Лук 7.
4 августа 2022 г., 01:16
Потоптавшись у порога в полном недоумении я судорожно обдумывал сложившуюся ситуацию.
Бордель значит?.. Из огня да в полымя… Делать нечего. Позволить себе бросить её в такой ситуации я не могу.
Не медля больше ни секунды, я толкнул обшарпанную дверь и меня обдало густым туманом курений.
Неприятные мысли и подозрения терзали меня, пока я проходил по длинному, обитому бархатом коридору и, наконец, не добрался до большого зала со сценой, окружённой столиками, баром и входами, предположительно, в ложи для особых клиентов.
Несмотря на расположение — на границе трущоб, внутри, на удивление, было чище, чем я предполагал, но… Стены, обитые красным бархатом и кожей, большая деревянная сцена с подиумом, алые с белым тюлем кулисы, большие чаши с углями и кожаные диваны безобразной формы по периметру… Прямо-таки рай для извращенца. Аж мурашки по коже пробежали. Однако обстановка показалась мне очень богатой, да и ассортимент в баре такой, что простому работяге не потянуть.
Видимо основная масса клиентов здесь — далеко не местные жители. Но ей-то что здесь понадобилось? Может ей угрожают? Или шантажируют?..
Единственным местом, с которого открывался вид на всё заведение, оказалась потрепанная временем и пьяными завсегдатаями массивная барная стойка из красного дерева. Шершавая, но приятная.
Раздавалась какая-то тихая, но навязчивая мелодия, периодически заглушаемая щебетом «сладких пташек».
Я заказал Эгг-Ног и стал наблюдать.
Посетителей было немного. То тут, то там, сбившись в группы по два-три человека, выпивали наемники, два шулера метали банк недалеко от бара, несколько мужчин, судя по всему — аристократов, рассредоточились по залу и развлекались с девицами, а те, в свою очередь, хихикали, задорно улыбались и всеми возможными способами старались угодить «гостям».
Особенно шумно было в ложе, ближайшей к сцене.
В ней собралось, по меньшей мере, с дюжину «пташек». Виновника торжества за ними даже не было видно.
Однако, сколько бы я не наблюдал за обстановкой, я не мог найти глазами Умбру. Это успокаивало и напрягало одновременно.
На несколько мгновений все звуки исчезли и повисла гнетущая тишина. Настолько гнетущая, что я мог услышать сердцебиение сидящих в зале людей.
Забили барабаны и заиграла ритмичная, дразнящая мелодия, были подожжены чаши с углём. Занавес шелохнулся и из-за кулис беззвучно выпорхнула рыжеволосая танцовщица. Гибкая, ловкая… Пленительная. Она полностью отдавалась музыке. Через какое-то время стало заметно жарче и на теле прекрасной альмеи выступил пот. Казалось, от нее летят искры. Или это были отсветы от огня?.. Движения завораживали и волновали кровь, и я едва не засмотрелся, как вдруг я почувствовал его… Такой знакомый запах.
Я не мог поверить своим глазам. Умбра. Эта неугомонная и наивная девчушка только что пленила всех, кому не повезло взглянуть на неё и попасть под её чары.
Она двигается так, словно жизнь зависит от плавности ритмичности ее танца, словно она всю жизнь этим занималась… Я слишком многого о ней не знаю.
Печальный вздох невольно вырвался из моей груди.
Вдруг к картежникам, сидевшим недалеко от бара, подскочил рослый мужчина, по виду наемник. Стараясь отвлечься от танца, я прислушался.
— Посмотри на сцену!
— Ну и? Красотка, конечно, но ничего примечательного. Может, новенькая?
— В том-то дело, что нет! Это платиновая змея!
— Ну и? — равнодушно перетасовывая карты и предлагая почти уже обобранному до нитки наемнику отыграться, спокойно переспросил шулер.
— Странница… — почему-то совсем тихо, шепотом, будто это слово несло в себе какой-то сокровенный смысл помимо основного значения.
Шулер застыл. Карты неэстетично посыпались из рук, а сам он резко обернулся к сцене и впился взглядом в танцующую Умбру.
Я проследил за его взглядом и заметил у девушки небольшую татуировку в виде змейки, такую же, как на той записке.
— Скоро начнутся торги, лучше свалить, пока не случилось ещё какое-нибудь бедствие. — шулер, забрав выигранное и поспешно попрощавшись со своей жертвой, со всех ног помчался к выходу. Его подельник ни на шаг не отставал.
Я опустил глаза на рассыпанные по полу крапленые карты. Чтобы специалист бросил свой рабочий инструмент и сбежал, невзирая на потери? И о чем они, вообще, говорили?
Пока я рассуждал, начались те самые «торги».
Гости наперебой называли необъятные суммы, кичились своим богатством и старались заполучить возможность провести время с «чарующей альмеей в алых одеждах». Эта сцена не вызвала у меня ничего, кроме отвращения.
Имея кучу денег, люди начинают считать себя вправе вытворять всё, что вздумается.
Наконец, хозяин той самой шумной ложи подал визжащий голосок и озвучил сумму с шестью нулями. Золотом.
Этот парень не мелочится… Впрочем, учитывая количество девушек, уже находящихся в его компании, это было понятно изначально.
И, так как никто из присутствующих не смог с ним тягаться, Умбра, а точнее «альмея в алом» лёгким, почти порхающим шагом направилась к победителю. Увидев заигравшую на ее губах хитрую улыбку, я укрепился в решении не вмешиваться до тех пор, пока девушке действительно не понадобится моя помощь…
Просто наблюдать оказалось сложнее, чем я ожидал. Все время что-то саднило, хотелось подскочить и, даже если силой, вывести ее из этого мерзкого места. Но было кое-что, что вызывало сомнения.
Слишком слажено работали эти «пташки». Идеально подгадывали время, когда нужно удалиться, а когда отвлечь внимание от Умбры. Будто они не куртизанки, а наемные убийцы…
Эта мысль поразила меня. Все слишком подозрительно.
Вдруг, блондинка, стоящая за спиной толстяка с фруктовым подносом кивнула, нахмурилась, а потом медленно провела большим пальцем по горлу. Мда… в опасную авантюру ты ввязалась, Умбра.
На некоторое время некромантка исчезала из виду, а затем снова появлялась, словно из воздуха, и что-то нашептывала «господину-шару», посмеивалась, видимо, над его шутками.
В баре было невозможно расслышать, о чем они говорят: их голоса заглушали музыка, разговоры выпивох и других девушек.
Чем закончилось это рандеву я так и не узнал: в бордель с мечами наголо ворвалась толпа святых рыцарей.
