relation(ship)

Галфу не нравится. — Мне не нравится. — Говорит он, сползая ниже по пассажирскому креслу. Его пытаются вытащить из машины уже четверть часа, и Мью даже отключил кондиционер, хотя температура в Сан-Франциско гораздо ниже, чем в Бангкоке, и Галф не понимает, было это актом капитуляции или попыткой наказания. Пожалуйся он на что-нибудь дома, и родители уже рассматривали другие школы. То есть, ему не нужно было говорить о своем недовольстве маме, она бы, наверное, просто… угадала это? каким-то особенным материнским чутьем? так, как всегда делают любящие родители? — Брось, ты увидел только парковку. — Мью опирается на руль, всем своим видом выражая беззаботность и открытость настоящего американского студента. Кому-то вроде него, думает Галф, не нужно стараться, чтобы произвести правильное впечатление, потому что, ну, Мью весь такой главный герой какой-нибудь популярной мелодрамы девяностых годов. Во всяком случае, Канавут понимает всю неправильность своего положения: его кузен не обязан справляться с чужой социофобией, но они были так иррационально близки для дальних родственников с детства, что Галф не может вести себя более напряженно или холодно, когда остается с Мью. То есть, ну, это их социальные роли: кто-то старший и защищающий с кем-то младшим и ведомым. Кажется, даже сейчас, после всех трех лет, когда они видели друг друга только в окошках видеозвонков, ничего не изменилось. Это значит, что Мью не будет потакать его слабостям и отвозить домой, когда Галфу захочется. Честно говоря, Канавут рассчитывал на что-то такое. Сладкие деньки подошли к концу, когда ему сказали об обучении в Америке. — Да, и на этой парковке слишком много машин. Подумай, сколько людей в корпусах, если все места заставлены? — Они заставлены, потому что мы сидим тут уже двадцать минут, Галф! Скорее всего, ты не увидишь и четверти студентов, потому что здесь очень большая территория. Никто не будет на тебя пялиться, это просто учеба. — Ты встретишь меня, когда занятия закончатся? — Он отстегнул ремень, а Мью издал маленький «йей"-звук. — Что, не хочешь найти себе клевых друзей? Мама не рассказывала, что первый день в университете очень важен? — Кузен хмыкнул, запирая машину, и они неспешным шагом направились к дорожке. Галф пнул его в плечо. — Когда ты станешь известным, я подам на тебя иск за избиение. У тебя есть моя карта? Я отметил там пару мест… — Я не хочу быть известным, я хочу сниматься в рекламе духов и спортивной одежды. Брось, Мью! Мой английский ведь не так плох, правда? Уверен, что смогу прочесть указатели. — Но я хотел пообедать с тобой, у нас совпадают перерывы? — Мью состроил эти глазки. — Тут есть еще парочка тайских студентов, мне нужно представить тебя им и моим друзьям. Хочу похвастаться таким нонгом. — Вчера ты ворчал на меня, потому что я положил серую футболку в корзину для темного, а теперь собираешься хвастаться? Разве я не чрезвычайно отвратительный сосед, не знающий ничего о самостоятельности? — И я все еще считаю так, но ты милашка-первокурсник. Ай! Мью в отместку ущипнул его тоже. Город медленно начинал просыпаться после ленивых студенческих каникул.

***

Мью полностью уверен, что Галф переживает не так сильно, как старается показать. Он приезжал сюда на подготовительные курсы, где, скорее всего, встретил будущих однокурсников и преподавателей, и много читал об адаптации иностранных студентов. В конце концов, Галф не выглядел действительно напряженным или разочарованным, он был скорее недовольным. Новая страна, вынужденное отдаление от родителей и близких людей, другое общество — этому кузену-домоседу гораздо больше подходит болтать с друзьями из футбольной команды под тайским солнышком, чем таскаться по корпусам Университета Искусств Сан-Франциско. И… Мью, честно говоря, не очень уверен, что выбранная специальность пришлась по душе Канавуту, хотя их родители, конечно, думали иначе. — Я просто боюсь, что он не сможет правильно приспособиться, понимаешь? Он никогда не был так далеко от семьи, обычно за Галфа все решают другие люди, но он уже не ребенок, Галф сам хорошо понимает это, и все равно!.. О нем хочется заботиться, знаешь, он такой маленький, как щеночек. Клэр, внимательно выслушивавшая все его переживания, еще раз кивает. Кажется, она пытается подать сигнал о помощи языком Морзе, судя по ее загнанному выражению лица. — Это какие-то ваши семейно-азиатские особенности? Все корейские сериалы, которые я смотрела, так агрессивно подчеркивают разницу в возрасте между героями. Мью, ты старше своего брата на два года, это звучит так смешно. Ты не обязан нести за него ответственность, даже если вы близки! Ты показывал мне его фотографии, так что, думаю, он скоро напишет тебе и попросит не забирать, потому что найдет себе кого-нибудь здесь. Готова поспорить, что через месяца два или около того он уже съедет от тебя. Мью хмыкает. Нет, Галфи определенно не рискнет сделать этого. Возможно, Клэр просто не до конца понимает, как работает братская связь? Мью уже успел привыкнуть к этому: люди недооценивали отношения между ним и Галфом, относясь к ним как к близким родственникам, иногда зависающим вместе на семейных торжествах. Все было не так: родители никогда не заставляли их садиться рядом за детским столом, делиться игрушками или играть друг с другом. Нет, Галф и Мью самостоятельно прошли этот тернистый путь от неловких ужимок между единственными мальчиками в комнате до полноценных разговоров по FaceTime вместо учебы, когда у Мью были окна, а Галф прогуливал занятия. Наверное, не каждому так сильно везет с родственниками, как им двоим, но, по-видимому, никто здесь не собирался делиться секретами такой близости. — Ты поймешь меня, когда увидишь его. Его хочется гладить и защищать, но будь осторожна — он просто ужасно шутит! — О господи, Мью, это что, какая-то угроза? Ты пытаешься отпугнуть меня? Он ведь действительно довольно горяч, не так ли? Он выглядел так, как будто обожает флиртовать со старшекурсницами, я подойду ему? Знаешь, точно не фак-бой, но определенно хулиганистый нонг. Что-то не так? Они продолжали шутливо переругиваться, возвращаясь из «Caffe-Sapore», но Мью показалось, что Клэр действительно предвкушала встречу с Галфом. «Наверное, это моя вина, — подумал он, — впрочем, я абсолютно не сожалею». В конечном счете, подумал Мью, Клэр действительно хорошенькая девушка, не представляющая опасности ни для Галфа, ни для их братской связи. Если его нонг найдет себе хороших друзей в компании старшекурсников, Суппасит будет чувствовать себя чуть увереннее. Первокурсники-американцы, обработанные домашними вечеринками с платным входом и общественными школами, но абсолютно не подготовленные к ответственности взрослой жизни, не смогут повлиять на жизнь Галфа, ну уж нет! В таком опыте общения слишком много ловушек, расставленных специально для наивных оленят вроде него. Мью, конечно, не собирается что-то запрещать, но он может предотвратить: его кузен достаточно замкнут в себе, и одной компании, в которой не нужно быть слишком социально-активным, хватит с лихвой. Они просто будут присматривать друг за другом в комфортной обстановке, только и всего. Галф наверняка не был бы против такой хитрости.