Угрюмый художник

      Мегаполис выглядел слишком хмурым с самого утра. Тучи накрыли собой огромный город, заставляя каждого второго жителя одеться тепло и взять с собой зонтик.       Кафешка, которую Ривай любил, закрыли на этой неделе из-за неуплаты аренды. И Аккерман был разочарован, что столь любимое место теперь разнесено в щепки. Утро без любимого чая началось ужасно, и настроение было ниже плинтуса, поэтому Ривай наугад взял тёмные вещи и покинул свое теплое гнёздышко, уже жалея, что решил не пропускать этот семестр.       Автобус он ждет долго, из-за чего обувь начинает хлюпать, будто не просто намокла, а побывала в настоящем потопе. Аккерман поморщился, приподняв свою кроссовку и чавкая ею. Натянув на себя кардиган ещё больше и желая спрятаться в нем, Ривай поднял взгляд на подъехавший к дому автобус. Он поправил на плече рюкзак, который был наполнен всякими штуками, по типу канцелярии, пары тетрадей и скетчбук. — Наконец-то.       И вновь эта утренняя толкучка. Вновь его заставляют прижиматься к дверям и чувствовать мужские руки сзади. Они вызывали тошноту лишь от мысли, что его лапает какой-то извращенец. Перепутал, что ли, с какой-то бабой? Хрен его знает.       Вчера этот мужик лапал девушку, но, видимо, сегодня Ривай единственный, кто попался в его сети и кто с радостью выпутался из них, как только автобус остановился на нужной остановке. Аккерман прыгает в лужу, намочив обувь ещё больше, хмурится и недовольно выдыхает, направляясь к воротам института.       Ривай останавливается у входа, где написано «smoking» и перечеркнута сигарета, но, несмотря на это, вокруг разбросаны окурки. Издает ироничный смешок.       Мусорный бак, который он видит каждый день, был перевёрнут. Видимо, пьяницы или бомжи желали найти чем-то перекусить. Но это не останавливает желание перекурить перед трудным днем. Одна затяжка, две, а после сигарету вырывают из рук и тушат. — Курить вредно, — Эрен откидывает в сторону бычок, хмурясь, а после кашляет. Аккерман выдохнул ему прямо в лицо табачный дым. Да что за неуважение?! — Это мне сопляк говорит? — он выгибает бровь и усмехается, скрестив руки на груди. — И что же тут такого? — Можно серьёзно заболеть, — Йегер хмурится и опирает руку об стенку, справа от головы Ривая, вызывая тем самым у него интерес. — Ого, вижу, ты осмелел, — он бросает взгляд в сторону руки и усмехается. — Разве ты не опоздаешь в детсад?       Ривай хмыкает и кладёт руку на грудь Йегера, отталкивая того от себя и направляясь в институт, уже менее раздраженный, чем с утра. Расписание не изменилось. Первая пара у Смита.       Сколько времени прошло после их разрыва? Полгода. Не самые лучшие деньки были, и также не самый лучший прощальный секс. А зачем он вообще был со Смитом? Аккерман не имеет понятия. Скорее всего лишь ради заполнения пустоты внутри, но физическим воздействием.       Ривай не может сосчитать, сколько раз Эрвин бросал на него взгляды. Голодные, нуждающиеся. Он умолял вернуться, обещал выебать при первой возможности.       Но будучи погруженным в свои мысли, Аккерман не замечает, как оказывается припечатанным к стене у двери аудитории. Эрвин выглядит уставшим, разъяренным. Судя по лицу и эмоциям на нем, учитель узнал о заинтересованности Ривая в первогодке из соседнего корпуса. — Вы оба сговорились сегодня? — раздраженно шепчет Ривай. — Но тебе ведь нравятся необдуманные поступки, — отвечает Эрвин ему в губы, а после оглаживает щеку. — Нравились, Смит. Я тебе уже все сказал, — он поднимает взгляд на глаза напротив и, так же, как с Эреном, накрывает его грудь рукой и толкает.       Первая пара была проебана по желанию Аккермана. Он не хотел вновь смотреть на профессора и вспоминать произошедшее. Он был влюблен в этого мужчину. И этот мужчина, потеряв, начал его ценить. — Черт, — шипит, толкая ногой дверцу в туалет и проходя внутрь.       Он откинулся назад, прижавшись затылком к холодной двери. За что ему это все? За то, что после смерти матери желал нормальной жизни? Он только купил квартиру, только начал хорошо зарабатывать. — Ты слышал, что между этим коротышкой и мистером Смитом? — Да. Я даже однажды видел, как он «сдавал экзамен», ради хорошей оценки.

***

      Утро Эрена началось хорошо. Хоть погода была и ужасной, это не портило его настроение. Он ведь сегодня вновь окажется на факультете искусств и увидит Ривая.       Но судьба преподносит ему сюрприз, и Аккермана он видит перед самым входом в институт. С сигаретой. Так неправильно, но чертовски сексуально то, как он зажимает губами бычок, делает затяжку, а после выпускает дым через нос. Но Эрен не будет собой, если не станет его чему-то учить или не влезет в чужое пространство. — Курить вредно, — лицо юноши исказилось в удивлении, когда табачный дым выдохнули ему в лицо, что заставило поморщиться и откинуть в сторону бычок. — Это мне сопляк говорит? — Ривай выгибает бровь и усмехается, скрестив руки на груди.       Эрен возмущённо набирает воздух в лёгкие и выдыхает. Кто он, чтобы перечить Риваю? Хотя уж больно ему нравится внимание от этого старшекурсника. Пацан повел плечом и нахмурился. — И что же тут такого?       Будто спустя вечность задаёт вопрос Ривай, чем обращает внимание к своей персоне. — Можно серьёзно заболеть, — Йегер хмурится и опирает руку об стенку, справа от головы Ривая, вызывая тем самым у него интерес. — Ого, вижу, ты осмелел, — он бросает взгляд в сторону руки и усмехается. — Разве ты не опоздаешь в детсад?       Йегер хмурится ещё больше. Почему он считает его ребенком? Эрен смотрит вслед удаляющейся спины и прячет руки в штанах. Он действительно недоволен этим и, будто высказывая свое недовольство, пинает мусорку.       Первая пара проходит тихо. Эрен смотрит пытливо в окно, желая поскорее отпроситься и оказаться в любимом корпусе, полуголым перед Риваем. Именно для него он раздевается и позирует. Зайдя в туалет по дороге, Эрен откинул в сторону рюкзак, вздрагивая. Какие-то младшекурсники стояли у умывальника и что-то бурно обсуждали. — Ты слышал, что между этим коротышкой и мистером Смитом? — Да. Я даже однажды видел, как он «сдавал экзамен» ради хорошей оценки.       Йегер нахмурился. Разве им есть дело до того, с кем Ривай занимается сексом? Хотя на душе было жгучее и неприятное чувство. Неужели это из-за того, что Аккерман обращает внимание на другого? Эрен ощущает себя в каком-то треугольнике.       Пацан цокнул себе под нос и прошел к ним в туалетную комнату. — А какое вам дело обоим? — он скрестил руки на груди и нахмурился ещё больше. — Завидуете?       Парни, что до этого момента умывались, удивлённо посмотрели на него. Тот красавчик с экономического факультета. Забавно. Но, чтобы не иметь проблемы с малышнёй, они вышли из туалета, оставляя того в одиночестве. По крайней мере думали так только они.       Ривай вышел из туалета, зажав между губ сигарету. Он осмотрел Эрена с ног до головы и хмыкнул себе под нос. Ноги устали от того, что он сидел на стульчаке, дабы не спалить свое местонахождение раньше времени. — Малышня решила обнажить зубки? — он залез на подоконник и приоткрыл окно, выпуская туда дым сигарет.       Сделав последний вдох, Аккерман перевел взгляд на пацана у двери, выдыхая через нос и откидывая голову назад. Кадык начал подрагивать из-за частых сглатываний. Он не желал сейчас получать от Эрена какие-либо нравоучения, хоть и знал, что этого не избежать. — Не обращал бы ты на них внимание. Такое не раз появится у тебя в жизни, а ты лишь нервы тратишь, — добро усмехнувшись, Ривай выкинул сигарету, скрестив руки на груди. — Хотя дети очень часто импульсивны. — Мне было неприятно, что про вас такое говорили, да и я ведь трачу свои нервы, а не вы, так что вам не о чем беспокоиться, Ривай.       Эрен умылся и влажными руками провел по всей длине волос. За год у него выросла приличная длина, но стричь он её не желал. Времени нет, да и считает так себя более мужественным. Частые шутки про милое и детское лицо заставили его скорее повзрослеть. — Думаю, вам стоит поменьше курить, — он направился к мужчине, останавливаясь прямо перед ним. — Постойте, я же это уже говорил. И когда? Точно, с утра.       Получив очередной дым в лицо, Эрен схватил Ривая за подбородок. Серые глаза напротив вновь заиграли новыми красками. Не теми, что были перед картиной, а теми, кто познал азарт. Или познает. Аккерман поерзал задницей по подоконнику, заставляя Эрена шагнуть ближе. — Не фарфоровый, не бойся, — Ривай поднимает на него взгляд и накрывает руками плечи. Однако, если судить по действиям и взгляду Эрена, тот совершенно не слушал. — Что за неуважение, мистер Аккерман? — Эрен опускает взгляд на губы мужчины.       Секундное помутнение быстро прошло, заставило Эрена вздрогнуть и отвернуться. Ривай слишком близко и слишком податлив. Если для остальных он оправдывал свое поведение, то для Эрена он делал наоборот. Открывался для него. По крайней мере так считал сам Йегер. — Малышам пора учиться, — усмехнувшись, шепчет Аккерман.       Йегер лишь кивнул. Черт, что же он сделал? Неужели он попадет в категорию «извращенцы, которым не давать».       Мотнув головой, Эрен накрыл рукой лоб, искусывая губы практически до крови. Ужасно хочется открыться Риваю, но не хочется быть тем, кто желает его изнасиловать. — Ривай Аккерман и мистер Смит, не думаю, что сейчас они в отношениях.