В Тридевятом царстве

Сказгород. Кафе «Избушка на курьих ножках». Наши дни. Проворочавшись всю ночь и почти не сомкнув глаз, Ильзат подавил очередной зевок, стоя за барной стойкой в ожидании посетителей. Кафе открылось только пять минут назад, но Андрей предупредил, что сейчас многие прибегут за кофе перед началом рабочего дня. Хозяйки не было, и бариста на правах главного поставил его принимать заказы, чему сам Ильзат был безумно рад. Готовить он умел хорошо, особенно печь: жар духовки и треньканье кухонного таймера успокаивали, но он никогда ничего не делал для посторонних. Вошел первый посетитель — юноша, одетый в простые джинсы и пиджак поверх тонкой водолазки, с парой книжек подмышкой — и он улыбнулся ему как можно доброжелательнее. — Далер, доброе утро! — оказался рядом Андрей, протягивая руку через стойку. Тот пожал ее и улыбнулся чуть смущенно. — Доброе. — Тебе как обычно? — Да, спасибо. — Не доживешь ты до конца учебного года, помяни мое слово, — подмигнул Андрей и отошел к кофемашине. — Я спал! Честно! — Два часа? — беззлобно пожурил бариста. — Тебе не биологию надо преподавать, а литературу. Яркий пример какой-нибудь Гоголевской нечисти. Далер закатил в ответ глаза, перехватил удобнее книжки и положил на стойку сотку. — Держи, — Андрей поставил перед ним бумажный стакан и, взяв купюру, засунул ее обратно в карман его пиджака. — Это нечестно! — покачал головой Далер. — Помирать во славу науки — вот что нечестно, — мягко улыбнулся бариста. — Ладно-ладно, спасибо, — ответил со смущенной улыбкой Далер, кивнул Ильзату и ушел. — Это препод из нашего колледжа, тут, через три квартала, — пояснил Андрей, опираясь локтями на стойку, к наблюдающему за всем молча юноше. — Все хочу пригласить его на лошадях покататься, а он шугается, стоит мне подойти ближе. — А ты на стаканчике напиши, что приглашаешь, — предложил Ильзат, уловив легкую грусть в его голосе. — А хорошая идея! Где же ты раньше был? — загорелся бариста. — Мне тоже становится интересно, — теперь грустные нотки зазвучали в его собственном голосе. — Отставить хандру! — Андрей играючи ткнул ему пальцем в ребра, и Ильзат вскрикнул от неожиданности. — Кофе умеешь делать? — Честно говоря — нет. Я и в кафе-то не работал, — взглянув в зеленые глаза бариста, не смог соврать он. — Ясно. Ладно, не парься, научишься, — Андрей ободряюще хлопнул его по плечу. — Молодец, что не слукавил. Не люблю я ложь, чувствую мгновенно, аж передергивает. Сказгород. Тренировочное поле колледжа. Наши дни. Первый удар городских часов на ратуше заставил спешащего Ваню вздрогнуть и задрать голову вверх. Треснувшее стекло, защищающее циферблат, бликовало на солнце, но, приложив руку козырьком ко лбу, он смог разглядеть стрелки. Большая из них заметно дернулась, и часы возобновили свой когда-то прерванный ход. Широко ухмыльнувшись, Ваня поправил ручку спортивной сумки и помчался к полю на тренировку перед послеобеденными парами. Часы били удары ему вслед. — Иван! Снова опаздываешь! — нахмурился старший тренер, когда он пулей выскочил из раздевалки, на ходу завязывая шнурок игровых шорт. — Извините, Виктор Михайлович, больше не повторится, — Ваня по привычке отвел виноватый взгляд, но потом вскинул голову и посмотрел тренеру прямо в серые глаза. — Теперь все будет по-другому, обещаю. — Беги на разминку, — покачав головой, Виктор Михайлович, устало вздохнул и направился в центр поля. Сказгород. Кабинет мэра. Наши дни. — Федор Михайлович, к вам можно? — раздалось за спиной высокого мужчины, стоящего у большого панорамного окна. Он обернулся и кивнул своему секретарю. — Да, Рома, говори. — Вы просили сообщить, если в городе появятся новые люди, — секретарь подошел к столу и положил перед мэром несколько распечатанных фотографий, сделанных камерами наблюдения. — Да. — Иван Обляков, тот бедовый сирота, позавчера утром покинул город и вернулся через полтора суток вот с этим юношей. Я нашел сведения через социальные сети: зовут Ильзат Ахметов, тоже сирота и одного с Иваном возраста. — Хм… — мэр внимательно вгляделся в снимок и поморщился, услышав, как городские часы начали бить свой отсчет в который раз за день. — Если заметите что-либо странное, хоть что-нибудь, бегом ко мне! — Сделаем, Федор Михайлович, — Роман медленно моргнул, глядя мэру за спину, и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но развернулся на пятках и вышел из кабинета. Сказгород. Кафе «Избушка на курьих ножках». Наши дни. Закрутившись в делах, которыми его весь день нагружал Андрей, пытаясь обучить, Ильзат не заметил, как наступил конец смены и на пороге появился Ваня. — Отработал? — сегодня, после тренировки и учебы, весь взъерошенный и усталый, он совсем не производил впечатления полного надежд и бравады парня, которым был вчера. Ильзат хихикнул, глядя на него. — На тебе сегодня ездили? — Тренер гонял безбожно. Все мечтает, что мы что-то выиграем, — Ваня пожал плечами. — Если ты все, пошли наверх, покажу кое-что. — Сейчас, только поесть нам возьму, — он нашел взглядом бариста. — Андрей, заработал я сегодня на еду? — А как же! Сейчас утащу вам чего-нибудь, — подмигнув, тот скрылся за дверью кухни.

***

Устроившись на полу у дивана в небольшой гостиной квартиры на втором этаже, ребята быстро уничтожали мясной пирог, запивая большой порцией горячего чая. — Давай, показывай, — покончив с ужином, сытый Ильзат довольно потянулся, опираясь плечом о диван. Ваня вытер руки салфеткой и полез в рюкзак. — У тебя в квартире много книг со сказками, но это, — он достал толстую цвета красного дерева с золотым тиснением книгу, — но это совершенно другая история. — Сказки и фольклор — баловство. Поступил на вечернее отделение, чтоб работе не мешало и от одиночества отвлекало. — Неправда, — покачал головой Ваня и положил книгу ему на колени, — тянет тебя в это. — Летопись Лукоморья, — Ильзат пробежал пальцами по золотым буквам и, открыв книгу со вздохом, присвистнул. — Ничего себе, да это же мы! По реке вброд идем. — Это из нашей сказки, — придвинувшись ближе, Ваня перелистнул несколько страниц назад. — Вот посмотри. Тут написано: «У Бабы Яги было два сына: разные, как день и ночь, духи непролазных лесов и обширных степей, вольные, как звери лесные: медв…», а дальше чернила стерты. Ильзат наклонился, пытаясь лучше рассмотреть картинку. — Яра — Баба Яга?! Хм, по ней не скажешь. — Ты просто плохо ее знаешь, — захихикал Ваня и открыл книгу ближе к середине. — Вот, еще посмотри. Это Виктор Михайлович, мой тренер. — Подожди, у него что, чешуя? И рога? — Хуже всего, что у него видимо еще крылья и хвост, — закатил глаза он. — Написано, что он дракон Цмок. — Как как? Цмок? — Ильзат от души расхохотался. — Очень смешно! — насупился Ваня, краснея, и отвел взгляд. — А он симпатичный, этот твой Цмок, — произнес Ильзат. — Он не мой, —отреагировал тот и зарделся сильнее. — Брось, в этом нет ничего плохо, — Ильзат сжал его плечо, утешая, но предложил со смешком. — Если мы в сказке, то, может, тебе его просто, ну, в щечку цмок и делу конец? — Не тянет он на Спящую царевну, а я на семерых богатырей. Хотя иногда так на треньках бушует, что волей-неволей признаешь — дракон! — закатил глаза Ваня. — Ох, Вань-Вань. Как же сложно поверить, — закусив губу, Ильзат покачал головой, пролистал книгу дальше и снова удивленно воскликнул. — Это же ваш егерь, Кирилл, кажется. Смотри, какой на нем странный наряд, ряса или что… — Это не ряса, а колдовская мантия, — Ваня ткнул пальцем в картинку. — Видишь, сколько на ней разных знаков. Ильзат перевернул еще несколько страниц и почувствовал, как сердце стукнуло где-то в горле. На нечеткой из-за подтеков рисунке он и Кирилл стояли друг к другу спиной: в руках мужчины горел фаербол, а сам Ильзат держал в ладони блестящий сюрикен. Но больше его поразила пара золотых брачных браслетов, что опоясывали их правые запястья. — Вань? — произнес он, касаясь пальцами картинки, будто проверяя на подлинность. — Вань, что это значит? — Не знаю, правда, текста-то нет. Думаю, кто-то хотел уничтожить книгу, потому что у половины историй нет или конца, или начала. Но я уверен, — он положил руку на книгу, — я уверен, что это правда. Ильзат задумчиво нахмурился и погладил "летопись" по углам и корешку. — Можно я оставлю ее пока у себя? Почитаю. — Конечно, — кивнул Ваня и глянул в окно. — Найдешь там много интересного. Спасибо, я, пожалуй, пойду в общагу, а то меня потом комендант не запустит.

***

Когда Ваня ушел, Ильзат заварил еще чаю и устроился с книгой на кровати в спальне. Полная луна ярко светила в окна, а по тихому воздуху доносились удары городских часов. Он внимательно смотрел на изображение местного егеря, одетого в колдовской наряд. Какие-то смутные тени мелькали в голове, но Ильзат никак не мог остановить их, чтобы разглядеть, и в груди крепла с каждым новым вдохом уверенность, что он с Кириллом уже хорошо знаком.