Цикл драбблов "День"

В мире существовал всего один человек, который мог делать Марине подарки, помимо Финна, разумеется. А, может, и вовсе единственный, если не считать цветы и оплату купленной одежды подарками, с учетом того, что Марина могла сама купить себе, что угодно. В общем, подарки Гордана принимала только от Кирка. Учитывая место его официальной работы, специфический взгляд на мир, расстройства психики и тот факт, что рядом с ним постоянно ошивался любитель абстракционизма, сложно было предположить, что этот человек вообще способен хоть на что-то адекватное, но тем не менее, именно Кирк дарил Марине мелкие сувениры, если куда-то уезжал или просто на праздники. Дарить то, что человек лучше купит себе сам, было бы глупо, а вот уникальные мелочи были тем самым проявлением внимания, которое у людей с достатком ценилось намного больше денег. Сначала это были детали интерьера: столик, лампа, торшер, чайный набор, вазочка для конфет, корзинка для свежей выпечки. Когда интерьер в новом доме Марины, по мнению Кирка, пришел к идеальному состоянию, О’Райли переключился на сувениры. Маленькие подарки были небольшими и обязательно специфичными. Так Марина стала обладательницей коллекции различных статуэток, оберегов и авторских украшений, которые Финн, скрипя зубами, все же спустил на тормозах. Конечно, дурацкие шкатулки и фигурки он не понимал, а вот броши и колье уже были довольно прозрачны, чтобы их запросто проигнорировать. Может быть он бы и выбросил их по-тихому, но Его Женщине они слишком нравились, чтобы спустить в урну сложную вязь дерева, шнурков и цепочек. Марина в свою очередь не отставала и придавала квартире безразличного к этому делу Кирка хотя бы какой-то жилой уют такими же мелкими деталями. Коробки для мелочей, невзрачные ящики для таблеток, пепельницы, зажигалки, которые сержант Гарды с завидной частотой терял — Марина небезосновательно подозревала, что зажигалки оседали в карманах Мёрдока и не возвращались — и чашки. Посудой Кирк не то чтобы часто пользовался в пределах дома, но в своей небольшой квартире он умудрялся терять порядка дюжины чашек, так что Гордана была уверена, что ее подарки всегда радуют и в тему. И все бы было ничего, если бы в один день Кирк не позвонил с очень странным вопросом: — Марина, у меня к тебе дело. Это касается… сувениров. Ты можешь приехать? Гордана, как и любая женщина, была крайне заинтересована. По телефону О’Райли звучал странно, будто был чем-то сильно озадачен. Зная, с какой скоростью этот человек принимал важные решения в стрессовых ситуациях, Катич была просто обязана увидеть, что же его так удивило. А удивиться действительно было чему. Стоящая посреди комнаты стеклянная статуя чего-то странного, что более всего напоминало фаллос, могла бы озадачить кого угодно. Размерами так уж точно. — Это еще что за прозрачные намеки? — А ты не видишь? — дежурно съязвил Кирк и потер виски, закидываясь таблеткой. Почему-то Марина была уверена, что эта таблетка не первая. — То, что вижу я, можно считать профдеформацией от работы в борделе, — хмыкнула Гордана, обходя по кругу статую. — Где ты взял эту безвкусицу? — Мёрдок притащил в подарок с какого-то аукциона. Примерно в тот момент до Марины дошла вся комичная драматичность ситуации. МакАлистер припер очередной шедевр абстракционизма в подарок Кирку, которому этот шедевр нахуй — какой каламбур — не уперся, но выкинуть его в окно не давало нежелание обидеть такую страстно любящую искусство натуру как Мёрдок. С учетом того, что натура была два метра ростом и под сто килограммов весом, обижать ее и вовсе было опасно для здоровья. Тем не менее, Марина вполне понимала нежелание О’Райли оставлять этот кошмар в доме. Помимо того, что обитание в квартире с таким чудом авторской мысли вполне могло добавить рассудку Кирка еще какое-нибудь расстройство, скульптура еще занимала едва ли не четверть комнаты и приткнуть ее было совершенно некуда. Катич вздохнула. Вот куда эти мужчины сами? Только женщина подскажет, только женщина поймет. — Ладно, заберу себе и, если не удастся разбить при перевозке, скажу, что Финн споткнулся ночью, — Марина буквально видела наступающее облегчение на лице Кирка. — И попрошу Мёрдока больше не дарить тебе сувениры. У меня это получается очевидно лучше. О’Райли только согласно кивнул.