С чистого листа

      Жизнь - это самый интересный круговорот событий, что с каждой минутой уносят тебя в неизведанные дали или же повторяются из дня в день в скучной обстановке. Вертит, крутит и говорит, что выйдя за пределы своей зоны комфорта, каждый получит то, что действительно желал - свой островок счастья и радости, а также приключений и позитива. Новые знакомства, путешествия, изучение мира магии, любовь - разве этого недостаточно, чтобы рискнуть?       Но иногда жизнь выступает в роли строгого учителя, пиная своих "учеников" и давая им нагоняй. Она учит их своим правилам, говоря, что есть и тёмная сторона беззаботности, как бы припоминая, что у любой монеты может быть две стороны. И жизнь является именно монетой беззаботности и нравоучений. Каждый должен выучить её урок, её собственный "кнут", после которого непременно должен последовать сладкий и беззаботный "пряник". Она обязательно вознаградит понявших урок "учеников", подарив им сладкие и долгие моменты безграничной радости и счастья.        Только вот... Только вот Люси давно не верила в "пряники" судьбы, которая также именуется жизнью. Кажется, она давно забыла, что есть счастье и радость. Даже само определение уже не вертелось в голове и просто-напросто вылетело, оставляя Люси тонуть этом омуте саму, как бы насмехаясь и злобно хохоча под ухом.       Люси не маленькая для своего ума, но мала для своего десятилетнего тела. Она понимает, что жизнь - это не одна сплошная книга сказок, где сплошь и рядом счастье и любовь. Неважно, какая любовь, будь то материнская, дружеская или романтическая - Люси была лишена всякой любви. Нет, она знала, что духи любят её, но призывать надолго их не могла, лишь на треть минуты, что и так давалось ей с большим усилием из-за ослабшего тела.       Люси мала, но давно поняла, что уроки жизни слишком жестоки. Она больше не верит ни кому и ни чему. Она больше не хочет верить. Она хочет сдаться, оставить своё тело здесь и ни чему не повиноваться, просто отдаться реке или, в её случае, траве, и пусть всё дальше сделает природа.       Урок давно усвоен, а хватка маленьких ручек слабее, отпуская небольшой пакетик с едой, что пришлось украсть, ведь иного выбора у неё и не было и нет. Ножки подкосились, а тело медленно падает на такую влажную от дневного дождя траву. В этот момент хотелось совсем ничего. Хотя было кое-что, чего желало сердце...       Заботы.       Давно выброшенное на мусорку слово вновь и вновь рвалось в сознание, напоминая об одиночестве и выживании. Собственно, Люси хватило бы и капли искренней заботы, даже просто сочувствующего взгляда вместо пустого безразличия и отвращения к бездомной сироте. Она ведь это заслужила. Заслужила же, верно? Или нет?       Вопрос без ответа, а ответ без вопроса. Странно, что это проносится в её голове, что покрывают золотистые, испачканные в пыли и грязи, волосы. Хватит думать, хватит! Но мысли всё лезут, не давая уснуть уставшему телу и сознанию. Рука тянется к пакетику с черствой булочкой, что кажется деликатесом за последние несколько дней голодания. - Приятного аппетита, - тихо говорит она сама себе, разворачивая булочку и надкусывая. Черствая, но такая приятная желудку.       Рядом что-то тихо шевелиться, а рука девочки автоматически тянется к ключу звездного духа в случае возможной опасности. Ветки опять шевелятся, но уже через пару секунд рядом с девочкой приземляется маленькое черное существо с белыми ушками, больше похожее на собаку. - Собачка! - радость проскальзывает в охрипшем голосе девочки, но животное грозно рычит. - Значит, не собачка, - смотря на реакцию собеседника, говорит она и после щелкает пальцами, словно бы что-то вспомнив. - Волчонок!       Малыш уже более снисходителен, словно бы понимает суть разговора. Он садится на задние лапы и с интересом смотрит на девочку, но голодный взгляд предательски убегает с девочки на булочку. - Держи, - она мило улыбается и, отломав половинку, протягивает булочку волчонку. - Ты тоже... - она немного запинается, сглатывает в миг образовавшийся ком в горле и продолжает фразы, - одинок?       Волчонок лишь дёргает ушком на эти слова, но девочке и этого хватает, чтобы всё понять и осознать. - Конечно, волки же не ходят по одному, тем более в столь раннем возрасте, - говорит сама себе, смотря на зверька и жуя черствую булочку. - Тогда будем держаться вместе, - чихает и шмыгает носом. Кажется, она простудилась.       Зверек ластиться поближе, доев свою половинку и не просит больше, словно бы ему и того кусочка хватило. Он ложится позади Люси и обвивает хвостом её ноги, на которых царапин было больше, чем самой обуви. Если, конечно, порванные ботинки, большую часть которых занимали дырки, можно было вообще назвать обувью. - Будем считать это за согласие, - Люси ластиться поближе к гладкой и теплой шерстке волчонка, чьё тепло согревало в этот холодный вечер.       Красное небо уже разлилось по всему горизонту, напоминая о том, что многим пора укрыться дома в тепле и уюте. Или же прижаться друг к другу поближе, чтобы согреть себя и товарища, не давая никому замерзнуть в ночи.       Где-то рядом, совсем недалеко, послышался рык, от которого всё тело покрылось мурашками. Стало страшно. Страшно, как никогда в жизни. Но ещё хуже стало тогда, когда это нечто выскочило с противоположной стороны поляны, сверкая своими белыми и явно острыми клыками, что не помещались в пасте. Злобные, кровавые глаза были направлены на волчонка и девочку, что сжались от ужаса, сковавшего тела. Мощные лапы приготовились к прыжку, как только чудище осознало, что перед ним сидит добыча и не может никуда сдвинуться с места. - Перевооружение: доспех чистилища! - вновь незнакомый голос, но явно человеческий, и сбоку выбежала разъярённая девушка, что одним ударом откинула монстра, уже подошедшего к ребятне, на другой конец поляны.       Люси не видела, кто там или что, она лишь дрожащими ручками сжимала чёрную шёрстку волчонка, что обвился вокруг неё и носом уткнулся в спину девочки. Она не видела происходящего, но слышала, что монстр заскулил, а после послышался глухой, но явно сильный удар, и ни одного признака жизни ужасного чудовища. - Ну и слабак, конечно, да с ним бы кто угодно справился, - девушка, ликвидировавшая монстра, явно была расстроена таким пятисекундным боем, ногой тыкая в бок монстра, а после обматывает того верёвкой. Она меняет доспех, из-за чего поляну освещает желтоватое свечение, а после осматривает местность, на наличие подобных тварей. Только вот вместо монстров, взгляд натыкается на двух маленьких существ, прижухших под крепким и раскидистым древом.       Слышаться приближающиеся шаги, но не монстра. Девочка решает ослабить хватку ручек на черной шёрстке, поглаживая нового друга, и смотрит в сторону, откуда слышался звук шагов. Девочка осматривает приближающуюся фигуру: длинные ноги, сильные руки и... - Ангел, - сама не ведая, что говорит, произносит Люси, в удивлении рассматривая кроваво-красные волосы девушки, что на туловище надела верхнюю часть металлического доспеха.       Девушка замирает и легко улыбается, смотря на Люси и повернувшегося в её сторону волчонка. Садится на колени перед ними, хмурится слегка, замечая вид златоволосой, и смотрит в чистые карие глаза малышки. - Просто Эльза, - наконец представляется Титания, а после добавляет, - но думаю на ангела здесь больше походишь ты, - девочка от такого краснеет и прячет пылающие щечки, вымазанные в пыли, в шерсти волчонка, что также смиренно сидел перед Люси. Зверёк был готов защищаться и защищать своего нового друга. - Люси, - очень тихо произносит девочка, всё же переборов смущение и смотря прямо в карие, с крапинкой красного, глаза Эльзы, подмечая, что этот цвет отлично подходит её волосам. - Люси Хартфилия, - уже более твёрдо повторяет она, с привычной ей стойкостью и давно забытой аристократичностью.       Эльза на секунду опешила, ведь весь Фиор давно знаком с печально известной историей четы Хартфилиев, что так внезапно и жестоко оборвалась два года назад. Взгляд Скарлет падает на три золотых ключа, висящих на порванных шортиках золотых, с интересной гравировкой на них.       Люси не знает, но чувствует, что внутри всё переворачивается. Что что-то должно измениться после этой встречи. Она знает, что даже если эта девушка сейчас плюнет на неё и уйдет, у неё всё ещё останется волчонок, который, наверняка, её не бросит. Она не знает этого, просто нутро подсказывает, что сейчас должно произойти то, что навсегда перевернёт её жизнь. А её нутро никогда не обманывает, оно всегда говорит лишь правду, остерегая столь маленькую и хрупкую жизнь. Не важно, что сейчас произойдёт, важно то, что это должно хоть что-то изменить. - Что ж, Люси, - Эльза по-доброму протягивает руку девочке, улыбается так светло, а закат окрашивает и без того красные волосы в бордово-алый, - пойдём домой?       Домой... А разве есть такое место, где Люси и её новый друг чувствовали себя так, будто они дома? Интуиция вовсю кричит взять руку, пока мысли терзаются в сомнениях. Может, она там, "дома", никому не нужна? А может её не примут с волчонком? Или будет ещё хуже, чем на улице? Или же лучше? - А для Маки место там будет? - тихо спрашивает она, поглаживая черную шерсть волчонка, что ластиться под руку, как кот. - Конечно, - Эльза улыбается так лучезарно, что даже восходящее солнце не может с ней сравниться.       Там, куда приведёт её эта девушка, подсказывает интуиция маленькой заклинательницы, будет намного лучше, чем на улицах за эти два года. Там будет лучше, чем где бы то ни было. Там будет по другому.       И Люси соглашается. Протягивает маленькую ручку в крепкую и мягкую ладонь Эльзы, полностью ей доверяя. - Идём, Маки, - Люси вновь улыбается, а волчонок радостно тявкает, когда Скарлет берёт Хартфилию на руки, а в другой тащит за верёвку монстра, пока Маки радостно идёт рядом.       Люси уверена, что эта красноволосая леди не причинит ей вреда. И что то, что она назвала домом, будет местом, где всё изменится, станет по другому. Так говорит интуиция.       А Люси верит своей интуиции и Эльзе.