Eternal Duality

      Вероятно, многие, если не все, хоть раз в жизни задавались довольно сложным, философским вопросом — «Почему я здесь?». И действительно, почему же? Невозможно так сразу взять и ответить на столь непростой и объемный вопрос, ведь смыслов, которые он в себе таит, может быть бесчисленное множество, и все охватить попросту не хватит сил и времени. Но есть и более приземленные грани этого возвышенного интереса. Более буквальные.       «Почему я здесь?» — именно таким вопросом следует задаться, очнувшись в незнакомом месте под плеск воды и шум водопада, брызги которого отчаянно старались дотянуться до лица. Да, пожалуй, это самый подходящий вопрос для оказавшегося в такой ситуации парня, обнаружившего себя лежащим на берегу по пояс в воде.       Насквозь промокшая одежда невероятно холодила, зубы стучали, как заведенные. Он резко подорвался, но тут же пожалел об этом, сдавленно ухнув и повалившись обратно на песок. Все тело налилось просто непосильной усталостью, как будто залитое свинцом. Более того, казалось, что каждый миллиметр кожи сгорает в огне, а каждая мышца предельно вытягивается и скручивается, причиняя страдания. Именно так парень и мог описать свое состояние, задумчиво разглядывая голубое небо и плывущие по нему ватные облака.       Листва оживленно шелестела, вокруг, куда ни глянь, было зелено от обилия растительности. Как будто небольшой оазис, в лесу раскинулось это райское местечко. И в очередной раз он задал себе вопрос. Ожидаемо, без ответа. Вместо этого голова предательски загудела при малейшей попытке что-то вспомнить. Рука сама собой потянулась к затылку, чтобы обнаружить там большую шишку и кусочки запекшейся крови, прилипшие к изрядно отросшим темно-фиолетовым волосам. Похоже, он крепко ударился головой, когда, судя по всему, свалился с вершины этого водопада, ведь память ему отшибло капитально. Мысли путались, не выходило уцепиться ни за один призрачный образ, возникающий перед внутренним взором. Он как будто пытался не то что дотянуться, хотя бы рассмотреть что-то сквозь мутное стекло, чистка которому уже и сниться перестала. Даже попытка вспомнить собственное имя привела лишь к еще одной легкой вспышке мигрени. Правильно ведь говорят, что, чтобы проверить наличие амнезии наверняка, стоит попытаться вспомнить хоть какие-то факты о себе. Ирония в том, что про совет-то он отлично помнил, в отличие от всего остального.       Тяжелые первые слова пришедшего в сознание человека больше были похожи на невнятное бормотание заядлого выпивохи. Даже пара крепких ругательств была похожа на детский лепет. Язык как будто отсох, появилось навязчивое ощущение, что орган лежит совсем не на своем месте, из-за чего в течение минуты парень старательно перекладывал язык во рту, задумчиво рассматривая рябь на воде. Вторая попытка принесла больше плодов, хоть чувство дискомфорта никуда и не делось. О каком комфорте может идти речь, когда человек падает с высоты восьмого этажа?       — Как я вообще выжил?       И снова вопрос без ответа, лишь смутное ощущение, что причины вполне понятны и логичны. Хотя нет, почему же без ответа? Все кристально ясно — его спасла Аура. А Аура, как всем известно, это… Вот здесь и возник очередной провал.       Тихий вздох сорвался с разбитых губ. Парень потянулся к воде, пить хотелось неимоверно. Он черпал живительную влагу трясущимися руками, жадно поглощая каждую каплю до тех пор, пока иссушающая жажда не сменилась приятной прохладой. Жить сразу стало легче, а уж после того, как он омыл лицо прохладной водой, смыв запекшуюся кровь, так и вовсе живым себя почувствовал. Тогда же он и обратил внимание на подернутое рябью отражение в водной глади, с интересом глядящее на него багровыми глазами с той стороны. Бледноватое лицо по цвету почти сравнялось с бумагой из-за столь явного контраста с темно-фиолетовыми локонами, обрамляющими лицо. Пара непослушных прядей упала на прямой нос.       Одежда также подверглась тщательному осмотру, насколько это было возможно сделать, не снимая ее. Стеганая кожаная куртка с элементами брони на плечах была удивительно целой в сравнении с тем, что осталось от футболки под ней. Она была распахнута, когда в район солнечного сплетения, судя по затягивающемуся розовой кожей ожогу, пришелся выстрел. Да и вообще весь потрепанный вид парня наталкивал на мысли о том, что он не так давно выбрался из крупной переделки, чудом оставшись в живых.       Он отполз подальше от воды, туда, где шершавый песок сменяла мягкая трава. Каша в голове пусть и перестала быть такой густой, но все еще оставалась довольно наваристой. Лежа на спине, он методично похлопывал себя по одежде, надеясь найти хоть что-нибудь. Так, в нагрудном кармане обнаружилась простая зажигалка с откидной крышкой, а в набедренном кармане черных штанов нашлась сиротливая пластиковая карточка номиналом в сотню льен. И ни намека на документы или хоть что-то, что могло сойти за удостоверение личности. Даже банально такой необходимой вещи как свиток он найти не сумел. Да и глупо было надеяться, что он стал бы работать после удара и длительного пребывания в воде. А пролежал он без сознания точно не меньше пары часов, по крайней мере, все его раны указывали именно на это. Мелкие уже затянулись благодаря таинственной Ауре, а крупные существенно уменьшились. Как жаль, что болевые ощущения Аура не подавляет.       — Валить надо, — вслух рассудил безымянный, неуверенно поднимаясь на ноги. Но нет, освеженное речной водой тело стоически выдержало нагрузку, даже боль немного отступила. Внимание парня привлекла вершина водопада. Он плавно провел взглядом вдоль края, обнаружив, что там есть не такой крутой склон, по которому можно было бы подняться. Придется обойти, но исследовательский интерес вкупе с необходимостью узнать хоть что-то о себе взяли верх. Шаткой походкой он неспешно побрел в нужную сторону, удерживая руку перед лицом, чтобы густые ветки попридержали желание познакомиться поближе.       Вопреки прикидкам парня, небольшая прогулка не заняла так много времени. Самым сложным и долгим оказался, ожидаемо, подъем. Торс, представляющий собой один большой синяк, просто горел, однако парень стоически переносил все тяготы и с поистине ослиным упрямством продолжал подниматься, иногда даже помогая себе руками на особенно крутых участках. Такая себе разминка, но те ощущения, которые переполняли его, когда он наконец забрался, были просто непередаваемы. Чувствовать себя победителем было очень приятно. До поры до времени. Он уже почти добрался обратно к водопаду, как вдруг споткнулся обо что-то, притаившееся в высокой траве. Безымянный резво отскочил в сторону, едва не свалившись обратно вниз, когда увидел, обо что же он споткнулся. Искаженное гримасой боли и ярости, местами обожженное и разбитое лицо пустыми, стеклянными глазами смотрело прямо на него. Труп отчаянно сжимал в задубевших руках рукоять пистолета, при взгляде на который у безымянного неприятно зачесался ожог.       — Я его помню! — с удивлением констатировал парень, без особого удовольствия вглядываясь в гротескную физиономию. Перед внутренним взором стремительно проносились смутные образы битвы, принося с собой мигрень, головокружение и тошноту. Он присел на траву в паре метров от тела, глубоко дыша. Прийти в себя удалось не сразу — новые и новые детали всплывали в памяти. Это была засада. Эти люди напали на него, он смутно припоминал короткую вспышку ярости, во время которой он их всех и перебил. Толика отвращения взыграла в душе, когда он буквально заново переживал все эти убийства, пусть и без деталей. — Ну и хрен с вами. Заслужили!       Он озлобленно сплюнул на землю и поднялся, бормоча что-то невнятное себе под нос. Водопад находился в десятке метров от того места, где сейчас осматривался парень. Он нашел по меньшей мере три тела, не совсем уверенный, сколько их вообще должно быть. Каждый из трупов сжимал в руках оружие, даже не успев осознать, что погиб. Они умерли быстро, о чем и свидетельствуют глубокие раны на шее или в области сердца. В некоторых местах виднелись таинственные подпалины. С трудом верилось, что все это сделал именно он.       Подступила легкая тошнота, парень обернулся прочь от тел, но тут его взгляд уцепился за яркий отблеск в траве под одним из множества деревьев, растущих вдоль всего обрыва. После минуты интенсивных вдохов и выдохов интерес взял верх, безымянный направился туда, чтобы хотя бы краем глаза взглянуть, что же это там такое блестит. Как сорока, ей-богу! Там-то, в примятой траве, он и обнаружил искомое. Короткая, чуть длиннее локтя, прямая катана без ножен маняще блестела в свете солнца, пробивающегося через густую листву. Лезвие не несло на себе практически никаких следов боя кроме кровавых разводов, присохших к лезвию.       И он было потянулся к потерянному кем-то оружию, как вдруг раздался оглушительный треск сухой ветки совсем рядом. Безымянный вскинул голову, всего на мгновение улавливая перед собой силуэт, заносящий руку с ножом для смертельного удара. Парень толком не успел понять, что происходит. Он зажмурился, однако, тело среагировало быстрее разума. Левую руку прошибло слабой вибрацией, как если бы по ней пришелся легкий удар тока, а вот слух уловил оглушительный треск, писком отдавшийся в ушах. Парень в удивлении распахнул глаза как раз в тот момент, когда ветвистая синяя молния сорвалась с кончиков его пальцев, смертельным потоком устремляясь к несостоявшемуся убийце. Удар был такой силы, что мужчину отбросило в противоположную сторону на добрые пять метров. Дымящееся тело, как кукла, растянулось в полете, чтобы распластаться бездыханной звездой после.       Безымянный шокировано хлопал глазами, упав на пятую точку и оценивая результаты своих случайных трудов. Не без удивления он рассматривал и свои ладони, только что со столь пугающей легкостью отправившие человека на тот свет. То ощущение, когда разряд проходил через его тело, и то, во что он превратился после… Настораживало, если не пугало. Но что страшило еще больше, так это уверенность в том, что все произошедшее абсолютно правильно и в этом нет ничего необычного. Это осознание пришло так же резко, как кирпич, что падает на голову неудачливому строителю, забывшему надеть каску. Он был абсолютно не готов к подобному. А память услужливо подкидывала все новые и новые детали. Кровь бешено пульсировала в висках, словно гудение трансформатора, а сердце грозилось в любой момент вырваться из груди. Поток образов был столь огромен, что организм не выдержал. Его вырвало прямо на траву, после чего, покачнувшись, он повалился рядом. В ушах шумело, перед глазами встала мутная пелена, любой источник света казался ослепительно ярким.       Его вырвало еще пару раз, сознание начало уплывать, однако, из последних сил парень отполз в сторону, чтобы не вырубиться прямо в неприглядном содержимом собственного внутреннего мира. Мир вокруг закружился безумной каруселью, прежде чем померкнуть. — Куда ты? — взволнованно вопрошал женский голос. — Это по работе. Мне нужно покинуть Мистраль. Это временно. Пара месяцев, может, год. — Во что ты опять ввязался?! — Лайонхарт направил меня в Вейл в качестве подкрепления. Говорят, там сейчас туго. — Думаешь, так будет лучше? — У меня нет выбора, сестренка, такая уж у меня работа. Я буду присылать деньги на твой счет. Все будет хорошо, бойцам вроде меня платят очень даже неплохо, особенно, когда рук не хватает. — Ну да… Наверное… — Прости, Мэй, мне уже пора. У меня есть надежный друг в Вейле, мы когда-то работали вместе. Все будет хорошо, — по дощатому полу застучали торопливые шаги. — Удачи, Вайд…       Он проснулся, резко выпав из сна, как будто бы тот просто выплюнул его из своей пасти. Кажется, кто-то кричал. Парень приподнялся и осмотрелся по сторонам, однако так никого и не увидел. Он лежал все там же, где и потерял сознание. Окружение никак не изменилось, если не брать во внимание расколотый лунный диск на темно-синей небесной глади, усеянной миллиардами задорно подмигивающих огоньков. Ночь была спокойной, почти тихой. Только непоседливые сверчки все никак не прекращали стрекотать в траве, да редкие птицы перекрикивались друг с другом, чтобы затем взмыть в воздух, хлопая крыльями. Он потянул прохладный ночной воздух, пьянящий своей свежестью и обилием запахов. Безымянный помассировал виски, прикрыв глаза и пытаясь понять, что же это была за девушка. И почему она назвала его Вайдом? Может ли быть, что Вайд — это его имя? Во всяком случае, других вариантов он не видел. Вайд так Вайд. Вспомнить собственное имя даже таким странным способом было приятно, вселяло некоторую надежду на то, что воспоминания не утеряны раз и навсегда.       Он несколько раз произнес это имя, как будто пытаясь распробовать, как оно звучит. Результата это никакого не дало, но по крайней мере он убедился, что вслух собственное имя не звучит так нелепо, как могло бы. Взгляд багровых глаз упал на узкую просеку в почти непроглядной стене ветвистых деревьев. Решение было принято незамедлительно и парень даже не стал тратить время на то, чтобы привести себя в порядок. Он просто встал на ноги, просто поднял с земли теперь уже свой меч и просто пошел вперед, что называется, куда глаза глядят. Хвала Ауре, раны уже практически перестали его беспокоить, отдаваясь лишь легким дискомфортом в области груди и затылка. Он шел вперёд, старательно игнорируя собственный желудок, что в качестве акции протеста против голодания затянул китовую песнь и агрессивно булькал, требуя хоть немного съестного. Но Вайд лишь крепче стиснул зубы, двигаясь по, несомненно, рукотворному пути. Слишком уж прямой была просека и слишком уж чужеродной казалась на общем фоне. Аккурат вдоль нее и текла река, которая, согласно одному из главных правил любого заблудившегося, обязательно выведет к людям. Оставалось лишь надеяться, что путь не займет слишком много времени.       Под ногами хрустели ветки, заставляя взведенного, как пружина, парня постоянно вздрагивать. Меж пальцев обеих его рук то и дело вспыхивали синие разряды с ослепительно белой сердцевиной, являющиеся ничем иным, как рефлексом. Он практически не контролировал это. Чем же таким он раньше занимался, что его тело на автомате готово пришибить любого нарушителя спокойствия убийственным разрядом? Может быть, он был охотником? Сложно сказать, ведь свитка при себе он не обнаружил, а значит и наличие лицензии не удастся проверить, пока не доберется до терминала или не приобретет новый свиток. Увы, пока что финансы позволяли лишь первое. Сто льен в кармане — не самая большая сумма. Даже родители своим детям иной раз дают в неделю больше денег, чем у Вайда сейчас завалялось в кармане.       — Какого… — он остановился, вытащив меч из-за пояса. Прямо сейчас, перегородив ему дорогу, во всей красе перед Вайдом предстало огромное черное существо, вид которого терроризирует человечество с самого его зарождения. Гримм выглядел как огромная мясистая туша, усыпанная костяными осколками, вросшими в плоть. Та же кость выполняла и функцию брони для существа, напоминающего медведя. И было бы куда спокойнее, если бы перед Вайдом предстал простой Урса, но, увы, удача вновь повернулась к нему тыльной стороной. Стоя на задних лапах и принюхиваясь, Мажор Урса уже предвкушал свежую кровь. Существо опустилось на все четыре мощные лапы и, взрывая огромными когтями землю, на приличной скорости понеслось на Вайда. Парень вытянул руку перед собой, ожидая, что сейчас точно так же, как и в случае с тем внезапным нападением, сможет без проблем разобраться с Гримм. Но что-то пошло не так, Проявление не отзывалось, а расстояние между Вайдом и Урсой продолжало сокращаться. — М-мать! Ну и где эта хрень, когда так нужна?!       Неожиданно даже для самого себя он сорвался вперед в длинном прыжке, пропуская под собой мчащуюся, как таран, тушу. Катана оставила на спине зверя стремительный крестообразный росчерк. Урса оглушительно взвыл, но Вайд не остановился. Быстрый удар наотмашь серьезно задел заднюю лапу чудовища, из-за чего то повалилось на землю и из-за набранной скорости пропахало собой немалую борозду. Вайд тяжело дышал и поверить не мог, что только что с такой легкостью выписал столь сложный пируэт. Да, движения были ломанными, несколько неуклюжими, но ведь одна только мышечная память без реального знания дела — это вам не фунт изюма.       Урса поднялся на задние лапы, пошатываясь и едва не теряя равновесие. Его и парня разделяло всего пять метров. Чудовище возвышалось над Вайдом на добрых два метра, а уж когда Урса занес лапы, то парень и вовсе рефлекторно сделал шаг назад, выставив перед собой единственное имеющееся оружие.       — Все, понял, был неправ! — почти в панике выкрикнул Вайд, когда Урса грохнул передними лапами о землю с такой силой, что почва под ногами задрожала и покрылась рытвинами. Он едва не упал на землю от столь мощного удара, однако нашел в себе силы устоять. Тогда-то он и принял единственно верное в данной ситуации решение — свалить как можно дальше от разъяренного Гримм.       Ноги сами понесли его прочь, разгоняя до предела. Ветер бил в лицо и свистел в ушах, но это не мешало парню слышать, как за ним, практически по пятам, следует сама смерть. Но Урса был ранен и не мог долго преследовать парня. Разрыв между ними начал увеличиваться с каждой секундой и Вайд бы даже сумел оторваться, если бы не корень дерева, притаившегося в траве, где он пробегал. Небо и земля несколько раз поменялись местами, прежде чем его кувыркание наконец прекратилось. Остатки инерции ушли на рефлекторный перекат в сторону, и, видят боги, именно это спасло парню жизнь. Черная туша бульдозером промчалось в опасной близости и, не успев затормозить, на полной скорости влетела в старый, толстенный дуб, ствол которого с опасным треском накренился. Пока оглушенный Урса безуспешно пытался подняться, в голове Вайда почти мгновенно созрел план. Он не придумал ничего лучше, чем использовать меч, вложив в один единственный удар все, на что он только был способен. Лунный свет блеснул во мраке, отражением прокатившись по лезвию. Треск ломающегося дерева усилился еще больше, старый дуб начал падать. Падать прямо на Урсу, который до сих пор дезориентировано водил костяной мордой из стороны в сторону.       Поднялся страшный грохот, когда многотонное дерево под действием неумолимой гравитации обрушились на ночного охотника. Зверь даже взвыть от боли не успел, его буквально полностью придавило. Во все стороны полетела щепа и кусочки коры, но Вайд предусмотрительно отпрыгнул в сторону. Наконец, с тварью было покончено.