Существо, которое ты знаешь

      6 октября 2002 года       Драко смотрел в окно гостиничного номера в Брисбене, в котором они остановились, в его голове бурлил целый поток мыслей и эмоций.       Они прибыли в Брисбен вечером, покинув Лондон еще утром.       Грейнджер настояла на том, чтобы убедиться, что с ее родителями все в порядке, и поэтому первой остановкой было найти их дом в одном из довольно элитных районов.       Хотя Драко был обеспокоен тем, что за такое время ее родители могли уже переехать, и у них возникли бы проблемы с их поиском, это вообще не было самой главной проблемой.       Тихий вздох Грейнджер рядом с ним предупредил Драко о присутствии ее родителей, смеющихся и болтающих, когда те заворачивали за угол к их дому. Увидев ее мягкую улыбку и слезящиеся глаза, Драко обнял ее за плечи и притянул к себе.       Они с безопасного расстояния наблюдали, как пара медленно шла по подъездной тропинке. У миссис Грейнджер был восхитительный смех, который эхом разносился в вечернем воздухе. Они были моложе, чем Драко мог себе представить, возможно, даже моложе его собственных родителей.       Но именно тогда, когда мистер Грейнджер придержал дверь для своей жены, а миссис Грейнджер повернулась, чтобы войти, в поле зрения появился ее округлый живот, а затем раздалось прерывистое дыхание Грейнджер.       Она вздрогнула, словно собираясь двинуться вперед, ее губы приоткрылись, а брови нахмурились.       — Беременна, — наконец выдохнула она, и когда Драко бросил нервный взгляд в ее сторону, благодаря свету уличного фонаря увидел следы слез на ее щеках.       Драко неловко перемялся с ноги на ногу, борясь с желанием еще сильнее прижать ее к себе.       — С тобой все в порядке? — прошептал он, встретившись с ней взглядом. — Хочешь уехать?       — Нет, — прошептала она, обхватив себя руками и закусив губу. — Я просто хочу посмотреть на них.       Но вскоре они исчезли в доме, и внутри зажегся свет.       Грейнджер продолжала смотреть на дом, как будто могла видеть сквозь стены. Она погрузилась в себя, как будто силы окончательно покинули ее.       — У них будет ребенок, — сказала она скорее себе, чем Драко. — У меня будет брат или сестра.       — Да, — сказал Драко, кивая, в горло сильно пересохло. — Это будет очень мило.       Он лихорадочно соображал, что бы такое сказать, чтобы успокоить ее.       Каким-то образом во всей этой неразберихе возникла мысль, что она все еще не смогла помочь своим родителям, что она стала проклятой, пытаясь спасти их, и все же не достигла своей изначальной цели.       Что так долго она боролась не только с собственным проклятием, но и с чувством вины за то, что наложила заклинание на своих родителей.       А теперь еще и это. Драко полагал, что они еще достаточно молоды, чтобы завести еще одного ребенка. Хотя, конечно, они не понимали, что у них уже есть дочь, которая сейчас стояла снаружи дома.       Наконец Грейнджер глубоко вздохнула и отстранилась.       — В Брисбене есть небольшое магическое сообщество, больница здесь обслуживает большую часть волшебной Австралии, — она задумчиво пожевала губу. — Я отправлю сову целителю Карлсон, чтобы договориться о консультации. Может быть, они узнали что-то о моих родителях, но у него также может быть больше информации о колдуне.       — Это хороший план, — тихо сказал Драко, засовывая руки в карманы. — А там есть совиная почта?       — Да, — лениво пробормотала она. — Я уже пользовалась ею раньше.       — Тогда пошли, — сказал Драко, протягивая руку.       Так что некоторое время спустя Драко понял, что терпеливо ожидает ее в их общем гостиничном номере — он был уверен, что попросит две отдельные кровати.       Вскоре после их приезда Грейнджер извинилась и ушла в ванную, а через несколько минут он услышал шум льющегося душа.       Но вода была отключена уже довольно давно, и Драко мог чувствовать ее эмоциональную нестабильность благодаря своей вейле внутри.       Он точно знал, что, вероятно, она винила себя за то, что до сих пор не смогла восстановить память своих родителей, или за то, что не осталась в Австралии, чтобы продолжить попытки. Или же она оплакивала тот факт, что никогда не сможет узнать своего младшего брата или сестру.       Драко стиснул зубы и зашагал по комнате, понимая, что ей нужно побыть одной. Он распаковал каждый из их чемоданов, левитируя одежду и личные вещи в соответствующие ящики в шкафу.       Когда он добрался до уменьшенной коллекции книг, которую взяла с собой Грейнджер, Драко ласково улыбнулся и вернул их прежний размер, аккуратно складывая каждую на небольшую полку.       Сердце Драко сжалось, когда он добрался до книги под названием «Узнай свою пару, вейла», и его дыхание стало прерывистым.       Он провел пальцами по ее корешку, ощущая всепоглощающую боль.       Он заметил, что в книгу была аккуратно вложена закладка, и на его губах невольно появилась улыбка.       Как бы много они ни пережили, она каким-то образом решила, что он достоин ее усилий и внимания.       Если бы он только мог, то провел бы всю свою жизнь, пытаясь повернуть вспять прошлое, но даже тогда он бы не заслужил ее.       Его красивая, блестящая, невероятная пара.       Любопытство взяло верх, и Драко скользнул пальцем в книгу между страниц, где лежала закладка, намереваясь заглянуть в главу, на которой она остановилась, когда раздался тихий стук в окно.       Драко закрыл книгу и положил ее на полку рядом с остальными.       Он открыл окно и взял маленький свиток от совы, которая принесла ответ о просьбе Грейнджер из больницы. Сова тут же взлетела, не желая ждать ответа.       Драко колебался, не желая беспокоить Грейнджер, если только это не было срочно. Он сел на кровать, решив почитать книгу, пока будет ждать ее.       Но она появилась как раз в этот момент, ее волосы были влажными, а глаза красными. Она одарила его улыбкой, но Драко мог сказать, что ее сердце было не на месте. Грейнджер устроилась на его кровати рядом с ним, скрестив ноги.       — С тобой все в порядке? — спросил Драко, делая пометки на своей странице и откладывая книгу. — Ты кажешься расстроенной.       Наполовину ожидая легкомысленной отмазки или вынужденного веселого ответа, Драко был удивлен, когда Грейнджер испустила долгий вздох, заметно опустив плечи.       — Я думаю, это просто еще одна причина для беспокойства, — призналась она, покусывая губу и глядя на него. — Одно дело знать, что я тщетно пыталась восстановить их память… но теперь я знаю, что если мне это никогда не удастся, то я никогда не познакомлюсь с новым членом своей семьи.       Лоб Драко нахмурился, и он опустил руку на ее руку, поддерживая, поджав губы. Он не совсем привык к тому, что Грейнджер откровенничает с ним, и не очень хорошо разбирался в таких вещах.       — И я полагаю, что если быть по-настоящему честной, — мягко продолжила она, — есть маленькая часть меня, которая не может не чувствовать, что меня заменили. Я знаю, звучит ужасно эгоистично, тем более что это все моя собственная вина.       — Это не эгоистично, — ответил Драко, встретившись с ней взглядом. — Понимают они это или нет, но все эти годы они были твоими родителями, — он заколебался, прикусив свой язык. — Я бы чувствовал то же самое.       — Неужели? — с выражением одновременно боли и надежды на лице спросила она.       — Совершенно верно, — кивнул Драко, протягивая свиток. — Твоя сова только что вернулась.       Она с опаской взяла записку, быстро пробежав глазами по посланию.       — Целитель Карлсон встретится с нами завтра днем.       — Это хорошо, — сказал Драко, перемещая свою книгу на край стола, когда Грейнджер села рядом с ним и прислонилась к изголовью кровати. — Хотя странно думать, что сейчас ночь, когда мы проснулись всего несколько часов назад.       — Да, это так, — с легким смешком согласилась Грейнджер. — Я совсем не устала.       — Ни то, ни другое, — ухмыльнулся Драко. Он шумно выдохнул через нос, снова глядя на нее. — Твои родители, должно быть, были молоды, когда ты родилась, не так ли?       — Очень молоды, — кивнула она. — Моей маме было всего восемнадцать, когда она мной забеременела.       Драко глубоко вздохнул.       — Мои родители были примерно нашего возраста.       Он посмотрел вниз, когда Грейнджер зарылась ему в бок, устраиваясь поудобнее. Он мгновенно подавил феромоны, которые рвались выйти на поверхность всякий раз, когда она была рядом. Казалось, чем дольше они откладывали принятие связи, тем хуже становилась ситуация.       — Расскажи мне о них, — выдохнул он, просовывая руку ей за спину.       — О моих родителях? — спросила она, широко раскрыв глаза от удивления. — А что ты хочешь знать?       Драко с улыбкой пожал плечами.       — Все, что ты хочешь мне рассказать.       — Они оба дантисты, — задумчиво произнесла она. — Я имею в виду маггловских докторов, которые лечат зубы, — нежная улыбка озарила ее лицо. — Мы с мамой всегда были очень близки, она всегда любила поговорить о волосах и мальчиках, о книгах и философии… она действительно была невероятно разговорчивой и харизматичной. Она была единственной, кто мог взять под контроль мои волосы, хотя я получила свои кудри от папы.       Грейнджер хмыкнула, пойманная в ловушку воспоминаний.       — Папа всегда пытался меня чему-то научить. Правилам регби, или как починить двигатель в вольво, или каких птиц можно было встретить где-то в лесу. Он обожает исторические передачи по телевизору, археологические раскопки и все такое.       — Очаровательно, — пробормотал Драко, улыбаясь. — Звучит великолепно. Хотя, конечно, они должны быть такими, чтобы вырастить кого-то вроде тебя.       — Лестью ты ничего не добьешься, Драко Малфой, — поддразнила она, усмехаясь.       — Совсем никак? — спросил он, подняв бровь.       — Никак, — повторила она шепотом, подчеркивая каждый слог. Затем для большей убедительности она ткнула его локтем в ребра.       — Эй! — воскликнул Драко, хватая ее и бросая на одеяло.       Грейнджер оттолкнула его, смеясь и отодвигаясь подальше. Когда Драко, ухмыляясь, подполз ближе, Грейнджер одарила его невинной улыбкой и подняла руку со злобно острыми и смертоносными когтями, которые могли разрубить его одним ударом.       — Ты бы не стала, — сказал он, наклоняясь к ней. Его язык непроизвольно высунулся, чтобы облизать губы. Ее близость опьяняла.       Грейнджер выдержала его пристальный взгляд и провела одной стороной длинного когтя вниз по руке, не совсем глубоко, чтобы выпустить кровь.       — Ты прав, — выдохнула она и покраснела. — Во всяком случае, не намеренно… я высока, когда молода, и низка, когда стара.       Драко моргнул, застигнутый врасплох, его разум затуманился от ее близости. Он долго смотрел на нее, его мысли лихорадочно метались. И тут его осенило.       — Свеча.       — Тебе будет не хватать ответов на мои загадки, не так ли? — спросила Грейнджер с хитрой усмешкой на лице, когда пристально посмотрела на него.       — Хочешь верь, хочешь нет, не будет, — сказал Драко, закатывая глаза. — И тебе будет не хватать их, я полагаю. Заставлять меня думать слишком усиленно, с нависшей угрозой быть выпотрошенным твоими когтями, если я ошибаюсь.       — Хорошо, что ты не ошибаешься, — выдохнула Грейнджер, но затем ее взгляд прояснился. — Но я думаю, что буду скучать по своей львице. Это так… просто.       — Мне придется загладить свою вину, — прошептал Драко, ухмыляясь.       — Взяв меня в полет, верно? — спросила она, мило улыбаясь и краснея.       — Ты чертовски этого хочешь, — сказал Драко, перекатываясь на спину рядом с ней.       — А ты можешь сказать своей паре «нет»? — спросила Грейнджер, делая вид, что надувает губы.       — Конечно, могу, — возразил Драко, указывая на нее пальцем. — Особенно если это подвергнет мою пару опасности. И кроме того, мы не связаны узами.       — Если все пойдет хорошо, — тихо сказала Грейнджер, замолкая. Драко тяжело сглотнул при этой мысли. — Значит, скоро мы свяжем друг друга, — она пожевала губу, ее взгляд блуждал по потолку. — А на что похожа эта связь?       — Насколько я знаю, — пробормотал Драко, — появляется метка… и официальное «заключение» брака, — при этой мысли его феромоны забурлили в теле. Мерлин, если это действительно произойдет, то все проведенное рядом с ней время воздержание окажется лишь своеобразным упражнением перед завершением связи. При этой мысли Драко понял, что ему становится все труднее контролировать себя.       — Хорошо, — с придыханием в голосе сказала Грейнджер. — Это все, что я смогла найти по этому вопросу. Как именно надо получить метку?       — Я тебя укушу, — пробормотал Драко, демонстративно прикусив нижнюю губу. Чувствуя в себе смелость, он провел кончиками пальцев по чувствительной коже в месте соединения ее шеи и ключицы. — Прямо здесь.       Он нырнул ниже, проведя своими человеческими зубами по мягкой плоти, в которую ему так хотелось впиться. Дрожь пробежала по спине Грейнджер и эхом отозвалась в душе Драко.       Отбросив осторожность, он высунул язык, чтобы попробовать ее кожу, и в момент контакта его мозг взорвался. Ее кожа определенно имела вкус амброзии. Он провел языком по ее шее, его мысли кружились и туманились от ощущения ее тела.       Его вейла наслаждалась высвобождением феромонов, толкая его, искушая — Драко прижался губами к мягкой плоти ее шеи, его глаза почти закатились назад от ощущения того, как он зарылся руками в ее кудри, переместившись так, что навис над ней.       Грейнджер всхлипнула, когда Драко втянул кожу ее шеи между губами, человеческая сторона его разума почти стерлась из-за столь близкого расположения ее тела, готового и податливого.       Его зубы снова задели ее шею, его клыки удлинились в клыки, готовые отметить его пару.       — Малфой, — выдохнула она, выгибаясь ему навстречу, и глаза Драко, затуманенные и с отяжелевшими веками, распахнулись навстречу ее глазам.       В течение долгих мгновений, которые ему потребовались, чтобы прийти в себя, Драко просто смотрел на нее, на ее приоткрытые губы. Он поймал нить своих свободно текучих феромонов и затянул их внутрь.       — Грейнджер, — наконец выдохнул он, его грудь вздымалась от близости, ее тело было таким мягким и гибким. Драко несколько раз моргнул, восстанавливая контроль над своими чувствами, сжал губы и глубоко вздохнул. — Мы снимем это чертово проклятие.       — Да, пожалуйста, — прошептала Грейнджер.       — А потом, — пробормотал Драко, позволив себе быстро прикусить мочку ее уха, — ты вся моя.       

***

      Гермиона заставила свои руки оставаться неподвижно прижатыми к бокам, когда вошла в кабинет целителя Карлсона, Малфой следовал за ней по пятам. Она старалась не обращать внимания на беспомощные, отчаянные воспоминания о том времени, когда она в последний раз находилась в этой больнице, когда так много целителей говорили ей, что ничего нельзя сделать для ее родителей.       — Мисс Грейнджер, — быстро произнес целитель Карлсон, поднимаясь из-за стола, чтобы пожать ей руку с натянутой улыбкой на лице. — И…       — Драко Малфой, — мягко сказал блондин, коротко пожав руку Карлсона, прежде чем вытащить его руку и скользнуть на сиденье рядом с ней, когда целитель снова занял свое место.       — Что привело вас обратно в Австралию? — любезно спросил целитель Карлсон, глядя между ними.       — Мне было интересно, произошли ли какие-нибудь изменения в условиях моих родителей? — спросила Гермиона, проклиная себя за эту надежду. Наверное, он даже не навещал ее родителей с тех пор, как она уехала из Австралии.       Целитель Карлсон надел очки и пролистал лежащую на столе папку.       — Боюсь, что никаких изменений, — довольно резко ответил он. — Мы часто посылали к ним целителей, чтобы проверить, изменилось ли их поведение вообще. Кроме очевидного факта, что ваша мать ждет ребенка, ничего не изменилось.       — Верно, — сказала Гермиона, сжимая губы вместе и кивая. Рядом с ней сидел Малфой, выпрямившись во весь рост, с бесстрастным выражением лица, не мигая смотрел на Карлсона.       — Жаль, что мне больше нечего вам сказать, — нахмурился Карлсон. — И это все?       — Вообще-то нет, — со вздохом ответила Гермиона. Она с некоторым трепетом встретилась взглядом с серыми глазами Малфоя. — Помните, чуть больше двух лет назад я спросила вас о колдуне?       — Я помню, — сказал Карлсон, и его глаз дернулся. — И как я уже говорил вам два года назад, я не советую искать его. Я не думаю, что он будет склонен предложить вам какую-либо помощь в этом вопросе.       — Хорошо, — сказала Гермиона, пренебрежительно махнув рукой. — А что еще вы о нем знаете?       — Очень мало, — сказал целитель Карлсон, нахмурив брови. — Только то, что он могущественный колдун, который живет один в пустыне. Известно, что у него был ужасный характер и дурное чувство юмора.       Брови Гермионы дрогнули. Звучало иронично.       — А откуда вы знаете о его характере и чувстве юмора? — Малфой прервал его, наклонившись вперед. — А вы сами с ним встречались?       — Я слышал о таких случаях, — нервно ответил Карлсон. — Рассказах людей, которые с ним встречались. Людей, которые были прокляты. Мисс Грейнджер, вы не должны искать его.       — Я была проклята, целитель Карлсон, — спокойно сказала Гермиона, выдержав пристальный взгляд мужчины. — И мне нужно знать все, что вы знаете.       — Проклятье? — спросил Карлсон, широко раскрыв глаза. — В каком смысле?       — Я разыскала колдуна, — продолжала она, — когда была здесь в последний раз. Я была проклята, превращаясь в львицу и навязчиво задавая людям глупые загадки.       — Загадки, — невозмутимо ответил Карлсон. — А почему загадки? — он заколебался, подняв бровь. — Осмелюсь добавить, я вас предупреждал.       — Да, и я проигнорировала предупреждения, не так ли? — рявкнула Гермиона, чувствуя, как в ней закипает гнев. Рука Малфоя нашла ее руку. — Но теперь мне нужно освободиться от проклятия в преддверии назначенного колдуном срока в тысячу дней. А если я не смогу, проклятие станет постоянным.       — Вы, наверное, должны радоваться, что вам сказали о сроках, — без особого энтузиазма сказал Карлсон. — Это случается не так уж часто.       — Правильно, — сказала Гермиона, — если бы не тот факт, что Драко — вейла, а я его пара, и он умрет к назначенной дате, если я не смогу принять брачную связь.       Выражение его лица оставалось безучастным, даже когда Малфой крепче сжал ее руку.       — Это вейла? — спросил Карлсон, быстро переводя взгляд на блондина. Гермиона заметила в его взгляде академическое любопытство. — Мы не видим много вейл в Австралии. Чистокровный?       — Вряд ли, — фыркнул Малфой. — Далекий предок.       — Очаровательно, — пробормотал Карлсон, совершенно сбитый с толку. Гермиона сердито посмотрела на него. — Как вы думаете, я могу задать вам несколько вопросов?       — Почему бы вам сначала не ответить на наш вопрос, и потом я подумаю об этом? — Малфой поднял бровь, украдкой взглянув на Гермиону.       Целитель Карлсон сложил руки на коленях, по-видимому, став более сговорчивым.       — Мне бы очень хотелось помочь вам, честное слово. Но я сам никогда не встречался с колдуном, и после всех этих историй, которые я слышал, я и не собираюсь этого делать. Могу ли я предложить вернуться к вашему первоначальному источнику? Возможно, там повезет больше с той информацией, которую вы ищете.       Гермиона плотно сжала губы. Они знали, что это будет нелегко — им просто придется идти дальше.       — Это действительно хороший совет, — сказал Драко, когда они вышли из кабинета целителя Карлсона. — Где ты впервые услышала о колдуне?       — Я не помню, — призналась Грейнджер, закусив губу. — Я слышала о нем несколько раз, прежде чем всерьез рассматривала этот вариант. Конечно, теперь я жалею, что вообще это сделала.       Драко нахмурился.       — А ты не помнишь, кто тебе о нем рассказывал? А как насчет гида?       — Нет, подожди, — с отстраненным выражением лица пробормотала Грейнджер. — Это прошептал сотрудник больницы. Что я должна навестить его… но когда я подошла ближе, он убежал. Это был сотрудник клининга.       — Ты помнишь, как он выглядел? — спросил Драко, прикусив язык. — Было бы неплохо его тут поискать.       — Я, наверное, узнала бы его, если бы увидела, — задумчиво сказала Грейнджер. — Хотя я и не видела его вблизи. А что, если он здесь больше не работает?       — Мы найдем его, — заверил ее Драко. А если нет, то он сделает все возможное, чтобы получить информацию от Карлсона, в том числе ответит на его бессмысленные исследовательские вопросы о вейлах.       После более чем часового блуждания по больнице, стараясь казаться незаметными, Грейнджер напряглась рядом с ним, когда мимо прошел человек в оранжевом одеянии.       — Я думаю, это он, — прошипела она. Грейнджер всмотрелась внимательнее, следуя за мужчиной, который завернул за угол, кивая Драко. Она снова шла рядом с ним. — В прошлый раз он отказался говорить со мной и захлопнул дверь у меня перед носом.       Драко приподнял бровь, позволяя ухмылке скользнуть по его губам.       — Я выше угроз. А ты?       — Конечно, я выше угроз, — вздохнула Грейнджер, закатывая глаза.       Драко фыркнул.       — Ладно. Чары Конфундуса?       — Тогда иди, — через мгновение сказала Грейнджер, махнув рукой.       Пятью минутами позже Драко поймал мужчину, который озадаченно озирался по сторонам с затуманенным выражением лица, и затащил его в кладовку.       — А ты кто такой? — спросил мужчина, проводя рукой по лицу, его австралийский акцент был очень сильным.       — Меня зовут Драко Малфой, — вежливо представился он и указал на Грейнджер. — Это моя подруга Гермиона Грейнджер. Два года назад ты предложил ей навестить человека, колдуна, — он сделал паузу, наблюдая, как глаза мужчины расширились от ужаса. — А теперь скажи мне, какого черта ты послал ее к этому человеку?       — Вот дерьмо, — прошептал мужчина, поднимая руки. — Приятель, я могу объяснить. Это все чертово проклятие, понимаешь?       Драко замер с открытым ртом.       — Ты тоже был проклят? — спросила Грейнджер, шагнув вперед и широко раскрыв глаза. — Колдуном? Что он с тобой сделал?       — У него прямо ужасное чувство юмора, — мрачно сказал мужчина. Грейнджер изобразила на лице согласие. — Видите ли, к нему приходил мой друг, чтобы попросить о помощи. Но он вернулся проклятым, и когда я попытался предупредить всех об этом колдуне, он выследил меня, и я тоже оказался проклятым.       Мужчина расхаживал по кладовке.       — Я вовсе не собирался просить тебя пойти к нему, — с извиняющимся выражением лица сказал мужчина. — Мое проклятие состоит в том, что я вынужден говорить людям, ищущим ответы, что они должны посетить его. Я пытался остановить себя, когда увидел тебя, так отчаянно ищущей ответы. Я смог удержаться от того, чтобы сказать тебе что-нибудь еще, но для него это всего лишь игра.       — Это уж точно похоже на то, что он мог бы сделать, — сказала Грейнджер, нахмурившись. — Я тебя не виню.       Мужчина с облегчением вздохнул.       — Мне очень жаль, что ты тоже оказалась проклята.       — Ты можешь загладить свою вину, рассказав нам все, что сможешь, — вмешался Драко, не желая так легко отпускать этого человека, когда он мог получить так нужную им информацию. — Он выследил тебя? Ты хочешь сказать, что он покинул свою хижину?       — Нет, — мужчина махнул рукой. — Скорее, он сам меня вызвал.       Драко разочарованно вздохнул.       — А ты не знаешь, как добраться до его хижины? Как он действует? Как работает его магия?       — Я знаю немного, — признался мужчина. — Нам нужно спрятаться. Я расскажу вам все, что знаю.