нужды доставать что-то из кошелька. В ладони также магнитный интерфейс, который срабатывает после осознания тобой, что ты держишь оружие, ну или если ты очень захочешь его включить, то силой разума сможешь. Я отношусь к данной формулировке скептически, так как под силой разума подразумеваю чип, который встроен тебе в черепную коробку. Именно он сейчас требует отладки, чтобы ты смог нормально пользоваться как рукой со всеми её возможностями, так и глазами, в которых я заменила почти всё. Это мой тебе подарок, оставшийся от одного из убитых, — она улыбнулась, но как-то неестественно. — Я думаю, что тебе уже пора вставать. Только учти, что твой организм перенёс много серьёзных вмешательств и сейчас у тебя будет определённый дискомфорт. Будь аккуратней и не снимай датчики, я буду получать информацию о тебе ещё день, чтобы понять, как прошла операция.       — Глаза с трупа? Замечательно! — я аккуратно сел, меня чуть-чуть повело. Левая рука слушалась.       — Это не верно подмечено. Глаза тебе никто не менял, я лишь извлекла сам имплант. Тут ничего страшного нет.       — Как тебя зовут?       — Софи, — она аккуратно вытащила из моей вены иглу и заклеила тонкой лентой оставшуюся дырку. — Вставай и пошли пройдёмся. У тебя много вопросов, а у меня много ответов, а за это время мои датчики соберут достаточно информации, — доктор подала мне руку.       — Сам справлюсь.       Я начал поднимать с кровати и почувствовал раскатистую боль по всему телу. Голова закружилась, в глазах на мгновение потемнело. Софи придержала меня за руку и встала. На мне был серый комбинезон, а на полу стояли дешёвые спортивные кроссовки.       — Пошли, не торопись, — её голос был добрый, нежный и заботливый, что казалось совершенно странным и ненормальным, ведь она практически ходячий киборг, даже ноги были имплантами, что было заметно по отсутствию обуви. Её стройная ножка сразу переходила в удобный сапог, внутри которого явно много наворотов. Бьюсь об заклад, эта девочка пробежит сто метров за секунд семь, если не быстрее.       — Что в тебе человеческого? — спросил я из любопытства, пока она вела меня куда-то по коридору вдоль разбитых палат.       — Душа, — она снова улыбнулась, но уже чуть искреннее. И заправила золотистый локон своих волос за ухо. — За моей модификацией лежит стремление к науке и спасению жизней. Я прошла тяжёлый путь, Джеймс. Не суди меня как тех, что модифицируют своё тело из жажды стать чем-то близким к роботу. Как ты мог заметить, я сохранила человеческий облик, более того, всё моё тело утянуто имитатором кожи, и даже сохранились практически все функции обычного человеческого организма, — она открыла передо мной дверь в кабинет.       По средине кабинета стоял стул для отладки чипов. Она указала мне на него, а сама прошла к терминалу, установленному напротив стула. Я медленно сел, а Софи начала запускать оборудование.       — Положи руки ровно на подлокотники, закрой глаза.       — Готово.       — Выполняй мои команды. Не открывая глаз, посмотри наверх. Вниз. Влево. Вправо.       В процессе отладки чипа я выполнял множество действий, в том числе и управление магнитным интерфейсом на левой руке. Глаза приобрели не только зоркость, но также позволяли анализировать более точно расстояние до предметов и чуть лучше видеть в темноте. Весь процесс шёл примерно полчаса и за это время я стал чувствовать себя заметно лучше.       — Словно родной. Чип хорошо прижился, конфликтов нет, а все датчики показывают работу твоего организма в пределах нормы.       — Кто вы такие? — спросил я, вставая со стула.       — Пошли я тебя покормлю. А за обедом я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать.       Выйдя из кабинета, мы повернули налево и выйдя в холл, пошли в дверь напротив. Я пока с трудом представлял, как выглядит здание, в котором мы находимся, да оно было и не важно. Мы зашли на кухню, которая была достаточно маленькая, но уютная. Окон нигде не было, что подтолкнуло меня на мысль, что мы в подвале или где-то под землёй. Большая люстра с жёлтыми плафонами стиля конца семидесятых прошлого тысячелетия придавала уютный приятный тёплый свет всей кухне. Обои цвета карамели где-то частично отклеивались, обнажая холодные серые стены. Деревянный стол с чистой белой скатертью стоял ровно по средине, занимая практически всё свободное место кухни. Софи прошла к холодильнику, открыла его, и достав оттуда молоко, поставила его рядом с электрической плитой. Из верхнего шкафчика она взяла кашу и ещё какие-то добавки. Всё это смешала, поставила кипятиться молоко, и села за стол.       — Кто это такая Эмили? — спросил я.       — Всего лишь одна из пяти подданных Равена. Хотя нет, не всего лишь. Это его дочь. Равен главный поставщик синтетики, у него огромные лаборатории по всему городу, он варит её, пакует и продаёт. У него бесчисленное множество связей в полиции и в мэрии города. Все балы крупных корпораций и чиновников проходят с пробами элитных новинок Равена. Это достаточно большой игрок, чтобы устранить его так просто. Мы хотели взять Эмили и попробовать его шантажировать. Для этого были проведены крупные операции и все они провалились. За последнюю неделю я потеряла больше сотни бойцов. У меня остался отряд из двадцати человек, Джеймс.       — Кто вы?       — Я работала в ГлавМеде долгое время. Ведущий специалист по кибернетическим имплантам. Воля обстоятельств заставила меня заняться борьбой против наркотрафика в этом городе, — она рассмеялась. — Тогда я воображала, что изменю этот город до неузнаваемости, что дети больше не будут умирать от передозировок синтетикой. Со временем я поняла, что это не один Равен всё делает. А весь город. Полиция, уборщики, судьи, водители такси, чиновники, учителя.       — Прям все?       — Никто не хочет с этим бороться и потакают происходящему. Видя диллера никто не звонит в полицию, так как бесполезно, не так ли? Полиция схватит мелких рыбёшек, которых отправили на смерть, так как они стали не нужны банде, а полиция в ответ отправит ненужных офицеров, у которых в голове засела навязчивая идея изменить этот город. Отребья крупных дельцов встретятся и перестреляют друг друга и только выжившие останутся правы. Так живёт этот город Джеймс.       — Так если эта война бесполезна, зачем её вести?       — Это уже месть из личных целей. У тебя украли дочь.       — И убили жену.       — И убили жену, — кивнула Софи и встала, так как молоко закипело, — ты разве не хочешь мести?       — Я, — на мгновение я хотел сказать что-то стоящее, чем просто месть, но понял, что это именно она и есть. — Я хочу мести и вернуть дочь.       — У меня нет гарантий того, что твоя дочь жива. Но именно месть нас всех здесь собрала. У тебя есть хоть одна причина сейчас продолжить жить обычной жизнью?       — Думаю, что нет. Нет. Я хочу убить Эмили.       — Так и у меня, Джеймс. Все, кто в нашей команде, так или иначе понесли сильные потрясения в жизни из-за Равена и его приближенных. Я больше не хочу изменить город, я хочу пролить его кровь или кровь его близких, коей и является Эмили.       — Вы спасли меня, чтобы я мог мстить? — мне казалась эта идея слишком эгоистичной со стороны Софи.       — В какой-то степени. Я даю тебе свободу…       — Свободы вы не даёте, как и всё в этом городе. Свобода эта брехня полная! Какая свобода, док? Вы отлично понимали, что во мне будет кипеть жажда мести.       — Держи! — они кинула на стол нож. — Вскрой вены или ударь между рёбер, могу показать куда. Дать пистолет? Не хочешь жить, так скажи, я изыму импланты и ты просто умрёшь во сне, словно всего этого и не было, а твоё тело я брошу в печь, — её глаза пылали ненавистью.       — Нет, — я оттолкнул нож, — я воспользуюсь шансом, который вы мне дали.       — Только не строй героя и не беги всё устраивать один. У нас уже много информации и есть свои связи. К мести надо подходить холодно и точно, а не бежать к владению Равена с криком. Тебя убьют ещё раньше, чем ты увидишь стены его дома, — Софи поставила передо мной большую тарелку каши. — Ешь, это вкусно и очень питательно.       — А ты?       — Я пока не в настроении, ела до этого.       — Ладно.       — Подозреваешь, что я туда что-то подсыпала. Брось, Джеймс, остывай уже и начинай думать головой.       — У меня есть один влиятельный знакомый, хочу к нему заглянуть, я могу это сделать? — я попробовал первую ложку и это по вкусу была обычная геркулесовая каша.       — Да, но говори осторожно, информация нынче опасная штука, — Софи бегала глазами по моему лицу, изучая его.       — Я его с детства знаю, просто хочу узнать, может он в курсе про Равена.       — Может и в курсе, будь аккуратнее, ладно? Мне не нужно, чтобы хоть что-то могло привести их сюда, иначе нас просто убьют, а меня ещё и разберут на экспонаты.       — Как вышло, что ты стала такая? — осмелился я спросить.       — Ранение за ранением, Джеймс. Ноги я делала себе сама. Что-то делала на своём верстаке, задавая программу для компьютера. Я не единственным медиком была. В лучшие годы я смогла набрать в своей проект больше двухсот человек. Часть модификаций я получала в клинике, где работала, ну, а сейчас я уже не знаю, что во мне можно поменять.       — Прости, — я чувствовал боль в её словах.       — Всё хорошо, я привыкла к излишнему любопытству к своей персоне. Чтобы отвлечь тебя от этих мыслей, расскажу, как будем работать. Сейчас нас осталось примерно двадцать человек, у меня пока не полная информация по некоторым агентам, но это мало. Сейчас мы не можем себе позволить крупные операции и вылазки, так что с последнего времени я разрабатываю более изящные планы, похожие больше на диверсию с пропагандой. Я называю всё это проектом Феникс. Всё из-за того, что я дала второй шанс или даже жизнь многим людям. С такими посланиями мы и устраиваем диверсии. Вылазка за тобой получилась спонтанной, и мы потеряли там много людей. Обычно я так больше не делаю. Поэтому от тебя требуются навыки в взаимодействии в команде и скромному поведению.       — Я много лет работал вором чужих схронов. Знаю много банд, улиц и как кто работает. Знаю где есть копы и как с ними договориться. Я думаю, что у меня получится работать в команде.       — Отлично. Я хочу наносить лёгкие удары по их основным центрам, чтобы мешать работе. Вскоре один из пяти должен поехать с этим разобраться, тогда-то мы его и будем брать.       — Чепуха.       — Что? — чуть ли не возмутилась Софи.       — Это заявление на уровне желания изменить город. Если кто-то из пятёрки и поедет проверять в чём дело, то уж точно не без охраны, тем более после попытки покушения на Эмили.       — И что ты предлагаешь? — Софи начинала злиться, рукой нервно поправила выбившийся золотистый локон.       — Нужно делать так, чтобы у них начинались внутренние разборки, и они думали, что у них внутри кипишь. Тогда они сбросят бдительность с охраны.       — Твоя идея — это шило на мыло. Ничего толкового от этого не выйдет. Кортеж у них примерно всегда одинаковый, не важно куда и зачем они едут.       — А как же тогда я встретил Эмили на улице? Она подошла к моей дочери просто поговорить и увела её в подворотню. Там я убил одного из её охраны.       — Чёрт! — она хлопнула по столу. — Это не охранник был, твою мать! — она задумалась. — Это был один из новаторов. Эмили нужна была новая формула для синтетики. Я слышала, что у них внутри из-за этого пошли неприятности. Ты убил важного им человека, — Софи довольно улыбнулась.       — Из-за этого вся моя жизнь пошла вверх дном!       — Да, прости, — она аккуратно коснулась моей руки. — Не волнуйся, — её уголки губ дрогнули. — Мои датчики показывают твоё сердцебиение, и оно участилось.       — Это вовсе, — я убрал руку. — Брось, ты флиртуешь? У меня жену убили! — я встал из-за стола.       — Джеймс, нет, прости, я просто сказала то, что, — она запнулась. — Успокойся, ладно?       — Что от меня ещё нужно? Я могу пойти к другу?       — Пошли выдам тебе одежду нормальную, — она помрачнела, хотя я не думал, что на искусственной коже возможны такие эмоции.       Софи убрала в мойку мою тарелку, и мы вышли с кухни. Вернулись в большой холл, который, кажется, служил центром здания, и повернув направо поднялись по узкой лестнице и вышли к раздевалкам. Софи зашла в одну из дверей, я за ней. В узкой комнате стояли три больших шкафа по периметру. Она открыла один из них, достала чёрные новые джинсы, потом белую футболку, серую кофту с капюшоном, кожаную чёрную куртку с нашивками знаменитой бейсбольной команды и кепку. Из соседнего шкафа дала мне кроссовки.       — Одевайся, я за дверью подожду. Тут нижнее бельё и прочее, — она показала на третий шкаф. — Всё твоего размера, не волнуйся.       — Спасибо.       Софи была права, всё идеально подошло, а вся магия была в её глазах. Вероятно, она просто считала все параметры и выдала мне одежду без единой заминки. Когда я был готов, то вышел в ней.       — Пошли, выведу тебя отсюда и держи это, — она протянула мне новый телефон. — Лучше не пользуйся им понапрасну. В нём есть наши координаты и пароль, чтобы попасть вниз. Твой отпечаток уже в нём есть. Разблокируй.       Я нажал указательным пальцем на сканер и телефон разблокировался. Ничего особенного в нём не было, обычный телефон среднего бюджета.       — Ты всё видишь? — спросила она.       — Да, вот тут заметка с координатами лагеря, тут навигатор по городу, а что?       — Телефон работает с твоим чипом. Ты видишь его экран нормально, а для остальных там может быть что угодно, но, чаще всего, для них экран будет невероятно тёмный. Не свети этим телефоном, некоторые люди знают про такие фишки, и с удовольствием лишат тебя глаз и чипа, чтобы взглянуть, что ты там смотришь в телефоне.       — Хорошо, я учту.       — Будь аккуратен, пошли.       Пройдя по узкому коридору, мы вышли в небольшой холл, где были сейфы. Софи открыла один из них, выдала простеньки Gl-19 и пять магазинов к нему.       — Бронежилет нужен?       — Думаю нет, я не буду лезть в неприятности, а он может быть заметен под кофтой.       — И будет жарко, — добавила Софи. — Вот лифт, поднимаешься наверх и опять же через отпечаток пальца выйдешь наружу.       — Я должен удивляться, что мои данные у вас есть?       — Я тебя шесть часов оперировала, в тебе почти литр чужой крови. Нет, тебе нечего удивляться. На твоей карте лежат шестьсот баксов. Все твои деньги со счетов я уже вывела на твою новую карту.       — Как вы это провернули за три дня?       — У меня много знакомых, готовых помочь чем-нибудь. Я высококлассный специалист по имплантам. Думаешь у меня нет клиентов?       — Но нет денег на препараты от ГлавМед, — подметил я.       — Это расточительство, которое того не стоит. Ступай.       — Хорошо, если что, то я на связи.       — У меня все твои данные с датчиков, Джеймс, — Софи улыбнулась.       — Действительно.       Зайдя в лифт, я нажал на единственную кнопку со стрелочкой вверх. Двери закрылись и лифт помчался вверх. Через несколько секунд я уже был на нижнем техническом этаже какого-то дома. Место действительно скрытное, с учётом того, что надо мной много торговых рядов.       Аккуратно выбравшись на улицу, я попытался сориентироваться, где нахожусь и как мне добраться до Уолтера. Поняв, что я среди многоэтажек двадцать первого квартала, который находится под частичным контролем Львиной банды, я решил, что надо убираться отсюда как можно скорее. Львы не нападали просто так и даже не грабили людей, считая себя благородными бандитами, и проворачивая дела против корпораций.       Я подошёл к карте на автобусной остановке и поняв, какой мне нужен маршрут стал дожидаться. До Уолтера было порядка сорока минут езды, а этот маршрут практически идеально мне подходил. Я сел в автобус, и поехал, смотря в окно. Голова немного болела, но это едва ли было заметно на фоне той боли, что словно цунами бродила внутри моего сердца. Я глубоко дышал, но казалось, что эта боль всё сильнее и сильнее сжимает мои лёгкие. Я сглотнул, но ком в горле едва ли дал глотать. Мои глаза дрогнули, в уголках появились слёзы. Перед глазами стояла картинка, как Беатрис счастливая бежит в школу, зная, что я дал ей согласие на преображение. И дальше она. Эмили, девушка, что испортила мне жизнь одним лишь своим существованием. Нет, я не верю, что она оставила бы меня в покое, не начав я стрелять. Так или иначе встреча с ней являлась роковой. Прости меня, Кейт. Прости, что не смог уберечь тебя и нашу дочь, прости, что я жив, но я обещаю, что отомщу за всех вас. Моё сердце бьётся только с одной целью — отдать за вас жизнь. Сделав это, я буду спокоен. А если Беатрис жива и её можно спасти, то я сделаю всё, что возможно ради этого.       Уолтер. Он должен что-то знать про Равена и его банду, он-то должен мне чем-то помочь. Я согласен на любые его условия.       Автобус приехал на нужную мне остановку. Я вышел, погружённый в свои мысли. Буквально на автомате дошёл до дома Уолтера, поднялся наверх и постучал. Не открывает.       — Зараза, — выругался я под нос, так как сообщение с точкой отправить ему не мог. Старого телефона нет, а его номера наизусть я не знал. — Открывай, Уолтер! — я стал стучать в дверь сильнее. — Это я!       — Заткнись! — шикнул мужик, открыв дверь. — Заходи! — он запустил меня внутрь и осмотрелся, чтобы за мной никого не было.       — Прости, что я так, у меня обстоятельства…       — Брось! Я рад, что ты жив, — Уолтер чуть ли не бросился в объятия. — Честное слово, я был уверен, что тебя убили, но слышал только о теле Кейт.       — Я здесь по этому поводу, ты сам понимаешь.       — Вполне, — Уолтер сел за свой стол.       — Я лишь знаю, что к этому причастен некий Равен и его дочь Эмили. Ты знаешь что-то про них?       — Эм, — Уолтер замялся. — Да, мне кажется, что я уже где-то слышал про них. Они, вроде, возглавляют одну из влиятельных банд. И, если мне память не изменяет, Равен главарь банды Опустошителей. Джеймс, нам не безопасно об этом говорить, — Уолтер спешно выключал всю технику.       — Почему? Мне нужна помощь! Ты меня понимаешь?! — я подошёл вплотную к его столу.       — Да! — Уолтер вскочил. — Но они найдут все ниточки и тогда мне конец!       — Тебе твоя старая жопа важна?       — Джеймс, пойми…       — Нет, Уолтер, мать твою, я нихуя не понимаю! Почему ты не можешь мне помочь? Я тебе мало сделал? Для тебя есть хоть кто-то родной? Или же я зря считал тебя своим старшим братом?!       — Нет, но это другое, пойми же ты! Они, — он запнулся в страхе, — они найдут нас всех и убьют!       — Смотри! — я показал свою левую руку. — Я уже побывал по ту сторону жизни, и, поверь, моя новая жизнь не стоит ни гроша…       — Ты всё тот же, — Уолтер встал с места, и начал бродить по комнате, — ты можешь начать снова на меня работать. Хочешь, живи у меня! Тут вот уютно, я на складе тебе комнату сооружу.       — Тебе что-то, сука, известно, — я подошёл к его компьютеру и включил его.       — Не трожь! — Уолтер пошёл на меня.       — Отвали! — я оттолкнул его так, что он упал на пол. — Ты что-то знаешь ведь, так? — я стал рыться в его сообщениях, записях, файлах.       — Не делай этого, Джеймс! — настоятельно сказал Уолтер. — Ради наших с тобой отношений, не делай!       — Два доллара за один потерянный! Вот наши отношения, мудак ты старый!       — Это была мотивация!       Я развернулся и с размаху ударил ему в лицо. Уолтер упал, плюнул кровью и весь бледный поднял на меня испуганные глаза. Этот вид не смог вызвать у меня ни капли сожаления. Я вернулся к компьютеру, стал искать дальше. Сообщения от «Э». Я открыл переписку и увидел то, чего видеть не хотел. Я сфотографированный у стены и вопрос о том, кто это. Эмили написала, что лично заглянет к Уолтеру за информацией, если он её не скинет. Он скинул.       Сзади послышался лязг затвора.       — Вот она и вся цена нашей дружбы? — я медленно развернулся. Уолтер дрожащей рукой целился в меня.       — Ты был просто сорванец для моих дел, ничего личного Джеймс. Я пытался тебя уберечь от всех этих глупостей, бог видит, я пытался!       — Я бывал по ту сторону, нет там твоего бога, Уолтер, — я холодно смотрел ему в глаза. — Ты продал ей меня, а мне сказать о ней боялся? Ты подлая крыса Уолтер, ты понимаешь, что твоя жизнь, она…       — Она моя! Моя жизнь, Джеймс! Уходи и больше сюда не приходи. Если тебя тут увидят, убьют, — его руки дрожали.       — Да стреляй ты, мудак старый, стрель… — я не договорил.       Уолтер стоял слишком близко. Сразу видно, что стрелял только в тире. Жалкий торгаш информацией. Сделав выпад вправо и вниз, я одновременно левой рукой дотянулся и отвёл ствол пистолета в сторону. Прозвучал оглушающий выстрел прямо рядом с левым ухом, от чего сразу всё зазвенело. Правым локтем я заехал ему в челюсть, подсёк ногу и повалил на пол. Пистолет выпал, отлетел в сторону.       — Стой, Джейм…       Я заткнул ему рот размашистым ударом левой руки. Кибернетический протез оказался куда сильнее, чем я думал, и под ударом кулака его губы лопнули как спелые сливы, размазывая по лицу кровь. После второго удара я услышал хруст его зубов. Он пытался кричать, хлебая свою кровь, но я держал его за горло правой рукой. Уолтер из всех сил пытался отбиться, но я прижал его плотно, так как часто бывал в драках. Удар. Удар. Удар. Удар. В глазах мутнело. Удар. Удар. Снова. Ещё. Сильнее. Удар. Уолтер уже был без сознания. Я отпустил правую руку, замахнулся и нанёс удар левой рукой со всей силы в лоб. Череп хрустнул и кулак раздавил голову. Височные кости проткнули кожу и по седым волосам сочилась кровь. Глаза немного вылезли наружу.       — Я думал ты мне как брат, Уолтер. Я думал, — я вытер руки об его одежду, встал и начал копаться в его компьютере дальше.       Неожиданно зазвонил телефон. Я посмотрел на экран, но номер неизвестный. Ответил.       — У тебя всё хорошо? — голос Софи был взволнованный.       — А? Да, уже в норме, — я тяжело дышал, приходя в норму.       — Что стряслось? У тебя пульс бешенный!       — Друг. Он меня сдал. Уолтер, мать его. У него на компе может быть полезная информация, но я не могу долго у него оставаться.       — Подключи телефон, я попробую глянуть, — предложила Софи.       — Опасно, это, сука, Уолтер, хер знает, что он тут в компе оставил.       — Не задерживайся там долго! Главное не оставь хвостов!       — Да, я понял. Вот, нашёл!       — Что?       — Эмили нашла нового варщика синтетики по, якобы, уникальной формуле и должна с ним встретиться на этой неделе и, чёрт, она должна была отписаться Уолтеру, когда сможет ему дать часть наркоты, чтобы он реализовал её среди местных барыг в торговых рядах на девятой авеню!       — Этого достаточно, уходи, но чисто!       — Ладно.       Я положил трубку, нажал на кнопку выключения компьютера. Посмотрел труп Уолтера с раздавленной головой. Давно надо было так сделать. Взяв кусок ткани, я протёр все места, которых касался правой рукой и поспешил скрыться. Основную дверь запер, а сам тихо вышел через склады. Оказавшись на улице, я просто шёл куда глаза глядят. Надо было остыть и подумать. Мир вокруг меня слишком быстро начинал меняться.