Долгая дорога

*** Хлоя проснулась вечером у себя на полу. За окном уже догорал закат, и начинали зажигаться фонари. Первое время она пыталась вспомнить, что произошло и почему она лежит в таком положении. Живот отдавал сильной ноющей болью, и девушка невольно обхватила его руками. Потихоньку она начала вспоминать. Просмотр мультиков на ночь, солнечное утро, совместный завтрак, стук в дверь… Трикси! Деккер, с широко распахнутыми глазами, резко вскочила на ноги и чуть пошатнулась. В сознании раз за разом начали всплывать воспоминания. По телу прошлась дрожь, а руки предательски затряслись. Девушка вспомнила все. Брендон, ворвавшийся в их дом. Удар по щеке. Плачущая Трикси, которую куда-то уносят. Снова удар. И последние слова блондина: «…Мои парни отвезут ее в детдом и сдадут ее, как последнего щенка с улицы…» «…Я же говорил, что ты поплатишься за вчерашнее…» «…К твоему дому будет приставлена моя охрана, так что даже не пытайся сбежать. А если попробуешь позвонить кому-нибудь и нажаловаться, то к твоему сведению, детей в детдомах не считают…» «…На работе тебя тоже искать не будут, я договорюсь…» «…Если будет звонить кто-то из знакомых, отвечай, что у тебя все в порядке, но слишком долго не болтай, а то кто знает, как там будут дела у Трикси…» Снова удар ногой в живот, но сильнее. «…Я приду к тебе завтра, готовься, Детектив. Уж мы-то с тобой развлечемся…» Тьма. Трикси… Ее дочь забрали и увезли. Как она там? Ей, наверное, ужасно страшно. Предательские слезы покатились по щекам Хлои. Что же ей теперь делать? Она просто обязана вернуть свою дочурку. Даже в собственном доме уже не было безопасно. В голове проносились возможные варианты спасения, но все они заканчивались провалом. Дэн был в отпуске, судя по всему, вместе с Эллой. Аменадиил и Линда с ребенком были далеко отсюда, в доме у океана. Мейз вместе с Евой вообще на другом конце света ловят головорезов… Нет никого, кому Деккер могла бы позвонить и рассказать о случившемся. А даже если и попытаться, то кто знает, что тогда Брендон сделает с Трикси. Это был самый весомый аргумент. Девушка ни за что не допустила бы, чтобы ее дочь еще больше пострадала из-за ее звонка. Рядом не было ни мамы, ни Люцифера, что мог бы спасти ее. Уж он бы точно уже давно повесил этого мажора, если бы он хотя бы тронул Хлою. От этих мыслей на душе стало еще хуже, и девушка решила отвлечься. На часах показывало девять вечера. Обойдя дом, Детектив поняла, что ее табельный пистолет забрали, когда она была в отключке. Телефона также не было на месте. Деккер горько вздохнула. Теперь у нее нет даже оружия для обороны и средства связи. Живот еще болел, а ноги предательски шатались. Надо попытаться выйти из дома. Хлоя рывком подошла к двери и открыла ее. За дверью стояли два высоких амбала, одетых в черное. Видимо, охранники. Она уже было хотела выйти, как ее рывком остановили и грубо запихнули обратно в дом, не произнося ни слова. Дверь за ней с грохотом захлопнулась, и девушка осталась наедине с собой. А что если попробовать через окно? Рискованно, но как вариант. Хлоя подошла к окну, распахнула его и увидела еще двух охранников. Деккер со злостью закрыла его и громко выругалась. С другой стороны дома также стояла охрана. Она в ловушке и одной ей не выбраться. Хлоя пошла в свою спальню и села на кровать. Страх душил ее. Она всей своей душой ненавидела свое бессилие и то, что она никак не может помочь ни себе, ни дочке. Она чувствовала себя одинокой и брошенной. Слишком больно. Слишком страшно. Даже для такой сильной женщины, как она. Детектив с криком швырнула в стену стоявшую рядом вазу. Пальцы беспорядочно зарылись в волосы и пытались вырвать их. У Хлои началась истерика. Она ненавидела все. Свою жизнь, смерть или уход дорогих людей. Она ненавидела саму себя за беспомощность. Она ненавидела даже Люцифера, который оставил ее одну. И, конечно же, она ненавидела Брендона. Этого мажора с короной на голове, который уверен, что ему все должны. Как же Детективу хотелось сейчас накинуться на него и выколоть глаза. Избить до полусмерти, как он делал это с ней пару часов назад. Слезы быстрым потоком текли из глаз. Ноги подкосились, и хрупкое тело девушки с грохотом рухнуло на пол. Комнату сотрясали страшные рыдания, смешанные с криками. Глаза ничего не видели, сердце бешено стучало, а мозг не хотел воспринимать информацию. Все что давно копилось на сердце у Хлои, все, что она пыталась сдержать и скрыть, теперь вырывалось наружу, очищая. Ей внезапно очень захотелось крепкого, мужского и такого родного плеча рядом. Захотелось уткнуться лицом в его шею и спрятаться в его крепких, теплых объятиях. Рассказать ему обо всех страхах и быть понятой. Захотелось быть защищенной. Через некоторое время ее тело устало, а душа выдохлась. Только слезы продолжали стекать по щекам. На ватных ногах она дошла до кровати. Рухнув на самый край, последний раз тяжело вздохнув, девушка провалилась в сон. *** Ее разбудил хлопок входной двери. Не успела девушка опомниться, как в комнату влетел тот, кого она ненавидела всем своим существом. Брендон. Эта тварь, доставившая ей столько страданий. Хлоя резко встала и повернула к нему голову. Ее глаза готовы были воспламениться прямо сейчас, хотя «гость» еще и слова не произнес. Блондин выглядел жутко довольным собой. Его нахальная улыбка могла ослепить любого, кто встанет ближе, чем на метр. В зеленых, изумрудных глазах плясали чертики, а руки были скрещены на накаченной груди. Мужчина обошел кровать и встал прямо напротив Хлои. Та в свою очередь лишь смерила его злым взглядом. -Доброе утро, Детектив. Как спалось? — довольно спросил мужчина, смотря ей прямо в глаза. -Где моя дочь?! Зачем ты держишь меня здесь и что, черт возьми, тебе от меня нужно?! Деккер встала и оказалась в десяти сантиметрах от его лица. У них не было сильной разницы в росте, так что девушка была прямо на уровне его глаз. Тот в свою очередь еще больше растянул усмешку на лице и лениво ответил: — Сколько вопросов… — Ты ответишь хоть на один? — терпение Детектива все больше и больше растворялось, превращаясь в пепел. Она была зла или пыталась сделать вид. Но ее дрожащие руки выдавали страх, и Брендон это заметил. — Хорошо. Мне нужна ты. Вся ты. На этих словах он резко толкнул ее обратно на кровать. Матрас прогнулся под весом девушки, создавая характерный скрип. Не успела Хлоя отодвинуться или встать обратно, как блондин накрыл ее тело собой. Деккер начала вырываться. Она не позволит изнасиловать ее в собственном доме. Она начала судорожно отталкивать консультанта, нависшего над ней. Ноги ударяли ему в живот, но никак не хотели попадать в намеченную цель между ног. Дыхание участилось, и паника начинала окутывать с головой. Взгляд так и кричал: «Помогите!» Она чувствовала его возбужденный аппарат на своем животе, и от этого становилось только противнее. Кажется, Брендона это только забавляло. Он видел, как беспомощно барахтается под ним девушка. Он видел ее обезумевший взгляд и раскрасневшееся лицо. Да, он уже был возбужден не на шутку. Он хотел эту женщину с первого рабочего дня. Он хотел отодрать ее, как шлюху, в той самой кладовке. Хотел сделать ее своей у нее на рабочем месте перед всеми. Хотел нагнуть ее вчера на глазах у ее ребенка. Деккер бесила и заводила одновременно. И он уже не мог терпеть. Его никогда не волновало ее мнение на этот счет, ну так почему теперь должно волновать? Мужчина резко сжал ее кисти в одной своей руке и завел их ей за голову. Другой рукой он расставил ее ноги, которыми она отчаянно брыкалась, и примостился у самого ее центра. Он потерся своим возбуждением о нее и увидел как она поморщилась. Она не хотела этого, и это еще больше заводило его. Ее кисти болели, а мозг пытался найти выход. Ничего не получалось. Брендон еще сильнее вдавил ее в матрас, наклонился и на ухо произнес: — Теперь ты моя и только моя. Ты не сбежишь и всегда будешь в моем подчинении. Я буду трахать тебя, когда захочу и как захочу и ты не сможешь меня остановить.- Оскалившись, он в очередной раз дернулся и сильнее сжал ее запястья. — Тебе будет больно, очень больно. Услышав эти слова Хлоя начала еще неистовее вырываться, но все попытки оказались тщетны. Все-таки, каким бы обученным полицейским она не была, мужчина, что лежал на ней был сильнее. Брендон, насмотревшись на картину испуганной девушки, резко встал, не выпуская ее рук из захвата, поднял за собой. Хлоя заметила отчетливый бугорок, вырывающийся из штанов, и понимала: шансов нет. Ей было страшно, и она не знала, что тот будет делать дальше. Губы задрожали, а глаза заслезились. Брендон снова кинул ее на кровать, но уже у изголовья. Свободной рукой он начал что-то доставать из заднего кармана джинс. Когда девушка снова попыталась вырваться, он отвесил ей сильную, звонкую пощечину. Девушка издала болезненный вздох. Достав наручники, он быстро прикрепил запястья оглушенного Детектива к кровати. — Теперь ты точно от меня никуда не уйдешь. Я наконец-то завершу начатое, — произнес консультант, жадно пожирая беспомощное тело девушки глазами. — Пожалуйста, не делай этого! Зачем тебе именно я? Что я тебе такого сделала? — взмолилась Хлоя, снизу вверх смотря на насильника.- Отпусти меня, пожалуйста, и я никому не скажу. — О! Теперь ты меня умоляешь? Боюсь уже поздно, — воскликнул тот. По телу Хлои от отвращения пробежали мурашки, как только она услышала этот голос. Стоило только представить, как она лежит под ним и стонет ему в ухо, то сразу хотелось вырваться и убежать. Она видела его возбуждение, и от этого становилось дурно. Бросив последний хищный взгляд, Брендон наклонился над ухом Хлои и томно, мерзко прошептал: — Сегодня я буду трахать тебя, пока ты не выдохнешься из последних сил. Я тебе не лапочка Люцифер, что бегал за тобой. Это будут оргазмы, которые ты запомнишь на всю оставшуюся жизнь. А завтра я приду снова… С этими словами он грубо поцеловал ее, сжав лицо в руке и заставляя открыть рот. Его язык без разрешения проник к ней в ротик и начал там хозяйничать. Хлоя недовольно мычала и пыталась выдернуть лицо из его рук. Тщетно. Вторая рука мужчины гуляла по ее телу, и посылала неприятные мурашки. Он быстро снял ее майку, открывая себе вид на ее оголенную грудь. Переместив свои губы Хлое на шею, Брендон одной рукой начал мять ее грудь. Больно. По-хамски. Надавливая и сильно сжимая соски так, что девушка начала истошно кричать. — Да, кричи, мне это нравится! — С ехидной улыбкой пробормотал он ей в шею.- Давай-ка снимем твои трусики! С этими словами он начал снимать ее штаны вместе с нижним бельем. Хлоя начала кричать, но он закрыл ей рот своей рукой, а потом наделил пощечиной. Раздев ее окончательно, Брендон хищно облизнулся. Его возбуждал вид обнаженного неприступного Детектива, хотя сам блондин оставался полностью в одежде. Наконец-то она была его. Оставив голую девушку, привязанную к кровати, он пошел в другую комнату. Когда мужчина вернулся, в его руках был кусок скотча, которым он заклеил Деккер рот. Закончив, Брендон раздвинул ее ноги и встал на колени между ними. Он сразу опустил руку девушке на промежность, и, погладив ее воскликнул: -Ух ты, какие мы сухие! А это даже более возбуждающе. Хлоя со страхом смотрела на его действия и на душе скрежетали кошки. В глазах стояли слезы, а сама девушка чувствовала себя униженной. Она была совершенно беззащитна, и он этим пользовался. Брендон навалился на нее своим телом. Он начал кусать ее грудь, а руками больно сжимать ее попку. Сняв штаны, он пристроился к ее входу. Его не волновало, что она недостаточно возбуждена. Только он, только его желание. Он сейчас поимеет ее, как последнюю дрянь и тогда посмотрим, кто будет главный. Предварительно смочив член, он головкой вошел в ее лоно, когда Хлоя закричала. От боли она дернулась всем телом. Брендон нагло оскалившись, продолжил вбиваться в нее своим стволом. Какая же она тугая. Ему это по душе. Он продолжал медленно, мучающе вводить свой аппарат до того момента, пока его лобок не уперся ей в клитор. Хлоя истошно завопила, а он опустил свои губы ей на сосок, начиная его посасывать. А сам начал резко вбиваться в нее. Раз за разом слыша ее жалобные крики боли. Из ее глаз потекли слезы, а тело пронзила адская боль, словно в нее вонзили тысячи кинжалов. Он вбивался в нее резко и грубо, мыча и руками сжимая ягодицы девушки. Она кричала и пыталась вырваться, но руки, связанные наручниками, лишь беспомощно свисали. Через пару долгих и мучительных минут он вышел из нее и обильно кончил ей на волосы, с похабной улыбкой смотря в заплаканные глаза напротив. Промежность девушки дико ныла и болела, колени дрожали, а слезы текли из глаз. Сама Хлоя чувствовала себя отвратительно. — Да, а ты хороша, сучка.- Сказал мужчина, начиная надрачивать. Сдернув скотч с лица Детектива и, пока та не успела опомниться, открыл ей рот и запихнул свой аппарат туда. — Давай-ка, пососи у меня. Ты ведь послушная девочка. Я хочу видеть, как ты берешь меня в ротик. Хлоя успела только жалобно простонать, как он начал толкаться ей в глотку. Он намотал ее волосы себе на кулак, почти вырывая их с корнем и начал врубаться до основания, упираясь головкой ей в горло. Спустя пару толчков Хлоя начала задыхаться, а глаза снова заслезились. Брендон, увидев это, улыбнулся и дал ей передохнуть. После он ворвался в нее с новой силой, качая ее голову на весу. — О, да… Так хорошо, — простонал Брендон и кончил Детективу прямо в рот. Девушка закашлялась, и блондин выпустил ее голову из своих рук. Пока Хлоя приходила в себя, Брендон наскоро натянул джинсы обратно и освободил ее руки от наручников. В последний раз, похабно улыбнувшись, он вышел из дома, сказав напоследок: — Я приду завтра, Детектив. Мы с тобой хорошенько разомнем твой задний проход. До встречи! Хлоя осталась в одиночестве лежать на этой злополучной кровати. Все тело болело, руки саднило от наручников, а голос был сорван от многочисленных криков. Сил не хватало даже на то чтобы встать или перевернуться. Внутри было мерзко. Слишком мерзко. Хотелось стереть себе память, чтобы больше никогда не помнить произошедшее. Не помнить его грубых рук, не помнить его губ и языка, не помнить грубые толчки, не помнить его стоны. Хлоя чувствовала себя подавленной, разбитой и униженной. Она все это время не прекращала плакать. Ей было больно, очень больно. Хлоя дрожала всем телом, в голове были одни ругательства. Время будто замерло. Ночь начинала свой разбег, когда девушка, укрывшись одеялом на голое тело, провалилась в беспокойный сон, спасающий от реальности.