Eternal Duality

      С самого утра в баре со звучным названием «Седьмая Пинта» царила расслабленная и умиротворенная атмосфера. Людей было немного: все были заняты работой, как и подобает любому жителю деревни Клиффден. Ну а те, кто посетил бар, являлись либо проезжими путешественниками, либо сменщиками, вернувшимися со стен после ночного караула. Не так важно, кто был посетителем бара, любому здесь найдется удобное теплое местечко и вкусная еда с отличной выпивкой. Ну а если настроен поболтать, то бармен, а по совместительству и хозяин заведения, всегда готов поддержать разговор за кружечкой хмельного или чего покрепче. Словом, не заскучаешь.       Бармен как раз был занят методичным протиранием мутного стакана, когда входная дверь со скрипом отворилась, пуская внутрь немного света утреннего солнца. Внутрь, шатаясь и едва не падая, вошел молодой парень, выглядевший, мягко говоря, неважно. И если естественная бледность и худоба его лица вызывали лишь легкое беспокойство за его здоровье, то вот потрепанная, местами опаленная и прорезанная одежда не оставляла сомнений, что красноглазый ввязался в серьезную переделку. А раз он пришел сюда на своих ногах, а за поясом у него висит клинок, значит, победа все же была за ним. Интерес к незнакомцу взыграл у многих, несомненно. Вот только подойти и поинтересоваться не решился никто — здесь так не принято. Измученной походкой новый посетитель в тишине добрался до барной стойки. И стоило ему присесть на один из стульев, как все посетители вновь вернулись к своим занятиям, а тишина утопла в легком шуме непринужденной болтовни.       — Тяжелый денек? Налить чего, любезный? — вежливо поинтересовался бармен, смерив парня взглядом. Вайд, а это был именно он, волком взглянул на хозяина и тот понял все без слов. То был взгляд человека, чья страждущая душа желает лишь одного — сочного мяса, да побольше. Мужчина торопливо передал заказ повару, который не переставая порхал над плитой в творческом трансе. Он создавал шедевры кулинарного искусства. А бармен тем временем вернулся к стойке. — Плотный завтрак и выпивка на выбор всего за десять льен. Хотя… За счет заведения, если скажешь, что с тобой стряслось.       — Наткнулся на разбойников в лесу… — Вайд почесал затылок, после чего с благодарностью принял стеклянную кружку, до краев наполненную чем-то слабоалкогольным. — Ну, по крайней мере, я думаю, что это были разбойники.       — Вот как? Плохие новости. Разбойников у нас тут нет. Или, похоже, не было, — бармен пальцами подкрутил пышные черные усы. — Это они тебя так? Выглядишь так, как будто с Урсой побороться решил.       — Ну… Эхе-хе, — он снова почесал затылок, пока глаза бармена в удивлении округлялись, а челюсть отъезжала все ниже. Мужчина, хоть и не сразу, взял себя в руки, прочистив горло. Как раз в этот момент единственная официантка в этом заведении вынесла с кухни металлический поднос, на котором сиротливо пристроилась тарелка с дымящимся содержимым и парой кусков свежего хлеба. Вайд провожал ее голодным взглядом, соблазнившись отнюдь не приятными формами девушки.       Бармен пожелал ему приятного аппетита, после чего с задумчивым видом вернулся к своему излюбленному занятию — протиранию несчастного стакана. Ложка только и свистела в воздухе, когда парень едва не давясь накинулся на еду. Щедрая порция вареного риса, политого мясным соусом, была выше всяких похвал, как и само мясо, что кусочками лежало на поверхности, истекая соком. Стоит ли говорить, что с едой он расправился в кратчайшие сроки, с блаженным выражением на лице отодвинув от себя поднос и подперев голову рукой. Он просидел так, практически неподвижно, минуту, вторую, уже пошла третья, но кто-то неожиданно несильно хлопнул его по спине, присаживаясь рядом.       Не без удивления Вайд взглянул на веснушчатого рыжего парня в такой же рыжей рубашке и коричневом кожаном жилете. Несмотря на то, что солнечная улыбка на его добром лице располагала к доверию, Вайда немало настораживал мушкет, висящий у охотника за спиной. А то, что парень был охотником, он не сомневался.       — Привет, дружище. Я вот тут узнать решил, что же с тобой стряслось, что ты как полуживой выглядишь? — поинтересовался жизнерадостный охотник, почти физически фонтанируя невероятной харизмой. Вайд, не сводя с него взгляда, приложился к остаткам выпивки в кружке, после чего мысленно пожал плечами. Что, в конце-то концов, может пойти не так?       — Напали на меня, потрепали здорово, но я отбился. Почти сутки в лесу провел, пока к дороге не вышел. А там и на Клиффден наткнулся, — спокойно пересказал Вайд, лишь краем глаза наблюдая за реакцией собеседника. А тот, как ребенок, ей-богу, глазищи голубые распахнул, рот открыл и молча воздух ловит от удивления. И ведь не притворяется. — Ты чего?       — Так ты охотник! — ни с того, ни с сего заявил рыжий. Заявил так резко, что Вайд даже не сразу определился — гордиться ему, оскорбиться или удивиться. Но выражение его лица все сказало за него. — Круто встретить такого же охотника так далеко от крупного города. Я Марко. Марко Бискотти.       — Типа, как печенье? — парень заинтересованно уставился на охотника, на его слова лишь рассмеявшегося.       — Если так будет легче запомнить, то пожалуйста, — Марко почесал острый подбородок. — А вообще, меня иногда просто Биско называют, но это редко. Да и мне не особо нравится. Лучше уж просто Марко.       — Окей, без проблем. А я Вайд… Ну, просто Вайд.       — А чего без фамилии? Обещаю, никаких сравнений! — Бискотти усмехнулся. Удивительно яркий и жизнерадостный человек до ужаса просто сумел расположить к себе. Вайд даже допустил мысль, что у парня Проявление такое — друзей заводить. Но нет, скорее всего, ему просто попался невероятно дружелюбный охотник.       Немного подумав, Вайд решился открыть ему причину. Он подался чуть вперед и немного понизил голос. Собеседник точно так же придвинулся чуть ближе, обратившись в слух.       — Я очнулся в лесу вчера утром… Без памяти. История про нападение — правда, но про то, что меня еще и с водопада сбросили и в грудь подстрелили, я умолчал. Теперь ясно? — лицо Марко снова вытянулось от удивления, парень хлопал голубыми глазами, глупо уставившись на нового знакомого. — Вот так как-то. Даже имя свое с трудом вспомнил. И то не уверен, что… Эй, ты чего так пялишься?       — Тебе случайно не нужна помощь? Охотники должны помогать друг другу. Да и я сейчас не занят, — оживленно пояснил Бискотти. — Да и это же так интересно. В смысле, это, конечно, плохо, но это же так необычно! Я раньше никогда с таким не сталкивался!       — Угу… Я тоже, — иронично прокомментировал Вайд, вздыхая. — Спасибо, конечно, но я слабо представляю, чем ты вообще сможешь мне помочь.       — Не кисни! Мы, в конце концов, охотники. А значит, есть в базе. Нужно только прошерстить список из… пары десятков… тысяч… действующих охотников… Нет, согласен, дерьмовый план, — признал охотник. Сложно сказать, сколько времени парни провели в молчании. Каждый думал о своем. Но в какой-то момент Вайд, прикинув что-то, хмыкнул и пожал плечами, сиречь пришел к какому-то выводу. Он поделился мыслями:       — Чем ты точно можешь мне помочь, так это транспортом. Есть у тебя возможность как-то быстро добраться до столицы? — парень забарабанил пальцами по дереву. — Я не уверен, но мне, похоже, нужно в Вейл. Там у меня… Друг, или типа того. Надеюсь, если я доберусь до города, то смогу хоть что-то вспомнить.       — Хо-хо! А ведь точно, воспоминания могут возвращаться при каких-то определенных условиях. Я такое в кино видел, — с явным «знанием дела» заявил охотник, заставив своего беспамятного собеседника устало закатить глаза. — Ну правда! Других вариантов ведь нет, верно? А у меня свой маленький шаттл есть. Только топливо закончилось. Поэтому я и здесь. Сейчас только дождусь человека одного и все будет круто!       — Да уж, круче некуда… Так ты здесь с командой? Почему они не с тобой? — просто из вежливости поинтересовался Вайд. После этого вопроса улыбка, не сходящая с лица Марко, резко стала какой-то натянутой, а искрящийся весельем взгляд поблек. Вопрос, что называется, угодил не в бровь, а в глаз. В самый зрачок.       — Я бы… Не хотел об этом говорить, — неуверенно ответил охотник. Вайд понимающе кивнул и положил ладонь на плечо Бискотти, впервые за весь разговор открыто улыбнувшись. Поддерживать людей в сложной ситуации он явно не мастак, но если его потенциальный пилот сейчас захандрит, то это может обернуться проблемами. Однако Марко, казалось, вмиг просветлел, улыбка вернулась на веснушчатое лицо. Вайд удостоился благодарного взгляда поднявшегося со стула охотника. — Идем, я покажу тебе «Коготь».       — Эй, не так быстро…       Наверное, Вайд бы хотел что-то возразить, смутное чувство неправильности происходящего стойко укоренилось в сознании, мешая трезво оценить ситуацию. Слишком быстро развернулись события, слишком просто. Даже подозрительно. Марко оказался невероятно дружелюбным охотником, но именно эта открытость и заставила парня насторожиться. Не то чтобы Вайд помнил многое, но подозрительность по отношению к подобным Бискотти альтруистам была похожа скорее на инстинкт. И все же он двинулся следом, повинуясь какому-то шестому чувству, что успокаивающе призывало просто довериться.       На улице было светло, однако, вдалеке небо заметно темнело — ветер гнал с юга грозовые тучи. Четкой линией погода отделила непогоду от летней жары и лишь легкий ветерок стал тревожным вестником готовой разбушеваться стихии. Ни Марко, ни Вайд не перекинулись ни словом, пока шли по направлению к свободной площадке, находящейся на отшибе деревни, аккурат за стеной. Пройдя через ворота, парень без труда разглядел крупный темно-красный силуэт шаттла, который, стоило сказать, соответствовал своему названию. «Коготь» действительно был похож на коготь, хотя бы потому, что, в отличие от привычных буллхедов, имел острый и немного крючковатый нос и длинный приподнятый под небольшим углом хвост. Вероятно, уместнее было бы назвать судно «Клювом», но это, как ни крути, просто не звучит. А так брутально черный с красными вставками «Коготь» смотрелся очень даже внушительно. Сравнительно небольшой, он все же обладал раскинувшимися в стороны крыльями, на которых были закреплены мощные двигатели, позволяющие ему свободно маневрировать в воздухе и совершать вертикальный взлет с места. Он был немногим меньше атласской «Манты», однако даже внешне выглядел достаточно просторным, чтобы в нем смогла спокойно разместиться команда охотников из четырех участников. Что уж говорить про одного Марко.       Вайд, не оборачиваясь, скосил взгляд на охотника, отметив, что выражение его лица при взгляде на шаттл не выглядело похожим на то, которое он демонстрировал в баре. Это было похоже на какую-то почти неуловимую тоску, как если бы он смотрел на ценную фотографию, на которой запечатлены дорогие сердцу люди. Вайд незаметно скривился от одной только мысли, через что пришлось пройти человеку, потерявшему всю команду. Ведь за время обучения команда становится едва ли не семьей. Сложно оставаться безразличным к людям, с которыми ты бок о бок живешь, учишься и сражаешься четыре года подряд. Еще сложнее сохранить способность искренне улыбаться, как делает это Марко, когда этой самой семьи рядом нет. Что-то в глубине души парня всколыхнулось в этот момент, он определенно стал чуть больше уважать этого позитивного охотника.       И все же, он встряхнул головой, отгоняя печальные мысли. Они уже добрались до шаттла, и Марко с гордым видом представил его на обозрение своего нового знакомого. Он кулаком с силой ударил по неприметной панели, спрятанной на аппарели, после чего та с тихим шипением отъехала и опустилась, образовав трап. Удобно.       — Внушает, — честно признался Вайд. — Не уверен, что когда-нибудь летал на чем-то подобном. Вообще не уверен, что когда-нибудь летал.       — Всю жизнь прожить на земле? Даже представить себе не могу. То ли дело бескрайнее небо, — мечтательно произнес Бискотти, после чего запрыгнул внутрь. — Прошу на борт.       Парень запрыгнул внутрь, последовав примеру охотника. Внутри оказалось немногим просторнее, чем казалось снаружи. Вероятно, из-за того, что свободное пространство тянулось аж до самого хвоста, где, кстати говоря, располагался целый рабочий стол с инструментами и различными деталями, рассортированными по разным коробочкам. Все было предельно аккуратно и не имело ни следа пыли, что говорило если не о чистоплотности хозяина, то, как минимум, о частом использовании стола. Похоже, Марко занимался там своим мушкетом, так как Вайд разглядел запасные детали именно для него.       Вообще, изнутри весь «Коготь» не был похож на транспортный шаттл. Да, гражданские модели часто модифицируют и украшают, но этот — просто апогей, апофеоз! Летающий дом! Боги, да тут даже откидная койка была!       Марко с удовлетворением наблюдал за тем, как его новый знакомый буквально пожирал взглядом каждый сантиметр внутреннего убранства, не скрывая восхищения. В каком-то смысле охотнику даже льстила такая реакция. Особенно, если учесть, что Марко вовсе не нуждается в постоянном месте жительства, так как оно у него уже есть.       Вайд прошел к носу шаттла, протиснувшись в проем между двумя сиденьями и примостившись в кресле второго пилота. От количества разных разноцветных кнопочек, рычажков и тумблеров глаза разбегались во все стороны. Едва ли можно было представить, что в этом упорядоченном хаосе хоть кто-то может ориентироваться. Однако Марко безо всякого труда доказал ему обратное, заняв место пилота. Руки охотника плавно, но ловко запорхали над панелью, и с каждым движением оживало все больше механизмов. «Коготь» ощутимо вздрогнул, ожили внутренние системы, стабилизаторы приготовились выравнивать судно при взлете, однако, автоматически отключились, когда на экране, встроенном в иллюминатор, высветилась красная жирная надпись «МАЛО ТОПЛИВА». Она моргнула пару раз, прежде чем все системы корабля вновь погрузились в сон с целью сэкономить как можно больше остаточной энергии.       — Это была незабываемая посадка. Проблема этого парня, — он легонько хлопнул по штурвалу, — в том, что если ему начинает не хватать топлива, то он становится о-очень капризным. Пришлось посадить его здесь, в первой попавшейся деревне, — Марко заложил руки за голову и расслабленно откинулся на спинку кресла, которая покорно начала опускаться вместе с ним. — Я уже договорился, и местный фермер согласился продать мне немного топлива. По моим прикидкам как раз должно хватить, чтобы добраться до Вейла. Повезло тебе.       — Хм?       — Ну, нечасто такое бывает, что обстоятельства складываются в твою пользу. Обычно приходится надеяться только на себя самого, — пояснил охотник. Вайд не мог не согласиться. — Вот ты частично потерял память, да? Может, есть на свете какая-то сила, призванная уравновешивать все счастье и несчастье, которое переживают люди? Вот просто так, чтобы всего поровну было. Поэтому ты и пришел в Клиффден, поэтому я из любопытства решил к тебе подойти, и поэтому у меня сегодня невероятно хорошее настроение, что я даже решил тебя подкинуть.       — Что ж, ну, тогда потеря памяти — вполне достойный повод для такой удачи. Но не очень приятно, если честно. Чувствую себя… Как бы это сказать…       — Неполноценным? — подсказал Бискотти. Парень кивнул. — Знаешь, как всегда говорил мой отец? Самая страшная потеря в бою — это потеря головы. А остальное поправимо.       — Сложно спорить, — Вайд сдержанно улыбнулся. — Еще сложнее поверить в то, что я сижу и откровенничаю, по сути, с незнакомцем, которому скоро буду по гроб жизни обязан за помощь.       Бискотти лишь махнул рукой, мол, «пустое», и прикрыл глаза. Парень смерил его недоуменным взглядом, ожидая хоть какого-то комментария, но Марко так ничего и не ответил. Неужто и правда абсолютно безвозмездно помочь решил? Дикость какая! Однако, Вайд не мог отрицать, что получить столь неожиданную помощь в такой сложный час было очень и очень приятно. В пору было уверовать в теорию Марко, так сильно напоминающую закон Кармы. Но рассуждать на тему добра и зла сил как-то не было. Парень с ночи на ногах, так глаз и не сомкнул, поэтому они решили сделать это сами. Но он вскинулся, отогнав всякие мысли о сне. Бискотти уже дремал, ожидая, пока фермер вернется с топливом, но Вайд до скрежета зубов был уверен, что расслабляться до прибытия в Вейл ему не стоит. Это не было чем-то конкретным, просто слепая уверенность. Навязчивая мысль, граничащая с паранойей, если угодно. И, как ни странно, парня она вполне устраивала. За стенами королевств жизнь куда опаснее, слишком сильно расслабляться действительно не стоило.       В какой-то степени людей, живущих за стенами, можно назвать авантюристами. Каждый новый день для них — достижение, а следующий — тайна за семью печатями, ведь никто из них не может быть полностью уверен, что пулеметы на стенах смогут отразить нападение отколовшейся от стаи группки Беовульфов, или одинокого Невермора. Авантюристом можно назвать и Вайда, потому что чувствовал он себя почти как новорожденный младенец. Умеющий пускать молнии из рук младенец с рефлексами мечника. И тем не менее, отсутствие памяти вызвало именно такую ассоциацию. Словно кто-то просто взял и вырвал у него из головы большую часть нажитого за неизвестное количество лет опыта. Или даже не вырвал, а просто заблокировал. Ведь все эти воспоминания не могли просто исчезнуть, как мусор не может сам исчезнуть из корзины. Они где-то там, внутри, и Вайд до последнего лелеял надежду, что однажды сможет их оттуда достать.       Желательно, как можно скорее. Чувствовать себя голым перед всем Ремнантом — чувство, сказать по чести, на любителя.

***

      Повинуясь инстинкту, тело покорно сделало быстрый шаг вперед, взмахнув мечом перед собой с впечатляющей скоростью. А затем еще раз, и еще, и так до тех пор, пока не надоест. Стоило признать, даже потеряв память, Вайд отнюдь не выглядел так, как будто впервые взял в руки меч. Короткая прямая катана, имя которой он придумал только что, удобно ложилась в ведущую руку. Что удивительно, тело само вело парня нанести удар всякий раз, когда «Искра» оказывалась у него в руках. А он с радостью следовал этому чувству, удар за ударом возвращая былое мастерство. Ну, по крайней мере, ему хотелось верить, что ему есть что возвращать. Как минимум, умение комбинировать обычный и обратный хват прямо в процессе связки ударов говорило о многом. Как, в общем-то, и само тело, которое безукоризненно точно выполняло любое действие, продиктованное необходимостью. Вайд был в отличной форме, этого нельзя было отрицать. Но какой толк от силы, если пользоваться ей получается с трудом? Поэтому он и махал катаной на улице, пока Марко преспокойно дремал в кресле пилота.       — Ха! — авантюрист резко выбросил руку вперед, как только окончил связку ударов, и меч, удерживаемый обратным хватом, был отведен назад. Увы, Проявление не отозвалось и в этот раз. Не возникло того будоражащего чувства, которое он испытывал всякий раз, когда заряд, генерируемый его телом, высвобождался в виде безумной и неудержимой молнии. Признаться, вспоминая произошедшее в спокойной обстановке, он даже находил это чувство приятным. И всячески пытался воспроизвести его сейчас. В конце концов, если ему удастся хоть немного освоить собственное Проявление, то это существенно увеличит его шансы на выживание в новом-старом мире. — Черт! Еще раз!       Он продолжал повторять комбинации ударов и не оставлял попыток дозваться до молнии ровно до тех пор, пока ветер не донес до чуткого слуха отчетливое рычание мотора. Вайд вгляделся в даль, в черное пятно, поднимающее клубы пыли за собой. С трудом ему удалось узнать в этом гротескную трехколесную помесь мотоцикла и квадроцикла с закрепленной позади телегой. Седой дед в соломенной шляпе за рулем что-то кричал, активно махая руками, и вообще выглядел так, как будто лицом к лицу со смертью встретился и сумел сбежать, отпросившись в туалет. Но даже не это насторожило авантюриста, смотрящего вдаль. А то, что дед даже и не думал сбрасывать скорость, хотя по уму давно пора. И лишь в последний момент багровые глаза округлились, когда в клубах пыли он увидел то и дело мелькающие силуэты знакомых существ.       Ноги сами понесли его к шаттлу, он спешно запрыгнул и разбудил охотника, вручив ему в руки его же мушкет. Сам же, подхватив катану, вернулся обратно на дорогу, до конца не понимая, что собирается делать. Трицикл все приближался, дед орал все громче, а Беовульфы отчаянно пытались его перекричать, или, скорее, перерычать. Рык у них был глухой, жуткий, как будто кто-то медленно тер между собой две массивные гранитные плиты. И эта черная волна насчитывала, по меньшей мере, пятнадцать особей, что уже не внушало особого оптимизма.       Рядом грохнул первый выстрел — Гримм попали в зону поражения Марко. Промах, пуля лишь вскользь задела костяную броню на боку Беовульфа, чего тот даже не заметил, увлеченный погоней. Второй выстрел был чуть удачнее и отколол кусок кости, заставив монстра взвыть. А уж третий наконец упокоил тварь, подобравшуюся достаточно близко, чтобы охотник мог стрелять максимально точно. Расстояние между ними стремительно сокращалось.       — В сторону! — крикнул Бискотти, и Вайд без раздумий последовал команде, рванув прочь с пути несущегося стада. Что он один может сделать против такой орды? А вот граната может! И именно она сейчас здорово проредила неровный строй Гримм, чуть подпалив прорезиненный тент, которым была накрыта тележка трицикла. Старик успешно скрылся за воротами, которые пару секунд спустя начали поспешно закрываться. Небольшие бойницы на стенах ощетинились стволами пулеметов, готовых открыть огонь. В общем-то, именно этим они и занимались, цепляя одиночек, отбившихся от общей кучи, из которой выжило аж шестеро.       Марко и Вайд, не сговариваясь, примкнули спина к спине. Парень чувствовал отдачу от оружия своего вынужденного боевого товарища. Однако, в какой-то момент Бискотти, похоже, надоело стрелять. На его лице Вайд заметил тень улыбки, когда рыжий совершенно неожиданно перехватил свой мушкет за ствол, как бейсбольную биту. Первому же гигантскому волку, решившему напасть, смачный удар с размаху вышиб большую часть внушающих ужас острых клыков. А вот мушкету хоть бы хны. Судя по потертостям на деревянном прикладе, Марко занимается этим регулярно.       Они резко разошлись в разные стороны, одновременно поймав отличную возможность разделить между собой стаю, по три на каждого. И пусть Вайд был не очень уверен в своих силах, боевого запала это ничуть не умаляло. Напротив, почти самоубийственно бросаясь под удары когтистых лап и на одних лишь инстинктах изворачиваясь и изгибаясь под внушающими уважение углами, парень испытывал что-то сродни наслаждению. Как глоток воды после марафона по засушливой саванне Вакуо. Как что-то, по чему он успел соскучиться. Как-то даже неожиданно он понял, что наслаждается боем, а на его лице появилась улыбка, аналогичная той, что была на лице Марко сейчас. Похоже, все охотники страдают от отсутствия инстинкта самосохранения. Хотя почему страдают? Вполне себе наслаждаются его отсутствием. Как, видимо, и сам Вайд, который только сейчас начал мысленно соглашаться со словами Марко о том, что он может быть охотником.       Сталь хищно блестела на солнце, распевая свою смертельную песнь, перемежающуюся с распитием крови извечного врага человечества. «Искра» и ее хозяин не знали пощады. Он выделывал такие трюки, которым цирковые акробаты могли только завидовать, хоть на границе сознания и маячило понимание, что самостоятельно он такое повторить не сможет еще очень долго. В какой-то момент жадная до чужой крови сталь поразила Гримм прямо в глазницу, лишь слегка царапнув край костяной маски — еще один был повержен. Третий попытался напасть со спины, однако, парня на месте уже не было. Он ловко поднырнул под Беовульфа и подрубил ему одну из передних мохнатых лап, из-за чего существо потеряло равновесие. Удар, удар, еще удар — в сторону полетел обрубок пораженной лапы, а также голова, все еще продолжающая скалить клыкастую пасть. Это была чистая победа, в которой Вайд выложился как никогда до этого. И неважно, что до этого он выжил лишь благодаря удаче.       Он обернулся к охотнику, рассчитывая увидеть, что он закончил, как минимум, вдвое раньше него, однако, увиденное его не на шутку отрезвило, встряхнуло и испугало. Упираясь массивными когтистыми лапами в оружие парня, последний Беовульф всей своей пугающей массой навалился на охотника, стоически удерживающего его вес на дрожащих руках. И дураку вроде Вайда понятно — Бискотти долго не протянет. Но между ними встало расстояние в десяток метров.       То ли экстаз от превосходного боя помог ему, то ли реальная опасность пробудила внутри то самое колючее и вибрирующее чувство, от центра груди растекшееся по всему телу. Багровые глаза сузились, когда парень понял — не успеет. Секунды тянулись мучительно долго. Адреналин бушевал в крови, подгоняя его тело вперед. Шаг, еще шаг. Он бежал, но все равно не успевал. Как сияние сверхновой, в его голове зародилась единственная мысль — сейчас или никогда! Даже думать не пришлось о том, что же за идею подкинуло воображение, он все понял сразу, буквально почувствовал. Сердце забилось быстрее, в висках запульсировала кровь, его тело с каждой секундой генерировало все больше и больше смертельного заряда, из-за чего даже он сам начал испытывать боль. Но держался.       За считанные мгновения до того, как силы покинули Марко, Вайд наконец позволил себе выпустить на волю всю скопленную энергию, как будто вырывая пробку из бутылки взболтанного шампанского. Он выбросил руку вперед, вкладывая в это действие всю волю, что была у него, лишь бы поразить врага. Кровь вскипела. Ток, как гитарные струны, истязал нервы. Мир вокруг сузился до него самого и его цели. Вот оно! Мелкие синие всполохи пробежали от его плеча к кисти руки, рассыпаясь на пальцах, чтобы в следующий момент расцвести громадной ветвью молнии, устремившейся вперед с оглушающим хлопком. На секунду показалось, что даже солнечный свет в сравнении с этой вспышкой лишь антимоскитная лампа.       Парень даже допустил мысль о том, что перестарался, когда рискнул боязливо приоткрыть один глаз. Затем открылся и второй, а после его брови взметнулись вверх так высоко, что грозились слиться с линией роста волос. Над не менее шокированным Марко, застыв на задних лапах, стояло тело. И все. Только тело. Ни головы, ни шеи, ни даже передних лап. Пытаясь спасти Марко, Вайд случайно дезинтегрировал половину Беовульфа. А также чертовски перепугал Бискотти, который сейчас смотрел на него, запрокинув голову. Взмокшие рыжие волосы прилипли ко лбу, но он все-таки сумел разглядеть его огромные от пережитого глаза.       — Это. Что. Черт. Возьми. Сейчас. Было?!