Покупатель желаний

/Обстановка как в первой сцене: так же горит лампа, так же вьются бабочки. Поэт и Бабушка снова сидят за вечерним чаем. Он печален и слаб – обмяк на стуле, как тряпичная кукла; она бодра и деятельна – то вяжет, то суетится с самоваром, то поправляет букет, то накрывает Поэту ноги пледом, то пододвигает к нему вкусности/ Поэт /держась за сердце/ Ах! Бабушка. Брось убиваться! Поэт. Ах! Бабушка. Съешь-ка лучше плюшку. Поэт. Ах! Бабушка /начинает сердиться/ Прекрати ахать и ныть! Самому не противно, в конце концов? Поэт. Но Девушка с лилией… Она была моим будущим – а теперь любит другого. /мрачно/ Я буду печалиться до конца дней. Бабушка. Говорила и говорю: она того не стоит. Поэт /гневно/ Помолчала бы лучше! Ты говорила, что она кукла, которую дергает за ниточки отец… Бабушка. Теперь дергает другой – велика ли разница? Поэт. Но не я. Почему у меня не вышло овладеть ее сердцем? Бабушка. Обидишься, если скажу. Поэт /вздыхая/ Не обижусь. Бабушка /отложив вязание/ Дело в том, что ты сразу открываешь нараспашку свое сердце, смешно судишь о людях и очень недальновиден. Но поверь – со временем, когда станешь взрослей и опытней, твоя доброта... /Ее речь прерывает бешеный стук в дверь. Бабушка идет открывать, и в комнату врывается Девушка с лилией. Ее белое платье порвано, а цветок в руке выглядит помятым/ Девушка с лилией. Вы о чьей доброте говорите? О его? /обвиняюще указывает на Поэта, тот вжимается в спинку стула/ Бабушка. Вас не спросила. Здороваться не учили, девушка? Вы же вроде такая воспитанная. Девушка с лилией. Но ваш внучок меня точно переплюнет. Из-за него я лишилась счастья… Бабушка /равнодушно садится в кресло и отхлебывает чай/ Оно само у тебя разлетелось, как карточный домик. На чужом несчастье его не построишь. Девушка с лилией. Этого следует бояться не мне, а ему! Поэт /вдруг осмелев, нагло/ Не я тянул тебя к Покупателю желаний. Ты сама пошла. Так хотелось денег – или славы, быть может? Или красивого щеголя, вторую куклу себе под пару? /с мрачной радостью/ А Писатель тебя все-таки бросил! Наверное, после того, как ты озвучила мечту выйти за него. /смеется/ И много ты получила за такой примитив? Бабушка /роняя чашку с чаем/ Ах! Ты и правда посоветовал ей? И сам туда ходил? О нет, только не это! /чай кляксой растекается по полу, Поэт пристыжено краснеет и смущается/ Девушка с лилией /расплывается в улыбке/ Ага! Значит, ходил – и получишь свою награду! Поэт /шепотом/ Моей наградой была бы ты. Бабушка /приходя в себя, Девушке/ Вижу, не у одной вашей соперницы бывает жестокое лицо! Только не при Читателях, правда? Но сейчас вы себя выдали! Девушка с лилией /надменно/ Смотрю, вам все рассказали. Тем лучше, теперь вы знаете об унижении своего внука! Я вполне отомщена. А это тебе, на память! /Бросает цветок лилии Поэту под ноги и уходит, хлопнув дверью/ Бабушка. Я все еще не верю, что мой добрый мальчик... /к Поэту, причитая/ Ладно, эта девица – но зачем ты это сделал, зачем?! Зачем отомстил? Поэт. Я сам жалею. Мне не стало легче… Бабушка. Вот видишь! Поэт /сжимая кулаки/ …потому что мой гнев и желание мести лишь растет! /чуть не крича/ Я хочу причинить ей еще больше горя! Бабушка. Не надо, не надо! Ты не такой. Поэт /явно страдая/ Именно такой. Бабушка. Неправда. Злость пройдет, и ты поймешь, что сделал лишь хуже – местью ничего не исправишь. Поэт. Ничего! Бабушка. Ничего. Как и теперь. Лучше б сделал ей добро – стало бы легче! Поэт. А не хочу! Пусть будет хуже – всем! Я не могу перестать желать зла! Желаю его всей своей душой. Бабушка /горько/ Очень, очень, очень жаль. Поэт /оживляясь/ Постой! Так в этом и спасение мое... Иди-ка сюда… /Бабушка походит, он шепчет ей что-то на ухо/ Ты думаешь, получится? Бабушка /веселея на глазах/ Может быть – не знаю – не будем загадывать... Ложись-ка спать, а я тут все приберу /неодобрительно глядит на пролитый чай/. Поэт. Может, я помогу? Бабушка. Не надо. Вынеси только этот… цветок. Мне неприятно к нему прикасаться, но лилия – символ чистоты. Она ни в чем не повинна и заслуживает умереть в саду, где порхают траурные мотыльки, посреди своих сестер во всем белом, глядящих на мир с высоких стеблей – и чтобы они дивно благоухали ей на прощанье. Поэт. Хорошо сказано и придумано! /поднимает лилию/ Странно, кстати, эта совсем не пахнет. Постой! /разглядывает цветок внимательней/ Она что… бумажная?!