Мишка

1 Говорят, глаза — зеркало души. Это правда. Тео смотрел в глаза Алиши и видел там боль и сожаление. Смотрел в свои — видел пустоту. После того, как Харбор пришла в себя, они с Тео решили, что будет лучше, если он переедет к ней. Так он сможет контролировать ее позывы сорваться, а она будет следить за тем, чтобы он делал домашнюю работу и не забывал менять пластыри на царапинах. После разговора с Николасом Тео не знал, что ему делать. Оставалось только ждать, когда Фабре свяжет его с родным отцом. Но знание, что он не является частью этой семьи — успокаивало его. И не только потому, что он постепенно начинал влюбляться в Шарлотту. А потому, что не хотел иметь связи с мафией. Да, он уже не отрицал того, что испытывает нечто теплое к Шарл. Не отрицал для самого себя, но для всех остальных — ему было все равно. Глубоко плевать. Никто не должен знать о том, что он уязвим перед ней. Никто не должен знать, что он может испытывать что-то. Тео часто размышлял о том, что о нем думают другие. Правда была в том, что никому дела до него не было. Если его и обсуждали, то забывали об этом через несколько минут. Но ему было легче полагать, что он может повлиять на мнение других о себе. Вести себя так, чтобы совершенно все считали то, что ему угодно. Он упал на диван. Нащупал на полу плюшевого мишку, прижал к груди и закрыл глаза. Хотелось спать, но идиоты под окнами так не думали. Воскресенье не для всех значил последний выходной день, в который надо выспаться. Для кого-то он значил: «давайте включил свою дерьмовую музыку на всю громкость, напьемся и будем орать». Разумеется, Тео понимал, что это их молодость, что им сейчас круто. Но ему круто не было. Басы отстойной музыки трясли стены, а гогот бил по ушам. МакЛин поднялся с дивана, усадив медвежонка к подушке, подошел к окну. Компания из шести парнем скакала, встав кругом. Тео закурил, приоткрыл окно, полностью пуская звуки с улицы к себе в дом. Присмотрелся. Он знал их: выпускники прошлого года. Парень закатил глаза и взял телефон. Тео: что делать, если какие-то пидоры слушают музыку под моими окнами? Джин-Хо: вызвать полицию? Тео: Коффман единственный там, кто может приехать., но я уверен, что он сейчас сладко спит. в отличие от меня. Джин-Хо: сними на видео, а завтра сходи к копам Джин-Хо: или сходи наваляй им Джин-Хо: сколько их там? Джин-Хо: нет, лучше не ходи Джин-Хо: не говори, что ты пошел к ним Тео: нет, я снял видео На видео четко слышалась и музыка, и их крики. Странно, что никто не пытался их разогнать. Не кричал из окон. Либо это происходит часто, и всем все равно, либо все уже давно уснули и их не разбудить пушечным выстрелом. Тео докурил, выбросил окурок в окно и продолжил смотреть на веселящихся парней. Все они сильнее него. Двое точно бывшие баскетболисты. Один из них занимался вольной борьбой в девятом классе. Шансы Тео равны нулю. Ему бы сейчас пистолет, чтобы пробить шину и напугать их до чертиков. Парень, прорычав, упал обратно на диван. Закрыл голову подушкой, но все равно слышал возгласы. Достал телефон, с психу набрал номер отделения полиции Джеффкинса. Сработал автоответчик, парень положил трубку. Что за день и что за город. Ему ужасно хотелось спать. Глаза слипались, но он не мог. Шум не давал. Это злило. Очень сильно. Парень еще раз набрал, снова никто не ответил. Перебирая вслух все известные ругательства, Тео натянул на себя джинсы, взял биту и вышел из дома. Было прохладно. Ветер сразу коснулся голых рук парня, покрывая кожу мурашками. Он обошел дом быстрым уверенным шагом. Компания не сразу его заметила. Тогда, когда было уже поздно: Тео был слишком быстро и несся на них так, что не смог бы просто остановиться. Он замахнулся битой и разбил фару автомобиля. — Твою мать, чел, ты нормальный? — закричал один. — Я, черт возьми, ненормальный, — Тео посмотрел на него с отчаяньем и безумием. — Я просто хочу спать, а вы, уроды, мне мешаете, — он вытянул биту, подставляя ее к лицу парня. — Я тебе голову снесу. Не успел он сказать что-то еще, как его повалили на землю. Тео смог только сгруппироваться, защищая голову и ребра. Его пинали с разных сторон, но парню казалось, что не в полную силу. Так, чтобы припугнуть. Так, чтобы показать, что он никто со своими обвинениями. Так, чтобы потом не получить статью за тяжкие повреждения. Они пинали его недолго, посыпая ругательствами. Послышалась полицейская сирена, они отбежали, сели в машину и быстро уехали. Тео, смотря вверх ногами, увидел, как мимо промчалась полицейская машина. Она даже не сюда ехала, а эти идиоты испугались. Слишком часто он оказывался на земле. Постепенно это начинало раздражать. Тео, если честно, боялся бить кого-то, потому что может попасть за это в тюрьму. Всякое бывает и разные люди тоже бывают. Кого-то забьешь до смерти, а он словом не обмолвится. А кого-то пальцем тронешь, и на тебя накатают заявление. Но сейчас, лежа на дороге, Тео думал, что плевать. Он хочет смерти своему отцу, но не может лишний раз поднять на кого-то руку? Кто сказал, что он слабее всех остальных? У него хорошая форма и сильная хватка. И есть то, чего нет у многих — первобытный гнев, чистое безумие. Такого не найти ни у кого в старшей школе Джеффкинса. Его называли психом, и разве не пришло время завернуться в это прозвище, как в доспехи, сделать из этого меч и пойти рубить всех обидчиков? Тео казалось, пришло. Он поднялся, держась за спину. Завтра все снова будет болеть. Опять все тело будет в синяках и ссадинах. Но не важно. Ночное небо дало ему больше, чем эта боль. Ночное небо дало ему понять, что он и правда может все, что захочет. И что получит все, что желает. 2 Шло время. Вторая неделя после того случая ночью подходила к концу. Мало что изменилось в жизни Тео. Только если то, что Алиша нашла себе «клуб анонимных наркоманов», в который регулярно ходит. Шарлотта все больше времени проводила с МакЛином. Продолжала учить его кататься на роликах, теперь он осваивал самые простые трюки. Его жизнь стала похожа на жизнь обычного подростка. Но все изменилось, когда во время урока на его телефон поступило сообщение от Николаса Фабре. Николас: Здравствуй, Тео. Как и обещал, я нашел способ связаться с Александром. Я рассказал ему о том, что ты ищешь встречи с ним, и он радостно согласился приехать. Вот его номер. Тео заколотило прямо на уроке. Учитель заметил это и попытался даже направить парня к школьному медику. Но вместо этого МакЛин попросился просто выйти. Он отошел от кабинета, навалился спиной на шкафчики и еще раз прочитал сообщение. Все было как-то странно. МакЛин подумал, что это даже как-то подозрительно. Если Александр убил его младшую сестру, то для чего он так радостно примчался в Джеффкинс на встречу с сыном? Наверно, потому, что он и не подозревает, что парень хочет его убить? Или считает себя не виноватым? Или он в действительности не виноват? Он закурил прямо в коридоре и набрал номер. Долгие гудки. Томительное ожидание длинной всего в пару секунд. Трубку сняли. Тео задержал дыхание. — Ало? — Привет, пап, — произнес он, издевательски усмехаясь. — Это Тео. — О, Тео, мальчик мой, — радостно ответил мужчина. Грубый прокуренный голос. — Как ты? — Я… Я… — пытаясь пародировать мальчишку, который безумно рад услышать голос отца. — Мне столько нужно тебе рассказать! Может, встретимся сегодня после школы? Тут есть чудесное кафе, там подают отличные сэндвичи и дерьмовый кофе. — Да, конечно, — с ответным волнением произнес мужчина. — Заехать за тобой? — Я сам приду. Кафе «Тод энд Сэндвич», на углу парка. В три. Тео положил трубку. — Ублюдок, — плюнул он. — Ты знаешь, что курить в школе нельзя? — прозвучал голос Кэти. — А еще ругаться. — Ты знаешь, что тебе следовало бы не разговаривать со мной сейчас? — оскалился Тео. Но, увидев обиженное лицо девушки, закатил глаза. — Прошу прощения, мисс Президент школы. Почему такая умница не на уроке? — Решала свои президентские дела, — ответила девушка. — А ты? — Решал свои личные дела, — парадируя тон, сказал МакЛин. — Я слышала, — подняв подбородок, сказала Кэт. — Ты с кем-то очень мило беседовал. Он сделал еще одну затяжку, и тут рука девушки резко потянулась к сигарете. Тео перехватил ее, грубо сжав запястье. Щеки Кэти покраснели. — Сделай мне исключение, — проговорил он, наклонив голову. — Сегодня, возможно, я совершу поступок, после которого вся моя жизнь изменится. Она выдернула руку. — Ладно, — недовольно согласилась девушка. — Но… ты выбросишь окурок в урну. — Обожаю тебя, — с довольной улыбкой сказал Тео. Кэт ушла, скрестив руки на груди. А МакЛин посмотрел на часы. До встречи с отцом еще почти три часа. Нужно было возвращаться на урок. 3 Он сидел напротив. Ему лет сорок. Печальные глаза, но не из-за взгляда, а из-за разреза. Редкие брови. В волосах уже начинала пробиваться седина. Тео искал, чем они могут быть похожи. Может, носом? Или цветом глаз? А может вытянутым лицом? Но широкий лоб МакЛин точно не перенял от него. В принципе, они были похожи только тем, что я являются мужчинами и людьми. На столе стояло две чашки кофе, лежали нетронутые сэндвичи. Между ними было напряжение последние несколько минут. Просто смотрели друг на друга, как не родные. Ах, ну да, Тео и не считал его отцом. Он считал его убийцей. «Нет уж, папочка, говори первым ты, — думал парень. — Ты бросил меня. Ты убил мою сестру и бросил нас с матерью, скрывшись от полиции. Ты говори первым. Начни хотя бы с дурацкого «привет», выродок». Как они узнали друг друга? В кафе не было взрослых людей в это время. Там и обычно они не наблюдались. Несколько подростков, отвисающих тут после учебы. Все нормальные взрослые сейчас на работе. Но не этот урод. Как же злился парень. Ему хотелось плюнуть желчью в его лицо. Этот непонимающий смущенный взгляд. Что ты не понимаешь, больной козел? Не понимаешь то, что сломал парню жизнь? Надо бы понять. — Здравствуй, Тео, — начал он. Лицо его серьезное, голос грубый, но тихий. — Не хочу ходить вокруг да около. Я не твой отец. — Чего? — Тео нахмурился и приоткрыл рот, желая сказать что-то еще, но он совершенно ничего не понимал. — Мое имя Ксавье, а не Александр. А вот план, которому я должен был следовать во время разговора, — он протянул бумагу. Тео взглянул. «Сожаление о том, что ушел. Вопросы о матери (Гретта). Имя сестры: Хлоя. Предложение начать все заново». МакЛин снова посмотрел на мужчину. — Если бы ты не был МакЛин, то я бы провернул все это, и мне бы поверили, — сказал Ксавье. — Но ты МакЛин. Я знаю твоего отца. — Тогда почему ты здесь? — прищурился Тео, сжимая рукоять биты. — Прозвучит дико, наверное, — приподнял брови мужчина, — но меня попросил об этом Николас Фабре. Я когда-то работал на него, и он знает, что я должен ему крупную сумму денег. Он предложил мне услугу, которая покрыла бы мой долг. Я, разумеется, согласился. Но как только он сообщил мне твое имя, я понял, что обязан пойти против его воли. Не знаю, что Николасу от тебя нужно… — Он сказал мне, что Александр Фабре — его брат и мой отец по совместительству, — перебил Тео. — Пообещал, что свяжет нас. Но, видимо, захотел пустить пыль мне в глаза. И, я так понимаю, у него бы получилось, если бы ты не признался. — Не знаю, что ты задумал, но ты играешь с огнем, приятель, — покачал головой Ксавье. — И Александр Фабре точно не твой отец. Тео отпустил биту и закрыл лицо руками. Он совершенно не понимал, что происходит. Что, черт возьми, происходит? Кто такой Александр Фабре, и почему один человек говорить, что это не его отец, а мать утверждает, что его? Почему Николас подсылает подставного актера, а этот актер решает раскрыть карты? Голову схватило сильной болью. Он мгновенно побледнел. — Воды? — спросил Ксавье. Тео покивал. Через минуту официант принес стакан. Тео поднял на него глаза и увидел, что это Тайлер Раш. Они кивком поздоровались. МакЛин осушил бокал прохладной воды и вновь посмотрел на мужчину. — Ты понимаешь, что я убил бы тебя, если бы ты не признался? — тихо спросил Тео. Ксавье заинтересованно взглянул на парня. Тео был уверен, что сорвется. Что уведет его куда-то далеко, в лес или к развалинам, и изобьет до смерти. Он знал это. Готовился к этому. Копил всю свою ненависть. Доставал ее из самых потаенных мест сознания. Для чего? Для того, чтобы затолкать ее обратно и приправить новой щепоткой сверху? — Тогда кто такой Александр Фабре? — с отчаяньем в глазах парень посмотрел на Ксавье. 4 Изгои всегда держатся вместе. Адаптируются, ищут тех, кто будет рядом с ними. Такой же отвергнутый, беззащитный. Как же повезло тем людям, которые сейчас сидели напротив Тео: у них был защитник. Или не так уж и повезло?.. Бокалы виски с колой стояли рядом с каждым, на столе лежала пара кусочков пиццы в большой коробке. Тут собрались, казалось бы, самые близкие люди для Джина-Хо: «Ака! Тон» в полном составе, Тайлер и Дана, обнимающиеся в углу дивана, Тео и Алиша. И Шарлотта. Единственная, кто официально не считался аутсайдером. Занимала место Николь, наверное. На фоне играла музыка, свет был приглушен. Они курили прямо в комнате, подходя к пепельнице на подоконнике. От выпитого становилось жарковато. На улице пошел дождь, пытаясь залезть в приоткрытое окно. Здесь ему было комфортно. И пусть половину этих людей он толком не знал, они казались искреннее и живее всех остальных. Парень лишь надеялся, что сегодня не начнет выпускать своего внутреннего козла и цепляться за слова или действия людей, отталкивая их от себя. Ему не хотелось. Поэтому он попросту молчал. Пил, курил и молчал. Тео стоял, прижавшись к подоконнику, и пускал кольца из дыма. К нему подошел Трой. Высокий, широкий парень. Когда-то Тео терпеть его не мог, как и остальных спортсменов. Но потом он променял баскетбол на пение. Смелый парень. — Ты все еще спишь с Элайзой? — спросил он. — Да, — ответил парень и сделал затяжку. — Переживаешь за нее? — Не то, чтобы, — пожал плечами Трой. — Просто хочу, чтобы она уже нашла себе кого-то постоянного, а не металась от парня к парню. — Вы ведь тоже спали? — Мы не спали, — покачал головой он. — Мы встречались, но… — он усмехнулся, опустив голову. — Это было глупо. Мы пользовались друг другом. — Мы тоже пользуемся, — безразлично сказал МакЛин. — Может, ее устраивает то, что она имеет? Может, ей и не нужны постоянные отношения? Менять парней, как перчатки, не так уж и плохо. Дело в самоутверждении, думаю. Трой покивал. К ним подошел Джин-Хо, коснулся плеча Тео и улыбнулся. — Можно я его украду? — спросил он, смотря на Троя. Парень лишь пожал плечами. Они ушли на кухню. Просторная, на ней пахнет выпечкой, в тарелке лежат свежие зеленые яблоки. На холодильнике висят семейные фотография. Семья Хо выглядела счастливой, но внутри у них все равно был демон. В виде ориентации их сына. — Алиша обмолвилась, что у тебя какие-то неприятности с Николасом Фабре, — сказал он. — Я водил с ним дела, до сих пор ему должен, так что… Первым же делом, вернувшись домой, Тео рассказал Алише о том, что произошло. О встрече с Ксавье, о его признании и о том, что все пошло через одно место. Теперь не только его голова была загружена решением этой головоломки. — «Так что» что? — прищурился Тео. — Я могу помочь, если потребуется, — улыбнулся парень. — После того, как отец перестал мне давать деньги, я не могу отдавать Фабре. Поэтому он зуб на меня точит. Что у тебя с ним происходит? Тео помолчал, прикидывая варианты развития действий. Сказать Джину о том, что происходит или нет? В любом случае, Алиша уже проговорилась, утаивать что-то было бессмысленно. — Он что-то скрывает о моем родном отце, — проговорил парень, скрестив руки на груди. — А я хочу узнать, что именно и зачем. — Почему ты не сказал мне? — раздался голос Шарлотты. — Я бы могла помочь… — Чем? — закатил глаза Тео. — Мне скорее Люк поможет. Он повернулся на девушку и увидел ее обиженное лицо. Рядом стояла Алиша. Значит, они пришли вместе. Тео мысленно выругался. — Ладно, я сейчас вам все расскажу, — сказал парень и предложил всем сесть за стол. Он оглядел присутствующих, покивал, оценивая. Им можно доверять. По крайней мере, он так полагал. — Моя мать пишет письма на имя некого Александра Фабре и указывает адресом дом Шарлотты, — он посмотрел на девушку, а потом на остальных. — Я спрашивал Николаса об этом. Он сказал, что это его брат, который давно покинул город и с которым он может меня связать. — Шарлотта, у тебя есть дядя? — спросила Алиша. — Я уже говорила Тео, что не знаю о своей семье почти ничего. — Занятно то, что этот его брат вовсе не брат, — сказал МакЛин и поймал вопросительные взгляды. — То есть, этот некий Александр приемный. Все понимающе покивали. — И я встретился с этим Александром сегодня, — продолжил он. — Но он оказался подставным лицом, — парень замолчал, но под выжидающим взором решил солгать. — Он признался мне в этом сразу же, показал пункты, которым должен был следовать в разговоре. Сказал, что работает на Николаса Фабре. Я понятия не имею, что происходит, но твой отец, Шарлотта, водит меня за нос. Они все замолчали. Не смотрели друг на друга, задумались. Каждый думал о чем-то своем, но мысли в какой-то степени были связаны с услышанным. Тео посмотрел на Алишу, та покивала. — Пора и мне кое в чем признаться, — заговорил Джин-Хо. — Я спал с Люком. Все одновременно обомлели. — Ты спал с моим братом?! — Так ты поэтому расстался с Финеасом? — Я знал, что этот подонок что-то скрывает. Джин-Хо покивал, смущенно улыбаясь. — У Николаса есть загородный дом, в котором они проводят выходные с сыном, — продолжил азиат. — Я был там. Там есть кабинет, в который Люк меня не пускал. Говорит, это неприкосновенное место его отца. Может, там есть что-то? — Где сейчас твой отец, Лотти? — Тео перевел взгляд на девушку, которая приходила в себя после всех новостей, которые на нее свалились. — Он уехал в Северную Дакоту вчера. Люк на вечерней тренировке. Там никого не должно быть. — Погодите, — перебила Алиша. — Так мы собираемся туда проникнуть? — Вообще я собираюсь, — ответил Тео. — Но я пойду один. — Я знаю, как туда добраться, — сказал Джин-Хо. — У меня машина, — добавила Алиша. — Я могу достать ключи, — произнесла Шарлотта, когда МакЛин посмотрел на нее. — И я хотела бы посмотреть на этот дом. Тео вздохнул. — Почему вы мне помогаете? — с недоверием спросил он, сложив руки на груди. — Ты помогаешь нам, — ответил за всех Джин-Хо. — Ладно, — согласился МакЛин. — Едем? Они все вышли из комнаты. Джин-Хо объявил: «Нам нужно уехать ненадолго. Сильно не шумите, можете открыть еще бутылку чего-нибудь. В комнату родителей не ходить. Сексом трахаться на моей кровати». Алиша выпила совсем немного, чтобы иметь возможность вести машину. Они устроились в салоне. Фары осветили дом, и машина отъехала от одного из богатых домов Джеффкинс-Хилл к другому. Тео сидел, сжимая биту в руках. Сегодня вечером должно что-то проясниться. Хотя бы что-то. 5 Машина остановилась за городом. Особняк был большим, богатым, как и предполагалось. На заднем дворе был бассейн, барная стойка. Но в доме никого не было. Окруженный лесом, он выглядел тут лишним, слишком бросающимся в глаза. Окруженный забором, который открылся, стоило Шарлотте нажать на кнопку на пульте. Они вышли из машины. Тео достал пачку сигарет и, навалившись на капот машины, закурил. Алиша и Джин-Хо сделали то же самое. Шарлотта осталась стоять в стороне, осматривая дом. — И сколько раз ты тут кувыркался с Люком? — спросила Алиша. — За последний месяц раз десять. Тео закашлялся. Азиат виновато посмотрел на друзей. — Не осуждайте меня, — бросил он. — Я не могу этому сопротивляться. — А как же его недоотношения с Элайзой осенью? — спросил Тео. — Или он просто укрывался за ней, а ей давал видимость крутой девочки? — Именно, — подтвердил парень. — Может, хватит говорить о том, что мой брат гей? — сморщилась Шарлотта. — Имеешь что-то против геев? — с шуточным наездом спросил Джин-Хо. — Имею против моего брата. Геи — сильные люди, которых до сих пор загоняют, хотя в стране законодательно уже все решено. Но мой брат разрушает для меня этот образ. Это заставляет меня ему сочувствовать. — Ему только посочувствовать и можно, — прыснул Тео, туша сигарету ботинком. — Идем? — Подожди, — затряс руками Джин-Хо. — Я хочу включить одну песню, чтобы мы пошли под нее, как будто в клипе. Будто мы крутая такая команда, которая идет устраивать дебош. Все посмеялись. Хо включил на телефоне «Everywhere I Go» Hollywood Undead и они пошли. Максимально пафосно, подыгрывая ребячеству Джина. Тео крутил в руках биту. Алиша и Шарлотта строили из себя сучек, а Джин-Хо, опустив на глаза солнцезащитные очки, покачивался при шагах. Посмотреть со стороны — клоунада. Они дошли до двери. Шарлотта подобрала ключ и открыла дверь. Джин-Хо тут же выключил сигнализацию, висящую в коридоре. Внутри было просторно и темно. Коридор сразу же вывел их в гостиную. На полу была раскинута шкура медведя, рядом стоял стеклянный стол. На кожаных диванах были едва заметные вмятины. — И где вы это делали? — сорвалось с уст Алиши. — На этом диване? — Иди в жопу, — фыркнул Джин-Хо. Они осмотрелись. Шарлотта осматривала фотографии, которыми был обставлен камин. Все с Люком. С самого детства и до этого времени. Алиша уселась на диван, закинув ноги на стол. Джин-Хо полез куда-то в шкафы и достал бутылку текилы. — Как насчет устроить вечеринку прямо здесь? — рассмеялся он и включил музыку через большие колонки. Он открыл бутылку и отпил прямо из горла. Предложил Алише. — Мне еще вас домой вести, — отказалась она. Шарлотта же согласилась. Следом за ней и Тео. — Я бы разнесла это место, — проговорила девушка, подходя к Тео. — Я бы тоже, — ответил он. — Отец совсем тебя не любит? — Временами. У него как будто биполярное расстройство, и в маниакальную фазу он балует меня, а в депрессивную обижает. Или наоборот. — Ты могла бы съехать. — Он достанет меня из-под земли, потому что уже давным-давно заключил сделку с Феррейра, — с тоской произнесла Шарлотта. — Я должна выйти за Артура, как и планируется. Тео покивал и отошел. Как бы ему не было жаль, он здесь для того, чтобы найти что-то на Николаса Фабре. И, если ему повезет, он сможет спасти и Шарлотту от него. Джин тут же отвлек Фабре от плохих мыслей, утащив танцевать и пить. В то время Тео пошел по дому. Он блуждал, пока не дошел до одной единственной двери. Перед ней был кодовый замок. Он ввел первую попавшуюся комбинацию. День рождения Люка. И дверь открылась. «Как предсказуемо, Николас, как предсказуемо» — подумал он и толкнул дверь. Зажег свет. Стал копаться в документах. Сделки, партии, незаконная поставка… Ничего нужного или хотя бы интересного. Он открыл шкаф. Все полки были заполнены папками. Все подписанные какими-то кодовыми словами. Иначе подумать нельзя было, потому что в них не было никакой логики. Тео пальцами пробежал по красным корешкам папок, пока не остановился на одной в самом углу. Подпись простая и не двусмысленная. «Личное». МакЛин открыл ее, зашелестел файлами. Его внимание привлекла одна страница. Свидетельство о смене имени. Тео опустился на стул, почувствовав, как подкашиваются колени. Николас Фабре сменил имя с… Александра Фабре. Тео трясущимися руками достал документ, сложил его и убрал во внутренний карман куртки. Николас Фабре убил его младшую сестру. Это похоже на бред, но это было правдой с большой долей вероятности. МакЛин листал дальше. Может, было что-то еще? Что-то, что подтвердит слова Ксавье о том, что Тео не является Фабре? Больше ничего. Заключение брака, свидетельство рождения, такие же свидетельства Люка и Шарлотты. Однако свидетельства рождения Тео не было. Парень зацепился за это, полностью поверив в то, что в его жилах не течет кровь этой семьи. Если бы этот документ был, МакЛин сошел бы с ума прямо здесь. Моментально. Но мысль о том, что Фабре не его отец — успокаивала. Тогда только кто же его отец? Ксавье говорил, что знает его, но не сказал, кто он. Злость накатывала на парня, прогревая тело с головы до ног. Он вскочил на ноги, желая убраться из этого дома поскорее. Сжимая биту, он несся вперед. Обратно в гостиную. Ворвался, как осенний ветер и замер, смотря на друзей. Затем он посмотрел на Шарлотту, держащую бутылку текилы в руках. У него сорвало крышу. Точный удар битой разбил плазменный телевизор. Затем полетели фотографии Николаса и Люка. Рамки рассыпались на множество осколков. — Тео, — Алиша поднялась с дивана, протягивая вперед руки. — Тише. — Этот гребанный сукин сын сменил имя с Александра на Николаса, — прокричал парень и ударил по стеклянному столу. Тот раскололся на несколько частей. Все замерли. — Этот подонок убил мою сестру! Шарлотта кинула бутылку текилы в стену. Та с характерным звуком разлетелась, и содержимое плеснуло на пол. — Я сожгу этот гребанный дом, — прошипел Тео и ринулся к шкафу с алкоголем. Алиша пыталась его остановить, но Шарлотта отвела ее в сторону. МакЛин, немного успокоившись, расставил бутылки по комнате. Оглядел их. И стал бить. Так же, как пустые на развалинах. Там, где он убил человека. Он злился. Злился на все. На саму жизнь, на семью Фабре, с которой его связала эта гребанная жизнь. На Николаса, который мог оказаться его отцом, но вместо того, чтобы сказать: «Да, сынок, я твой отец и я убил твою сестру, и лишил тебя и твою мать нормальной жизни» он водил его за нос, пытаясь обмануть жалким трюком с актером. Вскоре Шарлотта присоединилась к тому, чтобы бить бутылки. Потом Джин-Хо. Одна Алиша стояла в стороне, наблюдая за этим. Они втроем разнесли половину комнаты в считанные минуты. Стекло было повсюду. Тео подошел к подруге и протянул биту. — Разбей долбанную бутылку, — сказал он. — Я же знаю, что ты хочешь. Сегодня вечер маленького безумства. Выпусти свою ненависть наружу, Лиша. Ради меня. — Это акция «поддержи обезумевшего Тео МакЛина»? — спросила девушка, но приняла биту. Качая головой, она занесла биту и ударила по бутылке абсента. Зеленая жидкость разлилась по полу. В помещении стоял запах смешенного алкоголя, и, Тео мог поклясться, он пьянел от одного только нахождения здесь. МакЛин осмотрелся, когда все, что можно, было разгромлено. Алкоголь заливал пол, перья из дивана валялись повсюду, стекло мерцало в свете луны, проникающей сквозь панорамные окна. Парень закурил. — Уходим, — сказал он, делая затяжку. Они отошли к двери, когда парень кинул почти целую сигарету в лужу алкоголя. Синий огонь быстро разошелся, а затем перешел дальше: на мебель, на шторы. Моментально все охватило яркое пламя. Пламя сгоревших надежд. Сгоревших судеб. Все стояли, заворожено глядя на то, как огонь охватывает дом. Завыла сигнализация, и это привело всех в чувство. Они бросились к машине, и только Тео шел спиной, не спуская взгляда с разрастающегося пламени. На секунду ему захотелось броситься туда, но его миссия в этой жизни еще не кончилась. Шарлотта крепко схватил его за руку, сплетя их пальцы, и потянула к машине. Как только дверь хлопнула, Алиша тут же ударила по газам, и машина умчалась прочь. Тео смотрел назад, наблюдая за огнем. Николасу Фабре не жить. Шарлотта обнимала Тео на заднем сидении автомобиля. Его трясло. От злости, волнения и страха. Но больше от гнева. Они не говорили. Не спрашивали, что случилось, и что он нашел в кабинете. Все понимали, что могло так вывести парня из себя. Осталось только дождаться, когда Николас вернется в город. И тогда руки Тео сомкнуться на его шее. 6 Весь путь домой Тео ехал молча, уставившись в окно. Он выкуривал сигарету за сигаретой. В голове не укладывалось, что отец Шарлотты убил его сестру. Но почему? Как он мог быть связан с ними? Почему мать Тео решила, что он отец обоих ее детей? Или это все воздействие потрясения? И кто, черт возьми, его отец? Где он? Почему он ушел? Связанно ли это как-то с Николасом? Шарлотта и Алиша беседовали. Это было мило и радовало глаз и ухо. Договорились после сегодняшнего посидеть у них, заказать чего-нибудь и выпить пива. Тео бы тоже хотелось этого. Чтобы немного расслабиться. Он не получит ответов до того момента, пока Николас Фабре не вернется в город. Но подъезжая, Тео почувствовал что-то неладное. Он заметил, как и Лиша напряглась. Она остановила машину и поспешно вышла. Тео следом за ней. Шарлотта за ними, не понимая, что происходит. Медленно подходя к дому, парень замечает три фигуры. А затем они выходят на свет. Эндрю, Люк и Билл. И в руках Билла плюшевый мишка. Алиша тоже его увидела. — Твою мать, — прошептала она и сделала шаг назад. Тео не видел, что она делает. Но понял, что отводил Шарлотту подальше. Эту драку она не предотвратит. — Твой медвежонок, пупсик? — рассмеялся Эндрю. — Попробуй, отбери. Тео чувствовал, как темнеет в глазах и как начинает трястись от злобы нога. Тео ждал, пытался сопротивляться столь сильному напору ярости. А спортсмены, словно так и ждали, когда тот сорвется. Эндрю сделал пару шагов вперед, потряс игрушкой, словно дразня, и бросил прямо в лужу. — Я убью тебя, сука, — прорычал Тео. Эндрю лишь пнул плюшевого мишку ногой в сторону. МакЛин взорвался. Он рванул вперед, бросаясь в атаку лоб в лоб. На лице его застыла гримаса чистого безумного гнева. Парень замахнулся и бита просвистела в паре миллиметров над головой противника. Люк схватил биту рукой, ударил Тео в живот и отобрал оружие. МакЛин выпрямился и бросил кулак вперед. Было непонятно, сломался нос спортсмена или пальцы МакЛина. Люк выронил биту и схватился за нос. Тео тут же подобрал биту обратно, но не успел разогнуться, как чье-то колено ударило ему в лицо. Фонтаном брызнула кровь, череп взорвался от боли, а перед глазами заплясали звездочки. Но парень лишь выпрямился, рукавом кофты вытер алые струйки и со всей дури замахнулся, не зная, куда бить. Бита прилетела прямо в живот Билла. Бывший Шарлотты согнулся пополам, кашляя. Парень схватил его за голову и ответил тем же: ударил коленом в лицо, затем еще раз, и еще. Пока Билл не упал на землю. Тео вовремя увернулся, Люк и Эндрю бросились на него вдвоем. Удар в живот, на секунду Люк был обезврежен. Тео поглядел на Маркса. Тот с бешеным от ужаса взглядом пятился назад. — Не так быстро, — произнес МакЛин. — Ты уронил моего мишку, — Тео наступал, опустив биту. — И ты должен его понять. — Я… я подниму, — проблеял Эндрю, пытаясь наклониться к земле. — Ты должен поднять его по-особенному, — рычал парень. Эндрю не понимал. Тео лишь злобно улыбнулся и со всей силы ударил парню по колену. То с хрустом выгнулось в другую сторону. Парень хотел взвыть от боли, но МакЛин зажал ему рот ладонью. Тео наблюдал за Люком, одновременно затыкая вопли Маркса. Фабре двигался в их сторону, держа в руках металлическую балку. Тео поставил свою ногу так, чтобы в любой момент можно было наступить на пальцы Эндрю и переломать фаланги к чертовой матери. Люк видел это, но продолжал медленно приближаться. МакЛин отпустил Маркса, бросив его на мокрый асфальт. Он сжал в руках биту и кинулся на Люка. Их оружие встретилось. Люк нанес удар сверху. Тео уверенно его отбил. Тео бросился вперед, и бита описала дугу справа налево. Люк успел поставить блок, но его палка вылетела из рук, а парень чуть не потерял равновесие. Тео схватил Фабре за шею и быстрым движением вдавил его в ближайшую стену. Тот висел в паре сантиметров над землей. Неотразимое лицо Люка налилось багрянцем. Сам он хрипел, глаза его закатывались наверх. Тео полными глазами ненависти смотрел на то, как в его собственной руке задыхается человек. — Хватит! — прокричала Алиша. — Отпусти его! Прекращай. — Тео, прекрати! — раздался голос Шарлотты. Обе девушки в мгновение оказались рядом с парнями. Рука Алиши легла на спину МакЛина, и он мгновенно пришел в себя. Он ослабил хватку, но продолжал удерживать Люка у стены. Тот жадно хватал воздух ртом. — Бери своих дружков и уебывай отсюда, — прошептал ему на ухо Тео. — Псих, — прокряхтел Люк. — Я знаю, — ответил парень. Люк, хватаясь за горло, подошел к Биллу. Помог подняться ему. Затем они оба подняли изнывающего от боли и собственной уязвимости Эндрю и зашагали прочь. Тео упал прямо у той стены, к которой прижимал Люка. Он дрожащими руками достал пачку сигарет, еле прикурил и сделал глубокую затяжку. Алиша тоже закурила. Парень поднял глаза, когда увидел ботинки Шарлотты, стоящие возле него. Девушка с совершенно спокойным лицом протянула ему грязного плюшевого мишку. — Он для тебя много значит? — спросила она, присев рядом. Тео свободной рукой обнял игрушку и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. — Это любимая игрушка моей младшей сестры, — ответил Тео. — Когда-то этот мишка был моим, но потом Хлоя решила, что он ее. Он был рядом с ней в ту ночь, когда… когда она умерла, — безразличное лицо не выказывало никаких эмоций. МакЛин тихо, настолько, чтобы никто не услышал, добавил: — И я отомщу за нее.