Долгая дорога

Белоснежные, как первый декабрьский снег, крылья несли Падшего Ангела куда-то за горизонт. Путь их лежал далеко, к Высоким Скалам, что находятся на самом краю Преисподней. Они летели, оставив позади демонов и грешные души, клетки и крики. Летели туда, куда обычно добровольно не отправлялся никто. Туда, откуда летит самый черный пепел в Аду. Туда, где даже Дьявол бывает не часто. Они несли Люцифера к Высоким Скалам, что стояли высокой, непоколебимой стеной. Там не было ни души, но были водопады и пещеры. Да, те самые лавовые водопады, что своим шумом разносились далеко-далеко. Лава та, сверкала сильнее любого фонаря или маяка. В ней тек вечный огонь, угольки которого плескались в глазах у Сатаны в порыве гнева. Те пещеры под водопадами были усыпаны камнями, а внутри чем-то походили на лабиринт минотавра, из которого нет выхода. Люцифер летел уже давно и потерял счет времени. Он знал одно: до цели осталось совсем немного. На его поясе висели те самые Адские цепи, прихваченные на всякий случай, если вдруг Церберус будет сопротивляться. Тогда Хозяину все же придется убить своего пса, вырвав тому орган, что качает кровь — сердце. Как бы этого не хотелось, Сатана понимал, что Цербер давно был на свободе, не подвластный узам Хозяина, навязанных верой и преданностью. Именно поэтому все может пойти не по плану, но Люцифер хотя бы попытается сначала опять приручить животное, хотя факт предательства все еще камнем лежал на душе Владыки. Пока Люцифер летел на Край Света, а точнее на Край Тьмы, все его мысли были заняты только Хлоей. Фотография все также лежала во внутреннем кармане пиджака, прямо под сердцем. Он пытался хотя бы предположить, сколько же времени прошло с тех пор, как он покинул Землю. Для него это были тысячи и тысячи дней, но сколько это было дня нее? Дьявол представлял себе, как там прошло уже, по меньшей мере, пять лет, по крайней мере, так ему казалось. Он невольно представлял, как она забыла его, как нашла себе другого… Вдох. Парня… И счастлива с ним. Душа невольно дернулась. А нужен ли он ей там вообще? Может зря все это. Может она давно оправилась и живет себе счастливо, а он вернется и будет лишним напоминанием. Он ведь ее не забывал ни на секунду, но кто сказал, что она делала также? Она не давала ему обещаний помнить, как и он не давал гарантий, что вернется. Внутри все сжалось и стало тошно. Люцифер боялся. Но боялся не скорой схватки с Цербером, нет. Он боялся снова быть отвергнутым и забытым, как это было когда-то давно. Так, ладно. Сейчас не об этом. Сейчас ты должен собраться и приручить свою собаку. И вот, перед глазами начал мелькать оранжевый свет, освещая верхушки скал. Серая густая дымка, созданная огнем, резала глаза и скрывала низину. Скалы, сухие и неприступные снаружи, но внутри имеющие целый мир. Прямо как Люцифер. Ангел начал медленно спускаться. Прохладный воздух наверху резко контрастировал с поистине адской жарой внизу. Глаза пробежались по таким знакомым камням и вулканам. Когда-то это было первым, что увидел Люцифер, когда его скинули с Небес. Только это место здесь было создано не им, но было под стать его характеру. Очередная шутка папаши. Очень смешно. Этот маленький мирок вечного огня содержал в себе несколько скал, водопадов и пещер. Пещеры отличались разными размерами, и зависело это от того, насколько высок водопад перед ней. Люцифер знал свою собаку, так что сразу направился к самой высокой скале, с которой стекала лава, отдаваясь характерным звуком, и под которой лежала самая огромная пещера из возможных. Как только Дьявол подлетел совсем близко и спустился на землю, он услышал громкий, истошный и давно успевший позабыться, лай со стороны пещеры. Мужчина вздрогнул и, обогнув лаву, вошел. Его взору предстала пещера, идущая несколькими ходами. Ноги окунулись в песок, а взгляд бросился осматривать валуны, что тихо лежали у стен. В некоторых местах потеки и напластования образовали некие своеобразные рисунки. Совокупность свисающих с потолка сталактитов и растущих вверх сталагмитов создавала образ огромной пасти, усеянной тысячами длинных и острых клыков. Все это освещалось ярким, пламенным светом. Пусть Ад и считали страшным, неприступным местом, которое пугает одним своим видом, но у него, как и у Дьявола, внутри были свои красоты, ведь место было создано Богом по подобию Люцифера. Через несколько метров пещера уходила вниз, и взору представало глубокое, длинное озеро. На дне этого озера многочисленными оттенками сверкали изумруды и сапфиры. Тусклый свет, что доходил до этого места, придавал им поистине волшебное сияние. В водяной глади отражался потолок пещеры. В этом месте он был усыпан сверкающими топазами, в кромешной темноте напоминавшие звезды, которые когда-то зажигал Падший. За это Люцифер и полюбил это место: как бы страшно и колко не было в начале, если дойти до конца, то тебе откроется красивый мир, усыпанный кристаллами. На другом конце озера Люцифер заметил огромного черного, как смоль, Церберуса. Он принимал свой истинный облик с тремя головами. Здесь он мог быть самим собой и не принимать вид доброй овчарки. Пес смотрел прямо в глаза своему Хозяину. В этом взгляде читался страх смешанный с призраком некогда бывавшей преданности. Глаза Люцифера загорелись, а сердце сжалось от нахлынувших воспоминаний… «…Когда-то давно, когда его душа еще не почерствела, Дьявол создал чудовище себе под стать. Он тогда выплеснул всю свою боль и злость на родных, что выкинули его из дома. Возможно, ему хотелось лишь иметь друга, что был бы с ним и спасал от одиночества. Когда же на свет появился маленький трехголовый щеночек, сияющий своими маленькими шоколадными глазенками и виляющий хвостиком в виде змеи, Дьявол опешил. Он совершенно не ожидал, что его творение сначала будет маленьким, и его нужно будет растить как собственную собаку. Но что-то в этом преданном взгляде, направленном на него, манило и притягивало, и одинокое, тоскливое сердце Дьявола дало сбой. Падший Ангел прозвал щенка Церберусом и начал заботится о нем. С того самого дня у Люцифера появился друг, а у щенка появился отец. Этапов взросления маленького Цербера было много. Как позже узнал Люцифер, они со щенком были схожими по характеру и понимали друг друга лишь по взгляду. О, как же Дьявол тогда намучился с этим щенком! Он помнил, как первые дни после рождения Цербер много пищал, и Ангелу с ворчанием приходилось затыкать ему рот своими пальцами, который тот в свою очередь посасывал, начиная урчать. Помнил, как засыпал в своей постели со щенком под боком и боялся случайно его задавить во сне. А тот только сильнее прижимался к Хозяину и тихо посапывал, положив три головы ему на живот. Что сказать, уже щенком Цербер пытался выглядеть взрослым, только пищал как маленький и Люцифера часто смешил этот писк. Через некоторое время Дьявол случайно наступил на хвост этой малявке, и тогда глаза Цербера в первый раз загорелись красными угольками. После этого случая щенок еще долго не хотел подходить к Хозяину, а Дьявол, как мог, вымаливал у него прощения. В итоге, под влиянием сделанной им косточки, специально для щенка, Цербер сдался и полез лизать мужчине лицо. Тогда Люцифер еще больше ощутил связь между ними и потихоньку начал привязываться к щенку. Когда щенок подрос, то начал приобретать все те черты характера, что закладывал Люцифер на момент создания существа. Он стал более свирепее для окружающих, и они вместе стали обходить владения Сатаны, заглядывать в камеры к заключенным. Люцифер заинтересованно наблюдал как Церберус, будучи еще маленькой козявкой, начинал яростно лаять на грешников, топая маленькими лапками по полу. От этого зрелища мужчину пробирала гордость за свою собаку, а глаза довольно сверкали. Иногда Люцифер оставлял щенка одного дома, а сам улетал развеяться. Когда Дьявол возвращался, то наблюдал полную разруху у себя в комнате. Сам щенок к тому времени сидел у порога и жалобно смотрел на Хозяина глазками-бусинками. Мужчина не мог долго ругаться на него и в конечном итоге всегда прощал, что-то ворча про наглую собачью морду, и пес, понимая, что его простили, бросался Хозяину на грудь и начинал радостно лаять. Когда щенок вырос и стал большим, красивым, огромным псом, Люцифер придумал тому занятие по душе и поставил охранять Врата Ада. Безусловно, Хозяин регулярно навещал своего пса, ведь очень скучал по нему. В моменты, когда мужчина приходил к Вратам проведать друга, тот с радостным лаем бежал к Хозяину. Тогда Люцифер оставался рядом с ним, и они вместе еще долго сидели у дверей Ада. Пес, также как и в детстве, мирно спал под боком Люцифера, а Падший Ангел одной рукой поглаживал его голову, что-то напевая себе под нос. Так и стали дороги друг другу вечно одинокий Ангел, упавший с Небес, и некогда маленький щенок…» Люцифер очнулся от воспоминания и смахнул подступившую слезу. Все это время пес смотрел на него в упор. — Ну, привет, старый друг.- Произнес Люцифер, видя, как Церберус вздрагивает от его голоса. Прошла минута, как зверь резко оскалился. В пастях сверкали острые клыки, а длинные языки свешивались вниз. Неистовая злоба горела в глазах хищника. По пещере разнеслось яростное рычание зверя, который явно никого не ждал. Запах Люцифера показался ему смутно знакомым, но пес его не узнавал. Для него это была лишь очередная жертва. Не прошло и минуты, как огромный зверь в один прыжок преодолел расстояние между ними и накинулся на Дьявола. Придавив одной увесистой лапой грудь мужчины, а вторую поставив возле самой его головы, Цербер громко зарычал и начал плеваться слюной. Две боковые головы зло смотрели на мужчину, а та, что посередине уже собиралась разорвать ему глотку, как Люцифер показал свое дьявольское лицо и закричал властным голосом: — Церберус, сидеть! В глазах пса погасли красные угли ярости, и тут же мелькнуло узнавание, быстро сменившееся искренней радостью. Он был похож на Хатико, долго ждавшего своего Хозяина. И дождался. Пес начал радостно лаять и лизать лицо Люцифера своими шершавыми языками. — Да, малыш, я тоже рад тебя видеть! Только будь добр, убери свою чертову лапу с моей груди, — улыбаясь, проворчал Дьявол, уже принявший человеческий облик и все еще отпирающийся от теплых поцелуев своей собаки. Люцифер поднялся на ноги и по-доброму посмотрел на своего пса, которого так давно не видел. Он скучал по нему, это сразу видно. Ему не хватало этих преданных шоколадных глаз, которые он видел с самого детства щенка. Цербер стоял прямо напротив, виляя хвостом, и ждал указаний Хозяина. — Ну, что, козявка, вот мы и встретились. Надеюсь, ты не будешь против, если я возьму немного твоей крови? С этими словами Люцифер, смотря зверю прямо в глаза, подошел ближе и взял лапу животного. Тот отдал ее без колебаний. Он доверял Дьяволу. Тому, кто создал и вырастил его. Люцифер быстро собрал нужную порцию крови, которая заполнила специальную емкость. Расставаться с псом ужасно не хотелось, но так было нужно. Возможно, они видятся в последний раз. С горечью во взгляде Люцифер заглянул в шоколадные глаза напротив и протянул руку, чтобы погладить его напоследок. Дьявол уже вышел из пещеры, как заметил сзади идущего пса. Он развернулся и услышал, как жалобно скулит Цербер. — Что, дружок, не хочешь расставаться? — Тихо спросил Люцифер, видя печаль в глазах напротив.- Я тоже не хочу. Он подошел к псу ближе и погладил его за ухом. Тот начал протяжно урчать и вилять хвостом. — Пойдем, старый друг, проведешь меня до Врат. И они двинулись в обратный путь. Люцифер летел на своих ангельских крыльях, а Цербер бежал на своих мощных лапах следом за ним. По пути они пытались обогнать друг друга. Пес пытался достать Хозяина в небе и лизнуть его, а Люцифер только смеялся, ускользая. Когда они добрались до Врат, то знатно выдохлись. Люцифер спустился на Землю с улыбкой на лице. Давно ему не было так хорошо. Он понимал: наконец-то он сможет вернуться домой. И хоть страх в его душе все еще обитал, ведь кто знает, сколько лет прошло на Земле, и помнят ли его там, он все равно жутко скучал и хотел обратно. Церберус, по обыкновению, находясь возле Врат, принял свой более человечный вид. Это была большая овчарка, с угольного оттенка шерстью, наполовину больше похожей на волка. Его глаза остались прежними: шоколадный оттенок, приправленный веселыми искорками. — Теперь мы оба имеем более милый видок, — усмехнулся Люцифер, садясь на корточки перед псом. Теперь уже тот смотрел на Хозяина снизу вверх, как когда-то в детстве. Люцифер потрепал его за ухом и пошел совершать обряд заточения таких ненавистных Врат Преисподней. Предание гласило: « Для заточения Врат Дьявола нужно налить кровь Стража на Скрижаль Демонов. После нужно, чтобы Сатана произнес слова на латинском языке, и своим яростным огнем в глазах зажег Скрижаль. Она воспламенится адским, холодным пламенем и в этот момент ее нужно наложить на Врата. Она, подобно разогретому металлу, растечется по Вратам, закроет все щели собою и запечатает их навечно для тех, кто выходить не должен. С тех пор Врата Преисподней будут навечно закрыты, пока сам Дьявол не откроет их». Когда все было завершено, Люцифер наконец-то выдохнул. Он сделал это. Он заточил то место, каким Отец пытал его с начала времен. Он наконец-то обрел собственную свободу и снял с себя все оковы. Он сделал то, к чему шел всю свою долгую, беспросветную жизнь. И в этом выдохе было слишком много эмоций. Прежде всего-облегчение. На лице появилась радостная улыбка, а на душе стало легко. Люцифер отошел от Врат и подошел к Церберу. Тот сидел и мирно ждал его, виляя хвостом. — Вот и все, мальчик. Больше этому месту сторож не нужен, — ласково, с ноткой горечи прошептал Люцифер, поглаживая пса за ухом. — И я, скорее всего, еще не скоро сюда вернусь. Ой, как не скоро. Такая горькая улыбка, такая тихая одинокая слеза на его щетинистой щеке. И такие человеческие, все понимающие собачьи глаза напротив. Он понимал: они видятся в последний раз и это неизбежно. Пес истошно заскулил, выдавая, что понимает, но не хочет отпускать Хозяина. Он носом утыкается в ладонь мужчине и тихо скулит, тоскует. Дьявол и Его Пес. Сколько они прошли вместе… И вот так все заканчивается. — Знаю, мальчик, знаю. — Тихо шепчет мужчина, прижимая пса к себе. -Спасибо тебе за все. Без тебя я бы пропал. Люцифер отпускает Цербера, а тот, так по-щенячьи, лижет его лицо в последний раз. Дьявол отходит на пару шагов. Невозможно смотреть в эти умоляющие, преданные глаза шоколадного цвета. Просто невозможно, иначе есть риск разрыдаться прямо на месте. Он поворачивается к животному спиной, уже собираясь взлетать, как слышит позади жалобный лай и визг. На сердце скребут кошки, а руки подрагивают. Один раз. Только один, последний, раз он посмотрит на своего пса. Последний раз. Голова поворачивается к собаке, глаза встречают ее взгляд. «Не бросай меня! Я не хочу терять тебя снова…» — так и кричат они. Глубоко вздохнув, мужчина начал что-то ворчать. Через несколько долгих минут Люцифер произносит: — Ох, что же ты со мной делаешь! Ну, чего встал? Иди ко мне. Радостный Церберус подбегает к хозяину, так и показывая свою радость. Люцифер подхватывает его на руки, раскрывает крылья и последнее, что он с ухмылкой спрашивает: — Обещаешь вести себя там хорошо? На что слышит одобрительное «Гав», улыбается еще шире. Ангельские крылья расправляются и поднимают мужчину с псом на руках. Люцифер летит домой, забирая своего друга с собой, оставляя свое темное прошлое позади.