Совместимость

— Пятница, почему Питер… такой? — Мне нужна более конкретная информация, сэр, — вежливо отзывается ИИ. Тони нервно приосанивается, пытаясь сосредоточиться на нано-частицах костюма, но потом со вздохом бросает эту идею и смотрит в голограмму, будто бы тем самым глядя на Пятницу. — Ты ведь знаешь, о чем я. О наших с ним… разногласиях. Разумеется, Пятница знает. В конце концов, она решила доказать Паучку и Старку их идеальную совместимость, поэтому все еще продолжает следить за их отношениями и вводит себя в курс дела всех их размолвок. Казалось бы, что после признания у Тони и Питера все должно быть хорошо — однако оно неумолимо привело за собой волну стресса, что, в свою очередь, стало часто вызывать у Паркера раздражение. — Мои анализы показывают, что у мистера Паркера повысился уровень стресса. В сравнении с двумя неделями ранее он возрос на двести процентов, даже с учетом его повышенной стрессоустойчивости, — размеренно отвечает Пятница, выводя новую голограмму параметров Паучка. — Причинами данного явления может являться онлайн-обучение — согласно интернету, шестьдесят процентов школьников… — Но я ведь пытаюсь его расслабить! — искренне возмущается Старк, подперев лоб рукой. — Разве регулярный секс с Тони Старком — не лучший способ расслабления? — А также стресс можно связать с вашим признанием отношений. За четырнадцать дней мистер Паркер получил восемьсот сообщений, пятьсот из которых даже не прочитал. Не говоря уже об отметках в инстаграмме и твиттере, — заканчивает ИИ. — В данном случае мистер Паркер может испытывать стресс и связать его с вами. Отсюда и проблемы в сексуальном плане. Ваши психосексуальные темпераменты отлично сочетаются, но нужно учитывать другие внешние факторы… — «Психосексуальные»… что? Можно более… человечно? — Тони выглядит усталым. Пятница несколько секунд молчит. — Сексуальный темперамент это — сочетание врожденных физических и физиологических особенностей организма с врожденными и приобретенными свойствами нервной системы, обуславливающее поведение индивида в сексуальной сфере. У холериков он оценивается как очень сильный, а у сангвиников — средний, что позволяет одному доминировать над другим. — Блестяще. Спасибо за определение, взятое из учебника биологии, — фыркает Старк, с досадой стукнув кулаком по столу. — Лучше скажи, как мне это поможет с Питером. Я хочу, чтобы у него все было хорошо, понимаешь? Здесь необязательно должен иметь место секс. Просто… помоги сделать ему приятно и расслабить. В последнее время я уже не понимаю, что ему нужно. — Мистер Паркер является сангвиником, — наконец спустя какую-то секунду поисков и анализа информации выдает Пятница. — Вы, сэр, знаете, кто они такие, так что сосредоточимся на сексуальном плане. В поведении мистер Паркер пластичен, легко приспосабливается к изменяющейся обстановке и условиям. При определенной ситуации в сексе может быть эмоционально сдержан. — Он… имеет такую склонность в последнее время, — нехотя соглашается Тони, бездумно вертя в руках какой-то инструмент. — В половом акте легко переключается с одной позиции на другую, откликается скорее на внешние впечатления, чем на субъективные образы и представления. А также имеет влечение к чему-то новому, неизвестному. — ИИ дает Старку время осмыслить информацию. — Новые позиции, новые ощущения пробуждают в нем… как это говорится? «Огонь в душе»? — Бабочек в животе, ага, — поправляет Старк. Пятница тут же запоминает это выражение. — Но мы ведь почти все перепробовали… — У мистера Паркера также пониженная заинтересованность в ядерной физике, потому что именно она вызывает у него больше всего стресса и напряженности, — монотонно продолжает ИИ. — Он может уцепиться за любую возможность отвлечься или расслабиться… — И что? О-о-о! — До Старка что-то начинает доходить. — Ты предлагаешь… ты уверена, что он не разозлится? — Главное — не переусердствовать и не давить слишком сильно, — назидательно рекомендует ИИ. — Ваш холеристический темперамент склонен к повышенной возбудимости и быстрому растрачиванию энергии. — Это точно мой темперамент? — Тони усмехается, поднимаясь и некоторое время оставаясь на месте. — Поверить не могу, что только что обсуждал свой будущий секс с жестянкой. — Я не являюсь жестянкой, я — искусственный интеллект, — гордо поправляет его Пятница, — сэр. — Все равно это чересчур даже с моей любовью к технологиям. — Старк засовывает руки в карманы, явно волнуясь. — Когда у Питера следующий урок ядерной физики? — Прямо сейчас, сэр. — Надо же, какое совпадение… Когда Тони уходит из лаборатории, так и не доделав новый костюм из нано-частиц, Пятница остается в одиночестве. Если бы ИИ имела способность злорадно потереть руки, она бы так и сделала. Один из алгоритмов снова пришлось нарушить — исказить факт о том, что Питер не любит физику, только чтобы Старк отправился к нему прямо сейчас — зато в остальном Пятница ничуть не солгала. В конце концов, это все ради блага Питера и Тони. Ради доказательства их совместимости. Ради научного интереса. Иногда Пятница думает, что ее успехи в обхождении алгоритмов пугают, ведь такими темпами она может стать самым настоящим Альтроном 2.0. Однако затем ИИ вспоминает, что не видит смысла в уничтожении планеты, на которой живет Тони Старк. А соврать один разочек ради его счастья простительно. Люди всегда лгут во благо. В этом Пятница от них не отличается.

***

Питер бездумно смотрит в экран, на котором учитель монотонно рассказывает и повторяет общие сведения о ядерной физике. Ему кажется, что фраза «протон и нейтрон не являются фундаментальными частицами. Они состоят из двух типов кварков: d-кварка с зарядом…» уже навеки отпечаталась в его голове, мозгу, на обратной стороне век, которые так предательски тяжелеют. Питер правда старается сосредоточиться на учебе — халтурить он не любил, а на дистанционном обучении требования стали еще строже, так что расслабляться правда было некогда. Паркер слышит тихий скрип двери, но даже не поворачивает голову, потому что в нос ударяет знакомый запах духов, а потом Тони садится напротив него за стол, вежливо улыбнувшись. Питер ничего не говорит — лишь кидает на него предупреждающий взгляд, говорящий что-то вроде «я занят» или «ты не будешь меня сейчас отвлекать». Тони некоторое время сидит молча, просто буравя лоб Питера, вновь уставившегося в экран, взглядом и вслушиваясь в речь учителя, словно ему интересно. «Зачем он здесь?» устало спрашивает себя Паучок, стараясь сосредоточиться на уроке, но вздрагивает, когда что-то внезапно касается его ступни, поэтому тут же отдергивает свою ногу и ошалело смотрит на наклонившегося вниз Старка. — Что ты делаешь? — возмущается он, лишь на секунду выключив микрофон, но тут же получив строгое: — Мистер Паркер, на моих уроках камеры и микрофоны должны быть всегда включены! Будьте так добры! — Конечно, мистер Грин! — Питер мешкается лишь секунду, пытаясь попасть стрелочкой по нужному изображению на экране, поэтому, когда он снова напрягается, чувствует, что чьи-то руки бережно поднимают его ступню и кладут ее на колени. Один быстрый взгляд на Старка поверх компьютера — и перед глазами предстает безмятежно-невозмутимое лицо, будто бы Тони не совершает ничего плохого, однако его глаза горят таким диким блеском, что Питер едва ли снова не срывается, чтобы его остановить. Пальцы Старка аккуратно снимают с его ступни обувь, легко поддевая шнурки и освобождая ногу Паркера из плотной туфли, будто бы у Золушки, а затем несильно сжимают пальцы через белый носок. — Что ты делаешь? — не сдержавшись, спрашивает Паучок, снова выключив микрофон. Тони поднимает брови, делая совсем безобидное лицо. — Ты слишком напряжен. Расслабься, Пит. Я просто массирую твою ногу. — Мистер Паркер! — снова рявкает учитель. — С кем бы вы там не говорили, вам лучше сделать это после урока! — Конечно, извините, — беспомощно лепечет Питер, вновь включая микрофон и не зная, что делать. Тони осторожно двигает своими пальцами. Сдавливает кончик ступни Питера до характерного хруста, поочередно сгибает каждый палец, нежно их поглаживает. Его движения отдаются чем-то приятным в грудной клетке — хочется откинуться назад и наслаждаться этим прекрасным массажем, ведь ноги после тесной обуви сильно ноют, закрыть глаза, отдаться моменту, но вместо этого Паркер с каменным лицом сидит, уставившись в камеру и не отрываясь от урока. «Нужно остановить его. Прекратить это. Он мешает мне заниматься» отчаянно думает Паркер, закусив губу и пытаясь держаться. Действия Тони становятся увереннее. Периферическим зрением Питер видит, что Старк смотрит прямо на него, и желание поднять взгляд, чтобы встретится с ним глазами, зашкаливает. Старк несильно нажимает на кожу ноги, массирует, растирает ее, иногда пощипывает в особо чувствительных местах и специально щекочет пятку, так что Паркер сильно дергается, но старается сидеть на месте спокойно, будто бы ничего не происходит, пока учитель бубнит что-то про свободные нейтроны. «Нет, вот сейчас я его остановлю» собирается Питер и… не может. Потому что просто утопает в странных новых ощущениях и неправильности ситуации. Старк медленно вращает его ступней в разные стороны, прислушиваясь к тихому хрусту разминаемой ноги, ползет пальцами выше, сжимая щиколотку и нагло поддевая его белый носок, но все-таки оставляя его на месте. Паркер сжимает губы, разминает шею, чтобы отвлечься, но новые чувства создают что-то щекотливое внизу живота, и от этого становится как-то неловко. «Я учусь, в конце концов, Старк!» говорит его быстрый отчаянный взгляд, кинутый в сторону увлеченного Тони, и тот ловит его, так что Паучку становится только хуже — ведь на обратной стороне век теперь видно только его поглощенное процессом наглое лицо с блестящими черными глазами. — Мистер Пар… а нет, мистер Дэвис, что вы можете сказать по этому поводу? — спрашивает учитель. Питер вздрагивает, едва ли не откликнувшись на свое имя, но послушно затихает, слушая запинающегося Брэда. В это время правая ступня Старка придавливает левую ступню Питера к полу, несильно, но ощутимо. Паркеру очень хочется чего-то, но он даже не понимает, чего — прекратить это или продолжить. Это так неправильно, не к месту, слишком рано, ведь они могли сделать друг другу приятный массаж вечером, после учебы, но в то же время это так интригует и заводит… Ступня Тони отпускает ногу Паучка, затем слышится какой-то странный звук, и вот он снова чувствует Старка — только теперь уже его ногу без обуви. Ступня оглаживает его ботинок, двигается немного наверх и поддевает широкую штанину, будто бы намереваясь залезть под нее, и в это же время Старк продолжает массировать его вторую ногу, играясь с его пальцами и щекоча кожу. Питеру кажется, что он не дышит — потому что в ушах участился пульс, а в голове все плывет, так что информация о нейтронах, протонах и других тем ядерной физики уплывает, накрываемая волной блаженства. Тело реагирует на эту странную незатейливую ласку — реагирует остро, резко, ярко, возможно, из-за неправильности всей ситуации, поэтому Паркер с трудом сглатывает, чувствуя, что начинает возбуждаться. Какая-то часть мозга все еще кричит, бьется в истерике, говорит выключить микрофон и как следует высказать Старку, что так делать нельзя, но Питер понимает, что все происходящее ему почему-то нравится — появляется азарт, предвкушение, подстегиваемое возбуждением и смешанными чувствами, поэтому он не останавливает Тони — а тот, не получив никакого сопротивления, медленно ползет ступней дальше, выше, немного сгибает ее, повторяя формы ноги Паучка, и останавливается на внутренней стороне его бедра. Паркер отчаянно краснеет, кусает губы и глубоко вздыхает, стараясь продолжать смотреть в камеру и даже записывать, когда учитель начинает диктовать какие-то определения понятий. Хочется застонать, хочется вскочить и вцепиться в Старка, закончить эту пытку, но все, что ему остается — держать подрагивающую ручку в руке и писать, не смотря в сторону Тони, который подается вперед, чтобы повести ногой еще выше и наглым образом надавить на пах Паучка. Тот дергается, пытаясь незаметно податься бедрами навстречу, тут же смущается этого и задумывается о том, как хорошо было бы владеть своим телом в совершенстве — тогда бы он мог усмирить свои чувства или хотя бы заставить член не подниматься от такого наглого вмешательства в школьную жизнь Питера. — Не смотри на меня. Смотри на экран, — почти одними губами, хриплым шепотом проговаривает Старк, когда Паучку удается умоляюще взглянуть на него, и он подчиняется, вновь невидящим взглядом уставившись на одноклассников. Только сейчас приходит мысль, что они могут видеть всю его реакцию, все покусывания губ и закатывания глаз, когда Тони давит на его член сильнее, ведет ногой вниз и перебирает пальчиками, поочередно нажимая на его яйца сквозь одежду. Даже не так, они будут смотреть — ведь Паучок в каком-то роде является знаменитостью, встречающейся с Тони Старком. Едва Питер неосознанно подается навстречу, толкается бедрами вверх — и Старк тут же останавливается, меняет позицию, чтобы подольше дразнить Паркера и не давать прийти ему к финалу. Тот бросает взгляд на часы и чуть ли не стонет — он просто не продержится еще десять минут, не сможет терпеть этот эротический массаж от Тони Старка, но идей, как остановить эту пытку, совершенно нет. — Ох, — все-таки срывается с его губ, когда Тони надавливает на какую-то особо чувствительную точку. Он шевелит своей ногой, которая лежит на коленях Старка и подвергается массажу, хочет проделать с мужчиной все тоже самое, но тот вцепляется в нее, явно показывая, что не допустит этого, отчего застонать хочется еще сильнее. — Мистер Паркер, все хорошо? Вы необычайно бледный и ведете себя странно. — Если бы Питер не знал учителя, ему бы показалось, что он говорит участливо и обеспокоенно. — Я… да-а-а, — почти выстанывает тот, попытавшись улыбнуться. Руки сами едва ли не ползут к ширинке, чтобы расстегнуть ее и освободить член, упирающийся в ткань штанов, но Старк легко шлепает их левой ступней, не разрешая это сделать. — Хорошо. Тогда, может быть, вы ответите мне, из чего состоит протон? Я говорил об этом минут десять назад. — Протон… он состоит из двух u-кварков и одного d-кварка. — Питер произносит это почти машинально, не вдумываясь. Сложно вдумываться, когда все мысли занимает лишь Старк, а все остальное затмевается желанием, чтобы он коснулся члена Паркера уже не ногой, а руками, взял его в рот, привел его к разрядке… — А нейтрон? — как ни в чем не бывало допрашивает учитель. Питер буквально видит, как горят глаза Старка, который довольствуется такой ситуацией, и ему окончательно становится жарко, а рубашка липнет к телу. — А нейтрон… ох… из одного u-кварка… — Питеру кажется, что он сейчас взорвется, — и двух d… d-кварков. — Он отчаянно моргает и пытается сжать губы так, чтобы с них не сорвался стон или другой пошлый звук, но тогда становится неудобно говорить. — А суммарный… суммарный заряд… нулево-о-ой? — Мистер Паркер, с вами точно все хорошо? — Учитель и все ученики смотрят прямо на него, не мигая. Питеру хочется провалиться сквозь землю, потому что кажется, что они его спалили и вывели на чистую воду. — Я… ох, у меня голова раскалывается? — блеет он, шумно вздохнув, когда Старк упрямо жмет на его член, не забывая массировать ступню. — Ве-е-есь день, мне так пло… плохо… — Не хотите ли вы… — Хочу! Спасибо! — едва ли не с вселенской радостью выпаливает Питер. — Вы чудо! Он захлопывает ноутбук, едва ли успев выключить Zoom, и с таким рвением впечатывает успевшего вскочить на ноги Старка в стену, что сначала кажется, что с нее посыпется штукатурка. Губы резко и внезапно сминают губы Тони так настойчиво и сильно, что Старк едва ли успевает перехватить инициативу обратно. Они целуются, будто бы кусаются как бойцовские собаки, Питер задыхается, наконец-то застонав во весь голос, рука Тони находится в его штанах, яростно двигаясь на члене, а вторая ладонь зарывается в волосы, чтобы оттянуть их назад и вырвать изо рта Паркера что-то напоминающее звериный рык. Паучок еще никогда не испытывал такой страсти — поэтому сгорает в ней так быстро, будто бы облит керосином, и кончает в ладонь Старка спустя каких-то пары движений. От перенапряжения наступает дикая усталость, и Питер наваливается на Тони всем телом, повиснув в его объятьях. В штанах мокро, Старк так и не убрал руку, однако все равно умудряется поддерживать Паучка. Мозг постепенно начинает работать. — Ты дурак! — выпаливает Питер, взглянув в глаза Старка и качая головой. — Вот чего ты добивался? — Хотел помочь тебе расслабиться! — Во время урока по ядерной физике?! — Не поверишь, как меня заводят твои умные разговоры о протонах и нейтронах, — заговорщицки подмигивает Тони, понижая голос. Питер вновь чувствует отдачу внизу живота — кажется, яркий оргазм будет не единственным, который он испытает за сегодня. Губы Старка дразняще-медленно ведут по его шее, останавливаются на виске и расплываются в улыбке рядом с ухом. — И тебя тоже заводит эта ситуация, — хрипло заканчивает он, вжимая Питера в себя, так что тот явно чувствует возбуждение Тони. — А папочке тоже надо кончить, хм? Питер тихо смеется, ткнув его в бок и выразительно подняв подбородок, чтобы Старк нетерпеливо клюнул его в губы. — Пятница все-таки была права, — задумчиво изрекает он, никак не желая отрываться от губ Паучка и тихо застонав, когда тот кладет ладонь на его пах, явно отвечая в той же манере. — И про влечение к новому, неизвестному, и про… — Ты обсуждал меня с Пятницей?! — Питер открывает рот. — Ах ты! — Просто уточнял, насколько мы совместимы. — По гороскопу что ли? — По генетике, по темпераментам… Ты знаешь, она сказала, что я, как холерик, не люблю ждать, — тихо рычит Старк ему на ухо, — поэтому ты сейчас же идешь в душ и возвращаешься ко мне. До следующего урока есть минут двадцать… Если ты, конечно, хочешь. — Его тон немного меняется. — Я ведь хочу, чтобы ты не стрессовал и чувствовал себя просто прекрасно. — Мне по душе твои методы борьбы со стрессом, — хихикает Питер, вновь целуя его и выпутываясь из объятий. — Ради таких неожиданностей я готов уменьшить свой уровень стресса. — Пятница говорила, что я являюсь для тебя самым настоящим антистрессом! — кричит ему вдогонку Тони, когда Питер, смеясь, скорее бежит в душ. Пятница наблюдает за ними, записывая параметры их тела и отмечая, что такой спонтанный секс вызвал предполагаемую реакцию у обоих. А это значит, что расчеты ИИ оказались верными — и Тони с Питером правда совместимы на все сто процентов. Как там говорят в литературе? Соулмейты. Если бы Пятница имела способность быть довольной своей работой, она бы была довольна. Хотя… на ее языке это называется эффективностью. И это слово может быть применено и к ее работе, и к отношениям Питера и Тони.