Some Baptize in Water, Some in Flames

Май Через две недели после весеннего бала Джастин встретил Клэя после занятий, и они вместе покинули школу. На пути к Приусу одна из машин на парковке показалась Джастину знакомой. Не было ничего особенного в марке или модели, но, тем не менее, она напоминала ему... машину Сета. Джастин проигнорировал это чувство. Едя с Клэем домой на следующий день, Джастин усердно всматривался в зеркало заднего вида в поисках чёрной машины. Он не был параноиком. У Сета были все основания снова возникнуть в его жизни. Джастин не был глуп: после повторной кражи у господина наркоторговца он уже точно знал, что ему нужно уехать далеко, очень далеко, или же на него может обрушиться праведный гнев Сета (а, скорее всего, ещё и его кулаки). Бегство всегда было отличным планом. Но затем Клэй попросил его остаться. Пожалуйста. Ты нужен мне. Это сообщение проникло в какую-то глубокую и поврежденную часть Джастина, часть, существование которой он и вовсе не хотел признавать. Он вспомнил, как отправлял подобные сообщения Заку и Джесс после того, как Сет выгнал его прошлой зимой. Никто не ответил ему тогда. Он не мог поступить так с кем-то ещё, только не с Клэем. Клэем, который принял его и относился к нему так чертовски мягко, несмотря на то, что Джастин всегда обращался с ним как с куском дерьма. И теперь Дженсены хотели усыновить его. Усыновить его. Они, блять, с ума сошли? Или у них был какой-то комплекс спасителя, как у Клэя? Какой бы ни была причина, Джастин не мог упустить эту возможность. Когда ещё такому как он может повезти настолько сильно? Наверное, уже никогда. Однако оставаться было весьма рискованно. В какой-то момент Сет обязан был прийти по его душу. Это было неизбежно. Что ж, Сет, чёрт возьми, мог подождать. В жизни Джастина были и более насущные проблемы. Тайлер едва не устроил в школе полномасштабный расстрел, и Клэй был замешан в сокрытии этого факта. Джастин во время бала переспал с Джессикой, и Алекс вёл себя подозрительно (он, вероятно, уже всё понял, что делало его ещё одним человеком, которому Джастин неосознанно причинил боль). Так что Сет... ну, нахуй Сета. Джастин разберётся с ним позже. К сожалению, режима ожидания явно не было в планах дилера. Когда Клэй остановил Приус на жёлтый сигнал светофора (Джастин бы просто пролетел мимо этого ублюдка), позади них остановилась всё та же чёрная машина со стоянки Либерти Хай. Она была у них на хвосте, следуя за ними по каждой улице, выбирая те же повороты. Но когда они, наконец, добрались до их дома (нет, не их дома! дома Дженсенов), чёрная машина не остановилась. Она неспешно проехала вниз по улице. Джастин расслабился. Засунул Сета и чёрную машину в угол своего подсознания. Эту проблему он мог решить и в другой день. Сбросив дома рюкзак со школьной фигнёй, Джастин заставил Клэя пойти с ним к Заку. Он провел следующий час, делая с Заком силовые упражнения, в то время как Клэй и Мэй болтали о... ну, Джастин понятия не имел, о чём, блин, они болтали, за исключением того, что это было что-то чертовски занудное. Было здорово быть там, рядом со своим лучшим другом и своим почти братом, окружающими его, словно безопасный кокон, защищающий от насилия прошлого. На следующий день, в четверг, Джастин настоял на том, что должен быть за рулём Приуса на пути домой. Он лишь наполовину слушал, как Клэй бормочет что-то о предстоящем экзамене по английскому. Время от времени Джастин бросал в разговор «угу» или «да», чтобы Клэй не задавал ему глубоких вопросов о «Возвращении домой» или «Больших надеждах». Джастин постоянно проверял зеркала машины, но никто не следил за ними до самого дома. Ещё один день, ещё одна отсрочка. Когда Джастин остановил машину перед домом Дженсенов, он судорожно сжал руль. Твою мать. Чёрный автомобиль (это была машина Сета - теперь в этом не было никаких сомнений) был припаркован через дорогу. Человек за рулём пристально наблюдал за ними. Это был не Сет, но он выглядел как одна из его шестёрок - как один из тех многих мужчин, что раньше появлялись в квартире его мамы, чтобы обсудить «бизнес». Джастин вышел из машины и поспешил к пассажирской двери, не уверенный, пытался ли он защитить Клэя от взгляда грозного водителя или наоборот, сделать так, чтобы Клэй его не заметил. Тот же, не обратив на него внимания, начал подниматься по ступенькам. Как только он достиг входной двери, Джастин вернулся на крыльцо. - Я прогуляюсь немного, - сказал он, стараясь сохранять спокойствие. Клэй отпер дверь и повернулся к нему. - Почему? - Потому что викторианская литература вызывает у меня головную боль, Дженсен. Клэй нахмурился. - Ты пытаешься сказать, что я вызываю у тебя головную боль? Это звучало так, будто он был ранен словами Джастина. - Нет, тупица. Не принимай всё на свой счёт. Просто я не выношу Хардинга и Диккенса. - Джастин сделал паузу. - Эй, как ты думаешь, Диккенса когда-нибудь дразнили «Диккенс-хуикенс»? Клэй скривился. - Ты же знаешь, что это даже не слово, верно? Я имею в виду, исторически… - О Боже, Клэй. Я просто пошутил. Только Клэй может взять один из глупых комментариев Джастина и превратить его в отправную точку для скучной лекции. Клэй звякнул ключами и вошёл в дом. - Без разницы. Веселись. Смотри налево и направо, прежде чем переходить дорогу. Не теряйся - я не собираюсь тебя искать. Джастин подождал, пока Клэй пройдёт глубже в дом, а затем вынул свой ключ и запер входную дверь. Он спустился вниз по ступенькам и направился к чёрной машине. Мужчина на водительском сидении, теперь, когда Джастин видел его более ясно, на самом деле не был таким уж пугающим. У него была бледная кожа, неопрятная борода и усы. Он был худым, жилистым, и, судя по язвам на лице, частым потребителем кристаллического метамфетамина. Определённо шестёрка Сета. И хотя человек казался хилым, Джастин знал, какими непредсказуемыми и сильными может сделать мет некоторых наркоманов. Джастин не хотел вступать в конфронтацию, а потому шёл к машине, пытаясь выглядеть так, будто он просто переходит дорогу. Как только он переступил бордюр, кто-то сжал его руку мёртвой хваткой и с силой пихнул его в сторону, а затем прижал к пассажирской двери машины. Прежде чем он успел среагировать, к его горлу приставили нож, и он почувствовал кислое дыхание Сета. - Где, чёрт возьми, твоя мать? - Сет нажал на него всем своим весом, отодвинув холодный край ножа от горла Джастина настолько, чтобы тот мог ответить, не порезавшись. - Откуда я, блять, знаю? Она свалила. - Не смей, сука, врать мне. - Я не вру! - Так ты хочешь сказать, что не приходил в мой дом и не крал у меня? Не было смысла отрицать это. Это бы лишь разозлило Сета, и Джастин действительно не хотел стать тем самым мальчиком, которому перерезали горло в пригороде среднего класса; разве это не стало бы скандалом? - Да, это был я. И это стоило того, раз мама теперь держится подальше от тебя. Вот почему она сбежала. Она знала, что ты обвинишь её в том, что я украл у тебя. Сет схватил его правое запястье и прижал к двери автомобиля, жестоко выворачивая его под неестественным углом. - Значит, ты теперь тусуешься у другого богатенького дружка, да? Вечно присасываешься к кому-то, как ебучая пиявка. Джастин зажмурился, пытаясь дышать сквозь боль. - Он не мой друг. Это моя приёмная семья. И моя приёмная мать... Она адвокат. И если ты сделаешь мне больно, она откапает твою задницу где угодно, что весьма повредит твоему бизнесу, не так ли? Сет резко дёрнул его запястье. Джастин прикусил язык, чтобы не заплакать. Хуже боли был только страх. Сет действительно может сломать его запястье? Джастину будет не так-то просто это скрыть. В уме он придумывал одно паршивое оправдание за другим… Какой несчастный случай может привести к такой травме? - Я верну тебе деньги, - выпалил он. – С процентами. Сет изучил его, а затем, наконец, выпустил запястье. Джастин задохнулся, кости снова встали на своё место, и жидкий огонь протёк по нервным окончаниям. - Шесть тысяч долларов наличными к следующей неделе. Что? Джастин попытался сосредоточиться и немного посчитать в уме. Он тщательно пересчитал украденные деньги: в первый раз тысяча пятьдесят долларов, во второй – две тысячи триста долларов. Сет был дотошен во всём, что касалось его денег, что означало, что он также точно знал, сколько украл Джастин. Ну, а чего он, собственно, ожидал? Конечно, Сет собирался воспользоваться ситуацией и поднять цену. - Я не смогу найти столько денег. Сет поправил хватку на ноже. Джастин нервно следил за его движениями. - Ты хочешь сказать, что в этом сказочном доме нет ничего ценного? Джастин сглотнул. - Я их приемный ребёнок. У них есть камеры видеонаблюдения и сигнализации. Они закрывают на замок свою спальню и офис, чтобы я не мог попасть туда. Чёрт, они даже холодильник свой запирают! А их сын - мудак, который докладывает им обо всём, что я делаю. Так что нет, я не могу ничего стащить. Это была правдоподобная история, которая отлично вписывалась в представления Сета о людях с деньгами. Он всегда ненавидел Брайса и его семью; он не думал, что они достигли богатства своим трудом - не таким трудом, как Сет. Что ж, это работало в пользу Джастина, если он полагал, что Дженсены - это тот самый вид богатых мудаков, какими он их и представлял. Джастин ни за что не мог дать Сету идею о том, что дом его приёмной семьи был прекрасным местом для наживы или что Дженсены заботились о нём - было сто разных способов, с помощью которых всё может закончиться катастрофой. И если Сет станет угрозой для них, то это конец. Джастину придётся бежать. Рука Сета снова приблизилась к его запястью. - Что ж, полагаю, тебе придётся проявить изобретательность. Джастин прижал раненую руку к двери позади себя, отчаянно пытаясь избежать дальнейшей боли. Она не была сломана. Вероятно, это был просто вывих. Он хотел бы оставить всё как есть. - Я знаю, что ты давал - как ты там это называешь? «Рассрочку» своим клиентам-нарикам. Я буду платить тебе по пятьсот долларов в неделю, начиная с июня. Пожалуйста. Сет любил видеть его униженным. В этом отношении он ничем не отличался от Брайса. Он убрал руку от запястья Джастина, и даже отодвинул нож от его горла. - Тогда я поднимаю цену. Восемь тысяч. - Ты же знаешь, что я, блять, школьник, да? - Да, а ещё я знаю, что ты лично передал свою девушку другу для траха. Так что не притворяйся, что ты выше небольшой грязной работёнки. Почему ты всё ещё не используешь свою девчонку как шлюху? Могу поспорить, она сделала бы тебе хорошие деньги. Знаешь, что, дай-ка мне испробовать её, и я выбью триста баксов из общей суммы. Джастин пришёл в бешенство. Он бросился вперёд. Сет рефлексивно поднял нож, и Джастин толкнул свою шею прямо на лезвие. Он не собирался резать его; мудак даже отодвинул нож обратно, как только почувствовал движение Джастина. Поздно. Лезвие вонзилось в кожу шеи, из пореза сочилась кровь. Нож был тупым, и потому порез был неглубоким. Боль почти не ощущалась, не считая смутного рёва в голове Джастина из-за слов Сета о Джессике. Даже пульсация в запястье не была сдвинута на задний план. Увидев кровь, Сет рассмеялся и с силой отпихнул его к машине. Внезапно Джастин почувствовал себя очень маленьким. Запуганным. Бессильным. Он ненавидел это чувство. На долю секунды Джастин позволил себе желать невозможного. Чтобы какой-нибудь сосед посмотрел в окно, увидел, что происходит, и вызывал полицию. Чтобы полиция появилась и увела Сета в наручниках, позволяя Джастину вернуться к его новой жизни, воспользоваться вторым шансом на спасение. Конечно, в реальности этого не случилось. Реальность была жестока - Джастин, изо всех сил пытающийся решить неразрешимую проблему. Единственное, что он мог сделать, так это купить себе немного времени. - Пятьсот долларов в неделю. Я всё отдам, - пообещал Джастин. – Все восемь. Он пытался казаться раскаивающимся, выглядеть так, будто он на самом деле украл столько денег, будто Сет не взвинтил цену до небес. Это было обещание, которое он никогда бы не смог выполнить. Он знал это, но всё равно обещал. Сет слегка наклонил голову. - Если ты не заплатишь, я сломаю тебе жизнь. Он поднёс три пальца ко лбу Джастина и толкнул. Джастин сильно ударился головой об автомобиль. Сет окинул его изучающим взглядом, затем отвернулся и плюнул на тротуар.

***

Как только Сет и его напарник наконец-то уехали, Джастин вошёл в дом Дженсенов, чувствуя усталость и абсолютное смирение. Он дал Сету свой номер, чтобы один из его прислужников мог связаться с ним и договориться о месте встречи. Чертовски здорово. Джастин поднялся по лестнице на второй этаж. Он держал своё запястье настолько бездвижно, насколько только мог, не прибегая к придерживанию его второй рукой. Где же Клэй? Он нуждался в нем сейчас. Сам же Клэй зависал в их спальне, переставляя свои комиксы (видимо, существовало только одно их правильное расположение, с которым Джастин продолжал упорно лажать). Увидев Джастина, он застыл в середине движения. - Чувак, что произошло? - А? - Джастин неосознанно коснулся шеи. На пальце осталась красная полоса. Наверное, его мозг, блять, онемел. Он должен был позаботиться об этом, прежде чем подняться и искать утешения у Клэя, как грёбаный ребенок. Он был жалок. - О, у меня был неравный бой с веткой. Клей нахмурился. - Разве у баскетболистов не должно быть хороших рефлексов? - Меня отвлекли. - Кто? Белка? Клэй оставил свой комикс-проект и подошёл ближе к нему. - Не-а, та сексуальная соседка, что живёт ниже по улице. - Миссис МакДэниэл? - Ага. Её сиськи просто огромные. - Джастин, она же замужем! - Какая разница, если она горячая мамочка. Клэй остановился и посмотрел на него – каким-то образом и с раздражением, и с любовью, и с отвращением одновременно. - Перестань разговаривать. - Что, Дженсен? Хочешь сказать, что никогда не замечал? Она ж вечно бегает трусцой и при этом никогда не носит спортивный лифчик. Малейший намёк на улыбку коснулся губ Клэя. - Да, хорошо, они классные, да? Они разделили усмешку. Было приятно знать, что у Клэя всё-таки было здоровое сексуальное влечение, погребённое под непрерывным потоком беспокойства. - В ванной есть антисептический крем, - сказал Клэй. Он испытующе изучал горло Джастина. - Блин, да в порядке я. - И это замечательно, но хотя бы промой порез водой и заклей пластырем. Клэй практически насильно направил его в ванную комнату. Иногда он был хуже своих родителей - вечно нуждался в заботе о ком-то. - Слушай, - начал Клэй, роясь в аптечке. - Ты уже окрестил нашу спальню потом и рвотой. Тебе обязательно крестить её ещё и кровью? - Да тут крови-то. Три капли. - Мне всё равно, - упрямо сказал Клей. - Новое правило комнаты: не кровоточить. Несмотря на возражения Джастина, Клэй выложил антибактериальную мазь, аптечку первой помощи и мочалку. Затем он приступил к контролю всей операции. («Не тот лейкопластырь! Форма не подходит. Нет, этот слишком большой. Мама испугается, если увидит это у тебя на шее. Просто дай я выберу сам. Почему ты пытаешься приклеить одной рукой? Господи, просто сиди спокойно и дай мне сделать это!») Это был первый раз, когда кто-то лечил раны Джастина с нежностью и не ждал чего-то взамен. Это чувствовалось неправильным. Если бы это был Брайс, Джастин знал бы, что он был должен что-то (что-то неприятное). Что касается Клэя... Что он вообще мог сделать, чтобы отплатить ему? Ничто не казалось достаточно хорошим, и, в любом случае, Клэй делал что-то, потому что думал, что так будет правильно, а не потому, что хотел получить какую-то выгоду. Как и его родители, он просто был порядочным человеком. - Спасибо, Клэй. За то, что делаешь всю эту фигню. За то, что заботишься обо мне. Клэй разгладил лейкопластырь на его горле. - В этом нет ничего такого. Есть. Для меня – есть. - У вас есть что-то типа ибупрофена или напроксена? - Конечно. Но... он правда настолько болит? Глаза Клэя расширились от беспокойства. - Нет. Это от… моей головной боли. Джастину нужно было что-то, чтобы снять боль в запястье. Вероятно, пройдет два или три дня, прежде чем оно исцелится; он лишь надеялся, что рука не опухнет. - Ой, я и забыл. Слишком много викторианской прозы, да? Клэй улыбнулся ему. - Именно. Клэй нашёл ему напроксен, и Джастин спустился вниз, чтобы запить таблетку. Вернувшись в их комнату, он сел на кровать и наблюдал за тем, как Клэй организует свои комиксы. - Эй, Клэй? - Да? - Хочешь сыграть? - В приставку? Не-а, не очень. - Ладно. А как насчёт карточной игры? Покер? Клэй взглянул на него. - Это будет звучать жалко, но я не знаю, как играть. - Я тебя научу. Джастину действительно нужно было выйти из чертогов разума прямо сейчас. Нужно было отвлечься. - Разве для этого не нужно более двух человек? - Только не для игры один на один, – чтобы окончательно убедить его, Джастину пришлось прибегнуть к лести. - Ты был бы очень хорош в этом. Эта игра требует стратегии и быстрого мышления. Идеально тебе подходит. - Думаешь? – Клэй раздулся от гордости. – Да, хорошо. Подожди, я только найду свою колоду. День плавно перетекал в вечер. После их с Клэем игры в покер был чертовски крутой ужин с рёбрышками и печёной картошкой. Потом они делали домашнее задание и, наконец, его приветствовала тёплая, чистая постель. Вместо того чтобы спать, мысли Джастина зацепились за Сета. Его сделка с этим мудаком была просто тактикой обмана. Джастину всё равно придётся бежать. У него оставалось достаточно денег, чтобы платить ему только несколько недель. Он мог бы отучить себя от героина и перейти на травку. Это сэкономило бы ему несколько долларов. Может быть, после окончания семестра Джастин сможет устроиться на работу. Это могло бы окупить ему дополнительный месяц. Дженсены давали ему карманные деньги - двадцать долларов в неделю за то, что он помогал по дому (эти люди вообще были реальными?). Он должен был подсчитать цифры и придумать план. Клэй гордился бы им... если бы не наркотики, не Сет, и не каждая, блять, частичка прошлого Джастина. Каждая чёртова частичка того, кем был сам Джастин. Наркоманом. Шлюхой. Слёзы просочились из уголков его глаз. Он сердито сморгнул их. Он не хотел покидать дом Дженсенов. Бросать Клэя. Он не хотел снова оказаться на улице, где его били, хватали за волосы, толкали лицом в грязный матрас. Холодного и голодного. Одинокого. Колющего героин. Может быть, мне и не придётся. Если я найду способ расплатиться с Сетом. Если Сет не узнает, что эти люди - Клэй, Мэтт, Лэйни - что-то значат для меня. Если. Если. Если. Джастин не хотел бросать кости или надеяться на небольшую удачу. В прошлом цифры никогда не складывались в нужную ему комбинацию. У него не было ни единой причины полагать, что на этот раз всё будет иначе. На этот раз жизнь и так преподнесла ему подарок - Дженсенов. И он будет наслаждаться каждой минутой временного затишья - этим блаженным перерывом между ужасными промежутками его жизни.