Не доставляй беде удовольствия

      Как часто мы, не зная человека достаточно хорошо, строим в голове его образ? Пожалуй, почти все делают это постоянно. В скольких случаях этот образ оказывается идеализированным и приносит разочарование? Анализируя свой опыт, я пришла к выводу, что во всех.       Первый семестр в университете пролетел очень быстро, приближалось рождество. Я в течение месяца убеждала родителей, что не смогу приехать из-за навалившейся учёбы, и под конец они поддались и смирились, что первые каникулы я проведу в кампусе. На самом деле, с учёбой у меня всё шло хорошо, я просто не хотела ехать домой. Родители планировали провести праздник с друзьями, а у таких встреч всегда был один и тот же сюжет: все веселились, выпивали, начинали много шутить, что зачастую звучало неприятно и обидно, а я в эти компании не вписывалась. Сидела в сторонке пару часов из вежливости, а потом уходила к себе и надеялась, что никто не будет меня трогать. Но такое тоже случалось нечасто. Некоторые люди от выпивки становятся очень навязчивыми, и скрыться от них бывает невозможно.       Думаю, нетрудно догадаться, что я была даже счастлива, когда меня перестали уговаривать приехать домой. Или я пыталась убедить себя, что была счастлива. Притворялась, пока не получится, как сказал Алекс. На тот момент я действительно старалась выполнять эту просьбу, постоянно убеждая себя, что всё не так плохо. Порой это действительно помогало, и депрессивные мысли не слишком тревожили меня, но только иногда. В основном, конечно, я притворялась.       С Алексом после той вечеринки мы виделись лишь пару раз, случайно, когда ходили по учебным корпусам. Мы могли улыбнуться друг другу, но до разговоров не доходило. Иногда мне даже было жаль, что он не спросил мой номер, но я останавливала свои мысли в этом направлении, не позволяя им развиваться. Даже тогда понимала, что ни к чему хорошему меня фантазии не приведут. Если так случилось, что человек не заинтересован, лучше не представлять, будто всё обстоит иначе, за этим не будет следовать ничего кроме огорчения. Но всё же я слушаюсь себя не всегда, поэтому, когда по ночам было слишком одиноко и тревоги мешали спать, я представляла, какой он может быть, этот Алекс.       Когда я уже почти перестала вспоминать о нашей встрече и искать причины, по которым парень не спросил у меня телефон, закончилась учёба. Как оказалось, отказавшись от поездки домой, я не подумала о том, что в кампусе мне почти не с кем будет проводить время. Большая часть одногруппников, с которыми я к тому моменту успела сблизиться, уезжали. Таким образом, неожиданно для себя, я осталась наедине со своими мыслями на рождественских каникулах. Когда рядом никого не было, как бы ни пыталась следовать совету Алекса, я не могла делать вид, будто всё хорошо.       В первые дни уединения я пыталась отвлечься, перечитывая старые книги, но выбор произведений делал только хуже. Я всегда любила Ремарка, но тогда вдруг оказалось, что в его книгах слишком много размышлений на разнообразные темы. Развивая мысли и пытаясь составить свои мнения по многим вопросам, которые раньше не волновали, я только глубже погружалась в себя и депрессивные настроения. К концу второго дня собственные мысли довели меня до истерики.       Иногда наступает такой момент, когда я перестаю себя контролировать. Даже если понимаю, что мои выводы и мысли преувеличенно драматизированы, порой не могу от них освободиться, они угнетают и давят. Не в силах остановить их, рано или поздно я чувствую, как в горле что-то встаёт комом, а глаза наполняются слезами. Это началось со мной ещё в подростковом возрасте.       Многие считают, что истерики — способ привлечь внимание, выставить себя несчастным перед публикой. Если предположить, что это так, то почему иногда люди испытывают такие приступы, когда остаются наедине с собой? Почему стыдятся таких проявлений эмоций? Почему ненавидят себя за это? Я нашла в себе ответы уже много лет назад. Поняла, что стыдилась своих истерик, потому что за них всегда ругали. В такие моменты, когда ты не можешь держать себя в руках, последнее, что тебе нужно, — это осуждение и порицание, ведь оно только усилит приступ. Но мои близкие этого не понимали. Истерики учащались, росла моя ненависть и стыд за них, но не способность их сдерживать.       Когда я отошла от приступа плача, произошедшего со мной на второй день, очень быстро уснула. Эмоциональные выбросы отнимают много энергии, и порой не остаётся сил даже умыться.       Утром третьего дня каникул я чувствовала себя уставшей и помятой. Думаю, у многих людей бывает такое, что они нравятся или не нравятся себе в зеркале в зависимости от настроения. Если тебе плохо, то кажется, что ты и выглядишь плохо, как бы ты ни старался. В тот день у меня было именно такое состояние. Хоть я и не страдала от заниженной самооценки, вполне понимая все достоинства своей внешности, в такие дни я совершенно не видела в себе красоты.       Во время завтрака я пообещала себе не читать больше Ремарка в ближайшие дни, запланировала добраться до аптеки, потому что за семестр успокоительные и обезболивающие почти закончились. Сидеть в одиночестве в комнате мне тогда не хотелось, ведь это могло снова привести к неприятным последствиям.       В ближайшей аптеке редко можно было найти именно те таблетки, которые мне помогали, поэтому я предпочитала аптеку в городе. На автобусе или такси можно было бы добраться не больше, чем за двадцать минут, но решила пойти пешком, чтобы побольше времени провести на улице. Впервые за семестр я даже достала из чемодана плеер, рассчитывая, что музыка поможет мне разбавить тишину и не нагружать себя снова. Перед тем, как уехать из дома, я как раз загрузила в него альбомы Рика Эстли. Мне нравилось, что его тексты не были пустыми, а музыка расслабляла.       Прогулка заняла у меня даже больше часа, и почти всё это время я концентрировалась на музыке. В самой аптеке передо мной даже оказалась небольшая очередь, но я не видела проблемы в том, чтобы подождать. В помещении было просторно и тепло, в то время как на улице продолжало холодать. Ожидание не заняло у меня больше пяти минут, и совсем скоро я вернулась на улицу. Холодный воздух резко наполнил лёгкие. Чтобы уменьшить дискомфорт, я приподняла пушистый шарф до глаз, чтобы он грел нижнюю часть лица.       Уже на улице, прибирая купленные средства в сумочку, я уронила плеер. Когда я наклонилась, собираясь его поднять, кто-то решил сделать это со мной одновременно, и мы слегка стукнулись головами. Я вежливо извинилась и выпрямилась, протягивая руку незнакомцу, чтобы забрать плеер. Однако оказалось, что этот человек не был незнакомцем. Я слегка удивилась, увидев Алекса вне учебных стен. Он не сразу узнал меня в шарфе, но всё же мне показалось, что и он не ожидал такой встречи.       — Законы нарушаешь, вещи на улице разбрасываешь, что дальше-то будет? — он передал мне плеер с улыбкой.       — Дальше поблагодарю тебя. Может, спрошу, почему ты здесь, — я пожала плечами.       — Я живу недалеко, в магазин вышел. А ты? Без машины путь от общежития неблизкий, явно не случайно занесло.       — Просто здесь есть аптека, а мне нужно было развеяться немного.       Трудно это признать, но тогда я даже обрадовалась в глубине души, что он меня запомнил. Я уже успела убедить себя, что с такими скучными девушками как я не заводят знакомств популярные парни, и теперь его внимание заставило меня сделаться подозрительной. Если изначально его целью было затащить меня в постель на раз, а потом забыть, как происходило со многими наивными первокурсницами, Алекс мог бы просто решить закончить начатое. Но мне также хотелось верить, что он был более благородным и честным человеком, каким я иногда представляла его одинокими вечерами.       — Снова грустная? — он не дождался ответа, лишь вздохнул, оглядывая мои синяки под слегка опухшими глазами. — Ты не едешь домой на Рождество?       — Не в этот раз, — неуверенно ответила я.       — Тогда придётся пригласить тебя ко мне, одиночество плохо влияет на твое состояние. Надо напиться и повеселиться, пока совсем не загнулась.       Мои подозрения все же твердили где-то в подсознании просто уходить и не говорить с тем, о ком я мало что знаю. Но более сильный внутренний голос, движимый надеждой на лучшее, очень просил довериться дружелюбному парню в смешной зелёной шапке с помпоном, который делал вид, будто мы не проходили мимо без слов пару месяцев. К тому же, я не могла не согласиться с ним, что моё состояние нельзя было назвать хорошим. Недолго думая, я решила снова не отказывать Алексу.       — Если ты приглашаешь, мне придется согласиться.       — Тогда сделаю так, чтобы ты об этом не пожалела, — парень улыбнулся.       Прощаясь со мной, он вдруг обнял меня за плечи. Не крепко, по-дружески, но этого было достаточно, чтобы заставить меня думать о нём всё оставшееся время до Рождества. Всего вторая встреча, но Алекс ведёт себя так, словно мы знакомы много лет, разве так поступают? Обнимают на прощание, но не спрашивают телефона?       В ближайшее время я путалась в своих выводах на счёт Алекса. Теперь перестала останавливать свои рассуждения о нем, потому что это хотя бы помогало скоротать время в одиночестве без негатива. Порой каждому нужно немного отвлечься на мелочи и беспокоиться о ерунде, чтобы не довести себя, поэтому тогда меня можно было понять.       Когда наконец настал праздничный день, мне казалось, что с приглашения Алекса прошла уже половина вечности. Собиралась я слегка взволнованно, ведь на тот момент мне представлялось, будто у Алекса возникла ко мне симпатия. Он предлагал забрать меня из кампуса и привезти к месту назначения самостоятельно, но я решила, что ещё одной поездки на мотоцикле пока не выдержу, поэтому, укутавшись в шарф, шла пешком. Погода была идеальной для Рождества: с тёмного неба на залитые светом гирлянд улицы медленно падали, кружась в редких порывах ветра, крупные хлопья снега. Когда я добралась до нужного дома, на земле уже начали образовываться небольшие сугробы. Дверь мне открыл один из друзей Алекса, диджей, которого я видела на вечеринке.       — Кто там?       — Привет, — я слегка смутилась, потому что не ожидала его увидеть. — Я Эмили, меня Алекс…       — Отлично! Меня зовут Майлз, проходи скорее, не мёрзни.       Не дослушав моих объяснений, Майлз широко её открыл дверь и отошёл от неё, приглашая меня внутрь. Сняв с себя верхнюю одежду, я прошла в гостиную. Освещение в доме было слабым, основной свет распространялся от гирлянд и огня в камине. Когда я вошла, в комнате находилось три человека: Майлз, ещё один парень из его компании и какая-то девушка.       — Ребята, это Эмили, — Майлз подошёл к другим, чтобы познакомить меня. — Эмили, знакомься, Молли и Кори, они у нас парочка. На кухне сейчас ещё Джоан, моя невеста. Алекс вышел в магазин, ждём с минуты на минуту.       Я была рада, что парень так быстро всех представил, но внимание со стороны совершенно незнакомых людей меня смущало, поэтому в ответ лишь кивнула и с улыбкой сообщила, что мне приятно со всеми познакомиться. На тот момент я начала ждать прихода Алекса с ещё большим нетерпением, чтобы быть хотя бы с кем-то знакомой. Ребята вели себя дружелюбно и, можно сказать, сразу приняли меня в компанию, время от времени задавали вопросы, чтобы меня разговорить, а я старалась много не думать и рассматривала их.       Алекс пришёл вовсе не через пару минут после моего прихода, как ожидалось, а почти через час. Он зашёл в дом в приподнятом настроении, держа перед собой каким-то чудом сразу две коробки с вином, поверх которых лежали коробочки с пирожными. Майлз поспешил помочь хозяину дома, пока девушки продолжили задавать мне вопросы о родном городе, учёбе и личной жизни.       Иногда, когда тебя расспрашивают о чём-то, ты сразу видишь, что люди настроены не сблизиться, а, скорее, набрать материалов для свежих сплетен и повесить на тебя ярлык. Делая вежливое лицо, такие люди пытаются оставить положительное впечатление, чтобы потом как можно скорее разрушить его, когда ты услышишь слухи, основанные на их мгновенных выводах. В тот вечер я ожидала подобного, но оказалась неправа. На этот раз моё недоверие к людям не оправдалось, потому что компания действительно приняла меня очень дружелюбно. Девушки показывали искреннюю заинтересованность, я сразу почувствовала, что меня считают равноценным участником диалога. В компаниях такое встречается нечасто. Похожее было со мной, когда мы впервые встретились с Алексом. Должно быть, это было хорошим влиянием его друзей. Думаю, такое отношение будет приятно любому новичку.       Освободившись от груза, ребята пришли к нам в гостиную.       — Где тебя носило, Лекс? — Молли слегка осуждающе посмотрела на Алекса.       — Встретил соседских девчонок. Они зайдут чуть позже, — парень прошёл в комнату и, увидев меня, заулыбался и потянулся для объятий. — Ну что, в это раз без нарушений добралась?       Я не знала, что ответить, поэтому просто поддалась, позволила Алексу обнять меня и сразу вернулась на своё теплое место на диване возле камина. Разговор о других девушках начал портить мне настроение. Только я привыкла к новым людям, которые были мне приятны, на меня свалилась новость о том, что появятся ещё две незнакомки. К дискомфорту от большого количества неизвестных людей примешивалась горечь от того, что моя надежда на симпатию от Алекса начинала терять силу. Если бы он хотел провести время со мной, то, наверно, не стал бы звать «девчонок», так что, вероятно, я была приглашена из жалости или сочувствия, потому что ходила с грустным видом по улице.       Задумавшись о том, что снова нафантазировала себе невозможное и разочаровалась, я почувствовала подступивший к горлу ком. Портить веселые разговоры друзей мне совсем не хотелось, поэтому, сославшись на то, что мне нужно попить воды, я вышла на кухню. Первым делом я на самом деле выпила стакан воды, но после этого сразу вернуться не решилась. Я умыла лицо прохладной водой, чтобы лучше успокоиться и немного собраться. Уходить в самом начале было бы грубо, к тому же, в одиночестве я бы точно снова расплакалась, поэтому пришлось сделать глубокий вдох и вернуться к остальным. В гостиной на моём месте уже разместился Алекс. Вспомнив его наставление, я решила улыбаться и шутить, пока не кончатся силы.       — Стоило отойти на минутку, как меня тут уже не ждут?       — Всегда добро пожаловать, — Алекс с улыбкой потянулся ко мне и почти силой усадил к себе на колени, после чего обвил руками мою талию и не дал встать, когда я попыталась сопротивляться. — Располагайся.       — Так мы не договаривались, это нечестно.       — Расслабься и помоги нам решить, начать с вина или шампанского?       На моё сопротивление никто не обратил внимания, Алекс упорно не отпускал меня, а показывать свое плохое настроение я не намеревалась, поэтому пришлось сдаться. Вопрос алкоголя мы решили просто: открыли по бутылке и того, и другого. Я выпустила Алекса на кухню за вином и снова спокойно заняла своё место. В голове начали появляться мысли о том, что парень хотел бы стать ближе, но теперь я с двойной силой старалась игнорировать их и концентрироваться на разговорах.       Через пару часов, когда все уже были достаточно выпившие и слушали музыку, к нам присоединились две девушки. Как я поняла из разговоров, они были сестрами и жили неподалеку, а у одной из них всё шло к началу отношений с Алексом.       Пока они активно выпивали, Алекс стремился не отставать и становился все менее адекватным. Я старалась не обращать на это внимания, что давалось мне без особого труда. Мы с Майлзом увлеклись музыкой и подпевали любимым песням, пока девушки танцевали и общались о жизни. Иногда к танцам присоединялась и я. Алекс через некоторое время начал пошатываться, и мне даже пришлось один раз удержать парня, чтобы он не залез рукавом в камин.       — Пожалуйста, пей помедленнее, тебе уже не слишком хорошо, кажется, — тихо сказала я, чтобы меня могу услышать только Алекс.       — Очень хорошо, я всё контролирую, — он попытался обнять меня за талию, но я вежливо оттолкнула его руку.       — Оно и видно, конечно.       — Порядок, честно!       Недовольная поведением парня, я вернулась на своё теплое место на диване и продолжила общение с Майлзом. Немного вина пошло мне только на пользу, чтобы почувствовать себя комфортно в компании, и я даже не заметила, когда Алекс и его новые гостьи покинули дом. Их отсутствие немного расстроило меня. Человек, который пригласил меня к себе, совсем скоро словно забыл о моем существовании, в то время как его друзья проводили со мной время. Кажется, это было не слишком вежливо.       Спустя время, когда Молли и Кори уходили, я решила тоже вернуться домой. Они предложили подвезти меня, был уже третий час ночи, поэтому я не видела причин отказать. Было очевидно, что Алекс не повезёт меня в том состоянии, в котором он находился, а остаться на ночь у меня бы не хватило сил. Как я ни пыталась быть веселой и забыть всё, что придумала, настроение не поддавалось и портилось.       Когда я вышла на улицу, поблагодарив ребят за вечер, Алекс как раз возвращался в дом, как назло. Мне не хотелось теперь его видеть, но пришлось собрать последние силы, чтобы улыбнуться хотя бы на прощание.       — Неужели вы уже уходите? — парень казался удивленным.       — Да. Спасибо за приглашение, — я подняла шарф на лицо, когда на меня подул холодный ветер. — Постарайся всё же не упасть в камин сегодня, пожалуйста.       — А подарок? Подожди немного, я же ещё не поздравил тебя с Рождеством.       Алекс забежал в дом, а я поспешила к машине ребят. На улице стало совсем темно, многие гирлянды погасли, а ветер тогда был совсем холодным и недружелюбным. Дожидаться парня не было никакого желания, слишком много сил я потратила в тот вечер, чтобы казаться весёлой, и расплакаться в самом конце было бы слишком просто. Я окончательно запуталась, пытаясь понять, что Алекс думает обо мне, поэтому сбежать казалось тогда мне лучшим вариантом. На самом деле, он был лишь самым простым и самым глупым.       И кто виноват, когда мы разочаровываемся в том, что сами надумали? Человек, который не оправдал наших ожиданий? Или же мы сами?