Кто ходит в гости по утрам...

Галантно предложив обоим магам руки, Люциус активировал порт-ключ до банка. Перейдя в себя после перемещения, Гарри тут же отдёрнул руку, подозрительно поглядывая на магов. Северус кинул нечитаемый взгляд на Люциуса, и все трое зашли внутрь. — Мистер Поттер? Что ж, я очень рад Вас наконец-то увидеть. Неужели Вы всё же соизволили явиться на проверку крови? — с горечью спросил гоблин. — Я только несколько часов назад узнал о существовании этой проверки. — проговорил Поттер. — Но, а как же письма, которые мы вам присылали и ваши на них ответы? — вскинул бровь гоблин. — Не поверите, но я не получал ни одного письма, и уж тем более не писал никаких писем в ответ, — примирительно сказал Поттер. — А история всё интереснее и интереснее… Да, Северус? — обратился к зельевару Малфой. — Мне кажется, это только начало, Люц, — полушёпотом ответил Северус, прислушиваясь к беседе гоблина с Поттером. Они как раз закончили с выяснением проблем и собирались последовать в ритуальный зал. Гоблин вопросительно посмотрел на стоящих за спиной Поттера магов. — Они со мной, если можно, — ответил на невысказанный вопрос Гарри. Гоблин кивнул и жестом пригласил мужчин следовать за ним. Зал был великолепен. Высокие потолки под шесть метров высотой, стены из грубого камня, расписанные серебром рун, мраморный пол, будто подсвеченный изнутри. В центре огромной пентаграммы стоял каменный алтарь и лежал набор, сверкающих серебром и драгоценными камнями, ножей. Поттер боязливо передёрнулся и выжидающе посмотрел на гоблина. Гоблин жестом подозвал Гарри к алтарю, протянул средней длины изогнутый клинок и чистый лист. Гарри чуть надрезал кожу, и шесть капель вязкой красной крови упали на лист. Гоблин забрал лист и скороговоркой прочитал заклинание. Через пару секунд он, с внезапно появившимся уважением, чуть поклонившись, передал литок Поттеру. Поттер застыл, вчитываясь в результаты. «Имя: Гарольд Джеймс Поттер. Мать: Лили Элизабет Эванс-Слизерин — чистокровная, жива. Отец: Джеймс Игнотус Поттер — чистокровный, мёртв. Крёстный отец: Сириус Орион Блэк — чистокровный, жив. Крёстная мать: Нарцисса Друэлла Малфой (Блэк) — чистокровная, жива. Опекун: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор — полукровка, жив. Наследник родов: Слизерин, Певерелл, Поттер, Блэк, Малфой. Дары магии: От рода Слизерин: Парселтанг (активен) Тёмная магия (полуактивна) Наследие Нага (неакивно) Знания предков (будет активно при принятии рода) Зельеварение (полуактивно) От рода Певерелл: Некромантия (не активно) Тёмная магия (активна) Легиллименция и Окклюменция (полуативно. Требуется принятие рода) Наследие Жнеца (активация возможна только после физической смерти) Знания предков (требуется принятие перстня Рода) От рода Поттер: Анимагия (не активно) Артефакторика (не активно) От рода Блэк: Тёмная магия (активна) Легиллименция и Окклюменция (полуативно. Требуется принятие рода) Анимагия (неактивно) Отлучён от рода Малфой. Зелья и чары влияющие на сознание: Зелье доверия, блок на 80% магии, зелье подчинения, зелье ненависти, чары рассеянности, чары снижения мозговой активности, зелье дружбы, жидкий Империо, яд Василиска, нейтрализованный слезами истинного феникса.» Гарри молча протянул пергамент Люциусу. — Поттер, с тобой всё хорошо? — посмотрел на трясущегося парня зельевар. Гарри не ответил. Он в секунду получил информацию обо всём. Его трясло. Сильно. От того, что, ему просто все врали, лепили из него героя, а он молча делал то, что скажут, от того, что мама была жива, но даже не пыталась найти его, и он, вопреки всем воплям Хорька, был чистокровным и наследником нескольких родов, что его опекуном был Дамблдор и он мог забрать мальчика к себе, ну или отдать другой родне, а тот даже не подписал разрешение на походы в Хогсмит, что Сириус жив и тоже не ищет с ним встречи, что всё это время он фактически сидел на зельях доверия и дружбы, как самый настоящий наркоман, и вся его жизнь сплошное враньё. И что он мог ответить профессору, который, как казалось, был единственным, кто ему пока не врал? Гарри молчал и когда ему дали отчёты Дамблдора о потраченных средствах, судя по которым он каждый год ездил в Испанию, учился у четырёх частных учителей, ходил в роскошной (судя по суммам) одежде и получал огромное количество подарков на праздники все свои шестнадцать лет. Внутри него вдруг стало невыносимо пусто, как будто он поболтал с дементором. Почему-то расхотелось кричать, как тогда, когда читал письмо и газету. Сейчас хотелось просто свернуться клубком, и молчать, жалея себя. Гарри вернулся в реальный мир и попросил ритуал очищения. Гоблин и Поттер удалились, оставив двух магов снова вытаскивать челюсть из Инферно. — Мерлин. Я очень надеюсь, что Поттер не принимал все оскорбления моего единственного наследника всерьёз, — припадая к стене, прошептал Малфой и протянул лист Северусу. Пробежавшись глазами по пергаменту. Северус резко побледнел и, облокотившись, справа от Люциуса с трудом проговорил: — Лили жива? Черт… Но это невозможно. Я сам видел её мёртвой! Ну, Поттер и тут выделился. Вряд ли он теперь после этого всего останется таким же идиотом. Альбус не оценит. Ведь он и с этим блоком не последним по силе был, а без него… Это сулит нам очень большие проблемы, Люц. Теперь, кроме Альбуса и Тёмного Лорда мне еще и за очень сильным Поттером следить, — прикрывая глаза, сказал Северус. А тем временем Поттер, освободившись от лишнего, принимал главенство четырех Темнейших родов. Первым ему принесли перстень рода Певереллов. Белое золото и чёрные алмазы выглядели завораживающе на фоне серого бархата. Гарри осторожно взял перстень и надел его на третий палец правой руки. Перстень несильно нагрелся и тут же принял нужный размер, то же произошло с перстнями Поттера и Блэков. Последним был перстень рода Слизерин. Тонкий ободок неизвестного Гарри металла, выплавленный в виде змеи обвивающей герб Рода, тёмные камни призывно блестели в полумраке комнаты. Гарри несмело протянул руку и надел кольцо. Оно резко нагрелось до красноты, но потом змейка будто ожила и, обвившись вокруг пальца, приняла хозяина. Гоблин поздравил новоявленного Главу четырёх Родов. Поттер, непонимающе, смотрел на четыре массивных перстня на одной руке. Гоблин обратил глаза к звёздам и сказал: — Гарри, просто пожелай, чтобы перстни соединились в один, а потом стали видны только тебе. Поттер благодарно кивнул и, проделав эти нехитрые манипуляции, спросил: — А теперь что? — А теперь, Гарри, вам нужно вернуться и попросить Лорда Малфоя Вас приютить, потому что Вы не выживете без поддержки сильной родовой магии, а Лорд Малфой имеет в наличии Родовой Менор. А то, что находится у Вас в собственности, Вы можете посмотреть позже, потому что сейчас у Вас нет на это времени, — снисходительно ответил гоблин, провожая Гарри к старшим магам. Доведя Гарри к Люциусу и Северусу, он собрался уходить, но Поттер резко осел на пол. — Что с ним? — обречённо спросил Люциус, понимая, что ближайшие лет пять будут очень весёлыми. — Принятие наследия началось раньше, забирайте его в Менор быстрее, иначе он не выживет — взволнованно ответил гоблин. Люциус и Северус переглянулись и, подхватив парня, вышли из банка, тут же аппарируя к Малфой Менору. Люциус снял чары, позволил Северусу забрать Поттера и отлеветировать в гостиную, минуя сад, сам направившись следом. В гостиной Нарцисса уже переправляла Поттера в спальню, попутно вливая в него восстанавливающее, под удивлённый взгляд Драко. Когда Северус и Люциус добрались до гостиной, оба уже понимали, что они успели. Отдышавшись, они без слов решили выпить. Люциус призвал бутылку с огневиски и бокалы. Разливая медового цвета жидкость, он, наконец, заметил выжидающий взгляд сына. — Папа, крёстный? Что здесь делает бессознательный Поттер? И что случилось такого, что вы только пришли, а уже начинаете пить? — спросил самое важное Драко, не прекращая удивлённо следить за молча пьющими, мужчинами. — Поттер случился, — буркнул зельевар, наливая ещё стакан. — Какой Поттер? Он теперь Лорд Слизерин-Певерелл-Блэк-Поттер, — повторяя действие Северуса, проговорил Люциус. — Налить? — спросил у застывшего Драко, призывая стакан, Северус . — Думаю, стоит, — впервые одобрив взаимодействие Драко и алкоголя, Люциус протянул Драко стакан и воцарилось молчание. Драко обдумывал доступную информацию, цедя напиток, а Люциус и Северус просто молча, пили, за свою счастливую жизнь до появления в ней Поттера. Нарцисса вошла в гостиную и, не нарушая молчания, достала бокал и вино и присоединилась к мужчинам, подумывая, что Тёмный Лорд это не такая уж и проблема. Она была всё-таки Блэк и прекрасно видела, что если Поттер выживет, он будет очень сильным, и жалела ребёнка. Несмотря на то, что с Люциусом у них был чистой воды династический брак ради наследника, она очень любила Драко и не могла представить его в такой ситуации. Она уважала мальчика, сначала выжившего ошибкой, а потом доказавшего не раз, что он достоин этого шанса, но и видела, что он всего лишь ребёнок, на которого взваливают непосильный груз и была уверена, что постарается сделать все, чтобы Гарри стало легче, чего бы ей это ни стоило. Ведь Магия выбрала её крёстной мамой мальчика.