Путь Паразита

Лунная ночь в деревенском домишке Прядями вилась вокруг, Свет проливая на косточки мышек… Тишь уничтожил в дверь стук. В чёрной сутане и маленькой шляпе В сени вошёл человек. Правда, назвать его можно так вряд ли: С Космосом был он в родстве… В сумрачной комнате в кресле в заплатах Мёртвый хозяин сидел. «Мифы Эллады» валялись с ним рядом. С бычьей главой в них был зверь. У холодильника кошка стояла, Зорко на гостя глядя. Ей улыбнулся чужак, обнажая Острых зубов тридцать два. Кошку согнал и полез в холодильник, Морду брезгливо скривив. — Всё натуральное. Как… щепетильно. Просто загнуться с тоски. Дверцу захлопнул и двинулся к трупу. Кошка же следом за ним. Вновь обнажил незнакомец все зубы: Весь не покинул дух мир. В правом глазу выли чёрные волны, В левом же сам призрак выл. Скорби и боли тот не был вой полным. Видимо, нет уже сил. Полумертвец почему-то лишь вечность Гаре какой-то сулил. «Видимо, кошке», — подумал пришелец, Взор на неё опустив. Встретились два сверхъестественных взгляда, В битву вступив за покой. Небо и звёзды продули в той схватке Чёрной луне золотой. — Ладно, исправлю. Тогда ты отстанешь? В доме опять тишина. — Скот свой, бывает, я всё же спасаю. Но от чудовищ! Итак… Руку в сутану засунув, заметил Нужный предмет и достал. — Эх, перекус на дорогу потерян. Где же взять сил на астрал? Стиснутый в пальцах серебряный грошик Зайчиком лунным мигал. «Гость» под язык мертвецу осторожно Сунул испанский реал. Волны поплыли в глаз левый, а в ухо Хрену на лодке привет «Гость» передать от Жилищного Духа Парню велел на тот свет. После отправился к двери, но снова Кошка за «гостем» пошла. — Что за напасть! Надоела, чертовка! Липкая прям, как смола. На руки взял и позыркал угрюмо, Но как об стенку горох. — Знай, бесполезный балласт ни к чему мне. Путь мой для маленьких плох. Хтонь пробуждается, чтоб, зубоскаля, Мир ваш заставить страдать. Письма потеряны, то лишь осталось, Что указало сюда. Парню помог умереть, но вслепую Буду поход продолжать. Гаря, поможешь мне вряд ли, рискуешь. Та перестала молчать. — Мяу, — и тысяча лет замелькала. Лес появился вокруг. Домика старого как не бывало, А под ногами лишь луг.