В Тридевятом царстве

Лукоморье. Северное наместничество. За восемнадцать лет до сказгородских событий. Крутясь в бесконечных водоворотах, Вику думалось, что он давно погиб, захлебнувшись соленой водой, и это лишь его душа металась, не находя покоя. Однако, когда крупная волна выбросила его на сушу, заставив удариться коленями о скользкие камни, он почувствовал, как легкие наполнил воздух, и услышал кричащих в сероватом от сумерек небе чаек. Царапая ладони об острую гальку, он пополз от воды к сухой полоске выступающего берега. С трудом поднявшись Вику осмотрелся в поисках какого-либо укрытия. Воздух искрился от мороза, и ночь грозила убить холодом. В нескольких метрах от себя среди обглоданных кем-то кустов он увидел еле заметную тропинку, которая вела на верх холма. Стянув тяжелый, чудом уцелевший сюртук, Вику поправил рубаху, вылил из сапог ледяную воду и пошел по тропке, ступая босыми ногами по земле. На его счастье рядом со старым, раскидистым остролистом притаилась небольшая землянка, и тонкая дымка выплывала из печной трубы на крыше. Облегченно вздохов, он подошел к низкой двери и постучал три раза в привычном для Лукоморской империи приветствии. — Кто пожаловал? — раздался за дверью звонкий девичий голос. — Гости, — сказал он. — Гостям мы рады, — теперь ему ответил низкий мужской, и спустя минуту дверь отворилась, обдавая Вику теплом. — Заходи, добрый молодец. — Я потерпел крушение, и меня выбросило на ваш берег, — сразу пояснил он крепко сбитому, высоченному мужчине, который чуть ли не чиркал косматым затылком потолок. — Где я? — В Северном наместничестве. — О, святые руны. Осознав, как далеко его забросило от Норберто, Вику закрыл глаза руками, роняя сапоги и сюртук на пол. — Проходи, милый, — рыжеволосая девушка, юркнувшая мимо мужчины, взяла Вику за руку и усадила ближе к весело потрескивающему посреди землянки очагу. — Тебе необходимо согреться.

***

— Значит, вы плыли в Свободных водах, и на ваш торговый галеон напал сам Манту, — спустя полчаса принялся за расспросы Ксим, хозяин землянки. — Да. Капитан Норберто посадил нас в шлюпку, надеясь, что так мы избежим гибели. Последнее, что я помню — это корабль, весь был объятый разрушающей магией Морского дьявола, а после нас накрыла волна, — Вику отодвинул от себя глиняную плошку с горячей похлебкой. — Я не знаю, что случилось с Дмитрием и моим названным братом Денисом, но чувствую, что капитан жив. Просто чувствую. Роса, жена Ксима, перестав хлопотать у огня, подошла к ним и присела на подлокотник кресла своего супруга. — Если ты хочешь, я могу посмотреть, что с ним. — Ты ведунья? — воспрял духом Вику. — Не такая сильная, как мой муж, — улыбнулся она. — Полноте, дорогая, — Ксим взял ее за руку, слабо сжимая. — Бытовая магия — твоя стезя. Роса встала и направилась к большому сундуку у окна. Повязав платок поверх густых кудрей, она положила на стол серебряное блюдо с филигранными краями и золотое яблоко, на вид что настоящее. Ксим налил в блюдце воды из крынки и вернулся в кресло. Тихо зашептал заклинание, колдунья положила яблоко в самый центр и провела над блюдом рукой, но ничего не произошло. Сдвинув тонкие брови, она вновь прошептала заговор, громче прежнего, и сделала пасы: один, другой, третий и снова безрезультатно. — Пожалуйста, Матерь, — Вику стиснул рукав своей рубахи. — Пожалуйста. Мне нужно к моему капитану. — Ты не моряк, верно? — подняла на него зеленый взгляд Роса. — Верно, — ответил он. — Тогда дай свою руку. Мне нужна капелька твоей крови. Он решительно протянул ей раскрытую ладонь. Роса легко кольнула безымянный палец булавкой, и алая капля упала в воду, которая сразу же закружилась воронкой, проглатывая яблочко. Перед ними на блюде возникли высокие черные скалы в сизой дымке и корабль со спущенными парусами. Разведя ладонями туман, колдунья тихо спросила, указывая на мужчину в коричневой мантии, стоящего на палубе. — Он? — Да! Он жив! — воскликнул Вику, но прижал руку ко рту, испугавшись, что его вскрик разрушит магию. — Не бойся, — с легким смешком успокоил его Ксим. — Моя Роска — сильная колдунья. Я знаю где они. Это Священный грот Манту. Неизвестные земли. Бухта рядом со Священным гротом Манту. За восемнадцать лет до сказгородских событий. Стоя у фальшборта, Норберто задумчиво глядел на проступающие сквозь холодную предрассветную дымку очертания огромных черных скал. Придя на флот еще одиннадцатилетним юнгой и исплавав не одну тысячу лье, он никогда не был в Неизвестных землях. Нахмурившись, он бросил косой взгляд на капитанский мостик, где в схожей с ним позе стоял Морской дьявол. Манту отсалютовал ему, привычным для моряков жестом, прикладывая два пальца правой руки к брови, и легко поклонился. Норберто сделал то же самое, хотя быть вежливым с человеком, уничтожившим его корабль, было последним из того, что ему хотелось бы делать. Но Манту не был человеком, а у капитана все еще была команда, за которую он отвечал. — Не бойтесь меня, — сойдя по трапу с мостика, Морской дьявол встал рядом с ним, устремляя взгляд на скалы. — Вы взяли в плен меня и мою команду, а также уничтожили мой корабль. Страх — не та эмоция, что я испытываю. — С членами вашей команды вплоть до последнего матроса все в порядке. С кораблем относительно тоже. Слово моряка. — Вы не моряк. — Чудовище? — Манту зыркнул на него, свернув молниями в глазах. — Когда-то я был капитаном военной шхуны и не сильно от вас отличался. Даже охранительную звезду носил совсем как ваша, только она мне не помогла. Капитан галеона встретил его взгляд. О Морском дьяволе ходило много легенд и его слова могли быть правдой, а могли и не быть. К тому же, мысли Норберто сейчас занимало иное. — Что со шлюпкой? Вы утопили ее. — Отнюдь. Волна должна была вынести их к Западным портам в целости и сохранности, — возразил Манту. — Вы же понимаете, что я вам не верю, — ответил Норберто. — Разумеется, но я покажу вам то, что заставит поверить и, возможно, даже встать на мою сторону. На сторону самого Морского дьявола. Выделив последние два слова, Манту круто развернулся на каблуках и вернулся на мостик, махнув плащом, будто крылом ската. Лукоморье. Северное наместничество. За восемнадцать лет до сказгородских событий. Подняв серебристый парус на небольшом челноке, Ксим сделал ловкий пас рукой и закрепил полотно магическими узлами. — Лодка вынесет тебя прямо к Норберто, но будь осторожен. Вику коснулся весла и нерешительно забрался в челнок. — Это сработает? Стоявшая по колено в воде Роса засмеялась. — Да не бойся, сработает. Сами сюда на нем приплыли из пруда в Центральных лесах. Неужто твоя мама не рассказывала тебе сказку про волшебные бобы? Она популярна в ваших Западных городах. Так вот эта лодка из бобового стебля и сделана. Перенесет куда пожелаешь. Ксим спрыгнул с маленькой пристани к жене в воду и, приобняв ее за плечи, махнул Вику рукой. — Удачи тебе. — Кто вы и почему мне помогаете? - обратился к ним Вику, еще не погружая весло в воду. — На первый вопрос ты когда-нибудь сам найдешь ответ, а второй, — Ксим улыбнулся и глянул на лукаво прищурившуюся жену, ни дать ни взять лисицу. — Любовь — самая сильная магия. В тебе она есть. — Чу! — крикнула Роса и, наклонившись, обрызгала челнок и Вику в нем. — Плыви! Плыви да к любви его приведи! Весло упало лопастью в воду и, вызвав еще больше брызг, отправило лодку сквозь волны к горизонту. Вику крепко зажмурился, вцепившись в край скамейки и представил Норберто, надеясь и веря, что скоро увидит его во плоти.

***

— Я не верю, что Манту мог напасть на людей, — сказал получасом позже Ксим, помешивая суп, который варился над очагом. — Я сам провел обряд воцарения, и дух его Океан испытал. Урош с самого рождения был самым благородным человеком, которого мне довелось знать за всю свою долгую жизнь. Усталая после колдовства Роса сидела в большом деревянном кресле, попивая ягодный отвар. — Я тоже не верю, тем более ты ведь тоже чувствуешь прорехи в магическом поле. Взгляд ее стал расфокусированным, словно она видела перед собой не кухонный стол, а нечто иное. Заметив это, Ксим опустился рядом с ней на пол, прижимаясь к укрытым вязаной шалью ногам. — Придется прервать наш свадебный отпуск. Ласково погладив его по волосам, Роса грустно улыбнулась. — По силе ответственность. Разве не так ты говорил, обучая меня? — Ты тогда была совсем девчушкой. Конопатая, озорная, разбрасывала магические искры веселья ради, — Ксим поднялся сам и помог жене встать. — Пора снять личины, дорогая. — Так и скажи, что соскучился, — подмигнула Роса и взмахнула руками крест на крест, точно снимая невидимый сарафан. Рыжина волос пропала, кончик носа поднялся вверх, фигура стала округлой, и глаза из зеленых стали лазоревыми. Истосковавшись по настоящей внешности своей молодой жены, Ксим, прижал ее ближе, нежно целуя, однако та ласково его оттолкнула и снова взмахнула руками. Его личина спала, и теперь Роса сама кинулась ему на шею, обнимая так сильно, как могла, одновременно покрывая поцелуями любимое лицо. — Магистр Максим, — отступив, колдунья сделала книксен, лукаво смотря на него из-под опущенных ресниц. Вместо сурового мужчины с черными, жесткими волосами, заплетенными в косы, перед ней стоял статный магистр магии Лукоморья и улыбался, глядя с блеском в красивых, карих глазах. — Ягашка, прекращай. Когда ты меня так последний раз называла? — усмехнулся он. — Аккурат перед тем, как разбив твои щиты, прочла, что ты на самом деле чувствуешь к своей ученице, — озорно ответила Яга. — Слава Матери, среди магов это обычный случай, — Максим поцеловал ее раскрытую ладонь и, щелкнув пальцами, сложил все пожитки в полотняной рюкзачок. — В путь, дорогая. Навестим-ка нашего старого друга Океана, а то носа ведь не кажет из своих глубоководных пещер!