Зазеркалье

— Не боишься меня? — голос отражения звучал так, словно проходил сквозь толщу воды. — А должна? — с любопытством спросила девушка, прогоняя мысли о том, что с ней сделает её сожитель, если узнает об этом. — Нормальные люди боятся, а ты ужастиков не смотрела, что ли? — И что ты мне предложишь? Поменяться местами, чтобы ты была тут, а я за зеркалом? Чтобы устроить «Тёмное зеркало» на минималках? — спросила пьяная девушка, за что получила укоризненно-возмущённый взгляд от отражения. — Фильм преотвратительный, не смей меня и мои действия сравнивать с тем, что происходит в той пародии на фильм про зеркала, — голос звучал гневно, но девушка не боялась. Слышать угрозы было не так страшно, а это была и не угроза вовсе. *** Тебе нужно было расслабиться, ты знал, как это можно сделать и с кем. Но проблема была в том, что ты не знал, кто эта девушка. Не знал никто. Ни Егор, ни Серафим, ни даже Фёдор, который знал практически всех на той вписке. Не знали о ней и твои близкие друзья, которые были с тобой. Тебе начинало казаться, что это извращённая версия Золушки, только вот, если в сказке была туфелька, то в реальности же та девушка не то, что не оставила чего-то своего, она даже имени не назвала. Кирилл закурил очередную сигарету, думая о том, что остался ещё один вариант. Но ты ведь лучше вообще трахаться не будешь, чем позвонишь Андрею, так ведь? Что это, Кирилл, гордость или, спустя столько времени, ты всё ещё обижаешься? Пересилив себя, Лермонтов открывает диалог с Федоровичем в телеграм (единственное место, где вы друг друга не заблокировали). В глаза бросается последнее сообщения от Андрея Мудак. 2:34 Кирилл, прости. Но, пожалуйста, я не заслужил быть брошенным из-за того… Кирилл сразу отводит взгляд, не желая читать это заново. Нет, Андрей этого заслужил. И ты имел полное право злиться. Или ты так просто думал. Кирилл 5:56 привет. знаю, как странно выглядит моё сообщение сейчас. но, Андрей, мне нужно, чтобы ты мне кое с чем помог. 5:59 та девушка, которая была вчера на вписке. ты с ней ещё разговаривал, когда я подошёл к вам. ты не знаешь, кто она и как с ней связаться? Ты откладываешь телефон и закуриваешь ещё одну сигарету, уходя в другую комнату. Чувство, будто тебе снова начнут ебать мозги за эти сообщения. Кирилл подходит к телефону через полчаса и видит новые сообщения от Андрея. Негнущимися пальцами ты разблокировал экран и начал читать. Мудак 6:21 Это, блять, было совсем неожиданно. Я вообще сначала подумал, что не до конца протрезвел, когда увидел все эти сообщения от тебя. Да, я её знаю. А зачем тебе? Кирилл 6:34 хочу рассказать, какой ты мудак. Мудак 6:35 Я у тебя так и подписан? Неправдоподобный повод для знакомста, но ты ведь не обязан передо мной отчитываться. Поговорю с ней, если она разрешит, дам тебе её номер. Ничего не обещаю. Ещё раз прости за то, что я сделал. На последнее сообщение ты предпочёл никак не отвечать и снова заблокировал телефон, задумчиво смотря на стену. Когда же твоя жизнь превратилась в эту хуйню? Когда Андрей предал тебя? Нет, определённо раньше. Тогда, когда, по непонятной всем причине, ты бросил свою девушку? Определённо. Тогда ещё Андрей, кажется, впервые в жизни сидел и читал тебе нотации о том, что у тебя «гостит» уж слишком много различных пассий. Кирилл скривился от воспоминаний о бывшем лучшем друге. Ты получил один удар в спину, с тебя хватит. Больше никогда и никого близко к себе не подпускать — этот урок ты запомнил очень и очень хорошо. *** Эли приходит к тебе домой и окидывает взглядом квартиру. — Знаю, бардак, — говоришь ты, а девушка отмахивается, мол: «Всё нормально». Ты проводишь её в зал — единственная комната, где у тебя относительный порядок. Ты садишься на диван и хлопаешь рукой рядом с собой. — Милая квартирка, — говорит Эли. — Девушка есть? — А по бардаку в квартире не видно? — ты изогнул бровь. — Ну, если бы мы встречались, то тут был бы такой же беспорядок, только ещё бы и мои вещи валялись, — качает головой девушка и, заметив твой удивлённый взгляд, добавляет: — Это было как пример. Чисто гипотетически. Так что, твой бардак мне вообще ни о чём не говорит, кроме того, что ты такая же ленивая жопа, как и я. Ты смеёшься и достаёшь сигарету, шаря по карманам в поисках зажигалки. Эли услужливо протягивает свою. — Нету у меня девушки, — говоришь ты и протягиваешь вторую сигарету девушке. — Будешь? — Нет, я другие курю, — качает головой Эли. — Кстати, тебя Кирилл пытался найти. Так отчаялся, что мне написал, — говоришь ты. — Ну не знаю. Кстати, раз уж ты заговорил об этом, заебавший тебя вопрос — хули вы с Кириллом вообще поссорились? — Не очень хочу это обсуждать. То, что случилось, его личное дело, — качаешь головой ты и делаешь очередную затяжку. — Конечно, я виноват тоже, но… — Какой ты нудный, — говорит Эли, кидая подушку и попадая ей тебе прямо в лицо. — И тем не менее ты, несмотря на ссору, помогаешь Кириллу. Когда ты ничего на это не ответил, девушка задумчиво произнесла: — Ты что-то сделал. Что-то, из-за чего Кирилл теперь с тобой не общается, а ты не хочешь допускать одну и ту же ошибку дважды. И не сделал бы этого, даже если бы я попросила рассказать о другом человеке. Я права? — И это я ещё нудный, — усмехаешься ты, стараясь не дать ей понять, что она права. Но по её довольной усмешке и кивку головой самой себе, ты понял, что она знает, что права. Ты решаешь сменить тему — Чем вчера занималась? — К матери съездила, — поджав губы отвечает она. — А похмелье? Неужели к маме так и пошла? — усмехаешься ты, не понимая причины столь холодной реакции девушки. — Гены у меня волшебные. Могу пить и не пьянеть, а потом не страдать похмельем. Ебалом не вышла, а генами — да, — резко бросает девушка. — Хотела с матерью помириться, хуй там плавал, — после непродолжительного молчания Эли усмехается каким-то своим мыслям, но не озвучивает их. — Ты странная, — наконец говоришь ты, а девушка только пожимает плечами. Комната погружается в молчание, Эли самозабвенно расковыривает заусенец, а ты смотришь в окно, погружаясь в свои мысли. Вот ты сидишь рядом с девушкой, которую сам же позвал к себе, и не знаешь, о чём поговорить. Невольно вспоминаешь ситуацию с Кириллом Бледным и той несовершеннолетней. И ты быстро отгоняешь от себя эти мысли. Ты ведь не такой, Андрей, ведь верно? Ты больше не будешь допускать ужасных ошибок, чем бы они не были, иначе только больше будешь чувствовать тот леденящий душу холод от той пустоты, что образовалась там. Неожиданно Эли грязно выругалась, и ты с удивлением посмотрел на неё. — Пластырь есть? — спросила девушка, недовольно смотря на палец, из которого текла кровь. — Как ты так умудрилась? — спрашиваешь ты, поднимаясь с дивана и направляясь в ванную комнату, где у тебя хранилась аптечка. — Заусенец расковыряла, — отвечает она, тоже поднимаясь и идя следом за тобой. — Тебе пять лет что ли, чтоб пальцы ковырять? — Это на нервной почве. Такое происходит постоянно, просто сегодня решила не брать с собой мою переносную аптечку, — отвечает девушка, проигнорировав колкость в твоём вопросе. *** Пока Андрей перерывал свои запасы в поисках пластыря, ты присела на край ванны и задумчиво смотрела на палец, из которого вытекало всё больше крови. План Даниила казался тебе провальным в этот момент. Теперь, когда ты немного ближе познакомилась с Андреем, совсем не хотелось давать слушать ему свои песни. Во-первых, это одна сплошная морока — переводить ему то, что ты там пела. А во-вторых, не хотелось, чтобы критика шла от человека, которого ты знаешь, даже если и немного. А с другой стороны, что тебе ещё делать? Не с Кириллом же пробовать сделать фит. Это будет немного не так смотреться в твоих глазах, как минимум неэтично. А уж что подумает об этом Даниил вообще представлять страшно, тебе ж потом от него нагоняй получать. — Странный тут ты, — наконец говоришь ты. — Приглашаешь малознакомую девушку к себе домой, по большей части из-за того, что увидел её на мосту. И в тот момент, как в принципе, и в твоем прошлом, принимаешь все решения, тщательно анализируя их. Но проблема в том, что весь твой анализ базируется как раз-таки на твоём прошлом, а точнее совокупности ошибок, которые ты совершил раньше. И эти ошибки повлекли за собой некие последствия. И теперь ты, по твоему мнению, делаешь то, что может хоть как-то загладить твою вину или успокоить твою совесть. Ты с наслаждением смотришь, как Андрей замирает и медленно оборачивается, удивлённо смотря на тебя. В ванной комнате появилась звенящая тишина, которую не нарушала даже ты, сдерживая свой смех, вызванный лицом парня. — Ты, блять, Шерлок или кто? — наконец говорит он хриплым голосом, а ты не выдерживаешь и начинаешь смеяться. — Это психиатрия, детка, — задыхаясь от смеха говоришь ты, слегка ударяя Андрея ногой чуть ниже спины. — Какая, нахуй, психиатрия?! Я, блять, уже испугался, что ты на самом деле какая-то чокнутая фанатка, шпионящая за мной. И начал прикидывать пути отступления и то, как скоро приедет милиция, и убьёшь ли ты меня, если я сбежать попытаюсь, — недовольно сказал Андрей. — Ну, блять, извиняйте, — сказала ты и склонила голову в насмешливо-почтительном поклоне. — Просто наблюдаю за действиями людей, с которыми разговариваю. Мы так часто неосознанно что-то сообщаем какими-то действиями и словами. А ведь всё, что я сказала, это было самое очевидное и поверхностное. — Рассказывай, — говорит Андрей, протягивая тебе пластырь и присаживаясь рядом с тобой. — Каким образом ты это сделала? — Я училась на психиатра и читала кучу книг, — уклончиво ответила ты, но под пристальным взглядом парня сделалась. — А если подробней, то, во-первых, тебя выдали твои глаза. Как минимум там, на мосту, ты смотрел так, будто нечто подобное пережил недавно либо ты, либо кто-то очень близкий тебе. Во-вторых, у тебя слегка подрагивали руки, но было заметно, что ты старался сдерживать дрожь, чтобы казаться уверенней и помочь мне. То есть, моё предложение, ты пытался хотя бы в настоящем исправить ошибки прошлого. И когда ты веселился с друзьями на той вписке, ты не рассказал им, как конкретно мы с тобой познакомились, ведь никто из них даже приблизительно не смотрел на меня так, как ты. И как предположение, раньше ты рассказал что-то о ком-то, и это была ошибка, — рассказываешь ты и замолкаешь, чувствуя на себе пристальный взгляд Андрея. — Что? Не смотри на меня так. Это чисто наблюдение вперемешку с моими предположениями. Так сказать, выстрел в небо. Андрей усмехается, смотря на тебя. — Ты так много обо мне знаешь, мне остаётся тебя либо убить, либо дружить с тобой. *** Ты сидел за ноутбуком и постоянно смотрел в телефон, ожидая сообщения от Андрея. Это продолжалось уже несколько дней, твой ранее лучший друг молчал, не пытаясь никак связаться. Ни по поводу той девушки, ни просто так. Кирилл снова смотрит на экран телефона и тяжело вздыхает, не видя нового сообщения от Андрея. Осознание прошибает тебя, будто током — ты снова ждёшь от этого парня хоть какого-то известия. Снова. И опять днями напролёт. Кирилл дрожащими руками откладывает телефон на верхнюю полку. Ну уж нет, ты в это не ввяжешься. Только не снова. Одну ошибку дважды ты уже не совершишь. Ты больше не будешь ждать ни звонка, ни сообщения, не будешь срываться посреди ночи по первой его просьбе. Не будешь, хоть и хочешь, сильно скучаешь. Кирилл неуверенно застыл посреди комнаты, гипнотизируя полку, на которой лежал телефон, неуверенно протягивая к нему руку. Ты встряхнул головой, отгоняя непрошенную мысль. Андрею не было прощения за то, что он сделал. Он слишком сильно облажался. *** Сегодня Эли пригласила тебя к себе, был поздний вечер, ты пропускал вписку у Серафима, сидя в съёмной квартире Эли, пока та наливала вам вино. Девушка протягивает тебе один бокал, а со вторым садится напротив и внимательно смотрит на тебя. — Рассказывай, что произошло между тобой и Кириллом, — просит Эли и, видя сомнение в твоих глазах, с улыбкой добавляет. — Давай, только я в роли твоего недопсихолога и вино в роли помощника в твоём рассказе. Ты тяжело вздыхаешь, всё ещё сомневаясь. Один раз ты уже рассказал. — Клянусь, весь разговор, который между нами произойдёт, я оставлю в секрете, — успокоила тебя девушка и добавила, — но, если найду способ решить проблему, расскажу Кириллу. Это если, конечно, ты разрешишь. — Расскажи сначала о себе, — просишь ты только для того, чтобы самому собраться с мыслями. — А то у меня всё выпытываешь, а о себе молчишь. Вот у тебя парень есть? — Нет, — качает головой Эли, но тебя такой ответ не устраивает, и она это понимает. — Было несколько парней. С одним просто и мирно расстались, другие изменяли. Так что сейчас никого нет. На все расспросы предпочитаю отвечать, что увидела одного парня и сразу влюбилась. Но это была автограф сессия, так что возможности познакомиться не было. А потом он ушёл, и я эго так и не нашла, — говорит Эли, а потом добавляет:— На вписке я тебе тоже много рассказывала о себе, так что теперь твоя очередь. Девушка замолкает и выжидающе смотрит на Андрея, слегка склонив голову на бок. Ты выдыхаешь и делаешь небольшой глоток вина, от волнения совсем не чувствуя вкуса, ведь, возможно, ты совершаешь одну и ту же ошибку причём дважды. — Кирилл выгорел, — наконец произносишь ты, чувствуя жуткое напряжение. — Подробностей не знаю, он не говорил. Просто сказал, что смертельно устал от всего, что его окружает. Что исчезли все эмоции и желание жить, — медленно говоришь ты, мысли совсем неожиданно становятся такими тягучими. А Эли будто видит или чувствует тебя, твои мысли и эмоции, ощущает это и слегка сжимает твою руку в качестве поддержки. Ты никогда не любил прикосновения, но сейчас этот жест почему-то воспринимался как что-то само собой разумеющееся. И ты судорожно вздыхаешь, набираясь в себе сил, чтобы продолжить свой рассказ. — Он бросил свою девушку и отправился во все тяжкие, так сказать, — криво и болезненно усмехаешься ты и делаешь ещё один глоток вина. — Пил, очень много курил. Хотел вернуть себе то ощущение жизни. Он примерно так говорил. *** Ты листал всех девушек из списка своих контактов, думая, кого бы из них пригласить к себе на вечер без особых последствий, когда тебе позвонили. Это был Саша. Ты несколько секунд смотришь на экран телефона, не решаясь отвечать на звонок, потом медленно выдыхаешь и всё же делаешь это. — Привет, — говоришь ты, осматривая комнату и уже желая, чтобы этот разговор поскорее закончился. — Привет, — здоровается с тобой Саша, — как ты? — Нормально, — быстро и немного раздражённо отвечаешь ты, и между вами виснет неловкое молчание. Раньше такого никогда не было, Кирилл с Александром всегда находили общие темы для разговора, сейчас же они оба молчали, каждый думая о своём. Тишина была будто вязкая, удушающе вязкая. Казалось, что лёгкие будто наполняются чем-то липким изнутри, от чего вдох сделать было почти нереально. Казалось, что сейчас вот-вот задохнёшься — Ты и в прошлый раз говорил, что всё нормально, а потом оказалось, что всё совсем наоборот, — всё-таки прервал молчание Флорин, и теперь ты бы предпочёл снова утопать в том безмолвии. — Это было тогда. А сейчас всё хорошо, — говоришь ты и добавляешь, желая перевести тему разговора. — А ты сам как? Что-то случилось или ты просто соскучился? — Нет, всё прекрасно, — отвечает Саша. — Мне сказали, что ты вроде девушек к себе больше не водишь. — Ищу одну конкретную, — тяжело сглатываешь, но всё же отвечаешь ты. Вы снова замолкаете, именно в этот момент ты думаешь, что молчать во время телефонного разговора ещё более неловко, чем когда вы видите друг друга. Тебе хотелось стать маленьким, сжаться до размеров песчинки или ещё меньше, чтоб просто исчезнуть с этого мира так, чтобы о тебе все просто забыли. *** Ты смотрела на то, как Андрей нервно заламывает руки, не решаясь продолжить рассказ. Подлив ещё немного вина ему и себе, ты снова садишься напротив парня. Ты совсем не торопишь его, сидишь и внимательно смотришь, как Андрей вертит в руках свой бокал, сосредоточенно смотря, как красная жидкость растекается по твоему стеклу. С каких пор ты снова выслушиваешь чужие проблемы, хочешь их решать и помочь кому-то избавиться от того, что грызёт человека изнутри? Ты пошла на психиатра потому, что хотела помогать людям. А потом что-то сломалось в тебе, и ты больше не хотела помогать, не хотела иметь дело с психиатрией. Но, тем не менее, ты сейчас сидишь напротив Андрея, выслушивая его, чтобы — как смешно для тебя бы это ни звучало — помочь. Убедив себя, что это просто не более, чем интерес к произошедшему между Кириллом и Андреем, ты поднимаешь взгляд на парня. Ваши глаза встречаются. — Я слишком долго молчал, да? — тихо спрашивает Андрей. — А то по тебе было видно, что в своих мыслях ты далеко улетела. — Немного есть такого, — с полуулыбкой отвечаешь ты. — Если хочешь продолжить — давай, я внимательно слушаю. — Ладно… Кирилл начал ебаться, по-другому не скажешь, с кучей разных девушек. Никто вообще не понимал, что с ним происходит, почему он так резко изменился. Тогда я пришёл к нему домой, чтобы поговорить, — Андрей на секунду замялся и допил содержимое своего бокала. — Он рассказал мне о том, что устал и не получает от жизни ощущений и что пытается их вернуть. Просил никому об этом не говорить, хотел разобраться сам. Сейчас-то я понимаю, как это было глупо. И звучало глупо, и ещё более глупо было уйти со словами: «Ладно, я понимаю. Позовёшь, если вдруг что», — Андрей замолк и немного затравленно посмотрел на тебя, ожидая некого осуждения, но его не последовало, так что он продолжил: — Я беспокоился за Кирилла. Да, мы были лучшими друзьями, но в основном мы просто ржали с тупых приколов и просто весело проводили время. Мы практически никогда не разговаривали на темы, касающиеся нашего душевного состояния, особенно если всё было очень плохо. Так что я написал его брату об этом, — Кирилл как раз тогда вернулся в Волгоград — я попросил Сашу поговорить с ним. Они же братья, должны хоть как-то друг другу помогать, — сказал Андрей, а потом добавил: — Ну, я на это надеялся. Саша поговорил с Кириллом, а тот взбесился, что я рассказал о том, о чём он просил не рассказывать, и послал меня нахуй. — Это всё? — спрашиваешь ты, чувствуя некую незавершённость истории. — Если честно, то нет. Но мне трудно об этом говорить, так что, давай я скажу «да», а ты мне поверишь, — нервно засмеялся Андрей. — Давай, ты расскажешь всё начистоту, — предлагаешь ты. Эли тянется за полупустой бутылкой вина, замечая нерешительность Андрея. *** — Что значит «ищу одну конкретную»? — спрашивает у тебя брат. — Я видел тебя в последнее время и составил твой образ, в который сейчас вообще никак не вписывается понятие «одну», а уж о конкретности и речи быть не может. — Тем не менее, так оно и есть, — криво усмехаешься ты. — Но это уже неважно. Да, Кирилл, это уже не важно. Ведь ты думаешь, что если ещё чуть-чуть поговоришь с Андреем, то простишь ему всё, а тебе оно не надо. Так ведь? Но ты уже не был уверен в этом. — Почему это уже неважно? — спрашивает у тебя Саша. Ты понимаешь, что он пытается понять тебя и то, что с тобой происходит, чтобы не появились новые проблемы. Проблемы, которые создаёшь ты, за что себя ненавидишь. Вот ты сидишь здесь и всё, как тебе кажется, нормально, а кто-то с ума сходит от беспокойства за твою пустую душу и ещё более пустую голову. — Да так, всё равно через полтора месяца в Волгоград возвращаюсь, — говоришь ты, и вы снова замолкаете, не зная, как продолжить диалог. Ещё через пару секунд Александр неловко завершает разговор, и ты остаёшься наедине со своими мыслями. *** Андрей глубоко вздыхает и продолжает свой рассказ, но уже куда тише, будто опасаясь чего-то. А боялся ты самого себя и тех бессонных ночей, которые ты снова проведёшь абсолютно один в тёмной квартире, мучаясь от чувства собственного предательства. В это время хотелось выть от безысходности, чувствуя себя загнанным в угол. Боялся снова начать ненавидеть себя так, как ненавидел пару месяцев назад. — Через пару недель мне позвонил Саша и рассказал, что нашёл Кирилла пьяным на полу. Кирилл резал руки, говоря о том, что хочет почувствовать хоть что-то, — сказал ты и замолчал. Эли подлила вам ещё вина. — Мне кажется, или психолог не должен спаивать своего клиента? — спрашиваешь ты, натягивая улыбку. — Ну, универ я не заканчивала и диплом не получала, да и училась я на психиатра. Так что, психолог из меня так себе, — смеётся Эли. Вы оба замолкаете. Ты чувствуешь, как тебе становится легче. Как странно было осознавать, что, чтобы почувствовать себя лучше, тебе нужно было элементарно выговориться. Выговориться, не получая никакого осуждения, так, чтобы тебя никто не перебивал. И так когда-то сделал Кирилл, доверившись тебе. Только вот потом ты предал доверие Кирилла. Убил то ощущение, от которого на душе у него было абсолютно спокойно. И где-то глубоко внутри что-то сжималось маленьким комком от страха за последствия своего откровения, которые, как тебе казалось, ещё не закончились. Спустя пару минут молчания девушка добавляет: — Помнишь, ты спрашивал, можно ли Кириллу дать мой номер? Я подумала — пожалуйста. Только кроме него больше никому, — просит она, а ты киваешь. Ты не особо задумывался, чем смотивирован поступок девушки. И этим вопросом не задаёшься, обрадованный тем фактом, что появился лишний повод написать Кириллу. Хотя ты сам не особо понимаешь, почему ты так рад этому факту. Или ты всё ещё надеешься вернуть вашу дружбу, хотя знаешь, что шанс этого практически равен нулю? *** Кирилл сидел на полу комнаты, выкуривая сигарету за сигаретой. Тебе следовало остановиться, когда осталась только половина пачки, но ты продолжал курить, будто последующие проблемы со здоровьем будут не твоими проблемами. Хотя, тебе было на них наплевать. Кирилл медленно выдыхает и тушит сигарету, чувствуя жуткое першение в горле. Ты нервничал. Сильно нервничал. Так, что руки начинали трястись. В тебе ещё ни разу не билось столько противоречивых эмоций и мыслей. После этого разговора с Сашей в душе образовалось непонятное тянущее чувство, будто что-то изнутри вырвали, и теперь ты, сам того не понимая, пытаешься заполнить дыру в том месте. Только вот что вырвали, ты понять никак не мог. Спустя пару часов мрак комнаты разрезает яркий свет от дисплея. Ты не хочешь вставать и куда-то идти, смотреть, кто и что тебе написали. Тебя в принципе устраивало лежать на полу и бездумно смотреть в потолок. Через несколько минут тебе приходит ещё одно уведомление, и ты, скривившись, нехотя встаёшь и идёшь к телефону. Это был Андрей, Ты тяжело вздыхаешь и медленно заходишь в телеграм. Мудак 1:15 Я по поводу той девушки. Её зовут Эли. Напиши ей либо в Вотсап, либо в телеграм. Дальше шёл её номер телефона, а потом ещё одно сообщение: Мудак 1:20 У тебя там всё в порядке,? А то ты долго не отвечаешь. Кирилл 1:21 в твою голову не приходило, что я спать могу? Андрей сразу же прочитал сообщение и начал набирать ответ. Если начистоту, то тебе не хотелось читать то, что он тебе напишет, вообще не хотелось разговаривать с ним. И ты сам не понимал, почему не мог просто поблагодарить Андрея, тогда бы вы спокойно разошлись, и у тебя в душе не разрасталась злость и на Андрея, и на себя. Мудак 1:22 Ты? Спать ночью? Смешно. Но да, я как-то не подумал, извини. Однако, ты мог бы и спасибо мне сказать. Ты быстро напечатал благодарность и бросил телефон на диван. У тебя не было сил ни на что, и странное чувство в груди только усиливалось. Кирилл уснул, стоило только его голове коснуться подушки. Уснул, хоть на какое-то время забывая о существовании Андрея.