мини истории

-------------- Алкоголь, Ангст, Антиутопия, Курение, Боль, Выживание, Воспоминания, Слом личности, Сегрегация, Принудительный брак, Побег, Насилие, Насилие над детьми, Насилие в семье, Наркотики, Жестокость, Пытки, ООС, ОЖП, ОМП, Огнострельное оружие, От не нависти до любви, Любовный многоугольник, Разгаворы, Убийства, Много смертей, Кровь/Травмы, Кошмары, Сексуальная неопытность, Минет, Нежный секс, Грубый секс, Попытка изнасилования, Прошлое, Чёрный юмор, Нецензурная лексика, Психология/Философия, Первый раз, Триллер. ------------- Сина — самый жестокий город в Эльдии! Говорят, там живут убийцы, наркоманы и проститутки, от которых отказалось общество. Одним словом — изгои! Разве только там жизнь ужасна? Может, кто-то так и считает, но не Я! Меня зовут Флок Форстер. И в следующем месяце мне исполнится восемнадцать! А это значит — нужно будет выходить замуж! Зачем так рано? Ответ прост! Если девушка не выйдет замуж до девятнадцати, она будет считаться ошибкой, пятном семьи. Изгоем! Изгой... Это слово я слышу каждый день... — Чего расселась?! У тебя ещё полно работы! — удар в ребро и злой мужской голос заставляют меня вернуться в реальность. Жестокую и несправедливую ко мне! — Не смей реветь, ничтожество! — и ещё один удар ногой в ребро! И это от моего родного брата! Эдварда Форстера... Ненавижу его! **** Свадьба... Самое счастливое и долгожданное мероприятия? Нет! Точно нет! Для Флок Форстер так уж точно! В день, восьмого октября, когда ей исполнилось восемнадцать, отец, Саймон Форстер, которого и «отцом» назвать то сложно — язык просто не поворачивается, сообщил своей единственной, среди троих детей, дочери о её свадьбе на следующий недели! Спасибо, что хоть не на следующий день! Как в её соседки — Мины Каролины, которая уже больше семи месяцей является женой владельца самой большой гостиницы в городе — пятидесятилетнего Линара Свона, который ей в отцы годиться! Но кого это волнует? Верно, ни-ко-го! Главное, чтобы вышла замуж и родила пару тройку детей! От самого упоминания о детях, Флок поморщилась! Она видела своего без пяти минут мужа на своём совершеннолетии и, мягко говоря, её чуть не вырвало! Потому что этот мужчина, Густав Холст, выглядит как испорченный огурец! Большие зелёные глаза, лысина на огромной голове, полное круглое лицо с двумя подбородками, огромный свесяющий живот и огромные руки с малюсинькими жирными пальцами! Фу! Ужас! Но главное что этот человек согласился взять её, дочь владельца конной фермы, в свои жены! Лучше бы убил на месте, чем такая честь! — Не стой столбом, выходи! Не заставляй уважаемых людей ждать тебя, мерзавка! — грубо схватив стоявшую перед зеркалом за локоть, шипит ещё один её брат — двадцатилетний Доминик. Флок, сжав зубы из-за боли, молча следует за называющим её последними слова Домиником, который ещё чаще чем Эдвард прибегает к насилию над ней! Даже как-то за сделанный слишком горячий чай она поплатилась побоями и вылитым на её ладони тем же чаем! Поэтому она всегда носит и перчатки! **** Флок держалась весь день! Но когда наступило время для первой брачной ночи... она чуть не потеряла сознание! Лучше бы потеряла! Серйозно! Потому что полураздетый толстый мерзкий мужчина прижал её своим потным телом к дверце дубовой шафы и начал дышать тошнотворным запахом алкоголя, сигарет и ещё чего-то противного на её ухо, шею, обнаженные ключицы, вызывая ледяные мурашки по коже и ком животного страха в горле! «Прошу, не надо» Но произнести это вслух мешает паралич всей её сущности! «Я не хочу этого... прошу... пожалуйста, остановитесь... умоляю...» По щекам текут слёзы, падая на пыхтящего над попытками снять платье с СВОЕЙ жены мужчину, который, почувствовав это, резко поднимает взгляд на девушку, которая всхлипывала и дрожала как лист! — Не надо... — как только мужчина прикоснулся большими пальцами к её мокрым от слез слезам и приблизился к её бледным губам, со всхлипом выдыхает девушка. Густав замирает, с полуопущенных век наблюдая за дрожащей всем телом молодой женой... — А тебя никто и не спрашивал! — и ухмыльнувшись, надавливает пальцами на щеки девушки, накрывая её вуста своими! Девичий всхлип исчезает в грубом жадном поцелуе... «Не хочу... я не хочу до конца своих дней быть игрушкой этого мерзкого человека!» «Тогда не стой столбом! Спасайся и беги, не оглядываясь!» Именно тогда она поняла, что она единственная кто и сможет спасти её! **** — Где эта мерзавка?! Я её убью! — рассматривая конную ферму, кричит на всю територию державшийся за перевязанную голову главный судья этого городка — Густав Холст. — Вы! Если вы не найдёте эту дрянь к утру, я уничтожу вас и вашу ферму, Форстер! — и сжав от злости челюсть, направляется в свой дом на другом конце улицы. — Найдите эту тварь! Иначе нам конец! — спустя несколько минут тишины, развернувшись к сыновьям лицом, сквозь зубы шипит желающий убить свою дочь Саймон. Братья Форстер переглядаются, мысленно убив ничтожную младшую сестру минимум сто раз! **** Как только судья Холст ушёл, бледная длинноволоссая брюнетка с измученными серыми глазами закрывает ворота, кутаеться в серый плед посильнее и направляется к входной двери небольшого двухэтажного дома. — Если ты знаешь где эта девчонка, я тебя на неделю закрою в погребе, Мина! — как только девушка переступила порог гостиной, медленно проговоривает сквозь зубы сидящий в большом кожаном кресле почти полностью седой мужчина в очках. Мина вздрагивает от тона супруга, потому что знает — тот обязательно исполнит своё обещание! Потому что уже не впервые... — Она совершила большую ошибку, её, в лучшем случае, изобьют до полусмерти на глазах всего города! — безразличный тон супруга возвращает девушку в реальность. — А в худшем? — сглотнув и подняв взгляд на мужчину, хрипит девушка. — Повесят на главной площади! — подняв взгляд на Мину, с ухмылкой отвечает Линар. «Что же ты натворила, Флок?» **** «Когда вы найдёте это письмо, я уже буду в Сине. Лучше там, чем с вами, жестокие отец и братья» — Ваша дочь действительно больная на всю голову, Саймон! — бросив письмо под ноги стоявшего напротив Форстера, истерически смеётся сидящий за столом Холст. — У меня больше нет дочери, господин! **** Первые несколько дней оказались самыми сложными! Пришлось научиться убегать от своры собак, ночевать на чердаках холодных пустых домов, прятаться от толпы пьяных мужчин и... и воровать! Последнее, как-бы странно это не звучало, оказалось для Флок самым сложным! Хоть и она была в доме за прислугу, её совесть чиста! Она никогда не забирала чужое, даже не думала об таком! Но здесь, в Сине, чтобы выжить нужно научиться быть безсовестной, безжалостной, хитростью и ловкостью добиваться целей! — Говорят, в Тросте какая-то девчонка сбежала во время выполнения супружеского долга! — неподалёку раздаётся женский, пропытанный сигаретами, голос. Проститутка? Форстер разворачивается влево, заглядывая через разбитое окно на улицу. Под самым домом, на чердаке которого находилась Флок, проходило двое девушек в слишком ярких откровенных нарядах и одна во всём чёрном. Точно проститутки! — Если и так, её, наверное, уже и в живых нет! Мужики в Тросте ещё те ироды! — сквозь зубы говорит идущая ближе всего брюнетка с каре в чёрной одежде. «Она не похожа на проститутку. Убийца?» — Ты же больше не там! Поэтому, спокойно! — закрыв брюнетке собой путь, нервно смеётся высокая шатенка в красной одежде. «Мика? Кто это? Я её знаю? Мика...» — Микаса Аккерман?! Кажется, это было слишком громко! И слишком зря! Потому что брюнетка с каре сразу же повернула голову в её сторону! Но Флок уже бежала на выход! — Микаса Аккерман?! Это правда ты?! Ты жива?! — выскочив с полуразрушеного дома прямиком перед девушками, кричит шокированная Флок. Серые глаза Микасы шокированно расширяются... Кто это? Откуда она знает её полное имя? А другие девушки, короткостриженные блондинка с шатенкой, не понимающе переглядаются... — Кто ты такая?! И откуда знаешь моё имя?! — спустя несколько минут тишины, наставив на рыжеволоссую пистолет, сквозь зубы спрашивает брюнетка. — Отвечай! — выстрелив в воздух, выкрикывает Микаса. Флок вздрагивает и делает маленький шаг назад... «Что с тобой случилось? Это Сина изменила тебя?» — но спросить это в слух не позволяет сухость в рту! — Если не хочешь умереть, лучше ответь. — бросив мимолетный взгляд на Микасу, шёпотом предупреждает незнакомку блондинка. Форстер, сглотнув, мгновенно возвращается в реальность! Страх делает своё! — Меня зовут Флок Форстер. Обо мне вы только что говорили... и... и если ты действительно Микаса Аккерман, то должна помнить меня... и не выстрелишь в меня... **** — Как ты выжила? И оказалась здесь? — как только Микаса опустилась напротив с двумя кружками пива в руках и поставила одну напротив неё, спрашивает смотревшая по сторонах Флок. Аккерман, хмыкнув, делает первый глоток из кружки! — Родителей убили, меня — продали в бордель Сины. А чуть больше года назад я стала снайпером в «Шиганшинских псах» Между девушками повисает молчание... Бордель? «Шиганшински псы»? — А ты? Как сюда попала? — голос Микасы возвращает Флок в реальность. Форстер, сжав губы, тяжело вздыхает и поднимает взгляд на Аккерман, что смотрела на неё... обеспокоено? сочувственно? — Сбежала от мужа, взяла лошадь и приехала на границу, а затем — пешком сюда. — бросив мимолетный взгляд на сидящих неподалёку, как оказалось Энни и Имир, шёпотом проговаривает Флок. — И зачем ты здесь? Чего хочешь? Здесь намного сложнее выжить. — хмыкнув, серйозно спрашивает Микаса. Теперь очередь Форстер хмыкнуть! Характер Аккерман совсем не изменился за эти шесть лет! — Я здесь, чтобы выжить, Микаса. И чтобы ко мне не относились, как ничтожеству и мерзавке. — спустя несколько минут молчания, подняв взгляд на подругу детства, серйозно говорит Флок. Она больше не собирается терпеть унижения и избиения! Она станет ТЕМ, кто будет унижать и избивать ДРУГИХ!!! **** — Что это? — увидев большое скопления людей на площаде, спрашивает у стоявшей слева Микасы Флок. — Сейчас увидишь! — безразлично говорит скрестившая руки на груди Аккерман. Форстер непонимающе моргает... Но как только звучит удар, она уверена, кнута, Флок резко расталкивает стоявших напротив в стороны и оказывается перед зданием, на верхней ступеньке которой какой-то мальчик не больше тринадцати лет бил себя кнутом по обнаженной спине! Что?! Такого она ещё не видела! Сама получала кнутом! И не раз! Но не собственноручно! — ПРЕКРАТИ! — подбежав и вырвав кнут с дрожащих пальцев подростков, сквозь слезы кричит Флок. Чувствуя прожигающие её спину взгляды, девушка поднимает подростка за локоть на ноги... — Что ты делаешь? Для чего? — смотря в его удивлённые голубые глаза, сквозь слезы спрашивает прикоснувшая ладонями в перчатках к бледным щекам подростка Форстер. В воздухе висит напряжение... — Вам лучше уйти! — увидев приближающих к ним двух мужчин в капюшонах, хрипит, вырвавшись, подросток. И как только один из мужчин собирается ударить деревянной палкой рыжеволоссую по спине, берёт удар на себя! Худое подростковое тело падает на колени, а кровь с опустившейся разбитой головы попадает на подол серого плаща испуганной Флок! — Бегите... — хрип подростка возвращает Форстер в реальность! — Нет! — мотнув, сквозь зубы говорит девушка и встаёт между мальчиком и мужчинами. — Что он такого сделал?! Почему его никто не остановил?! — скрипнув зубами, громко спрашивает смотревшая то на стоявших напротив, то на толпу справа Флок. — Он украл торбу яблук! — выкрикывает с толпы женский голос. Янтарные глаза шокировано разсширяются... — Яблука?! Вы серйозно?! Это же ребёнок! — смотря в толпу, кричит на грани истерики Форстер. Это какое-то ненормальное место! Общество мерзких скнар! — И что с того? У всех нас равные условия! Украл и попался — будь готов поплатится! Ты наверное новенькая! Поэтому, не знаешь что значит Жить в Сине! — раздаётся тот же женский голос. Флок сжимает руки и зубы и опускает голову, обдумывая слова этой женщины... — Да, вы правы! За всё нужно платить! И на асфальт падает несколько мандаринов... **** — Зачем ты вмешалась?! С ума сошла?! А если бы тебе простелили руки?! — как только Флок медленно опустилась на стульчик напротив, кричит, сжимая кулаки, Микаса. Форстер, получившая двадцать ударов кнутом по спине, только хрипло смеётся, чем заставляет Аккерман скрипнуть зубами! — Ну и пусть? Я всё равно не чувствую рук! — пожав плечами, смеётся Флок. — Что? — нахмурив тонкие брови, не поняла младшей Микаса. — Когда мне было тринадцать, Доминик вылел мне на ладони горячий чай. После этого моя чувствительность сильно уменьшилась. Так что, даже если отрежут пальцы, я этого не почувствую... **** — Найдите и приведите эту защитницу детей ко мне! ____________________________ Продолжение следует...