Сказочный принц и зомби

Still, no matter where I go At the end of every road You were good to me. Jeremy Zucker & Chelsea Cutler — you were good to me

      Даён разве что не извергала адское пламя — настолько она была злой. Раньше её могли так разбесить только я и многочисленные бывшие, но, дьявол, этот менеджер Ким Намджуна заслуживает аплодисментов. Он говорит всего пару слов, раздраженно вздыхает или улыбается краем рта, а Ди уже готова взорваться и убить всё живое на десять километров вокруг себя. Потрясающе, как по мне.       — Так откуда взялись эти цифры, Чан Даён-сан?       Я уже с трудом сдерживала смех и прикрыла рот рукой, всеми силами стараясь смотреть в сторону. Если бы у сестрицы могли встать дыбом её ужасающие медно-рыжие волосы, они уже давно топорщились бы, как языки того самого адского пламени. Она ненавидела, когда наш японец делано забывал, что работает в Сеуле. Мин Юнги сидел в кресле, опираясь локтями на колени, и очень смешно сплющивал щеки ладонями. Он ждал, когда освободится Рюити.       Я ждала, когда мне уже можно будет свалить домой.       — Я работала не здесь, когда эти цифры взялись, Кохакунуси Рюити-сонбэним.       Юнги сдавленно хмыкнул. Перед знакомством с менеджером Намджуна он тихонько предупредил нас с Ди никогда не называть Рюити его полным именем. Сестрица определённо напрашивалась.       — Но разбираться с ними вам, моя хорошая, — менеджер Намджуна стукнул по крышке ноутбука Ди костяшкой указательного пальца, — и поскорее бы, пока к нам не заявились из налоговой.       — Я тебе не «хорошая», Рюити!       Ди уже вся целиком была красной. Если бы её отчитывал непосредственный начальник, она бы легко справилась с эмоциями. Но ей делал выговор наглец, который никак не мог уяснить, что штаб агентства AtoM расширился и ему не нужно было лезть в чужую работу. И все-таки я ставила на другое: искры между Ди и Рюити летали нешуточные, и только слепой этого не видел. Юнги слепым не был и наслаждался представлением так же, как и я. Мне доставляло истинное удовольствие немного поиздеваться над сестрицей за все её едкие слова в адрес Хёнджина. 1:1, baby.       — Рюити, ты можешь уделить и мне хоть минутку своего драгоценного времени? — не выдержал Юнги, помахав папкой с документами. — Это прислали из KBS для нас с хёном, я ни хера…       — О, небо, да ты же не на сцене. Нельзя ли следить за речью? — Рюити поморщился и снова неопределенно покрутил тонкими пальцами перед лицом Ди. — Я завтра ещё раз спрошу вас про этот документ.       Даён, не скрываясь, фыркнула. Мне хотелось заорать: «ДА ПЕРЕСПИТЕ ВЫ УЖЕ!» На вопрос, когда же это случится, сестра всегда недвусмысленно посылала меня к Хёнджину. Ну, не прямо к нему, но если выбирать из всех возможных вариантов…       — Дахе, у вас есть какие-то вопросы? — Рюити почти неслышно перешёл к моему столу и осторожно поправил рамку с фотографией с моего дня рождения, опасно нависшую над краем стола.       Я покачала головой и ответила на его мягкую улыбку, снова задумавшись: он искренне хорошо ко мне относится или заставляет свои почти чёрные глаза добродушно смотреть на меня, чтобы взбесить всех вокруг? Вредная часть меня хотела, чтобы правильным был второй вариант; паинька во мне надеялась, что я просто быстро учусь и предельно вежлива.       — Спасибо вам, у меня пока всё получается.       — Чудно, — Рюити резко поправил воротник прекрасной, явно дорогой чёрной рубашки и посмотрел на Юнги, — пойдём разбираться с телевизионщиками, а то ко мне приехал племянник… так что я уже хочу домой.       О, мой выход.       — Юнги-сонбэним, я же могу идти? — я почти перегнулась через стол, умоляюще посмотрев на своего босса. В жизни мне не везло так, как повезло, когда подруга моего лучшего друга внезапно оказалась девушкой этого талантливого человека с необъятной душой. Агуст Ди хитро прищурил глаза, но вслух не съязвил. Яда хватало и у нас троих. Аж через края выливался, особенно сейчас, когда Даён снова сцепилась с Рюити.       — Да, конечно, — Юнги мелко закивал, поднимаясь и потягиваясь. — Если вдруг придёт что-то важное, то сразу обговорим, если нет… приятных выходных!       — И вам! — я тут же вскочила с места и вполне искренне поклонилась и Юнги, и Рюити.       Даён снова шумно выдохнула и, едва за молодыми людьми закрылась дверь, проскрипела:       — Блять, как я его ненавижу…       — Я всё слышу, моя хорошая! — незамедлительно раздался бодрый голос менеджера Намджуна. Ди почти бросила в дверь кружку, но я быстро подскочила к ней и схватила за руки.       — Он тебя провоцирует, а ты ведёшься, как девчонка, — я хотела добавить «потому что он тебе нравится», но решила, что это слишком грязный ход даже для сестричек Чан.       — Да понимаю я, — Ди огрызнулась, но я с удивлением увидела слёзы в ее красивых глазах. — Тут такой бардак с бухгалтерией, я вообще не понимаю, как они работали без специалиста столько времени…       — Ждали тебя! Самую лучшую и самую умную девочку! — я нечасто включаю режим заботливой старшей сестры, но в последнее время пытаюсь исправляться. Рвотные позывы уже почти ушли — прогресс. — Поговори с Юнги. Рюити на тебя слишком наседает, это не дело.       — Да в жопу их обоих, — буркнула сестра. (Ага, уже и Агуста Ди посылаем? Как непостоянно молодое сердце.) — Справлюсь так, что им придётся извиняться передо мной.       — Я в восторге от этого настроя! — обняв сестру, сказала я. Ди вместо ответного объятия похлопала меня по руке. Ну… тоже своего рода прогресс. — Не засиживайся долго!       Сестрица улыбнулась и посмотрела на меня снизу вверх.       — А ты не пей много…       — Мы не собирались сегодня, — ответила я, выключая телефон из розетки и проверяя оповещения.       — Ага, сразу к делу перейдёте, значит, — кажется, с лёгкой завистью хихикнула Ди.       Эх, получишь же ты, мелкая зараза.       — Ну, ты же тупишь с Рюити, мне приходится за двоих отдуваться.       Упс, уже получила.       Я одевалась на ходу, потому что вылетела из офиса под оглушительную ругань Даён и собственный смех, и нисколько не удивилась, что мне почти моментально написал Юнги:       Ты жива?       Не знаю, как называется тип деловых отношений, когда босс обращается на «ты» только в KakaoTalk, или когда вы уже сильно под шафе в некой кофейне Пусана после её закрытия.       Да, вполне. А вот за Рюити я бы побеспокоилась…       Я попрошу его сбавить обороты. Он не всегда слушает даже Намджуна, но, если что, я поговорю с ними обоими.       Don't worry :) Даён не даст себя в обиду.       Вы случайно не поедете в Пусан на днях?       Не, с этим блядским шоу мне пока не светят выходные… А че?       Да хотела Бомгю привет передать :) Ладно, обойдётся       Пишите, если понадобится помощь, например, если все-таки нужно будет смотаться в офис KBS.       Конечно, Дахе. Но пока не переживай, отдыхай :) Хёнджину привет!       Обязательно!~       Я воспользовалась приветом от Юнги как поводом позвонить Джинни чуть раньше, чем планировала. Но звонок неприветливо оборвался автоответчиком. Что ж… я улыбнулась своему отражению в длинной стеклянной витрине и поплотнее закуталась в шарф, который, торопясь, повязала, как попало.       Будет время помыть голову и привести себя в порядок. Мне всегда хочется быть красивой для моего сказочного принца.

***

      Окей, я привыкла, когда меня игнорируют во время тренировки, но какого же хера, Хван чёртов Хёнджин, у тебя выключен телефон уже после нее?!       Я раздраженно позвонила Хёнджину ещё несколько раз, прекрасно понимая: вероятность того, что он вдруг мне ответит, минимальна. Если этот бес и его семь других бесов ловили танцевальный кураж, их было невозможно остановить. Даже если это был вечер, на который мы давно строили планы, и, самое главное, я строила планы. В театр мы уже не успевали. Тоже мне, блять, решила окультуриться, Чан Дахе. Ещё что-нибудь придумала?!       Я была близка к тому, чтобы в сердцах швырнуть телефон о стену и по-детски разреветься, но от одного взгляда на свое любимое нежно-голубое платье, которое сидело на мне как никогда хорошо, моментально успокоилась. С самого начала тайных вздохов по Хёнджину я мечтала показаться ему в этом платье, в глубине души, правда, боясь его реакции. После того, как я а) уехала за ним в Сеул; б) ради него снова обрекла себя на совместный быт с Ди и в) сходила примерно на пятьдесят свиданий с ним (не то, чтобы я считала, конечно…), можно было не беспокоиться, понравится ли ему мое чудесное платье. Понравится, конечно. Но упрямому существу в моей голове очень хотелось убедиться в этом самому. И кто я такая, чтобы его останавливать?       Я перешла из своей комнаты в комнату сестры — у нее было большое зеркало, а свое я оставила в кофейне, на память Бомгю… кстати о нём. Так как небольшой осадочек обиды на Хёнджина еще болтался где-то в районе желудка, мне было необходимо высыпать его хоть на кого-нибудь. А брата вообще-то жалко, ему и так со мной по жизни не везет. То ли дело замечательная татуированная катастрофа: пусть сам себя жалеет или попросит своих подружек.       Я крутилась около зеркала, то расправляя несуществующие складки на бедрах, то поправляя широкую застёжку на шее, и считала гудки. Хёнджину я могла бы простить даже игнор длиной в целый день (Джинни, всё же не испытывай мое ангельское терпение, ладно?), а вот Бомгю…       — Чем ты занимался десять гудков, Бомгю-щи? — как могла, сварливо спросила я.       — Окей, в следующий раз я буду отвечать тебе прямо с толчка, — даже расстояние и мобильная связь не помешали мне услышать, как мой любимый бариста улыбается. А его улыбка всегда была именно слышна в голосе. Всё мое прежнее раздражение окончательно растворилось в пространстве.       — Я польщена за доверие, конечно, но я пока не готова к такому витку в наших отношениях, — не сдержавшись, я засмеялась. Пожалуй, это полезнее для здоровья, чем исторжение яда. Оставлю эту стратегию Ди и Рюити.       — Не померла еще со скуки в этом мерзком городишке?       — Ты, я смотрю, очень классного мнения о нашей столице, Бомгю, — я хотела привычно сесть на пол, но побоялась помять платье, поэтому осторожно присела на край кровати сестры. — Но нет, теперь мне тут даже нравится.       — Всего-то надо было найти мужика, да? Или погоди, как там называют этих детишек? Поколение Z?       — Ну, тебе лучше знать, дорогой: у меня один Хёнджин, а твоя фанбаза явно больше, чем IZ*ONE. Или они все были тайно влюблены в меня и свалили, когда я уволилась?       После небольшой паузы Бомгю громко рассмеялся, так, что мне пришлось отодвигать телефон от уха.       — Нет, к счастью, твой отъезд не разбил ни одно молодое сердце… разве что мое, конечно…       Я вздохнула и спросила:       — Много у тебя сейчас посетителей? Хочу посмотреть на кафе.       — Думал, на меня… — проворчал Бомгю, — врубай камеру, зомби-нуна.       От прозвища, которое напоминало мне о самом начале нашей с Хёнджином истории, у меня внутри всё моментально сжалось. Я включила камеру, и Бомгю, с наступлением зимы немного укоротивший длинные волосы и покрасивший их в каштановый цвет, с довольной улыбкой помахал мне. Он был одет в клетчатую сине-чёрную рубашку, которую я дарила ему на прошлое Рождество. Моё сентиментальное сердце тоскливо взвыло, ладно, признаю.       — На, смотри на свои бывшие владения.       Бомгю показал мне, как всегда, не очень-то переполненную кофейню: среди посетителей я тут же узнала наших постояльцев, работавших за ноутбуками, и трёх особо активных фанаток татуированной катастрофы. К моему сестринскому удовлетворению, среди них уже не было Соми — той самой милой молчуньи с двумя хвостиками, которая, насколько мне известно, теперь делила одиночество в сети с моим братом. Новая официантка внимательно читала книгу, сидя на высоком стуле около окна, и я несказанно удивилась: когда мне было нечем заняться на работе, я заставляла Бомгю залипать со мной в Инстаграме, лишая и его даже призрачной надежды на полезный досуг. На дальней стене рядом с автографом Табло с октября висели еще две рамки — с подписями Юнги и Намджуна. Не буду показывать пальцем на умницу и красавицу, которой пришла в голову эта замечательная идея, но только потому, что если это обновление и привлекло посетителей, то не так много, как я… ой, то есть она надеялась.       — Скучаешь? — Бомгю снова переключился на переднюю камеру и хитро поднял бровь, — а у кого-то сегодня свидание, да?       Кто-то туго соображает, или настолько плохо видно мое платье?       — Да и да, — улыбнулась я. — Я постараюсь проведать тебя, когда мне наконец-то можно будет брать отпуск.       — Диктатор Мин Юнги не дает тебе продыха?       — Нет, лейтенант Чан Дахе очень сильно тупит, — вздохнула я. — Если бы менеджер из P-Nation знал, что секретарша в AtoM не окончила университет, он бы…       — Не сильно удивился? — Бомгю задал вопрос таким участливым тоном, что я, не сразу опомнившись, быстро кивнула, и только потом попыталась испепелить его взглядом. Не получилось.       — Сукин ты сын, Бён Бомгю, — сухо сказала я, на что бариста только махнул рукой, чуть не смахнув телефон с подставки в раковину.       — Да ладно тебе, я же любя. Без тебя я тут кисну и вяну, скоро совсем разучусь шутить… С Йерин совсем не поболтать… а я говорил госпоже Кан, чтобы она не брала студентку! Так что даже хорошо, что ты не окончила университет, нуна: он бы тебя испортил, определенно.       — Так я и скажу менеджеру Намджуна-сонбэнима в следующий же раз, когда в чем-нибудь облажаюсь! — все-таки ухмыльнулась я. — Ладно, чудовище, мне уже надо выдвигаться. У тебя вообще всё в порядке? Выглядишь, вроде, неплохо.       — Неплохо?! Я вообще-то всегда выгляжу изумительно! — помахал кулаком перед камерой Бомгю. Я закатила глаза:       — Ну, знаешь ли, нет. Сегодня изумительно выгляжу я.       Я переключила камеру и встала с кровати, чтобы Бомгю как следует полюбовался моим платьем и укладкой. Кто-то посчитал бы мой поступок бессовестным, но наши отношения с Бомгю выдержали… всякое. Зато я была уверена, что у нас с ним больше не могло возникнуть никаких претензий друг на друга.       — Ладно, согласен. Хоть на ковровую дорожку… — с вдохновленной улыбкой сказал Бомгю, — а ты, поди, в Макдак в таком виде собираешься? Таких фиф туда не пускают…       Мне, правда, хотелось разозлиться на него и на его вечные подколы в нашу с Хёнджином сторону. Но я закинула голову назад и расхохоталась так, что, кажется, задрожали стены:       — Я проверю тебе назло!       — Запусти трансу в Инстаграме, я хочу видеть лица людей, когда ты снимешь куртку!       Когда-то я думала, что никогда не полюблю человека, который сможет по-настоящему полюбить меня. А потом в моей жизни появился Хёнджин, который всюду носил бы меня на руках, если бы у меня вдруг возникла такая прихоть. Но еще раньше мне встретился человек, который стал моим лучшим другом. И я, наконец-то поверившая в то, что ни капли не предаю своё яркое летнее солнце с ямочками на щеках и щербинкой между зубами, была безумно благодарна Бён Бомгю за то, что он не отвернулся от меня, когда я с переменным успехом держала его на расстоянии.       С переменным, потому что… с некоторых пор я больше не мешаю пиво с соджу. Тш-ш-ш.