Wings of Freedom

***

      Эрен шагал рядом с Ханджи, размышляя о ситуации в целом. Его мысли путались одна с другой, собираясь в одно большое змеиное кодло. Змеи-мысли шипели друг на друга, путая парня сильнее.       «Я титан значит. С ума сойти. Как такое могло случиться? Всем сказал, что я человек, но так ли это на самом деле? Разве такое возможно, чтобы человек оказался титаном. Титаны же не люди, или я не прав? Если уж я такой, значит те двое пять лет назад тоже были такими? Неужели они сделали это не просто ради того, чтобы помочь своим собратьям, а ради какой-то другой цели? Нет! Человек на такое предательство не способен. Быть не может. Нас, людей, осталось так мало, так зачем же так поступать? Может они, как и я, не понимали, что и как делают? Не контролировали себя?» — мысли о собственной сущности путались с мыслям, о том, что же разведчики сделают с Сарой только ради того, чтобы пробудить в Эрене монстра ещё разок. Виски больно пульсировали от напряжения, будто кто-то без остановки вбивал в них гвозди.       —Думаешь о предстоящем? —Эрен наконец вспомнил, что его под ручку вела та странная девушка в очках. — Не бойся так. Если сможешь выполнить поставленную задачу, у нас появится шанс вернуть Марию, а может и всех титанов перекрошить. Хотя если так случится, я, наверное, расстроюсь, — она впервые погрустнела на глазах.       — Грустить по титанам? — Эрен в удивлении изогнул одну бровь, на все сто убедившись, что у этой девчонки явно не все дома. Она, видимо, не только извращенка, но и больная на всю голову. Однако её слова отвлекли от всего того ада, что творился у парня в голове. Тут уж её стоило бы поблагодарить, ведь Эрену и без того не особо сладко жилось.       — Они меня заводят, — мало того, что Ханджи крепко держала Эрена под руку, так ещё и фразу эту нежно шепнула ему на ухо, от чего у парня мурашки по коже пробежали. Парнишка не знал, что ответить своей спутнице. Она ему показалась странной ещё, когда он очнулся, но чем дольше он общался с ней, тем чётче понимал, что не все ребята в разведке в своём уме. В сравнении с ней даже лошадиномордый не казался уж таким закоренелым придурком.       — Майор Ханджи, — Эрен и заметить не успел, как они вернулись к месту, откуда не так давно ушли к командиру, — не стоит вам самой с ним возится. Да и стоило его связать хотя бы, — с недоверием поглядывая на Йегера, говорил незнакомый кареглазый мужчина.        — Если бы он хотел превратиться в титана, Моблит, не думаю, что верёвка остановила бы его. Что там с гарнизоном и сеткой для стены? — в миг голос спутницы Эрена стал серьёзным, словно она только притворялась ненормальной, а на самом деле была достаточно серьёзной женщиной, на которую можно положиться даже в самой безвыходной ситуации. Такие перемены путали Эрена, и он не знал, какая из двух Ханджи была настоящей.        — Пока вы тащили это отродье за собой я уже успел доложить командиру, — Ханджи перевела взгляд на Эрвина, обсуждающего что-то вместе с Петрой из отряда Леви. Именно этих двоих впопыхах решено было отправить в ближайшую штаб-квартиру гарнизона за образцами последних разработок инженеров — железной сеткой, которая в случае повторного вторжения должна была стать защитой человечества. Изобретение было относительно новым и его даже протестировать как следует не успели, поэтому образцы пока находились в ближайших к «приманкам» штаб-квартирам гарнизона. Там оно должно было дождаться дня, когда его протестируют разведчики в одной из своих вылазок, но кто бы мог подумать, что день тестирования настанет так скоро. Эрвин Смит как раз планировал захватить с собой один из образцов в вылазке, за которую ему пришлось бороться с военной полицией. — Войска гарнизона надо бы получше готовить. Бегали там, как малые дети, боялись выдвигаться, даже не смотря на новости. Слава Богам, там был один из образцов, и мы с Петрой доставили его, поднявшись на стену со стороны внутренних ворот Троста, — с уважением пояснял шатен Зоэ.        — Эти ублюдки ещё не прибыли? — в разговор вмешался подоспевший с Сарой и Алисой капрал Леви. — Неужели их тренировки после инцидента пятилетней давности пошли коту под хвост? — недовольно фыркнул мужчина, остановив Сару за руку, когда та хотела было под шумиху шмыгнуть к брату.       — Среди солдат паника. Все хорошо помнят падение стены Мария. Страх присущ людям. Гарнизон мало чем отличается от военной полиции, хотя бы потому, что все, кто участвовал в спасательных операциях пять лет назад либо погибли, либо остались служить молча. Мало кто готов встретиться с гигантами ещё раз, а юнцам, не видевшим их вовсе, конечно же не хочется превратиться в закуску, но так или иначе они выдвинутся сюда. Это их долг, — закончив разговор с Петрой, Эрвин присоединился к беседе, которую начал Моблит.       Сара с Эреном плохо понимали, о чем идёт речь, но одно было очевидно — как и ожидалось, в стране настоящими воинами были только разведчики, в остальной армии царил по большей мере хаос, а виной всему правительство, считающее, что за высокие стены столицы гигантам никогда не добраться. Но даже так Сара-то точно знала, что не все люди гарнизона были трусами. Она вспомнила, как утром встретила Ханнеса и только тогда задалась вопросом, а жив ли он? Смог ли забраться на стены с остальными. Девушка даже хотела возразить, но посчитала грубым вмешиваться в разговор верхушки разведки и решила промолчать, пообещав себе, что, если те осмелятся ещё раз выдать что-то подобное, она обязательно вставит своё, пусть и лишнее, но слово.        — Ну не скажите, командир, — Сара, конечно, слышала пословицу про «помяни чёрта», но никогда бы не подумала, что это действительно так работает. Стоило только вспомнить о Ханнесе, как он сам нарисовался за спиной Эрвина Смита, застыл, правда, на секунду от его слов, но в итоге заговорил. Йегер умела чувствовать людей и сразу поняла отчего мужчина не решился сразу заговорить с командиром. Ему было до сих пор больно оттого, что не смог спасти жену своего доброго друга. Это читалось в его глазах. Сара ещё утром заметила там сожаление. Она хотела бы лишний раз сказать мужчине, что все хорошо и сожалеть ему не о чем и даже Эрен сказал бы так, но только это никак бы не вернуло Карлу к жизни, — гарнизон не так плох. Небольшая команда из гарнизона таки есть у вас в запасе, а войска побольше прибудут, я уверен. Мне удалось усмирить смуту среду своих солдат и новобранцев, и они согласились выслушать вас для начала, хотя, конечно, желающих скормить Эрена Йегера титанам было не мало, — мужчина пришел дабы доложить обстановку. Он смог выжить на поле боя и до последнего стоял у оборонительных установок внешних ворот Троста. В этот раз Ханнес сражался не жалея себя, сражался спиной к спине со своими подопечными и даже не думал сдаваться. Он знал, конечно, что от части слова командира разведки касательно положения дел в гарнизоне были правдивы, но также он знал, что даже так их ни за что не бросят, ведь и в гарнизоне остались храбрецы. Ханнес знал, что даже если солдатам и взбредет в голову оставить Трост воле небес до тех пор, пока целы его внутренние ворота, руководство ни за что не позволит трусости солдат позволить человечеству потерять ещё хотя бы кусочек блаженной земли. Как никак, а устав армейский никто не отменял. Единственное, что задерживает поддержку — это паника и ничего более.       — Спасибо за сотрудничество, — вместо командира поблагодарила друга Йегеров Алиса.       — Не стоит благодарности за выполненный долг. Я один из капитанов гарнизона, а значит моя жизнь принадлежит моей стране. Жаль конечно, что я мало что смог сделать, дабы хотя бы сдерживать гигантов до прибытия подкрепления, — желание Сары обнять спасшего их когда-то мужчину никуда не пропало, только лишь усилилось от его слов. —Ну я уж пойду к остальным, как и все стану слушать, что делать дальше, хоть и догадываюсь о чем пойдёт речь, а вы уж, — Ханнес посмотрел непосредственно на Эрвина Смита, — позаботьтесь, пожалуйста, о детишках. Да и не только об этих, — он кивнул в сторону Сары и Эрена, — а и о всех остальных, хотя я знаю, что в нашем мире это невозможно, — тяжело вздохнул он, и отправился обратно к боеспособным солдатам, проверить, выстроилось ли те в одну шеренгу, готовые выслушать командира разведкорпуса.       — И все же Эрена надо связать, — ни с того, ни с сего заявил Эрвин. — Хотя бы так солдаты смогут кое-как успокоится. Это необходимо. Моблит, займись, — коротко бросил он и, не смотря на Сару, двинул за Ханнесом к солдатам.       — А тебе лучше остаться со мной, — Леви так и не отпускал руки старшей сестры Эрена. Мужчина хотел было прочитать лекцию девушке о том, насколько это важно — успокоить солдат, никогда не думавших, что в титанах могут прятаться обычные люди, но, к его удивлению, чтение лекции не понадобилось.       — Да знаю я. Можете не объяснять, я не дура, — коротко фыркнула девушка в ответ. Сара хорошо понимала, что после случившегося людям будет сложно поверить Эрену. Хорошо было уже то, что влияния разведки было достаточно для того, что солдаты не совершили над Йегером-младшим самосуд. Впервые Леви был доволен поведением своей новой знакомой. Он уже было сдался и смирился с тем, что поступков со здравым смыслом от неё ожидать не стоит, но, стоит признаться, она сумела удивить. Молча наблюдала за тем, как Моблит связал руки её любимого братца за спиной, не особо церемонясь с ним. Даже просьбы Ханджи быть по аккуратнее с драгоценным образцом не останавливали мужчину. Видно было, что у Моблита к Эрену никакого доверия не было и, если бы не Эрвин с его задумкой, он бы, как и большинство солдат, не стал бы возиться с парнем.        Сам же Леви не понимал, как относиться к чуду по имени Эрен. Да, титаны убили огромное количество дорогих ему людей, превратив его сердце в безжизненный кусок мяса, но даже так Аккерман не испытывал ненависти к парню. Мужчина видел, что малец не врал, когда говорил, что понятия не имеет, как все произошло, хотя для пущей уверенности Леви бы избил его хорошенько, а затем спросил бы ещё разок. Чтобы уж точно знать, что его не водят за нос. Вместе с тем капрал видел возможности, которые человечеству может предоставить Эрен и это должно было бы радовать, если только не думать, сколько эти возможности будут стоить в человеческих жизнях.        «Надеюсь ты оправдаешь свою цену, если нет, сам лично превращу тебя в отбивную. Не дай Бог ты враг. В таком случае тебя даже твоя сестра неадекватная не спасёт», — метнулось в голове мужчины, когда Моблит уже толкал Эрена в спину следом за Эрвином.       — Нам тоже надо послушать, — голос Петры помог Леви выбраться из размышлений, и он хотел было и Сару толкнуть в спину, дабы двинуться вперед, но Алиса снова вмешалась, когда не просили.       — Хватит уже. Она со мной пройдётся. Сара не титан, если помнишь, — подметила красноволосая, закрыв девушку собой.       — Откуда вы знаете? — задала вопрос Петра. Девушка пусть и относительно недавно вернулась к товарищам вместе с Моблитом, но уже была наслышана о положении дел и, конечно же, слышала, что у Эрена есть сестра. — Может она тоже, — разведчица хмурилась и хотела было приблизиться к Саре, дабы рассмотреть её поближе, но та сама вышла из-за спины Алисы.        — Да, бойся. Сожру тебя и твою семью, если тронешь моего брата, — выпалила Йегер и двинула на проповедь от командира разведки. Леви тут же списал на ноль свой восторг от того, что Сара таки позволила связать Эрена. Алиса же просто тяжело вздохнула в ответ и догнала девушку, ведь той, по сути, тоже нельзя было передвигаться самостоятельно.        — Она не такая, как её брат, — решил прояснить ситуацию Леви, когда Сара с Алисой уже были на достаточно большом расстоянии, чтобы не слышать его слов. — Если бы было так, как ты говоришь, она бы уже показала нам свои таланты, а она даже на пороге смерти не обратилась, — пояснил он.       — Кто знает, на что способны эти люди-титаны. Мне сложно доверять им, — холодно ответила Петра. В словах сослуживицы была доля правды, но вместе с тем дерзкий взгляд не был похож на взгляд предательницы. Враги обычно так себя не ведут, если только они не глупы. А если она пытается одурачить их? Если это и правда план брата и сестры, чтобы сотворить что-то ужасное? И хотя Леви не доверял чувствам на подобии интуиции, но ему бы не хотелось верить, что кто-то способен предать человечество, хоть и понимал, что колоссальный и бронированный уже это сделали и не раз. Оставалось только выяснить, кто же эти двое. А вместе с тем нужно было ещё раз убедиться, что Йегеры им не враги.       И пока капрал с Петрой по пятам следовали за Сарой, мужчина внимательно всматривался в спину девушки, словно пытаясь понять, права ли Петра. Он несколько раз прокрутил в голове поведение Сары и Эрена и ему не сложно было поверить в то, что брат с сестрой могут оказаться врагами. Но в таком случае их придется убить не колеблясь. Леви не доверял новобранцам. Каждый из них казался подозрительным, а Йегеры уж и подавно, и только время сможет показать кто кем является.

***

      Солдаты на стене выстроились в ровную шеренгу. Тут были и выжившие новобранцы, и бравые разведчики, и даже те остатки гарнизона Троста, что смогли уцелеть под предводительством капитана Ханнеса. Внимание всех собравшихся было сосредоточено на Эрвине Смите и связанном Эрене, стоящем подле него под чутким контролем Ханджи и Моблита.        Алиса с Сарой и Леви с Петрой пристроились возле остальных членов отряда капрала. По понятным причинам Сара предпочла остаться как можно ближе к Джонс. Просто потому, что красноволосая импонировала девушке куда больше назойливо-злого капрала, к которому Сару может быть даже и тянуло бы, будь он хоть немного повежливее. Но, видимо, у него были свои представления и о манерах, и о том, как устроен этот мир. Сара сильно сомневалась, что её представление о мире хоть как-то совпадало с мнением мужчины. Правда судить о человеке, которого она едва знает девушка не собиралась, да и не время было. Однако тот факт, что девушка по имени Петра явно уважала капрала давал Йегер повод считать, что на самом деле мужчина не так уж и плох. Ну обидела судьба-злодейка его ростом и добрым нравом, разве можно его за такое судить? Тут соболезновать надо. Сара настолько глубоко ушла в подобные мысли, что даже слова командира разведки и титаны внизу уж не так страшили, как должны были бы. И всё-таки он прекрасный антистресс, которого поискать.        — Думаю, каждый из вас осознает какого масштаба трагедия постигла нас сегодня. Каждый из вас понимает, что будет значить потеря Троста для человечества, — немедля начал свою речь Эрвин, ловя на себе осуждающие взгляды сослуживцев Эрена. Все они были как малые дети, увидевшие нечто ужасное слишком рано. Их реакция была вполне естественна и понятна командиру. Наверняка большинство из них титанов в жизни не видели, а те, кому доводилось вряд ли желали повторной встречи. Их не за что было судить. Они потеряли доверие к Эрену и, скрипя душой, мирились с тем, что командир разведкорпуса до сих пор не отрубил титану голову. Неважно, что этот титан был их другом, не важно, как так получилось, ведь факт оставался фактом — для людей гиганты были слишком устрашающей загадкой, чтобы позволить хоть одному жить, даже в человеческом обличии. В такой ситуации мало кто способен мыслить трезво. Это усложняло задачу для Смита, но выбора у него не было. Он был обязан вселить в сердца людей доверие к Эрену. Райнер, Энни и Бертольд особенно внимательно слушали речь командира, но взгляды их были прикованы к Эрену, как и многих других солдат. В тот момент Смит не смог заметить подвохов в тех взглядах. Со стороны могло показаться, что они не доверяют бывшему товарищу, как и все, но настоящая причина их задумчивости была куда страшнее. — Многие из вас недавно только закончили училища и поступили на службу сегодняшним утром и мне прискорбно, что вам пришлось столкнуться со всем этим, но вы отважно боролись сколько могли и благодаря вам потери среди гражданских свелись к нулю. Это могло бы быть поводом для гордости, если бы не цена, которую вам пришлось заплатить. У каждого из вас свои планы, каждый из вас пришел в армию по своим особом причинам. Быть может, вы вовсе не хотели бы оказаться на поле боя, но жизнь беспощадна и вам стоит знать об этом. Я сожалею о потерях, которые вы понесли сегодня. Но мы живём в мире, в котором не можем избежать потерь. Увы. Поэтому мы должны уметь расставлять приоритеты и делать правильный выбор. Из двух потерь всегда стоит выбирать меньшую, даже если обе на первый взгляд кажутся несоизмеримо большими. Я вовсе не хочу сказать, что жизни ваших товарищей не такая уж и большая потеря. Мы никогда не сможем заполнить пустоту в сердцах и к жизни вернуть мы никого тоже не сможем, но это никому не даёт права забывать о будущем. Что будет если мы потеряем Трост? Какова тогда будет цена? Её можно измерить в жизнях, потерянных за одно утро? Все цифры утроятся, а боль и пустота будут становиться сильнее и сильнее день ото дня. Даже не потому, что Трост был утерян и больше людей погибло и продолжит погибать, а от осознания того, что смерти тем утром оказались напрасны и вы не смогли предотвратить трагедию. Даже если это будет стоить ваших жизней и жизней ваших близких, мы сейчас обязаны думать о будущем. Это наш святой долг, как солдат. Мы просто не имеем права проиграть и в этот раз. И я бы не был столь уверен, если бы у нас не было ни единого шанса на победу. Скоро сюда прибудут дополнительные войска гарнизона и мы, впервые за сотню лет, сможем одержать победу над титанами, а пока я прошу вас внимательно выслушать то, что мы с вами совместными усилиями должны сделать до прибытия войск гарнизона. Прежде всего нам необходимо приостановить поток титанов в город. Для этого была доставлена последняя из разработок инженеров, которая из опрометчивости человечества не хранилась в городе. Но даже не это сейчас важно. Железной сеткой нам необходимо прикрыть брешь во внешних воротах. Конечно, сетка не сможет сдерживать титанов вечно, но так мы выиграем время до прибытия гарнизона, а после приступим к основному пункту плана по спасению Троста. Да, речь идёт об Эрене Йегере. Некоторые из вас знакомы с ним лично и видели, что с ним приключилось. Некоторые из вас только слышали о случившемся, но на ваших лицах я вижу только недоверие. Винить за это вас не стоит, но мы с вами солдаты, а солдаты всегда подчиняются уставу. Не стоит сомневаться — Эрен Йегер предстанет перед трибуналом. А пока мы должны доверить наши с вами жизни ему, — возмущённые вздохи и матерные слова стали слышаться из толпы, но это не помешало Эрвину повысить голос и продолжить куда строже. — Солдаты должны подчиняться своим командирам, и вы не исключение, если не ходите попасть под трибунал вместе с Йегером, то вам придется внемлить моим словам. Эрен умеет превращаться в гиганта. Сам я с таким сталкиваюсь впервые, но это сыграет нам на руку, ведь в обличии титана он куда сильнее. Задача до глупости проста: Эрен Йегер, превратившись в титана, закроет ворота Троста вон тем валуном, а задача солдат будет заключаться в защите гиганта Эрена, а затем в зачистке местности. Наших совместных сил будет достаточно для того, чтобы справиться с задачей до прибытия гарнизона, если только они не прибудут раньше. Впервые в истории человечества сила гиганта станет нашим оружием, так откиньте же ваши предубеждения, страх и недоверие к Эрену и с мыслью о том, что, если у нас получиться, смерти ваших товарищей не будут напрасными, посвятите свои сердца! — спрятав одну руку за спину, а кулак второй приложив к сердцу гордо заявил Смит. Разведчики сразу же отдали честь своему командиру, соглашаясь с его решением. Даже Сара последовала их примеру, несколько радуясь от того, что если все получится, то Эрен спасет сотни и даже тысячи людей от голодной смерти. Слова Смита тронули девушку до глубины души. Каждое слово было пропитано идеями, способными объединять людей. Такому как Эрвин Смит хотелось всецело довериться и идти за ним так долго, пока сердце, бьющееся для человечества, не остановиться.       Йегер-старшая мысленно молилась только об одном — чтобы все получилось и тогда Эрен не только спасет множество жизней, но и выслужится перед армией, а там уж разведкорпус обязательно найдёт способ спасти его, ведь так сказала Алиса, ведь об этом говорил сам Эрвин Смит. Этим людям Сара готова поверить, лишь бы не обжечься. С такими мыслями Сара сильнее прижимала кулак к сердцу, поддерживая командира разведки. Идея сбежать с Эреном в форме титана даже не посетила её голову, ведь это было бы глупейшим из всех решений. Их бы поймали. Разведчики плюс обозленные остатки новичков и остатки городского гарнизона, вместе они бы точно смогли убить всего одного единственного титана. А даже если бы им удалось каким-то чудом бежать, то разве что только за стены, на территорию гигантов. Эрен бы рано или поздно выдохся и превратился бы обратно, там бы беглецов и настигла неминуемая смерть.       Между тем не все солдаты сразу же отдали честь командиру разведки в знак своего согласия с его планом. Недовольные в основном стояли среди новичков, которые не так давно занимались чисткой пушек на стене, но даже они, посмотрев на безупречно серьёзные лица солдат разведки, таки ударили своими кулаками по груди. Это вовсе не значило, что они были готовы принять Эрена обратно к роду людскому, но это как минимум значило, что они готовы отдать свои сердца Эрвину Смиту, ведь присущий ему азарт и харизма проникали под кожу всем, кто его окружал. Люди часто безоговорочно вверяли свои жизни в его руки. Многие погибали, но каждый из погибших знал, что каждый маленький шаг, сделанный человечеством, стоит несоизмеримо дорого. Каждый знал, что умер не за зря. Никто ни разу не пришел в разведку, не зная, какую цену придётся заплатить. Люди осознанно делали свой выбор, осознанно вверяли жизни Эрвину Смиту и в здравом уме умирали. Они должны оставаться в памяти навечно. Даже если имена их стираются, их образы должны жить, и они будут жить, если только сегодня Эрен сможет отбить для людей Трост.        Сплочённость, с которой люди взялись за план, Эрвина начала радовать. Скрипя сердцами, люди смирились. Солдаты гарнизона сразу же схватились за привезенную сетку и бросились к воротам, разведчики пытались рассчитать силы для нападения, а новички обещали своим раненым друзьям, которых им придется оставить на стене, что непременно вернутся. Солдат радовал и тот факт, что Эрену таки не избежать ответственности. Люди почувствовали нечто похожее на правосудие, а потому и не стали спорить с командующим и его упорством, хоть и помогать титану многим было не по душе.        — И что ты делаешь? — строго спросила Энни Райнера, наблюдая, как тот среди толпы разведчиков ищет взглядом Сару, совсем потеряв из виду Эрена. Леонхарт была уверенна, что именно Йегер-старшую блондин и ищет, поддавшись глупой слабости. Сколько же раз Энни хотела вмазать другу за его опрометчивость, не присущую настоящему солдату Маре. Она бы так и поступила, если бы и сама не была так же слаба перед человеческими чувствами. Сильная Энни. Защитница своей семьи — Энни. Любимая дочь своего отца оказалась похожей на хрупкую хрустальную куклу с живым человеческим сердцем, которое все никак не хотело превращаться в холодный хрусталь. У Энни в этой проклятой Элдии тоже были люди, которых она успела полюбить. Полюбить по-настоящему. Райнер ведь не один такой, жалеющий обо всем, но, как и сказал их командир разведкорпуса, в жизни из двух потерь надо выбирать меньшую и приоритеты расставлять соответственно. Да, больно. Да, иногда ты ненавидишь себя, но так надо ради большего блага. Потому Энни и не искала взглядом среди толпы одного миловидного паренька, беседы с которым увлекали пусть и случались не так часто. Не искала среди толпы и подруг, которые так приходились по душе. Никого Энни не искала. Лучше сразу отпустить, чем быть слабой духом, как Райнер.       — Она с нами? — блондин проигнорировал упрекающий тон Энни и спросил о том, что было важно прежде всего для него. Мало что его волновало в тот момент. Он понимал, что раз прародителя они нашли (а это точно он, потому что у элдийцев только титан прародитель и был, о чем они слабовато подозревали), то в скором будущем точно придётся вернуть и… оставить её. Одну… c болью в груди. Нет, Райнер так не поступит. Он должен забрать ценное с собой.       — Делай, что должен и не полощи мне мозги, — притянув парня за руку, шепнула Энни на ухо, боясь быть услышанной. Она не могла на глазах у всех приводить Райнера в чувство. Не собиралась она быть его психологом и усмирять шизу сослуживца. В приоритете было выполнение миссии и возращение на родину. Остальное не столь важно, а уж тем более глупые чувства, которые в один прекрасный день могут сыграть против Маре. Потому им и нельзя поддаваться. Ради Маре и ради отца сердце должно стать хрустальным.       Райнер не собирался отступать просто так. Между делом он уже долгое время наблюдал за Сарой. Разведчики не отпускали её далеко, а некий, не слишком высокий мужчина и вовсе обращался с ней как вздумается, грубо таская за руку за собой. Блондину даже захотелось начистить тому личико за такое обращение, но все в этой жизни было против парня. Так было изначально. Его происхождение, судьба и обстоятельства, при которых он повстречал Сару. Все было не так, как хотелось бы. Даже мечты были не подходящими. И только когда Райнер верил собственным мечтам ему начинало казаться, будто у него есть право заступаться и подходить ближе, чем на метр к Йегер-старшей. Так поступил и в тот раз. Осмелился подойти, веря своему безумию.       — Сетка не будет сдерживать гигантов вечно, нужно расчистить периметр возле стены и начинать наш хоровод, — говорила Ханджи, поглядывая вниз. Связанный Эрен стоял рядом с ней, Леви со своей командой так же находились подле Зоэ. Сару капрал держал подле себя, ведь с минуты на минуту девку придется использовать. Эрвин с Алисой находились рядом с Леви, мысленно подбирая подходящих для первой линии защиты Йегера солдат. Вся верхушка разведки собралась в одном месте, готовясь впервые дать отпор врагу. Настоящий отпор, которого не случалось прежде никогда.       Эрвином было решено разделить защиту на три линии: первая линия обороны должна была состоять из самых опытных солдат, которые могли бы не только защитить титана, но и за надобностью лишить его жизни. Эти солдаты должны будут находится ближе всего к Эрену. Но даже первая линия обороны будет разделяться на два фронта: первый — верхушка разведки будут следить за происходящим и принимать дальнейшие решения едва ли не на плечах у самого атакующего, а второй конечно же должен находиться чуть поодаль так званого «ядра» первой линии. Вторая линия должна будет состоять не из самых великих профессионалов, но задание их будет не из простых — расчищать путь Эрену и по возможности не допускать гигантов к первой линии обороны. Ну, а третья линия должна была поддерживать вторую и не допускать титанов к расчищающей путь второй линии. Кроме того, Смит так же отдал приказ к отступлению в случае, если из «ядра» первой линии будет сделан один выстрел красным сигнальным огнём. Это будет значит, что операция провалена и смысла дальше защищать Эрена Йегера больше нет.       — Займись делом, новобранец. Нечего тебе около командира ошиваться, — подметил один из солдат разведки, когда Райнер приступил к своим попыткам приблизиться к Саре. Блондин все успокаивал себя тем, что если он подберется к ней, то и к Эрену сумеет оказаться ближе, а это уже будет смахивать на выполнение миссии. Весьма удобно, что ещё сказать.        Приблизиться к важным для разведки объектам Райнеру так и не удалось. Оно и понятно. Глупо было бы подпустить кого-то к столь важным стратегическим объектам, хоть и не хорошо их так называть, ведь они всё же люди (наверное). Пока план Эрвина не будет выполнен успешно или пока он не провалиться, вряд ли кому-то удастся приблизиться к Эрену или Саре Йегерам, если только Эрвин Смит не позволит.       Райнер быстро оценил ситуацию и прекратил свои бесполезные попытки. Пусть и безумие овладевало им сильнее с течением времени, но парень никогда не отказывался от самоконтроля. В Маре его учили держать всё под контролем даже в самой непредсказуемой ситуации. Это касалось и психики парня. Её он тоже пытался контролировать, насколько это только было возможно. Главное он слышал план о трёх линиях обороны. В идеале ему с Энни и Бертольдом было бы хорошо попасть в первую, но тут же парень осознал, что там окажутся только доверенные лица командира разведки и никак иначе. Из второй линии обороны приблизиться к цели не получиться, да и толку? Если только не подпустить гигантов со второй линии к первой и, воспользовавшись шумихой, не приблизиться к самому Эрену. И снова: есть ли в этом хоть какой-то смысл? Нужно ли похищать Эрена сейчас пока его не казнили, следуя трибуналу, или же разумнее будет выждать более подходящего момента для атаки. Нет, атаковать сейчас нельзя. Для атаки нужен план действий, обдумать который нет ни времени, ни возможности в сложившейся ситуации. Разведчиков вокруг многовато, если действовать не обдуманно провала не избежать. Необходимо подождать. Всему виной была внезапность появления прародителя. Конечно, пробивая внешние врата Троста Райнер с Энни и Бертольдом надеялись, что прародитель себя как-то проявит, но они ожидали увидеть короля, а не Эрена Йегера в обличии титана, чёрт бы его побрал. Их целью было оценить силу короля и не более того. Посмотрев на что способен прародитель, они смогли бы обдумать план дальнейших действий, но теперь все карты спутаны. Знали бы они раньше, что Эрен прародитель и что он так слаб, не стали бы ждать и атаковали бы тотчас, но без плана вступать в бой глупо. Остаётся лишь ждать большее выгодного момента для нападения.        В любом случае задача стала куда легче, так что и в такой ситуации есть свои плюсы. Спустя годы трое предателей наконец нашли то, за чем их послали. Оставалось только немного подождать и они наконец смогут вернутся на родину настоящими героями. Прокрутив все это в голове, блондин посмотрел на Сару ещё раз перед тем, как вернуться к своим и рассказать об услышанном. Если бы только Сара могла принять правду о парне, который полюбил её за чистоту души, бесконечную любовь к близким и преданность своим убеждениям. Полюбил за прекрасные глаза, теплую улыбку, голос, который, казалось, можно было попробовать на вкус и необъятную теплоту маленьких рук. Если бы она приняла даже смерть брата ради него, то не было бы никого счастливее Райнера на белом свете. ***       Под командованием Эрвина все задуманное исполнялось быстро и чётко, как и всегда. Сара только успевала наблюдать, как солдаты временно заделали пробоину сеткой, ведь капрал всюду таскал её за собой вместе с Эреном. Миловидная Алиса принялась усерднее выполнять свою работу. Она вместе с странной подругой по имени Ханджи стали отбирать солдат для задуманного, попутно решая, кто из солдат ещё способен сражаться, а кто останется на стене и не будет учувствовать в операции. Йегеры же были оставлены на попечение капрала и его бравого отряда, который даже и близко не питал доверия к «подопечным». Сара то и дело переживала, чтобы кто-нибудь из них не столкнул Эрена со стены. Дескать, «случайно». Наблюдая за процессом использования сетки, Саре приходилось мельком и за братом приглядывать. Слишком очевидным было недовольство среды окружающих, даже не смотря, на то, что командир разведки находился подле Эрена.        —Скажи, — девушка по имени Петра решила впервые обратиться к Саре. Она заметила, как та не устаёт смотреть на брата взглядом настоящей защитницы, — тебя совсем не смущает, что твой брат недавно был титаном? — задала вопрос она, стоя возле обожаемого ею капрала. Этого мужчину Петра уважала больше,и чем кого-либо. В её глазах настоящий мужчина должен быть обязательно похож на капрала. Сильный, несмотря ни на что, милосердный, но только когда это уместно, а главное несколько властный. Ему сложно отказать в чем-либо и это несколько привлекает.       — Не стоит пытаться доказать мне, что Эрен чудовище. Не получится. Можете считать так, если вам угодно, а я останусь при своём мнении. Я останусь рядом с ним, даже если он станет врагом для всех нас, потому что он мой брат, которого я с пелёнок растила. Никто лучше меня не знает, какой он есть на самом деле, — Сара вспоминала, как её маленький братец спас Микасу когда-то и понимала, что у людей, окружающих её действительно был повод для переживаний. Маленький мальчик убил, даже глазом не моргнув. Маленький глупый мальчик хотел стать героем. Маленький мальчик с горячим, как лава, характером был способен на все, лишь бы оседлать свою цель, лишь бы защитить то, что важно для него. Сара знала, что храбрый и добрый Эрен умеет быть жестоким, если так нужно. Это был секрет, о котором сам Эрен и не подозревал. Он и не знал, какой есть на самом деле, но Сара-то прекрасно знала какой её брат. Его она любила любым. Она одна приняла бы что угодно. Будь он титаном, убийцей или просто маленьким заблудившимся ребёнком, Сара была готова прижать его к груди и остаться рядом. Ведь никто не сможет заменить его глупую улыбку, а голос? Разве кто-то может нести бред таким родным голосом. Эрен был частичкой самой Сары. Он был частью её души, которую девушка не могла потерять. Но между тем, она понимала, почему на него так смотрят. Даже зная, какой Эрен есть на самом деле, Сара надеялась, что оправдает ожидания людей и сможет запереть где-то далеко мальчика, убившего когда-то давно взрослых людей (если их таковыми можно назвать), ради спасения маленький беззащитной девочки. Хотелось бы, чтобы жестокость того маленького мальчика более никогда не пришлось применять. Да, ради спасения других Эрен умел превращаться в монстра и так было всегда. Сара только лишний раз в этом убедилась, когда он превратился в титана и, не жалея кулаков, избавлялся от гигантов. Это же, кажется, называется геройством или же нет? Но если смотреть с другой стороны, не было ли это жестокостью? Глупость, конечно, ведь титанов жалеть-то не стоит уж точно. Было в Эрене что-то такое, чего не стоит показывать другим. Йегер не знала, как назвать эту черту брата. Ей оставалось только надеяться, что эта его особенность останется не слишком заметной. Ради этого она и старалась сделать для него все возможное, лишь бы он однажды не совершил какой-либо ошибки.       — Кровь - не вода, и тебя можно понять, но если ты и правда нам не враг, будь готова ко всему, — вздохнув ответила Петра, завидев Моблита направляющегося к отряду, охраняющего связанного Эрена, к которому Леви даже кое-как не подпускал Сару так близко, как бы ей того хотелось.       Леви слышал, о чем говорили девушки. Ещё бы не расслышать, когда обе были так близко. Мужчине не хотелось прерывать Петру, ведь она была более чем права, но вместе с тем не сильно хотелось, чтобы дерзившая ему девушка заранее узнала о том, что называют предательством. Любить брата не грех, а добродетель, но что ей делать, если окажется, что брат вовсе не друг и не близкий человек? Мир, к сожалению, устроен так, что ничего нельзя исключать и никому нельзя доверять, кроме самого себя. Столь слепая любовь к кому-либо рано или поздно может стать безжалостным убийцей и души, и тела.       — Капрал, — Моблит отвлёк на себя внимание черноволосого и всех его подлиз, как их мысленно величала Сара. Девушка не упустила момента незаметно приблизиться и коснуться ладони брата. Эрен тут же посмотрел в глаза сестре. Будь у старшей сестры возможность, она бы поддержала брата добрым словом, заварила бы ему чая с мятой, размяла бы плечи — сделала бы все, что в её силах, лишь бы тот верил в себя и не волновался попусту. Но в сложившейся ситуации Сара смогла только на миг коснуться руки, ведь говорить с братом девушке пока что не особо дозволялось по понятным причинам. Паренёк, задиравший нос так же высоко, как и капрал, за руку оттащил шатенку от брата, не позволяя себе при этом перебить Моблита, — отряды сформированы. Можно приступать к операции, — мужчина чётко произнес каждое слово. Вот он — момент истины. Либо всё, либо ничего. То касание ладони брата было последней поддержкой от Сары. Услышав слова Моблита, она даже не взглянула на Эрена. Так ведь будет правильней. Если посмотрит, то младшенький наверняка будет колебаться или и вовсе пошлёт все к чертям. Подобные проблемы были ни к чему. Нельзя давать волю слабости.       — Петра, Гюнтер, вы так же состоите в первой линии. Нам нужно подобраться к валуну как можно ближе. Мы с Оруо и Сарой выдвинемся первыми, а вы с Эреном и остальными прямо за нами, — ледяным голосом оповестил Леви. Голос мужчины никогда особо не выделялся эмоциями, но в тот момент Саре показалось, что он звучал холоднее обычного.       К тому моменту Сара уже полностью совладала с собой. Задним мыслям места не было, глаза сияли решительностью. Леви удивился и тому, что ему не пришлось тащить девушку за собой. Она самостоятельно последовала за ним и даже не взглянула на брата напоследок. Не обернулась, хоть её младший и сверлил ей спину взглядом. Дышала ровно и даже кулаков не сжимала. Всего на миг, на короткий миг Леви по-настоящему зауважал Сару. Смотря на её поведение тогда, он был даже готов позабыть о её глупости, когда она одна осталась сражаться с кучей гигантов не пойми за что. Как же быстро она менялась. Глупость уступила место рассудительности, искры в глазах погасли, вместо них там сверкали льдинки безупречности. Сколь же изменчивыми могут быть люди? Этот вопрос всегда интересовал Леви. Он задался им впервые будучи ещё маленьким мальчиком, когда единственный его родственник, единственный на кого он, Леви, мог положиться, единственный близкий человек покинул его так же неожиданно, как и появился. Не сказать, что мужчина держал на Кенни обиду, но, если бы ему только представилась возможность, он бы обязательно спросил почему тот так поступил.       «Сложно не смотреть назад, но ты молодец», — несколько слов поддержки сверкнули ярким бриллиантом между мыслей капрала. Леви никогда не сказал бы чего-то подобного даже своему дяде, чего уж там про Сару говорить. Даже Эрвину подобного он в слух не говорил, да и Алисе тоже, и Ханджи. Никому, хоть мысленно он поддерживал всех и каждого. Намного проще выразить свою поддержку действиями. Что толку от слов? Так Аккерман и поступал всегда, проявляя свои мысли в каждом своём движении, сделанному ради других.       Леви любил людей, ценил жизни, ценил изобилие разнообразности людских душ, но больше всего он ценил то, что и сам является человеком. В моменты нестерпимой боли только мысль о том, что ты человек и, что чувствовать боль это нормально помогала не сойти с ума окончательно. И пока Эрена вели где-то позади следом за сестрой, Аккерман позволил себе обрадоваться тому, что среди новичков в разведке могут быть люди, вроде Сары и люди, вроде маленького, но крайне смышлёного блондина по имени Армин. Сара блистала и храбростью, и глупостью, конечно, но, будучи врачом, она окажет разведке незаменимую помощь, а острый ум маленького блондина, видимо тоже близкого для Сары, сможет оказать человечеству ни одну услугу, вроде той, что уже успел проявить сегодня в борьбе за хранилища с газом. Единственное, о чем капрал слегка переживал был Эрен. Стоит ли радоваться тому, что этот парень спешит в разведку? После разговора Сары с Петрой у Леви возникло ощущение, что страшная сестра не все говорит о младшем брате. С виду он наивен, импульсивен, храбр и вероятно добр, но будь так, стал бы голос Сары хранить в себе некий секрет? Впрочем, не зная человека как следует, сложно судить об изменениях в его голосе. Именно этот факт и развеял подозрительность капрала в тот момент. Лучше всего будет лично понять, что же из себя представляет Эрен Йегер. Наблюдение — самый верный информатор. Мелкие детали вместе с поступками могут рассказать о человеке гораздо больше, чем простые слова.       — Сара, с такими ладонями тебе не стоит маневрировать сейчас. Леви, — голос Алисы отвлёк капрала от раздумий, — как поступите? Маневрировать с обожжёнными ладонями будет очень больно. В какой-то момент она может не выдержать боли и свалиться, плюс ушибы бонусом, — капрал тяжело вздохнул в ответ.       — А что тут поделать? Видимо, ей нравится кататься у мужчин на спинах. Не так давно, ты упрекала меня в том, что я лапаю тебя, но что насчёт тебя? Я ведь не первый за сегодня, кто будет катать тебя на спине? Полезай давай, распутница, — другого пути, конечно же, не было, и все это понимали, но, чёрт подери, как же приятно ужалить её словесно. Алиса округлившимися глазами смотрела на друга. Она, конечно, и подумать не могла, что Леви настолько прислушивался к недавним словам Йегер. Тогда его реакция была ровно никакой. Джонс думала, все закончится на его внутреннем недовольстве, но вы только посмотрите, он ответил! Он редко отвечал словами на подобного рода нелепицы, да уж тем более спустя какое-то время.       Оруо вместе с Джонс не мог поверить своим ушам. Он не знал, что такого произошло между этими двумя, что капрал говорит так, но этот тон не сулил ничего хорошего. Подчинённый прекрасно понимал, что мужчине скорее всего не особо хочется снова тащить девушку на себе, потому и решил предложить свою помощь.       — Не стоит, — Леви хотел было согласиться, но Алиса, пронзая его ехидным взглядом, дала понять, что именно он должен взять на себя эту ношу. — Наш капрал сможет лучше позаботиться о Саре, ведь она крайне важна для меня. Напомню: если Сара останется в разведке и продолжит своё медицинское обучение у меня, мы спасем куда больше жизней, поэтому пускай Леви защищает её. Кроме того, если Эрен вдруг выйдет из-под контроля, Леви с большей вероятностью сможет спасти Сару. Не забывайте, что жизнь Сары стоит множества других, поэтому будь с ней ласков, пожалуйста, — высказалась Джонс, едва не виляя хвостиком от восторга. Леви смогли негласно вывести из себя. Хоть ситуация и не подходящая, но это чертовски забавляло. К её словам прислушались все солдаты первой линии, среди которых была и Микаса, переживавшая за судьбу Сары и Эрена больше остальных.       Сара была настолько ошарашена словами наглеца, что не сразу и поняла, о чем это он говорит. Кого это только что распутницей назвали и за что? Её - Сару Йегер — святейшее дитя из всех, какой-то карлик обозвал распутницей при всех? Сару, которая никогда и с парнем-то не встречалась, обозвали распутницей? Гнев потихоньку растекался по капиллярам, отпечатываясь на лице легким (а может и не легким) румянцем. Сара пыталась дышать и считать овечек в голове, считая, что момент для ссоры не подходящий, ведь пора бы уже начинать операцию.       «Он специально сказал это именно сейчас, когда времени на словесную войну нет, ведь так? Этот мелкий. Боже, его даже за уши, как Эрена, не потаскать, как досадно. Спокойно, Сара, ты должна промолчать… Так, секундочку. Выходит, в тот раз ты так же сгорал от негодования? Это радует, конечно, но тебе не стоило продолжать эту войну, ведь и я твоих слов не забуду», — девушка контролировала свой язык, не позволив ему ляпнуть лишнего, но вот лицо контролировать не получилось. Капрал чётко разглядел пылающий румянец злости и это ему несомненно льстило. Вот так и должно быть. Последнее слово осталось за ним. Позже он обязательно к своему превосходству добавит и грязные конюшни для Сары и жизнь станет восхитительной. Саре оставалось только полезть на спину капрала с крайне недовольной физиономией.       — Алиса безусловно права, — в разговор вмешался Эрвин, доселе что-то обсуждавший с Ханджи, пока та последний раз осматривала Эрена неподалёку от компании капрала. Зоэ внимательно осмотрела парня перед началом операции, запомнив едва ли не каждый волосок на теле парня (бедный Эрен, так бесцеремонно его ещё не лапали, и жаль, что не Сара). Её наблюдения были крайне важны, ведь позже опираясь на них можно будет сделать некоторые выводы. — Ты точно сможешь защитить Сару. Мы с Ханджи и Алисой будем находиться ближе всех к Эрену, и выдвинемся к валуну первыми. Среди всех оставшихся, ты защитишь девушку лучше всех, поэтому, — командир хотел было закончить свои доводы, но капрал не стал слушать до конца.       — Я понял. Вопросов не имею, — не то, чтобы Леви прямо испытывал к Саре некое отвращение и не хотел с ней контактировать лишний раз, мужчину несколько раздражал тот факт, что с одной девушкой он возится уже полдня. Вот она снова обхватила его торс ногами и держится за него изо всех сил, хоть и злится наверняка. Выбирать, конечно, не приходилось, придется вновь ощутить, как хрупкое женское тело вжимается в спину, как вдыхаемый ею воздух окутывает шею. Для капрала такие глупости ничего не значили, но все же пусть и немного, но это было приятно, а поддаваться приятностям Леви вовсе не хотелось. Один из плюсов заключался в том, что позже ей обо всем можно будет напомнить пару раз.       Эрену повезло не меньше Сары. Маневрировать самостоятельно ему никто не позволил. Бедолаге пришлось пристроится на спине у командира разведкорпуса и с его же спины наблюдать за тем, что происходило с Сарой. Он видел, как она взбиралась на спину к противному коротышке, видел, как тот нехотя приступил к исполнению с ней на спине. Правда бедолаге так и не удалось понять, почему это Сара такая красная выдвинулась на миссию. Неужто этот её до жара довёл? В какой-то момент парню пришлось отвернуться от сестры и задуматься о том, как бы побыстрее превратиться в титана, дабы ей с температурой не пришлось слишком страдать.        В целом, Эрен плохо представлял, как будет терпеть то, что собираются сделать с его Сарой. В его голове даже мелькнуло опасение. Что если предположения верны и, выйдя из себя, он действительно превратится? Но превратившись таким образом, сможет ли он себя контролировать? Что если станет бросаться на тех, кто обидит Сару? А если и вовсе набросится на сестру? Это пугало Эрена больше всего. Сара готова стать приманкой для него, люди рискуют жизнями ради него, но стоит ли это все вложенных средств? Страшно подвести тех, кто в тебя верит. Эрен держался за Эрвина так сильно, как только мог, стараясь не выдать своих переживаний. Пытался не смотреть, как люди вокруг защищают его, танцуя на краю лезвия между жизнью и мгновенной, мучительной смертью. Ещё не добравшись до места назначения, парень начал свои попытки вспомнить, как же именно он превратился в прошлый раз. Эрен жмурился, словно яркий свет пытался ослепить его. Где-то за этим светом прятался ответ на его вопрос о превращении. Некие силуэты в памяти шмыгали туда-сюда, скрывая от него правду. Виски начали пульсировать болью, словно его собственное артериальное давление стало врагом, не дающим подобраться к правде и спасти сотни тысяч жизней.       «Вспоминай, вспоминай! Что ещё случилось и когда… Я что-то упустил из виду, что-то важное», — усилия Йегера-младшего отражалась на его лице маленькими каплями пота. Бесполезно. Пелена, скрывавшая нечто важное, была слишком плотной, словно и вовсе непробиваемой. Так просто не пробраться. Эрен открыл глаза только, когда оказался на месте, и командир грубым движением сбросил его с себя.       Леви догнал Эрвина очень быстро. Правильнее сказать, что капрал не позволил расстоянию между ними увеличиться, ведь в местности, кишащей гигантами, каждая секунда стоила слишком дорого. Сара ослабила свою хватку и освободила спину мужчины, не представляя, что же будет происходить дальше. Эрен стоял на земле прямо возле нужного валуна и с незнанием в глазах смотрел на сестру, стоящую на крыше ближайшего дома вместе с капралом. Леви не стал дожидаться команды, сразу же приступил к делу. Сара и заметить не успела, как кожи коснулась холодная сталь его клинка. Девушка глубоко вдохнула, сжав кулаки. В сложившихся обстоятельствах стоит дышать ровно, желательно не смотреть на брата и главное — терпеть до самого конца. Пальцы мужчины вцепились в волосы, заставляя запрокинуть голову назад как можно глубже. Сара зажмурилась, но не позволила себе даже пискнуть, продолжая дышать, как можно ровнее. Лезвие обдавало холодом разума. Так надо. Это поможет Эрену. Это спасёт его.       Ситуация не из самых восхитительных, спору нет, но могла ли девушка подумать, что злость, которую в ней совсем недавно пробудил капрал своими словами, сыграет во всем этом свою, полезную роль? Она не позволила пустить слабину перед самым ответственным моментом, не позволила испугаться и отступить назад. Почему капрал раньше не ответил на слова Сары? Почему держал все гнусности в себе до последнего? Неужто это и был его план? Это был способ помочь девушке справиться или же это действительно был его ответ? А что, если и то, и другое? И почему в такой момент Сара в целом думала о таких ненужностях? Ненужностях, которые спасали…       — Не думаете, что это слишком?! — кое-как пытаясь себя контролировать, грубо задал вопрос Эрен. Внутри парня закипала кровь. На Аккермана хотелось наброситься и сожрать, даже не будучи в облике гиганта. Во всей этой суматохе хотелось верить только в то, что Сару не станут убивать, хотя, глядя на капрала, даже в том можно было усомниться.       — Даю тебе ровно пять секунд на превращение, если не сделаешь этого, я перережу горло твоей сестре у тебя на глазах, — Леви разглядел злобу в глазах Эрена, но не страх с примесями отчаянья. Эрен очевидно не верил в разыгравшееся представление и верил в то, что герои его детства не посмеют поступить так с беззащитной девушкой. — Или ты думаешь, мы здесь собрались играть в игры? Ты видимо не воспринимаешь ситуацию серьёзно, а зря. Твоя глупая наивность может стоить жизни близкого тебе человека. Если понадобиться, я убью эту девку, не колеблясь ни секунды, и мне будет плевать даже на то, что Алиса хотела оставить её в живых, поэтому мне и доверили это дело. Смекаешь? Если ты не превратишься, значит и ей не жить. Можешь считать это платой за все усилия, которые нам пришлось приложить, чтобы добраться сюда. Ведь, не все во второй и третьей линии обороны выжили и пока ты стоишь щёлкаешь своей мордой люди гибнут, ожидая, что ты будешь равноценен их жизням. Полезай в ёбаного титана, ведь я не шучу, — капрал никогда не отличался ласковостью своих речей, но в тот момент даже его обычно не особо почтительная речь отличалась излишней грубостью, а ярость в его глазах вселяла страх в сердце Эрена, заставляя верить в происходящее. Даже Джонс, наблюдавшая за происходящим, переживала, как бы Леви действительно не убил девушку. Красноволосой хотелось спросить, не переигрывает ли капрал, но она не посмела поддаться слабости, ведь Леви не сказал ничего дурного. Если действительно придется идти на крайние меры, то не стоит сбегать от реальности. Никто не знал, как ситуация могла измениться в любую секунду. Все вокруг со страхом наблюдали за реальностью, восхищаясь решительностью капрала. Любой другой на его месте уже бы перерезал Саре горло, лишь бы оправдать цель, но он продолжал держаться.       Эрен сгорал от безумия изнутри. Ему чудилась милая улыбка Сары, меркнувшая у него перед глазами, а его собственная слабость отравляла кровь, испаряя её словно воду. Взор его затуманился в тот момент, когда капрал действительно предупредительно провел лезвием клинка по шее Сары. Ручейки крови тут же хлынули вниз, окрашивая белую рубашку в алый. Эрен начал терять себя. Пелена воспоминаний начала таять стремительно быстро. Жар ужаса даровал такое нужное понимание. Такое необходимое. Эрен вспомнил отца. Вспомнил, что тот сотворил с ним.       — Не говори Саре и не тащи её за собой. Возьми ключ и спустись в подвал, Эрен! Перестань сопротивляться ради своей сестры! — грозный голос Гриши гремел в голове жутким грохотом, схожим с топотом титанов. Что он тогда делал? Почему противился отцу? Неяркая картина дала некие знания. Да, отец ведь нашел их, а потом исчез, но куда? Верно. Тогда, со шприцом в руках, Эрен видел Гришу в последний раз. Он плакал, молил не забывать о ключе и подвале, просил защитить Сару, а затем исчез. Сара искала его несколько дней, избив все ноги в кровь. Эрен до сих пор помнил те ужасные мозоли на ногах сестры. Она спрашивала каждого прохожего на улице, а он не знал, чем помочь. Доселе Эрен очень смутно помнил те времена. Сара говорила, что это из-за пережитого шока, но только теперь, когда острый клинок рассекает её кожу, Эрен понял, что это не так. Отец умер. Он точно мёртв. Эрен знал это, но объяснить причинно-следственные связи по-прежнему не мог.       Клинок вонзался в горло Сары немного грубее, а взгляд мужчины, наносившего ранения, не становился мягче. В нем не было снисходительности, лишь решительность довести дело до конца. Но между тем Сара точно знала — её не убьют. Капрал блефовал крайне убедительно. Нанеся один легкий порез, он незаметно сместил свою руку немного ниже и нанёс второй, сделав это так ловко, что никто кроме Сары и заметить не смог, что рука мужчины слегка сместилась. Если бы он действительно собирался её убить, стал бы проделывать столь непонятные аферы? Достаточно было прижать клинок посильнее к месту первого пореза, и Сара тотчас захлебнулась бы собственной кровью.       — Прекратите! — в этом состоянии аффекта Эрен расслышал голос Микасы, просивший о пощаде. Её никто не слушал, ей не позволили подступить ближе. Против воли девушку отправили прочь из «ядра» первой линии, куда её взяли за выдающиеся боевые навыки, которые она уже успела проявить. Это всецело было решение Джонс. Микаса явно была близка и Эрену и Саре, поэтому красноволосая надеялась, что её присутствие поможет хотя бы одному из Йегеров справится с задачей, а боевые навыки черноволосой лишь сыграли на руку в такой ситуации.       «Не говори Саре и не тащи её за собой… ради своей сестры!» — последние наставления сыну указали тому путь. Эрен машинально поднял свою руку и со всех сил впился зубами в свою же плоть. Алые капельки отправились в недалекий полёт. Они хотели пропитать собой землю. Они стремились воссоединиться с потерянными жизнями. Но их хозяин помешал, зазывая собственные силы сражаться дальше. Не успели те капли земли коснуться, как воздух сотряс громкий звук. Такой звук каждый слышал хотя бы раз в жизни, когда теплым прохладным летним днем, молния разрывала в клочья умиротворение, ударяя с огромной мощью в землю. Яркие искры, метнувшиеся во все стороны в беспорядочном порядке, заставили находящихся солдат отступить несколько дальше. Леви не был исключением. Его реакция была мгновенна. Сара моментально оказалась у него под мышкой, и он одним ловким движением сумел сманеврировать в сторону, дабы искры не задели ни его, ни Сару.        — Получилось, — отпустив свою новую подопечную (таковой он мысленно начал считать девушкой, быть может оттого, что уже в который раз спасал ей жизнь), слетело с тонких бледноватых губ. Порезы на горле продолжали кровоточить, вызывая дискомфорт, а внезапность, с которой девушка была схвачена под руку и перемещена на другое место, на секунду украла равновесие у той из-под ног. Услышав слова капрала, Сара даже не стала пытаться остановить кровь, она подняла глаза и не знала, как реагировать на увиденное. Радоваться ли? Эрен действительно стал титаном, но к благу ли? Понимает ли кто он? Гигант стоял на месте, смотря в сторону Йегер-старшей, словно пытаясь вспомнить, кем был человек, на которого он смотрит.       Сару пугал такой взгляд. Он был мутным, как болотная вода. Он точно не принадлежал Эрену. Глаза были те же спору нет, но это не был тот Эрен, которого Сара знала с пелёнок, которые ей часто доводилось стирать для братишки.       — Эй, — Сара инстинктивно схватилась за запястье человека, находившегося рядом. Не было важно, кем был тот человек, девушка должна сообщить о своих подозрениях, пока кто-то не умер, — это не он. Это не Эрен, — прошептала она, боясь высказаться в голос. Девушка была полна решимости предотвратить беду, но в то же время, она не знала, как помочь и солдатам, и Эрену. А что, если его убьют прямо сейчас из-за её слов? Что если он всё ещё там и глупые переживания вызваны простым страхом?       — Что ты имеешь ввиду? — Леви отреагировал немедля, игнорируя касание повязок, окутывавших женские руки. Сара не успела объяснить своих слов. Беда почти случилась.       — Эрен, зайчик мой, — Ханджи первая направилась к возникшему гиганту, преисполненная решимости напомнить ему о валуне. Зоэ желала рассмотреть монстра поближе, хотела понять понимает ли он, кем является. Женщина не откидывала предположений, о том, что быть может сейчас ей придется убить ещё одного гиганта, тем самым лишив невинную девушку родного человека.       Разведчица выяснила все, что нужно слишком быстро. Как и все гиганты, стоящий перед ней набросился на человека, как только увидел. Он оторвал взгляд от Сары и последовал своим инстинктам. Правда жертва его была слишком проворной. Атакующий не сумел задеть Ханджи даже пальцем. Отступив, девушка теперь готовилась нанести удар противнику.       — Обездвижить цель! — Эрвин воскликнул то, что так хотела услышать Зоэ. Да, разведка не могла потерять такой неоценимый экземпляр. Даже если Эрен стал, как и все гиганты потерять его нельзя было. Его тело — целый Грааль информации. Столь необходимой для выживания человечества.       Ханджи материлась про себя, понимая, что сейчас придется силой обезвредить гиганта и дать сигнал к отступлению. Человечество снова проиграло. Снова бессмысленные смерти алыми цветами расцветали где-то позади. Что же это за проклятие такое?       — Эре-е-е-н! — хватаясь руками за кровоточащее горло, Сара позвала брата, что было сил. Девушка завопила во все горло. Голосовые связки задрожали в агонии, причиняя боль. Сара с хрипом закашлялась и пошатнулась. И снова единственной опорой рядом оказался он. Уже который раз за один день. Леви поймал девушку под руку, не давая по глупости свалиться с крыши. В глазах предательски мутнело от усилий, приложенных для столь пронзительного крика. Сара со всей силы вдарила себя по щеке, запрещая себе ослабевать от перенапряжения. Глубоко вдохнув и чувствуя боль в горле, после мощного крика, она позволила капралу отпустить себя и снова подняла взгляд и сердце её успокоилось. Она смогла. Достучалась, докричалась, нашла верный путь. Бледный, как стена Эрен выбирался из затылка гиганта самостоятельно. Зрелище было не из самых приятных. Можно смело заявить, что это выглядело даже несколько отвратительно. Он, окутанный мышечной тканью, со всех сил пытался выбраться из кучи мяса. Он смог преодолеть гнев и вернуть свой разум. Сара гордилась братом, как никогда прежде. Её Эрен вырос на глазах. Парень шатался, а из его носа мощным потоком хлынула кровь, но даже так, он улыбнулся ей. Залитое кровью лицо, мутные от слабости глаза и эта улыбка почему-то согревали душу. Нормальные люди пришли бы в ужас от увиденного, но не Йегер-старшая. Для Сары эта улыбка была главным доказательством того, что её брат человек и он, как и все люди, лишь на миг поддался слабости неведомой ему силы. Как все люди оступился, но взяв себя в руки смог все исправить до того, как последствия стали необратимы. Эта улыбка — яркий свет в беспросветной тьме.       — Эй, ему помощь нужна. Спусти меня к нему, — охрипшим голосом тут же начала требовать Сара от Леви. Конечно же, она никогда не стояла в стороне, когда братику было плохо, ведь это же её долг — заботиться о своих детишках. Сама Сара никогда не была матерью, но в шестнадцать лет, не имея собственных детей, поняла, насколько тяжело сладко-прекрасное бремя материнства. У неё было трое детей, которых она никогда не бросит. Смотреть на их страдания было худшей пыткой. Девушка знала, что прекратить операцию она не сможет, но как же ей хотелось позволить брату опереться на её плечо хоть на краткий миг. Ей было необходимо собственноручно утереть ему кровь и убедиться, что он сможет действовать дальше.        — Идиотка, ты бы себе сначала помогла, — ответ мужчины был слишком очевиден и Сару он, конечно же, не устраивал. Однако возразить девушка не успела. Её снова приняли за мешок с зерном и взяли под руку, не дав ни слова против сказать, ни подумать, как же быть.       Очень скоро Сара поняла, что возражать ей смысла не было, ведь капрал вместе с ней спустился прямиком к Эрену. Стоило мужчине только ступить на землю, как Сара, не особо церемонясь, выскользнула из его рук и хотела было рвануть к брату, но её так бесцеремонно поймали за волосы, так что исполнить задуманного сразу не получилось.       — Стоять, — недовольно прорычал мужчина. Когда только она сумела так извернуться и ускользнуть от него? Изворотливая, как та змея, да и ответный взгляд метнула змеиный. Если её брат титан, то почему она не может быть змеёй? Не только взгляд, но и характер тоже змеиный. Это Леви успел понять по манере общения Сары (хоть и общался он с ней не так долго, но для поспешных выводов этого было более, чем достаточно). Жаль Алиса была настолько занята изучением состояния Эрена вместе с Ханджи, поэтому не заметила, как Леви обращался с будущим врачом разведки, иначе не допустила бы подобного безобразия. — Его осмотрят, помереть не дадут уж точно. Лучше пойди и возьми что-то из арсенала Алисы для своего горла, пока твоего дурика в норму не приведут операция не продолжится. Правда и медлить нельзя, надеюсь, он оклемается или много народу станет кормом для гигантов, — недовольно фыркнув, подытожил капрал, отпуская волосы своей, новой подопечной. Правда, с чего мужчина решил, что Сара будет именного его новой подопечной один Бог знает (позабыл наверное, что Алиса первая завербовала шатенку себе).       — Обязательно, капрал, — коротко ответила Сара, сдержав себя от грубости. Главное дышать спокойно, прочувствовать дзен и тогда желание потаскать капрала за волосы в ответ пропадёт. Во всяком случае Сара очень на это надеялась. Ну вот от всей души надеялась.       — Опиши своё самочувствие, — подавая Эрену чистую марлю, дабы остановить кровотечение, спрашивала Алиса. Ханджи между тем стояла слишком близко к парню, рассматривала его крайне внимательно. Но если назвать вещи своими именами, то это то, что известно людям под двумя простенькими, но противненькими словами — бесцеремонно пялиться. Женщина не замечала ничего вокруг, кроме полюбившегося подопечного (её мало волновало хочет Эрен в разведку или нет, ведь и без того понятно — Эрвин не отпустит парня и не бросит на произвол судьбы). Зоэ настолько была поглощена происходящим, что и Сару позади себя не заметила.       — Что с тобой, Эрен? — голос сестры, заставил Йегера наконец поднять глаза. Она стояла прямо возле четырёхглазой извращенки. Из царапин на горле ещё сочилась кровь. Заметив наличие нескольких царапины, вместо одного глубокого пореза, парень смекнул, что его дурачили, как дитё малое. Правда злиться от этого вовсе не хотелось. Слава Богу, это был лишь обман. Правда и радоваться особо не было чему, ведь это по его вине с Сарой все это дерьмо приключилось. А если бы капрал оказался менее адекватным и действительно убил бы Сару, как и обещал? От этого Эрену стало противно. Ещё более омерзительно было то, Сару использовали, как наживку для него, а он не смог продержаться долго в теле титана. Слабак. Как можно было так глупо потерять контроль? Едва не напал на своих же. От безысходности и омерзительности своего положения захотелось накричать на сестру, наконец сказать ей, что это Эрен, как брат, должен получать ранения, а не она. Однако, вместо этого он просто проигнорировал её и решился ответить Алисе.       — Я слушаю, Эрен, — повторила красноволосая, попутно притянув к себе Сару за руку, дабы осмотреть и её ранение тоже.       — Сложно объяснить. Я вдруг осознал, что мне надо просто ранить себя для превращения. Видимо, блеф с Сарой слишком сильно впечатлил меня. Только оказавшись внутри титана, я потерял контроль, словно оказался нигде и везде сразу. Это так сложно объяснить, что голова раскалывается. Тело дрожит и такое чувство, будто я чем-то очень сильно отравился. Слабость, меня тошнит, боль в мышцах, — повествовал парень. Сара слушала его куда внимательнее Алисы или Ханджи. Ловила руками каждое слово и, прижимая его к сердцу, пыталась ощутить то же, что и брат.       — Сможешь повторить свой фокус? — хмуря брови, спросила Ханджи, пока Алиса занималась горлом Сары. Зоэ радовалась от всего сердца. Её самые страшные опасения не оправдались. Отступать не придется и возможно победа всё ещё ждёт своих героев впереди. Такие мысли не могли не воодушевлять, заглушая собой боль потерь.       Перекись водорода вызвала неприятные ощущение, хотя Йегер-старшая уже ничего не замечала после всего, что с ней приключилось всего за одно утро. Тонкие пальцы Алисы ненароком касались кожи девушки, пока лента белоснежной марли обвивалась вокруг шеи. Они были нежны. И подумать было сложно, что те самые пальцы наверняка уже много-много раз касались трупов. Джонс действительно была мастером своего дела, закончила быстрее, чем Ханджи успела произнести свой вопрос до конца. Сара даже позволила себе порадоваться, что будет обучаться у такого человека. Среди всех случившихся бед это была лучшая из новостей, ведь девушка и без того мечтала в каком-то будущем продолжить своё обучение и все же пойти по стопам отца. И вот судьба даровала ей шанс остаться с братом в разведке, не изменяя при этой своей медицинской мечте. Разве не удача?       — Дай руку, — закончив с Сарой, Алиса сразу же переключилась обратно на Эрена. Она слабо понимала с чем имеет дело, но осмелилась предположить, что сердце парня возможно расскажет ей больше о его состоянии. Джонс прощупала пульс, прищурилась на несколько секунд и сделала вывод на ходу — трансформация в гиганта оказывает влияние на весь организм Эрена. Причём не самое благополучное влияние. — У тебя пульс значительно превышает норму. Если полезешь в титана снова твоё сердце может и не выдержать, — хмурясь куда сильнее Ханджи, предположила лекарша.       — Но выбора у меня нет. Если станем ждать улучшения моего самочувствия погибнет больше ваших товарищей, — убирая марлю от носа, заявил Эрен. — Прошу отойдите, я попытаюсь ещё раз, — не унимался он.       — Ты, мелкий, — Сара готовилась выругать брата у всех на глазах за излишнее геройство, но Алиса остановила девушку одним жестом руки.       — Ты прав, но и тебя потерять мы не можем, а потому, — красноволосая уже рылась в своей наспинной сумке в поисках порошка из листьев наперстянки шерстистой. Она боялась обнаружить, что порошок мог так невовремя закончится или же, Алиса могла и вовсе не взять его с собой за небольшой надобностью на поле боя, но благо обошлось. В её сокровищах нашлось совсем немного столь необходимого вещества, — прими это сейчас же, а затем полезешь в своего титана. Будет плохо, если твое сердце не выдержит, — Джонс не нашла ничего лучше для дозировки порошка, чем кончик одного из её скальпелей. Она протянула Эрену инструмент, на кончике которого было, наверное, меньше грамма порошка.       Йегер не стал противиться, ведь понимал, лекарь несомненно прав. Никто из присутствующих не понимал, как на данный момент функционирует его тело, какие особенности и слабости ему присущи, а потому лучше перестраховаться, чем поступать бездумно. Сара видимо тоже так считала. Она одобрительно кивнула брату, прося прислушаться к словам красноволосой. Парень недовольно фыркнул в ответ. Он и сам бы поступил так же, главным образом ради неё же. Эрен не мог позволить себе оставить сестру одну. Ведь ему наконец уже пора прислушаться к просьбе отца и начать заботиться о сестре куда усерднее, чем она заботилась о нём.       «Сегодня ты первый и последний раз была в подобной ситуации из-за меня. Отныне удары на себя принимаю только я один», — преисполненный необычайной решимостью подумал парень и принял лекарство из рук Джонс. Решимость Йегера была столь прочной, что он даже вкуса полученного не чувствовал. Будь он горький, сладкий или кислый это не имело значения. Его мозг был сосредоточен на поставленной задаче столь сильно, что окружающий мир казался ему несуществующим. Есть только он — Эрен Йегер, и его цель — вернуть Трост — вот, что действительно важно. Права на ошибку нет. Ведь тогда Эрен не сможет смотреть в глаза товарищам, не сможет стать членом разведки и главное — не сможет смотреть в глаза Саре, позволившей приложить лезвие к своему горлу ради общего блага.       — Хороший мальчик, — подытожила Ханджи, восхищаясь пареньком; он даже не скривился (обычно все, что находилось в сумке Алисы было до ужаса не вкусным и Зоэ не любила, когда подруга открывала при ней этот чертов ящик Пандоры).       — Сара, возвращайся к тому м... — Эрен хотел сказать «мелкому» и полезть в титана, но не позволил себе такой грубости по отношению к герою, который не один раз бывал за стенами. Кроме того, этот герой не так и сильно навредил Саре, уже только за это его можно было начать уважать. Видимо, он был достаточно добрым человеком, несмотря на слегка скверную манеру речи. Он пробовал на вкус свободу и не был похож на скот, живущий внутри стен и не делающий ровно ничего для того, чтобы стать свободными и не быть ограниченными в своём выборе, где жить и каким воздухом дышать. Да, его определённо стоило уважать, как и каждого, осмелившегося хотя бы раз выбраться за пределы стен.        Разведчики не похожи на людей, живущих в оковах ограничений. Поэтому Эрен всегда и мечтал стать таким же. Из-за ограничений, словно из-за яда, люди и теряют свою волю, превращаясь в рабов добровольно. Этого Эрен боялся больше всего на свете. Что угодно, только бы не быть рабом стен. Парень был уверен, что никогда не станет таким и сестре с Микасой и Армином не позволит. Хотя Сару он вовсе не считал рабыней стен больше. Он осознал, что сестра свободна в тот момент, когда та с железной уверенностью в голосе заявила ему, что больше не может жить так и направится с ним разведкорпус так или иначе. Тогда Эрен накричал на неё и просил остаться рабыней просто потому, что боялся потерять родного человека. Это был единственный раз, когда парень изъявил слабость и едва сам не превратился в раба, поддавшегося миражу «безопасности внутри вековых стен». Наверное, тогда он и посмотрел на сестру по-другому, ведь она не позволила ему стать скотом. Сара вручила ему нож и приказала обрезать ей волосы, а вместе с ними и эту слабость, с которой жила до того дня. С волосами Эрен срезал и свои остаточные недостатки. Тогда он пообещал себе, что более никогда не ограничит Сару в её желаниях, ведь он попросту не имеет права ломать крылья её свободы. Вместо этого Эрен подставит ладони к небу и поможет птице свободы взлететь высоко-высоко. Как бы не сложилась судьба, и чтобы Сара, Микаса или Армин в итоге не выбрали, Эрен не позволит себе сказать и слово против, ведь это будет значить, что он не смог коснуться призрака свободы.       — Капрал передал тебя мне, — Сара только собралась послушаться брата и вернуться к коротышке, как голос одного из его прихвостней испортил все планы. И действительно, оказалось Леви уже был на одной из крыш возле Эрвина и что-то сосредоточено обсуждал с командором, даже не глядя в сторону Йегер-старшей. По сторонам смотрел, дабы не стать жертвой внезапного нападения гиганта, ведь они любят появляться из ниоткуда, чтоб их. Он вел себя точно настоящий солдат на поле боя — был сосредоточен и не позволял себе обращать внимание на мелочи. Это даже вдохновило Сару. Она тоже должна поступить так. Должна быть собрана, как Алиса, должна быть внимательна, как Леви, и ответственная, как Эрвин. Она не стала перечить пришедшему по её душу солдату, имени которого она и не знала ещё, не стала ничего говорить брату, ведь знала — он всё сможет и решительности со смелостью и храбростью у него точно хватит. Эрен не погибнет (тем более Алиса позаботилась о его сердце, отчего и у Сары на сердце стало ещё спокойнее). Йегер молча взобралась на спину солдату и крепче прижалась к нему всем телом, дабы тому не приходилось как-то поддерживать её самому.       — Н-не дыши в шею, — девушка не видела лица парня, но судя по голосу, положение дел его слегка смутило.       — Если будешь себя так вести, все поймут, что ты все ещё девственник, Оруо, — подметила Ханджи, но даже это не пошатнуло серьёзности Сары. Алиса хихикнула в ответ, а вот ни Эрен, ни Сара не проявили никакой ответной реакции на слова Зоэ. Эти двое были слишком серьёзно настроены.       — Да ну вас, майор, — ответил парень и вместе с Сарой ринулся прочь от Эрена. Его примеру последовали и Алиса с Ханджи, предоставляя Йегеру-младшему шанс проявить себя ещё раз. Как говориться: первый блин всегда комом, поэтому все и надеялись, что второе превращение парня пройдёт куда лучше, чем предыдущее.

***

       Оруо, если только Сара правильно расслышала имя своей «новой няньки», оказался несколько приветливее капрала. Его руки были несколько нежнее что ли или же девушке лишь показалось? Он плавно приземлился подальше от Эрена. Отсюда было плохо видно, что происходит рядом с братом, ведь они с Оруо отошли едва ли не к основе первой линии обороны. Оказалась, первая линия разделилась на две части: на тех, кто был в непосредственной близости к Эрене Йегеру — верхушка разведки, и на тех, кого, собственно, отобрали в первую линию.        — Не слазь с меня. Неизвестно, когда придется двигаться дальше, — ледяным голосом попросил парень. Все же Саре точно показалось. В голосе Оруо не было тепла, ровно, как и не было доброжелательности во взгляде девушки по имени Петра. И даже стоящий слева от Оруо черноволосый паренек (видимо тоже один из приближённых гнома, то есть капрала Леви), смотрел на Сару почти, как на врага.       Сара не осуждала их, нет. Она вполне могла понять холодность солдат, они ведь знают её даже меньше, чем полдня, а к тому же её братец в титана превращается на глазах и едва не напал на Ханджи. Понятное дело, ни о какой дружелюбности в сторону девушки и речи быть не могло. Йегер, по правде говоря, мало волновало отношение окружающих. Находясь в непосредственной близости к первой линии обороны, Сара пыталась взглядом отыскать Микасу и Армина (она надеялась, что малыша Армина запихнули в первую линию, ведь чем ближе солдаты находились к Эрену, тем меньше вокруг было титанов, что было бы не плохо для Армина, ведь он не был так уж силён и это заставляло сердце трепетать в волнении).       Девушка встретилась взглядом с Микасой. Удивляться было нечему, конечно. Микасе же сперва позволили находиться едва ли не около самого Эрена, но стоило ей возразить против методов ведения дел капрала Леви, как она тут же отправилась из центра прямо ко всем, кого не допустили быть слишком близко к Эрену. Этого и стоило ожидать. Дальше первой линии её вряд ли бы отправили, все знают какой Микаса хороший боец, да и она уже успела проявить себя перед разведчиками в бою. А вот Армина Сара не нашла, сколь бы внимательно не смотрела по сторонам. Беспокоясь об одном только Эрене, Сара едва не позабыла об остальных своих «детках». И если за Микасу волноваться особо не приходилось, то за Армина стоило бы.       «Неужели его забросили куда-то подальше? Может у этих спросить? Хотя они едва ли лицо его смогут вспомнить, чего уж говорить об имени и местонахождении. Армин, выживи, прошу», — обеспокоено думала Сара, продолжая искать парнишку взглядом. Она не знала ранен ли Армин, не знала хватит ли у него сил выстоять, а главное она не сможет простить себя, если в итоге блондин окажется одним из павших, защищавших Эрена до самого конца. И пока девушка тонула в беспокойстве о родном человеке воздух снова сотряс знакомый звук прекращения в титана. Громовые звуки, словно тысяча маленьких камней обдали звуковым ударом слух, провоцируя легкую головную боль, на которою ни один из окружающих девушку солдат даже внимания не обратил.        Сара мгновенно перевела взгляд в сторону брата. У него получилось. В этот раз его гигант выглядел несколько больше и казалось даже крепче прежнего, словно бы сила из него искрилась бурным потоком горной реки, разбивающей камни на своём пути. Даже образ его был преисполнен решимости. Вокруг него снова витала та девушка в очках по имени Ханджи. В этот раз Эрен не стал ни на кого нападать. Очевидно, он целиком и полностью осознавал кто он, что делает и где находиться. Это не могло не радовать, но вот что же с Армином?       — Неужели он и правда контролирует себя? — в голосе Петры удивление смешалось с ужасом. Её взору открывалась устрашающая правда. Колоссальный и бронированный оказались простыми людьми, превратившими жизнь таких же людей, как и они сами, в неописуемый Ад по собственной воле. Сара не стала отвечать Петре, хоть и хотелось дать положительный ответ и лишний раз сказать, что Йегер-младший вовсе не чудовище, а надежда на победу.       По правде говоря, Йегер-старшая и сама пребывала в шоке от всего происходящего. В сердце зародилась ненависть к бронированному и колоссальному. Сара может позволила бы себе надеяться, что они всего лишь слегка отличались от других титанов и совершили злодеяния, следуя своей хищной природе. Так бы их можно было оправдать и даже в некой степени понять, но не теперь, когда правда всплывает на поверхность под палящие лучи полуденного солнца, прощения в этом свете для них не отыскать. Правда обжигает легкие изнутри. Как обычные люди могли сотворить такое? Девушку переполняла злоба. Она кусала губы, пытаясь сдержать слезы, ведь стоило подумать о тех двоих, разрушивших жизни сотен тысяч человек, как в мыслях сразу же всплывал силуэт мамы, её последние крики отчаянья и маленькие капельки родной крови, по ветру догонявшие детей женщины, как последний жест её доброй воли. Как последнее «прощай».       Сара хорошо помнила даже очертания тех капель крови. Мамино «прощай» являлось в кошмарах, разрывая сердце ночами напролёт. И вот теперь оказывается, что те двое вовсе не бездумные монстры на которых и злится то вряд ли получалось, ведь злость не смогла бы вернуть Карлу к жизни, а преступники и не осознавали какой грех совершили. Они оказались монстрами в обличии людей, способными думать. Вот это уже сводило с ума и доводило тело до дрожи, топя разум в желании отмщения. От этого старые раны начинали болеть с новой силой. Поэтому Сара и не пыталась высказать своё восхищение братом, принимая и понимая чувства Оруо, Петры и неизвестного ей черноволосого парня. Наверняка они точно так же сгорали изнутри от злобы, боли и жажды мести. У них есть мотив не доверять Эрену и Саре. А правда оказывается не всегда хороша. В тот момент Сара поняла это. Правда обернулась ядом, питавшим недоверие, рождённое из самых страшных предположений.       «Действительно ли они спасут тебя, брат?» — не выпуская слез наружу, задалась вопросом девушка, наблюдая за тем, как атакующий следует, установленному командованием разведки, плану. Вот он пытается поднять валун, не жалея рук, а позади слышны звуки сражений. Сара снова оглянулась назад. В этот раз превращение Эрена привлекло внимание едва ли не всех гигантов вокруг, они начали стремиться к своему «недосородичу». Где-то там сражается Армин, и кто знает хватит ли ему сил остаться в живых. Когда Сара снова перевела взгляд на брата оказалось, что он смог поднять валун, хоть и видно было, что даже ему пятнадцатиметровому было несусветно тяжело. Валун пытался вжать Эрена в землю, но тот не поддавался.       — У него получилось, — менее холодным голосом заговорил Оруо, когда Эрен вместе с валуном начал двигаться вперед. Прямиком к цели. Ни шагу назад. Он большущими шагами преодолевал расстояние. Разведчики двинулись за Йегерем, выполняя свой долг перед павшими. Наверняка их сердца трепетали от противоречивых чувств, описать которые не представляется возможным. Месть, восторг, скоробь, боль — все смешалось, как краски на палитре художника, являя миру отрадный новый цвет, у которого даже названия не было.       Сара была настолько восхищена братом, что едва ли не забывала дышать. Неужели правда, это будет первой победой человечества? Неужели её маленький Эрен, которого они с мамой так оберегали, станет первой победой для сотен тысяч жизней?       — Гиганты сошли с ума! Они не просто тянутся к гиганту Эрена, они перестали обращать внимание на людей и двигаются только к Эрену! — голос подоспевшей с первой линии Микасы, высвободил Сару из пучины восхищения братом. Победа так близко. Только протяни руку и коснись пальцами, но вот пальцы по-прежнему будут в крови…       — Оруо, пока гиганты не обращают внимания на людей, доставь Сару на стену. Она не может сейчас сражаться, а мы отправимся к первой линии обороны. Мы должны сдерживать этих сукиных детей. С таким раскладом все три линии сожмутся в одну для защиты. Если они не видят нас, тем лучше. Мы сможем нападать первыми, а не просто защищаться, — оглядевшись по сторонам рассудила Петра.       — А Эрен?! Нужно подобраться ближе к нему, кто знает откуда эти сволочи ещё могут появиться. Я уже ничему не удивлюсь, — возразила Микаса, собираясь наплевать на слова Петры и двинуться прямиком к своему названому брату, что так прочно засел в сердце.       — Микаса, остановись! — Сара впервые обращалась к сводной сестре столь строго. Обычно все люли от Сары доставались одному лишь Эрену и никогда Микасе или Армину. Может поэтому черноволосая девушка моментально застыла на месте в удивлении. — Подле Эрена сейчас достаточно сильных солдат, способных защитить его. Он не нуждается в твоей помощи, а вот Армин, — вдохнув глубже, Сара продолжила. — Армин очень нуждается! Найди его и оставайся рядом с ним до самого конца. Так будет правильнее, — Микаса не ответила Саре. Лишь посмотрев в глаза старшей сестре она сумела отыскать в них сил прислушаться к совету и направиться обратно к первой линии обороны. Да и из прихвостней капрала Аккермана никто ничего больше не сказал, видимо посчитав, что девушка на спине Оруо уже все нужное сказала черноволосой.       Сара больше не смотрела назад. Она знала — там ради Эрена гибнут люди. Их последние вопли были полны надежды, ведь в этот раз каждый из них знал наверняка — смерть не напрасна. Йегер мысленно просила вселенную хотя бы защитить для неё Армина с Микасой, заведомо зная, что Эрена уж точно защитят любой ценой. Его громкие шаги к победе сливались с криками солдат где-то позади и Саре было страшно думать о том, что сейчас твориться на поле боя. Девушка всем сердцем хотела, чтобы кошмар поскорее закончился. Так хотелось проснуться ранним воскресным утром в их с Микасой комнате. Хотелось, чтобы свежий воздух из окна наполнял легкие, а солнечные лучи игриво щекотали глаза, пробуждая от долгого и страшного сна, в котором было так много смертей. Хотелось услышать голос мамы и папы. Хотелось отправиться собирать травы, а затем помогать отцу. Хотелось вернуться в прошлое, но вместе с тем хотелось стремиться вперед к будущему. Пусть по горе трупов, пусть по колено в грязи, пусть с болью в сердце, но вперед! За эти чертовы стены! Ради возможности встречать рассвет где-то далеко-далеко от дома, который из Рая на земле за один день превратился в Ад.       — Слезай, — Йегер и не заметила, как снова оказалась на стене. Она послушно выполнила просьбу Оруо и в следующий миг уже наблюдала за тем, как он возвращался к своим товарищам.       Йегер твердо стояла на ногах. Теплый ветер дул ей в спину, и она наконец набралась смелости посмотреть на поле боя. Действительно все три линии слились в одну и двигались прямиком за Эреном, держа гигантов на расстоянии от надежды человечества. Он приближался к бреши в стене, а за его спиной разворачивалось жестокое сражение. В том сражении, прищурившись, Сара смогла разглядеть светлые волосы Армина. Рядом с ним была Микаса. Девушка чётко следовала совету старшей сестры и не позволяла себе оставлять Арлерта одного. На сердце у шатенки сразу стало намного легче. Настолько, что она упала на колени, едва ли не заплакав от радости. Дорогие ей люди находились в относительной безопасности. Как же это эгоистично думать только о своих в такой-то ситуации, но Йегер и винить себя не могла в том, что было совершенно естественно. Жаль всех умерших безусловно, но если умирает кто-то из близких, то сравнить эту боль с потерей людей, чьих имён ты даже не знаешь, не получится.       Вот сейчас Эрен сделает ещё несколько шагов, и победа окажется у людей в кармане. Победа закроет череду смертей хотя бы на один день. Не счастье ли? Затаив дыхание, сквозь пальцы девушка продолжала смотреть вниз. Эрен почти достиг цели. Шаг или два разделяли его и брешь в воротах. Рядом с ним настороже находились сильнейшие воины человечества, не позволяя помешать одержать победу, за которую приходилось так дорого платить.       — Давай, ты сможешь, — шептала сама себе девушка, не замечая ничего и никого вокруг. Вот он момент истины. Сколь же сладок он был. Несмотря на пролитую кровь, на вкус победа отдавала сладостью. Эрен из последних сил швырнул валун прямиком в дыру, наглухо закрыв её. Казалось вокруг мир замер, не веря своим глазам. Каждый смотрел в сторону Эрена и не мог поверит в то, что это действительно был не сон. Впервые за сотню лет человечество одержало победу! Сара не стыдилась радоваться про себя, как вдруг её счастье рухнуло, только засияв на горизонте.       — Жа-а-ан! — рядом раздался голос Конни, и Сара тут же поднялась на ноги, стараясь понять куда смотрел её сослуживец. — Почему этот осёл не использует УМП? — с ужасом в голосе задавался вопросом Конни.       — Его УМП сломан, — рассудительно предположила стоявшая рядом Энни. Сара разглядела друга вдали от остальных солдат. Он бежал по улицам города от гиганта практически один. А гигант, видимо решивший полакомиться легкой добычей прежде, чем отправится по Эренову душу, и не думал оставлять парня в покое.       — Сделайте что-нибудь! — во весь голос заорала Сара на стоящих рядом товарищей. — Или дайте мне УМП! — в приказном тоне требовала девушка.       — Куда тебе? На руки посмотри, — тут же возмутилась Энни, но мнение блондинки мало волновало Йегер, не собиравшуюся бросать лучшего друга в такой заднице. Он бежал, изо всех сил пытаясь оторваться от проклятого гиганта и помочь ему было некому, все были сосредоточены вокруг Эрена и его феерической победы. Помимо Сары, Энни и Конни на стене так же находились раненые солдаты, которым Алиса запретила принимать участие в операции по возращению Троста. К одному из таких солдат и бросилась Сара, дабы забрать его УМП и отправится на помощь другу.       — Да стой ты, дура, — Энни за руку остановила Сару. — Не делай глупостей. Ты всем даёшь дельные советы, так соответствуй. Не лезь. Конни уже отправился на помощь Жану твоему, и я пойду за ним. Сиди здесь и не рыпайся, — угрожающе просила Леонхарт, и разум Сары пытался вместе с ней достучаться до сердца девушки, обливающегося кровью. Йегер, конечно, была готова к смертям на поле боя. Во всяком случае она так считала до сегодняшнего дня. Ни к чему она, блин, не оказалась готова. Не готова терять, но в этом жестоком мире победа всегда будет стоить слишком дорого. Сара опустила чужой УМП на место и уселась на холодный камень рядом с одним из больных, принявшись его осматривать.       «Верно. Это единственное, что я сейчас могу сделать. Осмотреть больных ещё раз, пока нет Алисы. У кого-то могло открыться дополнительное кровотечение, а у кого-то за это время и вовсе могло остановиться сердце. Я должна следить за больными — это мой долг», — тяжело вздохнув, подумала Сара, не смотря в след Энни, бросившейся на помощь дорогому сердцу другу.        Его глупая лошадиная улыбка сверкала в воспоминаниях, а в ушах звучало проклятое «плоскогрудая дура». Он должен выжить, хотя бы ради того, чтобы Сара ещё раз надрала ему уши, до которых ещё и дотянуться надо.