Куколка, или Кудрявая башка

***

Проходили дни, недели, месяцы, а бесконечное молчание продолжало жить. После случая на заброшенной стройке, между Билли и Дженни проскочил холод. Да, именно холод, а не маленькое недоразумение из-за ерунды, как случается чаще всего. И вроде бы он был не прав, а с другой стороны – она... Всё так закручено и запутанно... Она находилась в типично мужской комнате. Оторвав прилично большой кусок ваты, она промокнула его в пузырёк перекиси водорода. Прикоснулась мокрой пушистой массой волокон к его губе. Рана была не глубокой, но оставила заметный след. Затем Дженни нанесла на ссадину один лёгкий слой зелёнки. Парень издал тихий звук «с-с-с», словно змея, предупреждающая, что сейчас нападёт. Но на самом деле это означало то, что рубец пёк. — Подуть? — спросила она, как будто бы саму себя, сразу же это и сделав. После сказала: — Это того стоило, Билли? — А ты чем-то недовольна? — вскинул бровь светловолосый. — Я, конечно, уважаю всё, что ты для меня делаешь, но... — Но что, Дженни? — слегка раздраженно осведомился он. — С ним нельзя было так поступать. — А как по-твоему я должен был? Позволить ему выебать тебя прямо у стенки?! Дженни глубоко вздохнула и «сделала» усталую гримасу. — Не смей закатывать глаза! Я отлупил его только для того, чтобы он больше никогда даже пальцем прикоснуться к тебе не смог, ты это понимаешь, Харрис?! — Билли окончательно разгневался. — Да, понимаю, Харгроув, но избить человека до отключки было не самым разумным решением! Когда они называют друг друга по фамилии, знаешь уже наперёд — до хорошего это не дойдёт. — Пошла прочь, — буркнул он. — Что? — То, что слышала, — отрубил Билли. — Это после всего... — Да, представь, дорогуша, я сказал тебе убираться из дома! — яростно перебивает. — Придурок, ты вообще знаешь, что я потратила на тебя все карманные деньги?! В самом воздухе чувствовалась эта напряженная обстановка. В комнате не возможно было находиться. — Мне плевать! Ты всё равно потом заработаешь на таких, как Уэйн, так ведь, шлюшка Дженни? Произошло то, чего никто ожидать не мог. Точнее, она такого предвидеть никак не могла. Глаза уже стояли на мокром месте. Хотелось впасть в истерику, в самоунижающий рёв, но вместо этого дева влепила ему звонкую пощёчину, оставляя красный след, так, как будто это подарок, о котором будешь долго помнить. Он засмеялся тем самым не искренним противным смехом, заставляя кожу покрыться пупырышками. — Ух, сучка, а ты смелой стала. Спустя мгновение он схватил её за левую руку (она весьма напуганно ахнула), дотащив до парадной двери. — Я была о тебе лучшего мнения. Но, знаешь, мистер Долбоёб, ты не способен на любовь! — прокричала она. — А ты тем более, дура! — нашёл, что ответить он, — Работаешь ртом, удовлетворяя желания всяких уродов. Что-то любовью тут не пахнет, ты не находишь? Дженни уже готова была выдать ответ, но он не дал ей это сделать, толкнув её так, что она едва не упала на ступеньки. — Пошла нахер! — последняя фраза, затем громкий хлопок двери. — Ты тоже! — возмущённо выкрикнула, не зная, услышал он или нет.

***

— Почему ты больше не общаешься с Билли? — удивленно спросила Макс Мэйфилд, встретив Дженнифер в универмаге Melvald’s в начале марта. — Лучше спроси у него сама, — как-то раздраженно бросила собеседница. — Ты даже волосы состригла, с тобой точно всё в порядке? — побеспокоилась девчушка. Харрис помолчала секунд пять, но впоследствии ответила: — Ладно, пока, дела есть. Она развернулась и направилась в абсолютно другую сторону, избегая рыжеволосую. — Погоди, — нагнала Дженни Макс. — Может, приходи ко мне завтра. Кино посмотрим. Будем жевать мамино свежо выпеченное печенье. Всё равно она с Нилом работает допоздна. — Спасибо большое за приглашение, но... — Пожалуйста, Дженни, — посмотрела своими ангельскими голубыми глазами на девушку. — Хорошо, только... — кудрявая замялась. — Главное, чтобы твоего братца не было дома. — Обязательно! Не волнуйся, я попытаюсь подобрать время... Позвоню. Тогда до завтра! — Да, до встречи! — с этими словами, Харрис направилась на кассу, где её встретили улыбкой. — Здравствуй! — поздоровалась низкорослая кассирша с добрыми карими глазами. — Добрый день, миссис Байерс! — воодушевленно ответила Дженни. Она поставила стиральный порошок, после чего его пробили. — Как дела, милая? — поинтересовалась Джойс. — Спасибо, всё нормально, а у Вас? «Лучше я бы не спрашивала», — подумала Дженнифер, когда миссис Байерс принялась рассказывать о том, как она тяжко живёт с двумя сыновьями (но зато вместе с бойфрендом!), не получая ни гроша от бывшего мужа и всё никак не решится сделать маникюр. — Мне так жаль... — промолвила Дженни, взяв её за руку. — При первой же возможности, обещаю, что помогу вашей семье. У меня есть должок Джонатану ещё с ноября. — Не говори глупостей, дорогая, — скромничала женщина. — Всё равно ведь как-то справимся. — Правильно, главное – не сдаваться, — улыбнулась Дженни. — До скорого, миссис Байерс! С Вами было приятно пообщаться. Удачи! — Для тебя – Джойс. Пока, очаровашка! — кассирша помахала рукой на прощание. Как только девушка вышла из универмага, она наскочила на угрюмое лицо Робин, которая сложила руки на груди. — Почему так долго, Джен? Тебе ведь один порошок надо было взять. — Прости, миссис Байерс слегка задержала. Бакли недовольно цокнула языком: — И снова... — Она хорошая, — перебила Харрис. — Нет, правда. Вскоре они добрались до уютного дома (прямо через дорогу от Melvad’s) семьи Бакли, из которой состояла сама девушка и её отец. Переступив порог, Дженни стало грустно, что существуют люди, которые живут скромнее её семьи. Дом был не по богатому обставлен мебелью из пятидесятых годов самых заурядных производителей. На стульях в кухне слезала краска, диван был поцарапан домашним котом Гавриком. — Ты извини, пожалуйста, что ранее никогда тебя не приглашала... — конфузилась Робин при первых же минутах нахождения в доме. — Не бери в голову, всё окей, — пыталась перестать срамить её Дженни. — Ты проходи в комнату, а я пока папе скажу, что у нас гости, — тихо проговорила Ро, подмигнув, тут же убежав в тёмную мастерскую в подвале. — Да, мой папа – механик, — подтвердила русая, когда она вернулась к Харрис. — Кажется, это достойная профессия. — Да... — осеклась девушка вновь. — Только вот... — Кстати, где твоя мама? — брякнула не подумав Дженнифер. И без того грустный взгляд Робин стал наиболее безотрадным. — Её нет?.. Бакли кивнула, смотря куда-то в пол. — Ах, Боже мой, прости меня! — воскликнула Дженни, тут же крепко обняв девушку. — Я ведь не знала! Ты даже... — Всё в порядке, Джен. Ты правда не знала... — слабым голосом оборвала порыв извинений Ро. После, опечаленная дева взяла фотографию в рамке, которая стояла на рабочем столе, захламлённым школьными тетрадями и учебниками. — Сегодня ей исполнилось бы тридцать восемь... — Бакли посмотрела на улыбающуюся молодую женщину там на фотографии, на которую была так похожа. Тишина. — Папа говорил, что она умерла из-за инфаркта, — Робин будто услышала мысленный вопрос рядом сидящей подруги. И вновь тишина, которая прерывается тихим всхлипыванием. Дженни без слов вышла из комнаты одноклассницы, мигом принесла салфетки и стакан воды. — Не кори себя! — обратилась шатенка. — Здесь нет твоей вины! — А я всю жизнь думала и продолжаю думаю, что есть.

***

После слезливого времяпровождения у Робин в пятницу, Дженни настроилась, что у Макс точно не будет никакой горечи. — Эй, Дженнифер, — позвала её Максин, увидев из окна своей комнаты. — Подойди сюда. Харрис поначалу не поняла, откуда исходил голос девчонки, но затем увидела, когда та активно размахивала руками, и покорно подошла к её окну, уже заранее готовясь, что надо будет залезать. Её домыслы подтвердились: — Прости, пожалуйста, знаю, это глупо... Гости входят в дом через парадную дверь, а не через окна. Мэйфилд позволила себе засмеяться и Дженни подхватила это на лету, поскольку надо было признать должное, – смех у девочки – заразительный. — Сейчас попробую, — после смеха Дженни весьма посерьёзнела. Задачкой это было не из простых, но через минуту она подпрыгнула, успев ухватиться за подоконник. Затем Макс потащила её на себя и, с горем пополам, Дженни таки попала в комнату, шлёпнувшись об пол. — Честно, — начала Харрис, поднявшись на ноги. — У меня ещё никогда так не было. Точнее было, но не тогда, когда меня приглашали домой. В чём, собственно, была проблема... — Нил забрал ключи, — резко ответила Макс. — Поэтому отворить двери я просто не могу. — А как же... — А вот Билли он как раз даёт ключи. Как меня это достало, — Макс закатила глаза. — И да, прежде чем мы будем смотреть фильм и поедать мамины печенья, я хотела бы выяснить... — Макс, ты сейчас серьёзно?! — непривычно для себя самой Дженни взбесилась, повысив голос на Мэйфилд, перебивая её. — А я похожа на клоуна? — нахмурилась та. — Дженнифер, я чувствую, что с ним что-то не так! — А мне какое до этого дело?! — продолжала негодовать девушка. — Ты ведь знаешь, мы больше не встречаемся... — Позволь, добрая душенька, узнать причину. В комнате повисла пауза, обе приятельницы лишь стреляли друг в друга пристальными и раздраженными взглядами, потихоньку остывая пыл. Они обе сели на кровать, поджав под себя ноги. — Хорошо, — первая подала голос Харрис. — Я расскажу, но ты ни в коем случае не должна подавать виду, что знаешь об этой истории, договорились? — Ты меня за шестилетнего ребёнка держишь? Дженни вновь свела брови к переносице, ожидая от рыжей «правильного» ответа. — Лады, — небрежно отреагировала. — Вот так-то лучше. Дженни улыбнулась, начиная пересказывать то, что случилось несколько месяцев назад. Когда история подошла к концу, Макс ошарашенно покачала головой, но позже осведомилась и сказала: — Я знала, что Билли псих, но никогда не предполагала, что настолько. Он обвинил тебя в... Знаешь, тебе надо дождаться его. Я хочу высказаться. Теперь мне всё понятно. — Макс, не стоит. Нам не о чем говорить. — Зато мне есть о чем! Надо заставить извиниться его перед тобой. Это серьёзно. Это было серьёзное, чертовски несправедливое, обвинение. — Макс, ты пообещала, что не дашь ему знать, что ты в курсе дела. — Я изменила своё мнение и не буду его менять. — Но тем самым, ты не сдерживаешь обещания! — Плевать. Я хочу надрать ему зад. Это всё ради тебя, Джен. — Какая же ты упрямая! Ничего не выйдет. — Это мы ещё посмотрим! — настояла на своём Мэйфилд. После девочка принесла печенье и поставила свой любимый фильм. Так они провели последние полтора часа, поджидая блондина. Вскоре, после обсуждения фильма и чтения старых комиксов о супер героях, из-за окна послышался характерный рёв двигателей «Камаро», его нельзя было перепутать ни с единым другим авто. Было заметно, насколько посерьёзнели обе подруги. Дверь в комнату Макс была специально оставленной открытой. Но как только он вошел внутрь, он сразу же отправился на кухню, даже не заинтересовавшись, есть ли в доме младшая сестрёнка. Девушки не собирались молчать, они разговаривали и даже смеялись. Навострив уши, Харгроув услышал такой знакомый смех что сердце непривычно сжалось, а внутри похолодело. Его снова окинуло это чувство. Чувство, будто бы внутренний город обрушился и тебе некуда бежать. Зная, кто сейчас окажется в дверях, Макс и Дженни не переставали играть в театр.