Секрет Непризнанной

      Мисселина аккуратно обрабатывала мои ссадины и синяки, прикладывая к ранам ватный тампон, промоченный в какой-то сладко пахнующей жидкости. Я расслаблено сидела на мягком диванчике и осматривала белоснежную мантию, прикрывающую плечи и спину ангела. Ткань была на вид такой лёгкой, практически полупрозрачной и не имела ни единого пятнышка, за что можно было позавидовать опрятности её хозяйки.       В кабинете царила напряжённая обстановка. Фенцио сидел за столом Геральда, скрестив пальцы рук, и пристально следил за движениями Мисселины. Геральд неподвижно стоял лицом к окну, не давая возможности прочесть его эмоции и загораживая свои телом проникающие лучи солнца. Мисселина приподняла мою голову за подбородок, стараясь рассмотреть мелкие ссадины. Недовольно цокнув языком, она повернула голову в сторону демона и попросила его тихим голосом, словно не желая его отвлекать от просмотра вечернего пейзажа в окне:       — Геральд, не мог бы ты отойти от окна? — И, будто извиняясь за причинённое неудобство, тут же объяснила. — Ты перекрываешь собой свет.       Геральд также молча отошёл от окна. Он облокотился на стену, сложил руки на груди и посмотрел на меня. Его глаза были холодны, как лёд, а лицо не выражало никаких эмоций.  Я примирительно улыбнулась ему, на что он тяжело вздохнул и перевёл взгляд на Фенцио, который в этот момент принялся за изучение своих рук.       Я увернулась лицом от вновь приближающейся руки Мисселины, жаждующей обработать мои ссадины, и тихо произнесла:       — Спасибо, я думаю, остальное само заживёт. — И быстро добавила, увидев погрустневшие глаза женщины. — Ещё раз спасибо.       Послав Мисселине благодарную улыбку, я выжидательно посмотрела на Фенцио, но тот был слишком поглощён своими мыслями. Геральд недовольно кашлянул, и Фенцио, будто вспомнив, зачем мы все собрались в кабинете, наконец взглянул на меня. Его голубые глаза были темнее, чем у его сына, и взгляд проходил сквозь меня, словно Фенцио не хотел смотреть мне в глаза, но был вынужден это делать. Ангел подпёр лицо рукой, устало спросив:       — Итак, Вики. Что за спектакль ты снова устроила?       — Это был не спектакль, а тренировка. Люцифер готовил меня к соревнованию по крылоборству.       — Тренировка? — Фенцио убрал руку от лица и изобразил удивлённую гримасу.       — Вики, со стороны это выглядело, как нещадная потасовка. — Пояснила Мисселина.       — Но всё было не так, я ведь объяснила уже. — Я почувствовала резкую усталость и прижала руки к вискам. Но усталость быстро сменилась злостью. — Почему вы не вызвали на допрос Люцифера?       — К чему ты клонишь, Уокер? — Фенцио привстал со стула, облокотившись ладонями об стол.       — Фенцио. — Быстро окликнула ангела Мисселина. — Девочка же спрашивает из любопытства, любой бы задал такой вопрос в подобной ситуации.       Фенцио уселся обратно на стул и прикрыл глаза, тяжело дыша. Было видно, что его терпение скоро разобьётся на миллиарды осколков, которые вследствие полетят в меня. Моё терпение тоже не выдерживало абсурдности ситуации. Слова вырвались из меня раньше, прежде чем я их осмыслила.       — Если вы меня ненавидите так сильно из-за матери, то я прошу прощения за неё. Но я — не она.       В кабинете вновь воцарилась тишина. Даже Мисселина не решилась вмешиваться в личную тему для седовласого ангела, опустив глаза вниз. Геральд убрал руки от груди и напрягся, чтобы в случае чего кинуться наперехват Фенцио. Но ангел продолжать неподвижно сидеть, не проронив ни слова. Наконец, он раздражённо скривил губы и ответил:       — Да, ты — не твоя мать. У неё не было той силы, коей владеешь ты. И, к сожалению для тебя, ты не настолько умна, как Ребекка, иначе бы тут не сидела. — Фенцио выдохнул, снова теряя терпение. — Меня раздражает твоя глупость, Вики. А не то, что ты — дочь Ребекки Уокер.       — И в чём же я сглупила?       Сердце учащенно забилось, сейчас мне стало страшно. Фенцио закипал от злости, и я боялась его ярости. Он смотрел на меня так холодно, словно старался превратить в ледышку, чтобы затем расколоть на тысячу кусочков. Теперь я понимала, почему Фенцио никогда не смотрел мне прямо в глаза. Были ли это ненависть или обычное раздражение — неважно, в конечном счёте всё сводилось к негативным последствиям.       — В том, что общаешься с демонами, особенно близко с Люцифером. Ты выбираешь себе неверных друзей, как впрочем и свой путь.       — Не тебе её наставлять на истинный путь. — Процедил сквозь зубы Геральд, перебивая ангела, на скулах заиграли желваки.       — А кому? Тебе, что ли? — спросил Фенцио наигранным весёлым тоном. — Ты видишь, какой путь она избрала, и молчишь. Она выбрала себе в наставники сына Сатаны, Геральд! Девчонке нужно вставить мозги на место и как можно быстрее.       Я оторопела от услышанного. Люцифера в наставники? Это же до нелепости смешно. Тогда почему мне не хочется смеяться? Да, в какой-то степени Люцифер закалил мой характер, помогал с учёбой, даже провёл на следуюший уровень обучения. Сегодня и вовсе тренировал. Но разве это можно было назвать наставничеством? «Когда я займу трон, я бы хотел, чтобы такой демон, как ты, оказался рядом» — мигом вспомнились слова демона. Я встряхнула головой, отгоняя прочь мысли, но всё-таки один вопрос не давал мне покоя.       — И чем же так плох Люцифер? Помимо того, что он — сын Сатаны и потому нужно его остерегаться.       Фенцио поджал губы, понимая, что сказал лишнее. Геральд же продолжал сверлить глазами Фенцио, не обращая на меня никакого внимания. И я повернулась к самой разумной находящейся здесь бессмертной.       — Мисселина? Вы можете объяснить мне?       — Могу. — Твёрдо ответила ангел, обращая на себя укоризненные взоры мужчин. — Ей было бы полезно это знать. — Мирно объяснила Мисселина им, переводя свои небесные омуты на меня. — Из тюрьмы Ада сбежал опасный заключённый. Вики, есть подозрения, что Сатана помог сбежать ему. И… Люцифер тоже может быть причастен к этому.       — И вы в это верите?       Я смотрела вопросительно на Геральда, но демон снова отвёл взгляд в сторону. Я сделала шаг вперёд, давая понять, что мне нужен ответ сейчас же.       — Я не обвиняю Люцифера, Вики. Но осторожность никому не повредит.       Я истерично засмеялась. Теперь и у меня Люцифер начинал вызывать нотки опасения, но я быстро их отбросила. Люцифер был истинным демоном, чаще всего нещадящим ничьи чувства, но он не стал бы идти против того, что дарило ему временную свободу от отца. Он не стал бы вредить школе и её ученикам.       — Если вы подозреваете Люцифера, то делаете его причастным к убийству Лоры. Возможно, сын Сатаны — садист, но он не способен на убийство невинной души, даже если не своими руками. — И добавила уже шёпотом. — Он может покалечить, но не убить.       — Вики… — Мисселина успокаивающе положила руку на моё плечо, применяя свои силы воздействия, но я сбросила её ладонь.       — Это бред. Бред — винить детей в поступках родителей, и Вам ли это не знать, ангел Фенцио?       Это была последняя капля, и Фенцио вышел из-за стола, твёрдо направляясь ко мне, чтобы скорее всего свернуть мою шею и заставить замолчать навсегда. Геральд резко встал перед мной и загородил крыльями.       — Фенцио, неужели ты сорвёшься на невинной девчонке?       — Да! — Громко выкрикнул ангел, сжимая руки в кулаки. — Я заставлю её поумнеть хорошей поркой.       — Воспитывайте сына своими жестокими методами, а мне вы не отец! — Гневно выкрикнула я из-за спины Геральда, стараясь привстать на носочки, чтобы увидеть и затем испепелить взглядом ангела.       Геральд отмахнул меня рукой, отбросив движением на диван. Молниеносно он схватил за плечи Фенцио и с усилием стал отталкивать того к стене. Мисселина подбежала к ангелу и что-то успокаивающе зашептала.       — Уокер, выйди вон.       Властный голос Геральда эхом отозвался в ушах, отрезвляя от собственного праведного гнева. Я поспешно вышла с кабинета, громко хлопнув дверью.       Оказавшись в холле и вдохнув свежий прохладный воздух, я со страхом осознала, что только что натворила.