Сладкий аромат наших отношений

Когда она была в десятом классе, то заразилась очень странной болезнью под названием сколиоз. Обычно позвоночник среднестатистического человека прямой; однако ее, к несчастью, был в форме S. Болезнь была внезапной, и до сегодняшнего дня они так и не выяснили её причины. Несмотря на то, что сейчас Лаврецкая может говорить об этом случае с улыбкой на лице, тогда девушка полностью потеряла надежду. Из-за болезни её тело было сильно согнуто, а сердце постоянно сдавливалось — Дашу даже могло парализовать, если бы болезнь продолжила ухудшаться. Однако, чтобы провести необходимую операцию нужно было сильно раскошелиться, и на тот момент в семьи не было таких денег. Даша помнит, что в тот период времени она каждый день пряталась под одеялом и плакала, стараясь не сильно шуметь. Поплакав, девушка затем вставала и продолжала вести себя радостно и беззаботно, словно боялась, что ее родные будут грустить и чувствовать вину — они уже винила себя в ее положении. Брюнетка каждую ночь не могла заснуть, и ее мысли крутились вокруг идеи самоубийства. Одной ночью Ста вдруг забрался к ней на кровать и очень серьёзно сказал: — Ты знаешь, что прыжок с крыши высотки не закончится мгновенной смертью, если падать не головой вниз? Вместо этого многие люди просто ломали кости и ранили свои внутренние органы — и были вынуждены страдать на земле, долго наблюдая за тем, как утекает их жизнь. Затем он целую ночь продолжал говорить о проблемах в совершении суицида путём утопления, перерезания вен и повешения… В результате Даша решила терпеть невероятный психический и физический стресс, который появился из-за ее двухлетней болезни. Девушке удалось успешно лечь на операционный стол только после того, как ее мать и отчим смогли получить необходимую сумму. Лаврецкая вздохнула от облегчения, не зная, что на самом деле операция была очень рискованной; доктор даже сказал, что была возможность, что она умрет прямо на операционном столе. Ее мать подписывала согласие на операцию со слезами на глазах. После операции Даша оставалась в отделении интенсивной терапии ещё восемь часов. Смирнин после сказал, что эти восемь часов были тяжелейшими восемью часами в его жизни. Стоя в коридоре больницы он серьёзно думал — если сестра не переживет операцию, он сменит своё имя на её и продолжит жить жизнью своей сестры. К счастью, операция прошла успешно, и она сегодня может свободно прыгать и бегать. Произошёл тогда один незначительный случай, который Даша запомнила очень чётко. Чтобы убрать грязную кровь, оставшуюся после операции, доктор поместил рядом с ее позвоночником 30-сантиметровую длинную трубку, которую убрали только спустя десять дней после операции. Лаврецкая умела терпеть боль, поэтому просто сжала зубы и терпела, когда трубку убирали. Брюнетка чувствовала, как трубка трётся о ее кости, когда её потихоньку вытягивали; это было так больно, что всё тело девушки дрожало. Смирнин, как ни странно, стоял рядом и держал сестру за руку. Через десять минут трубку, наконец, вытащили полностью. Так как Стас всё ещё держал Дашу за руку, она попросила его отпустить, но безрезультатно. Затем девушка подняла голову и сперва подумала, что ей все снится. Он плакал. Его голова и плечи были опущены, а сам он молча плакал. Его руки продолжали держать руку сестры, не желая отпускать. После она дразнила его тем случаем — говорила, что он слишком стеснялся плакать перед столькими людьми. Даша думала, что он ответит, как обычно, язвительно, но к ее удивлению он сказал: — Ну а кто просил мою сестру притворяться храброй? Как брат я не мог ей ничем помочь, поэтому решил помочь ей выплакаться. Несмотря на то, что Лаврецкая могла терпеть сильную боль, не проронив ни слезы, от одного этого ответа у нее на глазах начали собираться слёзы.