Команда №7

Наруто шел через лес, пытаясь почувствовать хоть кого-то с соответствующим Кисаме объемом чакры, но вдруг он почувствовал за стоящим поблизости деревом кого-то. - Выходи, - сказал он, зарядив мечи чакрой молнии. Оттуда появился АНБУ Конохи в маске Ласки: - Приветствую, Ями Карасу. Или я должен сказать, Узумаки Наруто. - Ласка, давно не виделись, не думал, что кто-то кроме Джирайи знал, где я. - Тебя не так и сложно найти, если знать, где искать. - Хватит этих игр... - сказал Наруто, - зачем ты здесь, Итачи? Гендзютсу вокруг него рассеялось. Пропала фарфоровая маска, а вместо униформы АНБУ появился плащ Акацуки. - Как ты понял, что это я? - спросил ниндзя-отступник. - Саске как-то рассказала, что твоей маской в АНБУ была маска Ласки. - Хн. - И все же, зачем ты здесь? Акацуки лишились лидера и по факту заканчивают свое существование. В чем смысл навещать меня? - Я пришел поговорить, - Итачи был все также спокоен. - Тогда говори. - Это я слил информацию о местонахождении Кисаме. - Ты хочешь, чтобы Акацуки были добиты, верно? - спросил Наруто, а потом задал вопрос в никуда, - ты ведь никогда не был на их стороне. - Возможно, - не признавал и не отрицал Итачи, - но я пришел не за этим. Я хочу поговорить о Саске. - Ээээ... Саске? - Наруто удивил данный поворот событий. Не сам факт того, что Итачи заинтересован в своей младшей сестре, а то, что старший Учиха пришел именно к нему с этим вопросом. Итачи кивнул. - Ну... Сильная и талантливая куноичи, хорошая фигура, характер не очень вот только. Что тут говорить то?.. Хотя в характере ты виноват, - попытался отшутиться Наруто. - Я рад, что ты о ней такого мнения, но я не совсем об этом, - Итачи не показывал своего раздражения. - Не говори загадками, Итачи, тогда ты получишь нормальный ответ. - Хорошо, - Учиха тяжело выдохнул, - скоро мне предстоит сразиться с Саске, я хочу, чтобы ты позаботился о ней после боя. - Ты проиграешь? Ты уж прости мое неверие, но ты - преступник S-класса, а Саске... А-класс, но не S. - Я уже сам не S-класс, - признался Итачи. - Что?! - Наруто был шокирован. - Я смертельно болен, не первый год даже. Чудо, что я смог прожить до сегодняшнего дня, но я уже чувствую, что мой конец близок. - Ты планируешь умереть в бою с ней, верно? - Да. Я умру, и клан Учиха будет отмщен. - Это не всё. - Верно. Я не хочу, чтобы хотя бы часть моего тела, особенно глаза, попали к Орочимару. Он не стал бы просто так ее учить, а раз он не планирует использовать ее, как следующий сосуд, то у них есть какая-то договоренность. Я уверен, что эта договоренность - мой шаринган. Наруто еще с начала разговора заметил что-то неладное во взгляде Итачи, но только сейчас метнул быстро два сюрикена мимо его головы. Учиха уклонился как-то странно, неуклюже, будто вслепую... Тут Наруто понял. - Ты почти слеп. - Да, я уже почти ничего не вижу. Недавно я использовал Аматерасу и после этого мое зрение почти совсем угасло. Я с трудом вижу дальше четырех метров, ориентируюсь только по своим сенсорным способностям. - И в чем проблема? Орочимару просто получит слепой комплект глаз, от которого мало толку. И как ты вообще умудрился ослепнуть? Итачи выдохнул и решил объяснить: - Многие считают, что три томоэ у шарингана - это высшая стадия его развития, но это не правда. Есть еще две, первая из которых называется Мангекье Шаринган, - томое в глазах Итачи закрутились превратились в трехконечный сюрикен, - эти глаза дают три особые способности пользователю, способности, которые запросто могут поднять генина на уровень джоунина, которые из обычного шиноби B-класса могут сделать опасного шиноби S-класса. Шиноби S-класса же поднимается с такими глазами на божественный уровень. Учиха Обито не был сильным шиноби, но его способность становиться нематериальным вывела его на уровень сильного джоунина, когда он высвободил Лиса. Я был шиноби среднего A-класса, когда получил Мангекье, и это позволило мне в одиночку вырезать весь клан Учиха. Учиха Мадара был точно шиноби S-класса, а получив Мангекье, он стал известен, как Бог мира Шиноби. - Мангекье - опасный инструмент, но не все так хорошо, верно? Итачи кивнул: - За Мангекье приходится платить дважды. Первый раз, когда пробуждаешь его, а второй - когда пользуешься. Считается, что Мангекье пробуждается, когда Учиха убивает своего лучшего друга, но это не правда, иначе Кагами или мой отец Фугаку, не были бы единственными пользователями Мангекье за время с основания скрытых деревень по окончание Третьей Мировой войны шиноби. Во время войны все теряют товарищей, была бы армия непобедимых Учих с Мангекье. Мангекье пробуждается, когда Учиха теряет смысл жизни, когда теряет всё. - Например? - Возьму для примера Шисуи: он был сиротой, единственным человеком в его жизни был его лучший друг, поэтому, когда тот был убит в конце войны, у Шисуи не осталось ничего, и его Мангекье пробудился. - А твой? - спросил Наруто, но Итачи его проигнорировал. - Эмоциональный стресс велик, и он сильно сказывается на Учиха, это и есть первая плата. Вторая плата - зрение. Чем больше ты используешь Мангекье, тем сильнее слепнешь. Сейчас в жизни Саске есть только одна цель, одна вещь. Желание убить меня - это ее линия жизни. Я уверен, что когда я умру, она пробудит Мангекье. - Ты боишься, что, узнав о бесполезности твоих глаз, Орочимару снова пойдет за Саске? Но это же глупо. Получив Мангекье, она уйдет в S-класс и с легкостью даст ему отпор. - Не только это. Получив мое ДНК, Орочимару сможет воскресить меня с помощью Эдо Тенсэй и использовать меня для получения знаний или чего-либо еще. Но и на этом все не заканчивается. Для пользователя Мангекье есть возможность преодолеть недостаток слепоты, навсегда вернуть свое зрение и возвести свои способности на новый уровень. Для этого нужно пересадить Мангекье близкого родственника. Это называется Вечный Мангекье Шаринган. - Ты хочешь, чтобы Саске получила его. - Да, - кивнул Итачи. - Я могу организовать пересадку глаз через Цунаде, но зачем мне нянчиться с Саске? - Это моя личная просьба. Ты сможешь ее выполнить? "С Мангекье у Саске должно хватить сил победить почти любого соперника. Она не достаточно горячая голова, чтобы не знать, когда отступить. Значит, я нужен, чтобы удержать ее от каких-то безрассудных поступков. Но что может такого случиться, что пойдет вразрез с идеями Итачи? Может Орочимару сможет получить ее как сторонника... Стоп, сила Мангекье Обито и Какаши отличается от силы Итачи. Может быть Итачи не знает, какая способность будет у Саске?" - У Саске и так будет достаточно сил, чтобы постоять за себя. Не вижу смысла в том, чтобы нянчиться с ней. С твоим Аматерасу она будет просто поджигать Орочимару, пока тому не надоест сгорать. Или ты не уверен, что у нее будет Аматерасу? - подвел к своей идее Наруто. Итачи оценил и ум Узумаки и его хитрость и решил ответить честно. - Я не хотел тебе раскрывать тайны Учиха, но раз уж это единственный способ тебя убедить, то ладно... Способность Мангекье зависят от желаний сердца его обладателя. По крайней мере, такая моя теория. Шисуи был пацифистом, его мечтой был мир без войн и решение конфликтов без кровопролития, поэтому его силой стало Котоамацуками - сильнейшее гендзютсу, способное переписывать разум человека. Я также придерживался подобной точки зрения, но я был готов на активные действия, поэтому я получил черное пламя Аматерасу и второе по силе гендзютсу - Цукуеми. Я думаю, Обито хотел сбежать от реальности, поэтому получил пространственно-временную технику. А что получит Саске? Я не знаю. "Больше он мне ничего не расскажет, но ладно." - Саске моя подруга, я могу с ней понянчиться какое-то время. - Последи, чтобы она не наделала глупостей, - на лице Итачи появилась незаметная ухмылка. "Здесь больше тайн, чем кажется..." - И второй момент, - Итачи достал свиток, - я был для Шисуи лучшим другом, но именно ты был его маленьким братом, поэтому он оставил две вещи тебе. Первая - контракт призыва ворон. - Это, конечно, здорово, но у меня уже есть контракт, - непонимающе ответил Наруто. - Можно иметь два контракта, если оба призыва не против. - Ладно, - согласился Узумаки и подписал кровью свиток. Итачи сложил серию печатей, и в дымке появился ворон. - Это личный призывной ворон Шисуи. Это твой второй подарок. - И чем этот ворон особенный? - поднял бровь Наруто. - Этим, - ответил Итачи, и ворон открыл свой левый глаз, в котором вращались три томоэ шарингана. Вдруг рисунок изменился на четырехконечный сюрикен, и мир вокруг Наруто потемнел.

***

Наруто открыл глаза и очнулся в парке Первого Хокаге, в Конохе. Он услышал детский смех и пошел в сторону его источника. Перед его глазами была детская площадка, на которой он увидел людей, которых не должно было быть там. Девочка, похожая на маленькую Ино била по голове мальчика, похожего на маленького Шикамару: - Вставай, лентяй! Сколько можно ничего не делать? - кричала она. - Отстань от меня, проблемная женщина, - прикрывался руками он. В ее глазах была видна сильная ярость, она сжала кулаки. - Я тебе сейчас покажу "проблемная", - прорычала она. Маленький Нара сглотнул от страха и быстро начал убегать. - Не стоит убегать, Шикамару, от этого тебе будет только больнее! - кричала она догоняя его. Тут Наруто заметил, как Киба, Менма и Чоуджи стояли и смеялись над этим. И тут он сам вспомнил этот день. Как он был на этой площадке, но постеснялся подойти к ребятам. Он пошел туда, где должен был быть его молодой двойник. Он подошел к дереву, на ветке которого сидела его маленькая копия, и запрыгнул к нему рядом. - Как тебя зовут? - спросил подросший Наруто свою детскую версию. Мини-Наруто ничего не ответил и лишь указал пальцем за спину своей взрослой версии, спрыгнул и убежал. Наруто обернулся и увидел, что рядом с ним на ветке сидит АНБУ в маске Ворона. "Хм, я его даже не заметил..." задумался Наруто,"маска ворона... Это же Шисуи! Но как? Он же умер," - удивлялся он," стоп... Я сражался с Итачи... Тот странный шаринган... Гендзютсу... Это все гендзютсу... Но может ли гендзютсу читать мои мысли, я уверен, что Итачи не было рядом со мной в тот день... Может, но не такое... Я почти забыл этот день, день когда я впервые встретился с Шисуи. Значит, это гендзютсу самого Шисуи, но как?" - Вижу ты уже догадался, - сказал АНБУ, сняв маску. - Как ты это сделал? - спросил шокировано Наруто. - Я запечатал часть своей чакры, своего сознания, в свой левый глаз перед тем, как отдать его Итачи. Я попросил, чтобы он передал тебе этот глаз, когда посчитает нужным. Это мой последний тебе подарок. Глаза Наруто расширились от удивления, но он быстро успокоился и усмехнулся. - Я действительно для тебя так много значу? - спросил Наруто. - Можешь даже себя не спрашивать, иначе бы я с тобой столько лет не возился, - ответил Шисуи, - я был все время почти сиротой. Хоть я и потомок великого Учиха Кагами, но я почти все время был один. У меня был друг, но он погиб под конец войны, потом в моей жизни появился Итачи. Мы оба жили с клеймом гения, наши отношения были скорее дружеские или даже кохай-сенпай, но мне было нужно не это. Лишь познакомившись с тобой, я нашел того, кого мог бы назвать братом, хоть мне и нельзя было раскрывать свою личность. Но впрочем ладно, не будем обо мне, лучше расскажи, как сложилась жизнь у тебя. И Наруто рассказал. Все от начала и до конца. От обнаружения мокутона и правды о своем статусе джинчуурики и родителях до становления Данзо Хокаге, побега из Конохи и становления мечником Тумана. - Мокутон, значит... Поверить не могу, что этот геном снова у кого-то проявился, - прокомментировал Шисуи. - Я и сам удивился, но без него я бы не стал тем, кем стал сейчас, - согласился Наруто, - я бы и не пережил тот день. - Наруто, я хочу тебе кое-что рассказать. Это касается моей смерти и резни клана Учиха. - Я так и знал, что здесь все не чисто... - сказал Наруто себе под нос. - Совсем не все. Ты же был учеником Какаши, верно? Он рассказывал вам про Учиху Обито? - Да, Обито был сокомандником Какаши, который якобы умер во время войны, но потом вернулся свихнувшимся и натравил Девятихвостого на Коноху, приведя в тому, что я остался без семьи. - Верно, но это лишь часть истории. Во время эпохи войн кланов Сенджу и Учиха были кровными врагами, хоть Хаширама и пытался это исправить, но Тобирама всегда подозревал их в чем-то нечистом. Становление Мадары первым отступником лишь усугубило эту ситуацию и окончательно впечатало в ум Второго, что Учиха - почти абсолютное зло. Это привело к тому, что он дал клану Учиха позицию полиции Конохи. Гражданские любили наш клан, но ниндзя понимали, что это было сделано для того, чтобы держать Учих на виду. Когда Хирузен стал Третьим Хокаге, ситуация не поменялась. Будучи учеником Тобирамы, он унаследовал недоверие к нашему клану и оставил все, как есть. После Первой войны случилась Вторая, а дальше и Третья, наш клан пытался поправить свое положение в Деревне, но регулярные конфликты Мира Шиноби постоянно не давали нам набрать достаточно сил. Даже главенство Кагами не спасало клан, хотя он и был "доверенным" Учихой. Со временем клан прижимали все больше и больше. Атака Девятихвостого была последней каплей. Люди стали обвинять Учих в заговоре против Деревни, против Хокаге. Тут уже и не только верхушка клана была затронута. Люди начали говорить о перевороте, сначала незаметно, за посиделками за чаем, потом эти разговоры переросли в обсуждения на собраниях клана, а в итоге они выродились в конкретный план по перевороту. Я и Итачи, мы были шпионами, двойными агентами, шпионами Учиха в АНБУ и шпионами Хокаге среди Учих. Мы оба понимали, что переворот было необходимо остановить любой ценой, иначе погибнут все. Переворот вылился бы в гражданскую войну, который бы немедленно воспользовались враги Конохи, это был бы конец Деревни и всем ее жителям. Мы пытались как-то устроить переговоры, сгладить ситуацию, но Хирузен на своем втором сроке уже не обладал той силой воли, что была у него раньше. Хокаге не справлялся со стрессом, результатом стало то, что целый год переговоров не привел ни к чему. Отдельную роль во всем этом сыграл Шимура Данзо. Этот человек живет войной, он полностью принял концепт Учиха, как великого зла, но при этом завидовал их силе. Он увидел возможность наконец-то избавиться от архиврага Конохи, при этом получив наш геном в свою организацию. Он прикладывал все усилия, чтобы разрушить шансы на мирный исход, но доказательств этом не было. В итоге я предложил использовать мой Мангекье Шаринган, чтобы разрешить конфликт мирным путем, Хирузен согласился на это, но Данзо посчитал, что такая мощь должна быть только в его руках. Он атаковал меня и забрал мой правый глаз. Свой левый глаз я отдал Итачи, чтобы он передал его тебе, когда придет время. Итачи судя по всему все-таки получил миссию по уничтожению нашего клана... Хоть я и не понимаю, как он смог сделать это в одиночку... Сказать, что Наруто был шокирован, значит не сказать ничего. Коноха сама создала себе врага и сама же его уничтожила руками невинного человека. Теперь понятно, почему Итачи так беспокоится о Саске. Если она узнает об этом приказе, то ничто не остановит ее от уничтожения Конохи, кроме ее смерти, а Итачи явно этого не желает. - Я рассказал это тебе, чтобы ты понимал, что даже в самом мирном месте все не так мирно, как кажется. Я это рассказал, чтобы ты понял, что иногда нет мирного решения конфликта, что вражда в той или иной степени будет всегда, пусть и не самая явная, как в случае с лишением Учиха какой-либо власти в Деревне. - И как это касается меня? - спросил Наруто. - Ты стал важной фигурой в мире Шиноби, тебя уважают и тебя боятся, ты должен быть готов к тому, как на тебя могут воздействовать, особенно, если ты станешь слишком сильным, слишком бесконтрольным. Люди боятся то, что не могут контролировать. - С этим я согласен, нельзя прожить детство джинчуурики не усвоив этот урок, - грустно кивнул Наруто. Шисуи грустно ухмыльнулся: - Это верно... Тишина повисла после этой фразы Шисуи. После того, как два "брата" поделились своими жизнями, моралями этих историй, им осталось лишь обдумать все это и извлечь свой урок. - Наруто, - начал Учиха, - сейчас может начаться Четвертая Мировая война. Война за обладание риннеганом, можешь выполнить мою последнюю просьбу? - спросил он. - Какую? - Я хочу, чтобы ты остановил эту войну. Сделай то, чего не смог сделать я. Ты говорил, что скоро собрание Каге, я хочу, чтобы ты явился туда и использовал Котоамацуками, чтобы все решилось без кровопролития. Наруто был удивлен просьбой Учихи, но после небольшого осмысления, ему не осталось ничего кроме как согласиться. - Никогда бы не подумал, что стану вестником мира, - усмехнулся он. - Никогда не знаешь, что ждет тебя впереди пути, Наруто. Я могу лишь пожелать тебе удачи, - сказал Шисуи, - не забывай, что мы воюем ради мира, как бы парадоксально это не звучало. Изменить систему шиноби, а уж тем более сердца людей, почти невозможно, но можно приложить максимум усилий, чтобы свести кровопролитие к минимуму. Моя чакра подходит к концу, Наруто. Помни, кто ты есть и не сворачивай со своего пути. И удачи! - попрощался Шисуи, и иллюзорный мир вокруг Наруто начал рушиться. - Прощай, нии-сан, - прошептал Наруто и открыл глаза.

***

Наруто очнулся лежа на земле, ворон с одиноким шаринганом кружил вокруг. Итачи давно уже исчез оттуда. - Предотвратить войну, значит? Сохранить мир? - говорил вслух Наруто, вставая, - ну и нагрузил же ты меня, Шисуи. Ворон сел на его плечо. Взгляд Мангекье ворона пересекся с взглядом Узумаки. Четырехконечный сюрикен отражался в его глазах. Наруто развеял технику призыва. - Я выполню твое последнее пожелание, Шисуи-нии, но сначала надо найти Кисаме.