be gay punishment?

Оставались всего пару сотен метров до места, где решилась судьба большого количества человек. Давай же, нажми сильнее. Кажется после этого, мой велосипед не хило пострадал. Придётся чинить его, но разве мне есть дело до этого? Откуда такие мысли, пока я жду ответа на вопрос «Жив ли он?». Впереди стояла машина скорой помощи, рядом с лежащим на трассе автобусом. Да, этот тот. Тот, на котором мы ездили вместе с ним. Повторится ли это или останется только в прошлых воспоминаниях? Я остановился, кинув велосипед на обочину дороги. Вокруг всего произошедшего была жёлтая, с чёрными полосками лента, отгорожавшая меня от автобуса и раненных тел. Впустите меня. Откройте, я не должен увидеть его здесь. Мне казалось, что я кричал, но нет. Я стоял в ступоре, наблюдая за полицейскими и несколькими врачами. Очнувшись, я увидел перед собой девушку. -Извините, что отвлекаю вас, — она говорила с нескрываемым раздражением. — Но могу я попросить перестать смотреть на это? Мне нужно знать зачем вы прибыли сюда. -Я… мне нужен Джагхед Джонс. Скажите, что вы не знаете, кто он. Используйте лож, если надо будет, главное… скажите, что его здесь нет. — последнюю строчку я выкрикнул ей в лицо. Как можно так легко относится к ситуации? Почему она злится больше из-за того, что я здесь стою, а не волнуется за остальных с два десятка человек? Что твою мать происходит? -Я не знаю кто он. Только потому что личности до сих пор не определены. Вы можете помочь нам, если узнаете хоть одного из них, — она протянула мне руку. — Идёмьте, перелазьте через ленту. Я перешагнул. Голова до сих пор не воспринимала произошедшее, всё шло кругом. Она подвела меня к телам, которые были загружены в машину. -Если вам не трудно, постарайтесь управится как можно скорее. Человек достаточно, также, как и работы со всеми ими. Помоему её волновало только то, что ей пришлось трудится с таким происшествием. Я был зол на всех, хотя бы только на то, что она спокойно реагирует, а не ревёт, как обычно происходит в таких ситуациях. Мне приходилось часто успокаивать Бетти, маму, поддерживать отца, но… Я никогда не нуждался в поддержке других, но сейчас она мне нужна, как ни что больше. Хотя нет. Точно с такой же силой мне нужен Джагхед, лежащий рядом со мной. Это было всего лишь утром. Что успело изменится? Все были накрыты белой пеленой, их лица скрывались. Кто эти несчастные люди? Почему их родственники до сих пор не здесь? Девушка поочерёдно показывала мне бледные лица. -Нет, не знаю. -А этот? -Да, кажется… Харви… Харви Кинкл. Он напал на мою команду, когда мы выйграли отборочный тур на чемпионат. О чем я думаю? Футбол всегда был на последнем месте моих предпочтений, но зачем он заволновал меня именно сейчас? -Нет, нет, не знаю. -А это девушка из кафе в Гриндейле. Помоему официантка. -О Боже, а это кажется. Фаустус Блэквуд? Да, недавно он отчитал меня за не рассказанный параграф на его уроке. -Томми. Брат Харви. -Тина Патель. Вышла из команды черлидеров, как только Шерил надела точно такую же блузку, как и у неё. -Отлично, а этот? Девушка раскрыла последние тело. Я полностью расслабился до того момента, пока под белой накидкой не лежал он. Джагхед? -Нет, нет, это какая-то шутка. Он ведь не умер. -Вы должны подтвердить его личность. -Я не буду. Я не верю тому, что вижу. Моё тело окаменело. Я постарался протянуть руку к его лицу. Дотронувшись, под тёплой ладонью я почувствовал холодную кожу. Тело не двигалось. Нет, он же должен почувствовать мои прикосновения. Я докоснулся ещё. И ещё, пока не понял, что он не двигается даже после крепкого сжатия его руки. Может, он просто не чувствует? Просто спит или потерял сознание? -Вы слышите меня? Вы помогли чем смогли. Тело можете забрать в морге. Что? Что она говорит? -Он жив. Жив, черт побери. Проверьте сами. Он спит, видите? — я помахал рукой возле его лица. — Сейчас он откроет глаза и вы поверите мне. Ну давай же… — я махал рукой, ускоряя темп. Почему его веки до сих пор неподвижны? -Извините, но я не могу нянчиться с вами. Выйдите из машины, прошу вас. Она встала, дотронувшись до моего плеча. Я посмотрел на неё, будто бы озверев. -Не трогайте меня! Я не хочу и не буду отсюда уходить. Мой голос дрожал. Я кричал, как мог на неё. Отстань же от меня. Мне не нужно уходить. Она ушла. Ушла, видимо вызвать кого-то, чтобы меня убрали отсюда. У меня есть ещё время. Я могу заставить его открыть глаза и убежать вместе с ним. Ну же, просто вдохни. Я начал делать ему искусственное дыхание. Я начал ударять его по щеке, как обычно делают. Я прислушивался к стуку его сердца. Стука не было, за то моё вырывалось наружу. -Джагхед, ты слышишь меня? Просто… Просто открой глаза. Просто улыбнись мне или накричи, как только сможешь, слышишь? Пожалуйста, Джаг. Прошу тебя, очнись, ну же. Они придут. Придут и ты останешься здесь. Я не хочу. Идём со мной, пожалуйста. Я еле дышал, еле выталкивал голос из своего горла. Он был тихим, будто бы я лишился дара речи. Хриплым, будто бы утопаю в воде, уходя все больше и больше на дно. Зачем ты заставляешь меня мучатся? -Прости меня, если ты сердишься. Прости, если я не сказал тебе, как люблю тебя. Я хочу, чтобы ты был рядом со мной. Завтра и всегда. Сегодня и каждую минуту. Джагхед… — я стонал, всё ещё трогая его лицо, чтобы ощутить хоть малейшие его движения. — Я не хочу знать, что ты умер. Это ведь не так, да? Джагхед, ответь же мне… Из глаз полилась слеза. Зачем? Слезы, которые обжигают кожу. Зачем, если он жив? Он просто придуряется. Зачем я думаю о том, что он может быть мертв? Я не верил, но разум твердил с каждой секундой его молчания «Он покинул тебя. Ты виноват, что он ушёл, не услышав слова о любви. Виноват.» Я виноват, но могу извинится. Просто открой глаза и услышь это. -Я люблю тебя. Прости. Извини меня. Я могу встать на колени. Я могу сделать все, чтобы ты открыл глаза. Пожалуйста. Ещё одна слеза, которая упала ему прямо на лоб. Я склонился перед ним. Я хотел увидеть его глаза в последний раз. Давай же, покажи мне их. Ничего. Пустота. Я понял, что нам нужно уходить. -Я заберу тебя с собой. Куда угодно, можешь молчать и даже не двигаться. Я попытался поднять его. Он был не таким уж и тяжёлым, а впринципе мне было все ровно. Как убежать, чтобы нас не заметили? Я выглянул. Прошло куда больше времени, чем я думал. Полиция уехала, а девушка стояла, что-то обсуждая с водителем машины. Подъезжали автомобили, чтобы как и я убедится в хорошем состоянии любимого человека. Я убедился, потому что знал, что он жив. Ситуация становилась с каждым вдохом всё труднее. Как уйти отсюда незамеченным? Хочу забрать его, как бы незаконно это не было. Толпа двигалась к машине. Скорее, Арчи, думай. Нужно уходить. Я поднял его, перешагнув через полосу. Мне повезло, что меня до сих пор никто не заметил. Я сделал несколько шагов. У меня оставалось меньше минуты до того, как увидят меня вместе с ним. Я перешёл на бег. Я знал, что из машины может окликнуть меня водитель. Знал, что все увидят. Так и случилось. Мужчина с усами, который кстати показался мне весьма знакомым, начал махать рукой в воздухе, привлекая моё внимание. -Эй, — он свистнул. — Вернись же ты. Обратно, сюда, мальчик. Он тронулся с места, чтобы догнать меня, но неожиданно девушка, из-за которой до сих пор ярость бурлила во мне, положила руку ему на плечо, остановив его. Что-то прошептав, что я не мог услышать чисто физически из-за огромного расстояния между нами, они оба продолжили глядеть мне в след. Странно, что меня не догнали. Это в многомилионный раз доказывает, что им всё ровно на смерть моего мальчика. Мне не обидно. Главное, что он лежит на моих руках, рядом со мной. Солнце заходило, образовывая розовое небо над нами. Этот момент мог бы быть романтичным. Я добежал до реки Свитуотер, прекрасно зная дорогу до неё, чтобы не попасть в обозрение чужих глаз. Положив не живое тело рядом на берег, я набрал в ладони немного прохладной воды. Мне бы следовало умыться самому. Пот лился с меня, но я вначале умыл Джагхеда, размазав холодную воду по его щекам, лбу, спускаясь до шеи. Я до сих пор надеялся разбудить его. -Вот так, отлично, — я был рад, будто бы он только что открыл передо мной свои прекрасные очи, но нет. Я радовался только тому, что успел убежать. Только тому, что умыл его. Может быть он проснётся и ему будет не так жарко. Не так душно, как мне сейчас. Рукавом я постарался оттереть пятно крови на его футболке. Не получилось, я размазал его ещё больше. -Малыш, если бы я мог сесть тогда с тобой… — голос до сих пор дрожал. — Я знаю, что ты не слышишь меня, но я люблю тебя. Очень и ещё чуть чуть. Я взял его руку, накрыв поверх своей второй. По коже шли мурашки от поступающего холода, идущего от трупа. Ровно с минуту я молчал. Молчал, будто бы разучился говорить или например проглотил язык. Я улыбнулся и ощутил, как новая слеза стекает по щеке, капнув ему на лицо. -Прости, что пачкаю тебя, — провел пальцем, вытирая слезу. — Я ошибся. Это самое романтичное, что могло быть когда-то. Я знаю, что ты видишь меня, хотя бы сверху. Если так, то пожалуйста, береги себя. Надеюсь больше никто не будет мучатся из-за тебя, — я снова улыбнулся. — всмысле не разрушай чужую любовь, своим уходом, как я разрушил твою. Я сжал его руку сильнее. -Не думай, что я сумасшедший, хотя не исключай и этот факт. Я знаю, что ты умер, но только сейчас осознал это, пришёл в себя, понимая, что мог сидеть так с тобой раньше — я помолчал, ещё обдумывая дальнейшие действия. — Наверное нужно было сказать твоему отцу. О черт, наверное я сделал ошибку, убежав с тобой сюда, но я счастлив как никогда. Счастлив, что мог насладится тобой как и сегодняшней ночью, так и сейчас. Я склонился, приблизившись к его лицу как можно ближе. Провел пальцем, по его губам. -Они такие мягкие, — улыбка не сходила с моего лица. — Слава Богу я успел докоснуться до них, пока ты мог хотя бы вдохнуть. Я почувствовал желание поцеловать его. Наверное это самое глупое, что я мог когда-то сделать. Поцеловать трупа. -Только не смейся, когда увидешь это. Мои губы прильнули к его. Я целовал, борясь с поступающими слезами и разочарованием. -Может если я умру мы встретимся и мне не придётся говорить о моей любви ещё и там. Знаешь, как сложно мне это даётся? — я проговаривал слова, не отодвигаясь от него не на дюйм. — Может это последний раз, когда я радуюсь чему то после твоего ухода. Раньше я хотя бы надеялся поцеловать тебя и знаешь, моя мечта исполнилась. Наверное твоя тоже. Я лёг рядом с ним, смотря на небо. -Это облако похоже на сердце. Наверное твоё. Теперь оно бьётся на небе, не рядом со мной. Наши руки по прежнему были переплетены. -Интересно, о чем ты думал, пока не умер? Наверное ты был грустным. Я видел твой взгляд в коридоре. Боль, которую создал я. Прости меня. Прошло несколько часов, пока я разговаривал сам с собой. День давно подошёл к концу. -Как бы я хотел остаться тут, но самое время позвонить твоему папе. Наверное его боль будет намного сильнее, чем моя. Составлю собственную цитату на твоём гробу, милый. Я встал, набрал номер, гудки, голос, полицейская машина, ночь, сон. Утро. 6 июля. 14:32. Священик что-то говорит. Родственники Джагхеда глаголят слова, другие соболезнуют. Ко мне сзади подошла Бетти. Единственная, кто поддерживает меня сегодня. Я разорвал отношения с Вероникой, папа успокаивает Ф.П., несмотря на то, что они плохо общаются. Горе сближает людей. Печально, но это так. -Арчи, — она положила руку на моё плечо. — Прости, если ты не хочешь говорить. Я знаю, что ты был не безразличен к Джагхеду. Я озадаченно посмотрел на неё. Что она имеет ввиду? -Точнее, я видела, как ты хотел с ним общатся. Все знают, что ты нашёл его и сообщил всем. Ты приехал, чтобы не найти его среди умерших. Я знаю, что тебе тяжело. Скажи, если будет одиноко. -Спасибо, Бетти, всё нормально, правда, — я постарался улыбнулся. Всё и правда было хорошо. Из-за его смерти я почувствовал его рядом со мной, будто бы знаю его не один месяц. Будто бы он был чем-то, что заполняло моё сердце и душу. Я видел его, часто. Возможно это галлюцинации, но кто сказал, что я хочу избавится от этого? Бетти отошла, подойдя к Джеллибин. Не знал, что они были знакомы. Кто-то взял меня за руку. Кто ещё? Я повернулся. Джагхед. Улыбка появилась, сменяя грустное выражение лица. -Ты пришёл на свои похороны? — я говорил шёпотом. Не хотел, чтобы меня кто то услышал, хотя уверяю вас. То, что я хотя бы повернулся и смотрел в пустоту уже казалось странным. -Пришёл поддержать тебя, — он улыбался так, как я никогда не видел. Я вообще не видел, чтобы он улыбался. -Спасибо конечно, но ещё раз ты придёшь в неподходящий момент и мы сможем увидеться только в психушке. -Зато мы будем вместе. Навсегда. Он держал меня за руку. Я держал его за руку. Мир, будто бы исчез. Если мне удалось быть с ним, только после смерти, то я рад такому исходу. -Я люблю тебя, Джагхед. -Арчи, и я тебя, но не упоминанай моё имя сейчас. Острые уши могут подумать, что ты сошёл с ума. -Но это ведь правда? -Правда.