светлый

      Когда-нибудь у Сяо Чжаня будет большая квартира. Просторная, светлая, с окнами во всю стену, растениями, которые будут занимать половину жилого пространства, с теплыми полами и еще кучей всего, что бывает у светлых людей. Ну, или не светлых, а богатых, которые нанимают себе грамотных дизайнеров и просят «чтоб по-современному». Сяо Чжань не был ни светлым, ни богатым.       Вода противно быстро остывала, а чай давно закончился. Колени тоже затекли, да и заснуть в ванне – в который раз – не очень хотелось.       Сяо Чжань немного поерзал, нарушая покой мелких белесых пузырьков. Понял, что прилип ко дну, поэтому дернулся сильнее, чем ожидал, и волной сбил с угла шампунь, который обидно булькнулся ему в ноги.       - Вот и я так же сегодня, - сочувственно сказал Сяо Чжань, поднимая невольного утопленника на место.       Да, большая ванна определенно была почти в начале списке роскоши его гипотетической просторной квартиры. Даже выше, чем огромная кухня с миллиардом вещей в ней.       Сяо Чжань умылся пахнущей жасмином водой, проведя по волосам мокрыми руками. Потер подбородок, цокнул языком, почувствовав, что уже не может оправдывать свое нежелание бриться, потому что колется. Сяо Чжань не любил бриться. Причин было две: первая – иррациональная. Просто не любил. Как баклажаны. О второй свидетельствовало отсутствие зеркал в квартире.       - Ладно, - сказал он сам себе, поднимаясь из воды.       Снял полотенце с батареи и блаженно замурчал в теплую махру. Как иногда мало нужно для счастья.       Сяо Чжань обернул полотенце вокруг талии и в который раз пообещал подарить себе на день рождения махровый халат. Кивнул, сделав очередную пометку в списке вещей, до которых у него никогда не дойдут руки, а потом услышал явное возмущение где-то в районе спальни. Как удобно, подумал он, хоть по пути возмущается.       - Да иду я, любимая, дай оттаять хоть чуть-чуть, - бормотал Сяо Чжань, выходя из ванной и направляясь в спальню. – Ты же знаешь…       - Да, любимый?       Сяо Чжань резко поднял взгляд и немедленно поблагодарил несвойственное ему желание обернуться в полотенце после ванны. Потому что.       - Что ты тут забыл.       - Тебя?       Сяо Чжань закатил глаза. Он слишком устал за сегодня, чтобы разбираться еще и с этим.       - Ибо.       - Да, любимый? – во второй раз переспросил Ибо, не поднимая глаз на Сяо Чжаня, потому что был занят выглаживанием Орешка, которая смотрела на него презрительно-победно. Ибо привычно проводил ладонью по ее шерсти крайне достопочтенно и совершенно точно намереваясь заставить кошака наконец-то замурчать. Орешек не сдавалась: она потихоньку расплывалась под его широкой и почти невыносимо горячей ладонью (Сяо Чжань знал), как большой хомяк, сонно закрывала глаза, но не мурчала.       Тоже так хочу, подумал Сяо Чжань, но точно знал, что он-то точно будет мурчать.       - Я к ней обращался, - сказал Сяо Чжань и скрестил руки на груди, подпирая плечом дверную раму, потому что дальше в одном полотенце заходить было страшнее, чем на активное поле боя с предложением все обсудить, как взрослые люди.       - Сам сказал, что я – твоя рабочая жена.       - Разве я говорил, что любимая?       Ибо мгновенно повернулся в его сторону и перестал гладить Орешка. Сжал губы. Обидел. Сяо Чжаня пробило жгучей виной, как копьем.       - Прости, Бо-ди. Паршивый день.       - М, - издал Ибо и отвернулся, возобновив мучения Орешка.       Сяо Чжань закрыл глаза и сжал переносицу. Почувствовал, как затылок тянет запоздалой головной болью и тяжело выдохнул.       - Бо-ди. Прости меня, пожалуйста. Ты моя самая любимая рабочая жена.       - Неправда.       - Правда.       - Самая, потому что единственная?       - Мне больше не нужно.       Ибо фыркнул и оторвался от кошки. Та уже явно видела сон про призраков, от которых она храбро спасает своего хозяина. Вспоминает, с нежностью подумал Сяо Чжань.       - Чжань-гэ.       - М?       - Чай на столе.       Сяо Чжань едва сдержался, чтобы не забежать в комнату и не расцеловать ангела до синяков. Интересно, получилось бы? И что бы ему было за это? Им обоим.       - Я не достоин такой жены, - в сердцах и абсолютно серьезно заявил он.       - Да только такой и достоин, - парировал Ибо, поднимаясь с кровати и попутно стягивая со стула черное худи, которое с силой бросил затем в Сяо Чжаня.       - Ты прав, - хохотнул Сяо Чжань, торопливо натягивая флисовую броню. - Видимо, не настолько я еще пропащий, раз заслужил тебя.       Ибо подошел к нему вплотную, нахмурился и уставился на Сяо Чжаня немигающим взглядом. Немигающим и таким серьезным, таким упрямым, что Сяо Чжаню немедленно захотелось разгладить маленькую хмуринку у Ибо между бровей.       - Не заслужил, - тихо сказал Ибо.       - А, ну да, - Сяо Чжань грустно улыбнулся и опустил голову. Ибо был прав.       - Чжань-гэ. Посмотри на меня.       Сяо Чжань почувствовал, как его взяли за запястье. Как тепло и спокойно сразу стало. Горло очень упрямо сжалось. Он покачал головой.       - Чжань-Чжань.       - О господи, - зарычал Сяо Чжань, зажмуриваясь, - только этого не хватало. Меня даже мама так не звала лет с пяти.       - Тогда посмотри на меня.       Сяо Чжань послушно разлепил глаза, поднял взгляд на Ибо и вздохнул. Под дождь ты попал, что ли, подумал он, рассматривая крохотные одиночные кудряшки на кончиках светлых волос.       - Я выбрал тебя. Остальное не имеет значения, - сказал Ибо так, словно, действительно, остальное значения не имело, хоть оба знали, что это не так. Совсем не так.       - Ты выбрал меня, а я тебя обидел, потому что свое дерьмовое настроение не могу за зубами держать.       Ибо улыбнулся, и Сяо Чжань мог бы поклясться тем, что было у него вместо души, что в квартире стало теплее градусов на десять. В теле – на всю тысячу.       - Какая же я был бы жена, если бы обращал внимание на такие мелочи, - сказал Ибо, отпуская его запястье и взмахом руки выключая свет в спальне. – Пойдем, чай остыл.       - Расскажи, как прошел твой день.       Ибо глянул через плечо, тут же отвернулся и продолжил изучать содержание пустого холодильника.       - Ты знаешь.       - Неа. Расскажи?       Ангел с чувством захлопнул холодильник и плюхнулся на стул, который именно под ним никогда не скрипел. Сяо Чжань таким достижением похвастаться не мог. В отношении стула, конечно же.       - Как обычно.       - М, - ответил Сяо Чжань, обводя края чашки пальцем. – Сколько сегодня?       - Три.       - Айщ, - сочувственно цокнул Сяо Чжань, и Ибо кивнул. – Сколько у тебя всего теперь?       - Одиннадцать, - тихо отозвался Ибо, несмотря на то, что Сяо Чжань точно знал ответ.       - А ты со мной тут возишься.       - Ты самый взыскательный.       Сяо Чжань улыбнулся уголками губ.       - Откажись от меня?       Ибо не ответил – он никогда не отвечает на такие предложения, – закатил глаза и потер лоб. Сяо Чжаню опять стало стыдно. Да что с его языком сегодня?       - Бо-ди, мне жаль. Если хочешь, оставайся сегодня у меня.       Ибо криво усмехнулся и склонил голову на бок, уставившись на Сяо Чжаня. Устал, подумал Сяо Чжань. Очень устал. Очень хотелось спрятать Ибо от всех миров сразу где-то под одеялом и уговорить Орешка помурлыкать для него хотя бы секунд тридцать.       - Чжань-гэ пустит меня в свою постель? Где он спит, в чем Шеф доставил?       - Сделаю для тебя неприятное исключение. Плюс ты больше и теплее Орешка, так почему бы и нет?       Ибо неожиданно рассмеялся. Удивительно, но даже после смерти смех у ангелов остается вполне себе человеческий. В случае Ибо – гоблинский. Сяо Чжань приписал себе пару очков, надеясь, что он все-таки не худший подопечный в истории подопечных.       - Прости, я эгоистично вырываю тебя у твоих подопечных. Но завтра у тебя тяжелый день, а я, честно говоря, сейчас не могу придумать ничего лучше или приготовить для тебя что-то.       - Чжань-гэ невероятно честен и щедр, - вздохнул Ибо и выдернул пустую чашку из рук Сяо Чжаня.       - И это говорит мне Бо-ди.       - Иди проверь защиту, - бросил через плечо Ибо, вытряхивая из чашки прилипшие чаинки. Сяо Чжань заставил себя не залипнуть на пряди, которая выбилась из-за уха в который раз и так уютно обрамляла лицо Ибо.       - Зачем? Ты со мной, куда уж прочнее.       - Я думал, ты хочешь дать мне отдохнуть, а не добавить забот, - Ибо повернулся к нему и скептически приподнял бровь.       Сяо Чжань устало потер лицо руками. Он буквально мог слышать, как его мозговые функции тормозят громче грузового поезда на ржавых рельсах.       - Ты прав. Я пошел. Прости.       Все талисманы были на месте, статуэтки не были сбиты Орешком, границы полей не потревожены. Как обычно, впрочем. Просто Ибо выгнал его из кухни.       - Бо-ди – самый коварный и тактичный из всех ангелов, что я знаю, - задорно крикнул Сяо Чжань из гостиной, собирая с дивана две маленькие и залюбленные котом подушки. – Мог бы просто сказать, чтобы я свалил с твоего ясного взора.       - Как будто ты можешь с него свалить, - внезапно раздалось у Сяо Чжаня за спиной, пока он проверял погоду на завтра – уже сегодня – в телефоне, и Сяо Чжань чуть не. С его рефлексами, которые сегодня тоже показали ему беспечный фак, Ибо мог бы.       - Ибо, во имя нашего Шефа, - содрогнулся Сяо Чжань, хватаясь на подушки и коротко зажмурился, ощущая, как сердце стучит в горле. – Какого гуя ты подкрадываешься?! Я же мог…       - Не мог. Запястья покажи.       Сяо Чжань сделал глубокий вздох и развернулся к ангелу, послушно протягивая руки. Ибо крепко взял его за запястья, но даже не посмотрел на них, а только напряженно вглядывался в лицо Сяо Чжаня.       - Ты бы первый узнал.       - Талисманы ты не слюной рисуешь, - заявил Ибо и отпустил руки Сяо Чжаня. – Спать.       - Есть, любимая! – Сяо Чжань широко улыбнулся и развел руки для объятий. Ибо фыркнул и обошел его, задевая плечом.       - Такой холодный, - захихикал Сяо Чжань, притворно потирая плечо. – Согреешь меня сегодня?       - У Чжань-гэ сегодня совершенно особенный день, раз он строит такие логические цепочки, - сказал Ибо, забираясь в постель и укладываясь на бок. Орешек мгновенно устроилась у него за спиной.       - Эй, девушка-дракон, это мое место, - Сяо Чжань ткнул Орешка куда-то в концентрацию пушистости, но кошка только раздраженно дернула ухом.       - Даже она знает, что ты маленькая ложечка, - в голосе Ибо было столько довольного садизма, что хотелось лечь сверху и немного задавить его, только чтобы у Ибо не было воздуха в легких издеваться над ним.       - Она у тебя за спиной. Ты тоже считаешься маленькой ложечкой в таком случае, - огрызнулся Сяо Чжань, бесцеремонно заваливаясь на кровать лицом к Ибо, который так и лежал в рабочем. – Хоть бы переоделся.       - Не помнется. Если только Чжань-гэ руки не распустит.       - А ты бы и рад.       - А ты как будто нет.       - Бо-ди, - заныл Сяо Чжань.       - Ты телефон на зарядку поставил?       - Нет, но ты точно сделал это за меня.       - Перевернись, ты же на левом боку засыпаешь.       - Хочу на тебя смотреть, - выпалил Сяо Чжань внезапно для себя, потому что понял, что это так.       Ибо улыбнулся уголками губ, посмотрел на потолок и взмахнул рукой. Под потолком возникло крохотное золотистое облачко, которое светило так тепло и так уютно-приглушенно, что идея покидать постель всю последующую жизнь казалась страшнее любой подземной твари и преследующей Сяо Чжаня кары.       - Из дома притащил ночник? – Сяо Чжань зевнул в лицо Ибо.       - У тебя не водится.       - Когда в следующий раз будешь у меня ночевать, он будет ждать тебя.       - Спи, Чжань-гэ, - тихо сказал Ибо и коснулся пальцем лба Сяо Чжаня.       Сяо Чжаню приснилось блаженное ничего.