Turnabout lawyers

— Теперь завяжи их вместе и будет готово. Они отошли далеко от дома, пока ещё не совсем стемнело, а небо оставалось розоватым. В парке, где они оказались, дул спокойный теплый ветер. Высокая трава мялась под шагами. — Стебельки слишком тонкие, — Эджворт осторожно сжимает цветы в руках и испуганно мотает головой, — Завяжи сам. — Тогда ты держи венок. Феникс ловким движением оборачивает стебель одуванчика вокруг какого-то другого цветка, который он сорвал для Майлза по дороге из школы, чуть приоткрывает лепестки, чтобы смотрелось красивее, и стягивает вместе. Эджворт смотрит на цветы завороженно, и Феникс с улыбкой кладёт венок ему на голову. — Это тебе, — говорит он, садясь на траву. Эджворт садится с ним рядом, кончиками пальцев трогая цветы, — Я научу тебя делать такие, если хочешь, но, наверно, уже не сегодня. Твой папа не будет ругаться, если мы поздно вернёмся? — Вряд ли, — Майлз хмурит брови, а затем хватает Феникса за руку, — Пожалуйста, сделай что-нибудь ещё! — Что? Венок у тебя уже есть, а больше я ничего не умею. — Сделай маленький венок, — Эджворт пожимает плечами, — Как... колечко. — Колечко? — тянет Феникс, срывая розовый цветок рядом с собой, — А зачем оно тебе? Хочешь свадьбу устроить? — Нет, ничего подобного! — Майлз легонько толчает его в плечо, вспыхнув, — И вообще это ты виноват, что не научишь меня плести венки. Кольцо я и сам могу сделать. — Лучше, чем если бы его сделал я? — Феникс щурится хитро и недоверчиво. — Да, — Эджворт тоже срывает цветок, скручивая стебель. Последние лучики солнца касаются его лица, он выглядит настроенным куда более решительно, чем Феникс, и это немного веселит. Сплести кольцо – да что может быть проще? Майлз поднимается на ноги и решает, что успеет сделать всё ещё до того, как они с Фениксом попрощаются. По дороге домой они шутят друг над другом, но чем ближе они к точке, где их дорожки разойдутся, тем Эджворт тревожится больше. Он находит другие цветы, но их стебельки тоже путаются, рвутся и не даются в руки. Майлз украдкой смотрит в чужие ладони, но у Райта почему-то цветы сворачиваются ровно и не топорщатся, от этого только хуже, поэтому Эджворт поспешно отворачивается. Когда они доходят до развилки, Феникс останавливается. Фонари уже зажглись, и в жёлтом уличном свете он протягивает Эджворту раскрытую ладонь. На ней – аккуратное кольцо с розовым цветком. Майлз снова смотрит на своё, затем опускает глаза и поджимает губы. Прежде, чем он успевает сказать, что проиграл, Феникс заглядывает ему в лицо и тут же решает: — Забери его тоже. Я таких сколько угодно тебе сделаю. — Но ты уже подарил венок, это слишком много, — Эджворт, всё ещё расстроенный, делает шаг назад и складывает руки на груди. — Тогда... тогда... — Феникс пытается быстро что-то придумать, — Тогда пусть это всё-таки будет свадебное кольцо! Это будет не просто подарок, а часть церемонии. — Что? Майлз долго смотрит на него, колеблясь, затем неуверенно что-то вспоминает. — Папа говорил, свадьбы без судьи не играют. Но Феникс уже становится одним коленом на асфальт и складывает ладони в подобии открытой коробки. Грусть постепенно проходит с лица Майлза и ему несомненно это нравится. — Мы потом пойдём к судье! — и видя, что Эджворт почти решился, добавляет, — Я найду тебе самого настоящего судью, с бородой и с молотком! Что скажешь, Майлз? Он думает ещё мгновенье, а затем берёт кольцо в руки. — Хорошо, — теперь он выглядит гораздо более собранно. Райт подскакивает на ноги, отряхивая коленки, аккуратно надевает Майлзу кольцо на безымянный палец и легко целует его в щёку. — А это зачем? — спрашивает Эджворт в недоумении. — Традиция, — Феникс вновь пожимает плечами, — Сам не знаю, если честно, но я видел по телевизору. Он поправляет разноцветный венок у Эджворта на голове, и они, попрощавшись, расходятся по домам. Майлз торопится, чтобы отец не волновался за него, и, коснувшись розового цветка на кольце, всё же останавливается, чтобы посмотреть Фениксу вслед. Они наверняка встретятся завтра, и тогда у Райта тоже будет своё кольцо, гораздо лучше сегодняшнего. И венок. И поцелуй в щеку. (Кто бы мог подумать, что спустя пятнадцать лет Райт всё-таки найдёт им судью)