Не раз очаруй меня

Несмотря на извечную скуку, сопровождавшую его бытие, Люцифер не любил впутываться в приключения. Особенно в те, которые ему не были выгодны. В общем-то, история Вики Уокер как раз относилась к таким. Первоначально собираясь поразвлечься, Люцифер, к своему собственному раздражению, умудрился так спутаться с ней, что принялся за решение ее проблем. Злился, но решал их. В частности, направился к семье Мими, чтобы они предоставили защиту Винчесто. Без пяти минут папаша единокровного братца Уокер, судя по всему, даже не подозревал, что таковым не является. Люциферу пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Мамона и Урсу, родителей Мими, исполнить просьбу, несмотря на всю степень ее опасности. Зато, когда дело было сделано, Люцифер, сопровождая Винчесто к отдаленному уголку Ада, к краю третьего адского круга, применил свое обаяние и власть, чтобы разузнать побольше о взаимоотношениях между бывшим Архидемоном и Серафимом Ребеккой. На удивление, ощущая почву под своими ногами и практически гарантию дальнейшей жизни, Адмирон стал значительно более словоохотлив. – Нас связывало большое чувство, Люцифер. Можешь мне поверить, миссис Уокер ничуть не менее прелестна, чем ее юная дочь, – Винчесто похотливо усмехнулся, а Люцифер только покачал головой, выдавив из себя едкий смешок. – Такое большое, что, встретившись через столько лет и имея от тебя ребенка, она отказала в защите? – Наследник приподнял одну бровь в практически вызывающем жесте, требуя ответа. Люцифер не говорил о своих догадках, лишь хотел узнать, что же скрывается в этой странной истории, в итоге которой Ребекка Уокер родила сына от Сатаны. Винчесто слегка ссутулил плечи, словно не хотел говорить об этом. Его взгляд блуждал по выжженным Адским пустошам, будто он искал помощи или ответа. Пауза затягивалась, а Люцифер был слишком настойчив, чтобы отступиться, не получив ответа. – Серафим не смогла бы защитить меня. Я не виню Ребекку в том, что она отказалась мне помогать, – туманно изрек Адмирон, хмыкая и пожимая плечами в надменном жесте так, словно это ничего не значило. Люцифер почти кожей почувствовал его встревоженность. Видимо, Демон попал своим вопросом в самую болезненную точку. – Да ну? – остановившись, Люцифер властно размахнулся крыльями, потревожив местных Адских тварей, зашуршавших меж трещин выжженной земли. Пристально глядя на Адмирона, Наследник убедился в истинности своих подозрений: этот малый явно что-то скрывал от него. И это злило донельзя – руки Люцифера легли на плечи Демона, и он слегка сжал их, намекая, что не потерпит дальнейшего лукавства, попыток солгать. – Оставь эти игры, Винчесто. Любимая женщина, ради которой ты вырвался из Чистилища, рискуя поджариться на адском огне, внезапно отказалась помогать тебе, а ты даже не обижен? Ты все еще демон, или тебе там заливали святую воду в глаза, рот и уши? – Наследник практически встряхнул демона, но тот отвел взгляд, опуская голову, словно старался выдержать напор Люцифера, дать заранее заготовленный ответ вместо искреннего. От этого Люцифер злился только сильнее, хмурясь и не давая ему времени подыскать ответ, заваливая вопросами, ответы на которые Адмирону явно стоило дать, если рассчитывал на помощь Люцифера. – Думаешь, я поверю в эту чепуху про «были свои причины не помогать мне»? – Люцифер нетерпеливо сжал пальцы на плече Адмирона, хмуро изучая его менявшееся выражение лица. Тот, в свою очередь, снова попытался спрятать взгляд от рубиновых глаз Наследника. – Станешь лгать мне, и твою верность придется поставить под знак вопроса… – Люцифер наклонился, почти физической угрозой нависая над демоном. Будто грозовая туча. – Мы ведь не хотим этого, верно? Адмирон нервно взъерошил волосы, все также избегая зрительного контакта. Люциферу не потребовалось прикладывать много усилий, чтобы ощутить его волнение: оно легко читалось в каждом жесте. В глазах, что были опущены в землю. В осанке, вмиг ставшей слегка сутулой, точно он искал защиты. – Почему Серафим Ребекка отказала тебе в защите? – Наследник сосредоточился, направляя свою энергию на собеседника. Положение выше по иерархии имело определенные привилегии. Например, Люцифер мог потребовать честных ответов, а равно как и увидеть ложь. Винчесто нервно закусил губу, хмурясь, словно взвешивал все за и против такой правды, а после… решил молчать. – Я сейчас же сопровожу тебя в Халелат и сдам отцу со всеми потрохами, если вздумаешь отмалчиваться или лгать, – Люцифер практически рычал, наступая на Винчесто, наконец нащупав нитку того клубка, распутав который он мог бы узнать хотя бы что-нибудь. Словами, видимо, произошедшее выразить Винчесто попросту не пожелал – только прикрыл глаза, впуская Люцифера в свою голову, снимая защиту. Нужное воспоминание нашлось легко: Адмирон сам подтолкнул его на поверхность сознания, выудив из недр своей памяти. Люцифер замер, просматривая представившуюся его взору картину. Винчесто стоял на коленях в огромном сыром помещении. Кровь капала с его губ и разбитого лица. Боль. На руках красовались кандалы, пока двое других демонов удерживали Винчесто на месте, возвышаясь в полный рост над его телом. Знакомый голос слышался откуда-то сбоку. Люцифер стиснул зубы, вслушиваясь. Эти интонации были ему хорошо знакомы и никогда не предвосхищали ничего хорошего. Грубый, низкий голос Короля Ада, сошедший практически до возмущенного шипения. – Вырезать всю твою семью будет недостаточным наказанием за то, что ты сделал. Винчесто сплюнул кровь, опуская взгляд на пол, когда Сатана вмиг оказался прямо перед его лицом. – Смотри мне в глаза, ублюдок, когда я говорю с тобой, – Сатана в ярости, и Адмирон подчинился его воле, поднимая голову. Громкий выдох, а затем приглушенный, тяжелый удар. Винчесто опал на землю, но его подхватили крепкие руки и снова поставили ровно, словно живую боксерскую грушу. О, Люциферу были хорошо знакомы эти ощущения. Гораздо лучше, чем хотелось бы. Волна ненависти поднялась в душе Наследника вместе с его собственными воспоминаниями, но он отогнал их, стряхивая, точно грязь. Король Ада потирал костяшки пальцев, разгибая руку, грубо ухватываясь пальцами за темные волосы Винчесто, встряхивая его тело с такой яростью, словно хотел расщепить его на куски, не медля ни единой секунды. – Эту шлюху пришлось прикончить. И все из-за тебя. Она нравилась мне больше остальных, но ты вынудил меня сделать это, – Сатана перешел с шипения на крик так резко, что даже у Люцифера звенит в ушах. Винчесто смотрел на Повелителя Преисподней обезумевшими глазами, замирая. Его сильное тело дрожало, но не от боли на сей раз. Он едва мог говорить, но все же через силу открыл рот, с преданностью собаки глядя на Сатану снизу вверх. – Вы убили Лилит? – голос Адмирона прозвучал с отчаянием, но Сатана снова ударил его массивным кулаком, рыча от бешенства. Люцифер замер, в непонимании и неверии ощущая, как сжались у основания его крылья. Перед глазами навязчиво всплывали, смешиваясь, картины его собственных воспоминаний: тело матери, безвольно опустившееся на земли Эдема, и ее широко раскинутые крылья. Лилит, Королева Ада, к тому мгновению уже была мертва? Из-за него? Из-за Винчесто? С усилием вытолкав собственные воспоминания из сознания, Люцифер зажмурился так, что свело скулы, желая досмотреть показанное Винчесто, ответить на свои вопросы. – Все из-за тебя, – повторил свои слова Король Ада, дожидаясь, пока Винчесто снова поднимут. – Выблядок оказался моим сыном, но это никак не облегчает ее предательства, – Сатана сложил руки за спиной, проходя мимо Адмирона, меряя помещение возбужденными шагами. Люцифер знал, что это лишь начало празднества отплаты. В подтверждение его мыслей на губах отца мелькнула возбужденная улыбка. Ухмылка, отражающая грязные мысли. Сатана уже избрал меру наказания. Наследник знал этот взгляд. Слишком часто видел его, обращенный к себе, но, выходит, не он один был столь желанной мишенью для Короля? – Я хотел прикончить тебя, перед этим испытав все пытки Азазеля на твоем жалком туловище, – Сатана снова приблизился, нависая над пленником, ухмыляясь ему прямо в лицо. – Но это было бы слишком просто… – Король Ада сжимал и разжимал кулак, медленно кивая одному из подручных, отдавая какой-то приказ. – Ты посягнул на вещь, принадлежавшую мне, – Люцифера передернуло от слов в адрес матери, и он ощутил новую волну пламени в себе, но подавил ее, до побеления сжав губы. – А я очень не люблю испорченные игрушки, – Сатана ядовито усмехнулся, когда в помещение втолкнули молодую женщину, грубо швыряя ее на пол рядом с Винчесто, прямиком к ботинкам Сатаны, словно тряпичную куклу. Адмирон едва дышал, замирая, словно не знал, как себя повести. Люциферу потребовалось пару мгновений: он признал ее, только когда она подняла голубые глаза на Сатану, пытаясь встать с пола, шмыгая разбитым носом. Ребекка Уокер, не иначе. Только гораздо моложе, к тому же испугана до одури, судя по часто вздымавшейся груди. Она не плакала, но всем телом дрожала: серые крылья выдавали ее, когда Винчесто отвел глаза в пол, сглатывая ком в горле. Люцифер почти физически чувствовал его переживания – почву, выбившуюся из-под ног. В голове Наследника появилась безумная мысль о том, что именно задумал и осуществил его отец, но Люцифер до последнего отказывался от этой идеи, с отвращением глядя на ухмылку отца. От безумной ярости до не менее безумного веселья – Сатана зашелся хохотом, глядя, как Ребекка, пытавшаяся встать, снова оказывалась на полу у его ног усилиями подручных демонов. – Эй, Винчесто, гляди-ка, у маленькой непризнанной шлюшки есть характер? – словно подтрунивая над кем-то вместе с добрым другом, Король Ада небрежно похлопал Адмирона по плечу, указывая ему на Ребекку, бросившую в сторону Сатаны ненавидящий взгляд. – Винчесто, старина, да ты не промах. Если демоница, то Королева Ада, – Сатана замер, ухмыляясь какой-то новой, маниакальной, безумной усмешкой. – Если непризнанная, то самая характерная сука. Я почти восхищен, признаюсь! Король Ада отстранился от демона и приблизился к Ребекке, нависая теперь над ней, лежавшей у его ног, смотрящей с непокорностью и отвращением. Она пыталась освободиться, но на крылья мгновенно накинули цепь, стягивая их у лопаток, лишая всякого шанса вырваться. – Ты же не против? Ты поиграл моей игрушкой, а теперь я возьму твою… – Винчесто подавил свои слова, не отвечая, хотя уже осознал происходящее. Внутри Люцифера закипала ярость из-за его молчания. Отчего он медлит, понимая, что сейчас будет? – Ух, смотри не испепели меня таким злым взглядом! – Сатана наклонился, чтобы взять Уокер за подбородок, но та с силой отдернула лицо от его рук, стараясь не дать прикоснуться к себе. – Будешь вести себя плохо, мне придется сделать тебе больно, девочка, – обратился к Уокер почти мягко, точно взывал к ее благоразумию. А получил лишь плевок под ноги вместо ответа, пока, стиснув зубы, Уокер пыталась встать. Впрочем, Король Ада только засмеялся в ответ на ее жалкие попытки, щелкая пальцами демону подле нее, и тот легко подхватил миниатюрную светловолосую женщину, поставив ее на колени перед Правителем. – Непокорная? Тем лучше, – угроза и яд его голоса даже у повидавшего многое Люцифера вызвали самые нехорошие мысли. Он был уверен, что его отец безумен, но… какая-то грань ведь должна была быть? – Винчесто, у тебя сегодня билет в зрительный зал, так что наслаждайся шоу, – Сатана усмехнулся, снова чуть кивая демону-хранителю. Повинуясь приказу, тот потянул непризнанную с пола, с силой бросая на груду какого-то сена, подобия «постели» адской тюрьмы. – Эй, Маркус, проследи, чтобы наш друг не пропустил ни минуты спектакля, – Сатана засмеялся, пока демон подле Винчесто не схватил мужчину за волосы, заставляя смотреть повнимательнее на все происходящее. Девушка завизжала, пытаясь отбиться, но демон легко порвал пальцами тонкую светлую ткань, прикрывавшую тело. Ребекка замолчала, получив несколько хлестких пощечин, лишь умоляюще бросила взгляд на Винчесто, захлебываясь рыданиями и пытаясь вырваться, но охранник с силой зафиксировал ее тело за руки. Адмирон молчал, потупив глаза в залитый не смытыми с создания мира кровавыми следами и грязью пол. Люцифер в непонимании метался. Отчего он раболепно позволил делать это? Наследник в бешенстве сжал кулаки, с плохо контролируемой яростью закапываясь все глубже в воспоминания демона. Они слегка замутнены: видимо, сознание Винчесто отчаянно хотело избавиться от навязчивых и гнетущих воспоминаний о том дне. И все же картина видна достаточно отчетливо: Сатана, посмеиваясь, приблизился к девушке, используя свою силу, чтобы зафиксировать ее руки, обездвижить. С непризнанной справиться не доставило никакого труда. Она была слишком слаба, чтобы сопротивляться, тем паче со связанными крыльями и прижатая энергией Короля Ада к тому, что в тюрьме Халелата заменяло постель. Винчесто старался не смотреть. В особенности когда Король Ада изучающе пробежался глазами по телу Непризнанной, уже практически полностью обнаженной усилиями его верных псов-демонов, теперь отошедших к краям камеры, так же наблюдавших за представившейся им сценой. Лязг ремня и тихий смех Сатаны в ответ на ее жалкие попытки отползти от него, когда он стал между ее ног, насильно разведя их, утонули в омуте памяти Адмирона, словно ненавистные и самые болезненные мгновения. Но все же взгляд Ребекки и животный крик от боли отпечатались в сознании демона так ярко, что Люциферу хотелось закрыть уши, чтобы не слышать этого. Закрыть глаза, чтобы не видеть. Сатана издевался над ней так, словно она была самой настоящей игрушкой, вещью. Не думая, несколько раз отмашисто бил по лицу, приказывая замолчать. С разбитых губ Ребекки стекала кровь, а умоляющий и уже теперь ненавидящий взгляд обращен только к Винчесто. Ярко-голубые глаза отпечатались ненавистью в его сознании: эта пытка длиною в несколько долгих минут, будто тянулась часами, но в конце концов Ребекка перестала кричать, только всхлипывала, безвольно распластавшись перед Королем Ада. Ее стоны наполнены болью, а в глазах сияли ненависть и неверие, когда она снова и снова смотрела на Винчесто, больше не пытаясь встать, сделать что-либо. Ей это было попросту не по силам, а тот, кто должен был защитить, лишь смотрел, такой же безвольный пленник своему Королю, как и она. Сатана снова засмеялся, сначала навалившись на женщину своим массивным телом, выжидая несколько секунд и блаженно закрывая глаза от удовлетворения, сопровождая свое удовольствие еще одним ударом по хрупкому женскому телу, а затем отстранился, поправляя свою брюки, застегивая ремень и ширинку, переводя дух. Смазанная картина пары ударов острым носком ботинка в живот, когда Уокер перестала даже дышать, только лишь рвано хватала губами воздух, уже не в силах сдвинуться с места. Слезы стекали дорожками по обескровленным щекам, пока хриплые остатки вздохов выходили из ее травмированных ребрами легких. Ребекка была жива, но только едва-едва. Люцифер сжал зубы, с ненавистью отталкивая от себя Винчесто, оставив его воспоминания. – Жалкий трус! – Наследник выплюнул свои слова прямиком в лицо собеседнику, ударяя его в плечо и с яростью глядя на него сиявшими бешенством алыми глазами, рокоча от бешенства. – У меня не было выхода, – оправдываясь, Винчесто сжал руки в кулаки, пристыженно отводя глаза. Вот только для Люцифера подобные оправдания после увиденного ничего не значили. Он даже слышать их не хотел. – Что ты сделал с моей матерью? – Люцифер зло процедил вопрос сквозь зубы, готовый вцепиться в Винчесто после увиденного: все представления Наследника об отце и о событиях давно минувших дней свелись ко всепоглощающему огню ненависти, пылавшему теперь пламенным цветком в его груди. – Ничего, Люцифер. Я ничего не сделал. Я был привязан к ней. Был ее охранником. Моя жизнь зависела от нее. Ее – от моей. Каково мне было, по-твоему? Король Ада обращался с ней так же, как и с другими, – Винчесто словно пытался достучаться до Люцифера, но тот словно стал совершенно слеп и глух к его эмоциям, возненавидев демона всеми фибрами своей черной души. – Она нуждалась в поддержке, Люцифер, – Адмирон попытался взять его за плечо, но Люцифер снова толкнул его, рыча. – Так помог бы сбежать, а не подписывал бы ее смертный приговор своей собственной рукой! – Наследник с силой расправил крылья, оборачиваясь к Винчесто, уже собираясь уйти, чтобы не прикончить последнего прямо здесь. – Ты трус и малодушный ублюдок, – Люцифер зло сжал губы, морщась от отвращения при виде Винчесто, понуро опустившему взгляд в пол словно побитая собака. – Мамон и Урса примут тебя, но, когда я стану Королем Ада, не смей даже приближаться ко мне. Мне не нужна поддержка клана, где взрастили того, кто позволил подобному свершиться. Ответ ему не нужен – Люцифер расправил крылья, покидая Адские пустоши и оставляя Винчесто наедине с собой, борясь с желанием убить его за то, что по его милости произошло, чему он стал причиной. Люцифер ожидал чего угодно: что Ребекка предала Винчесто, в тайне спутавшись с Сатаной, что Винчесто познакомил ее с Королем Ада и прикрывал их, делая вид, что влюблен в нее. Чего угодно, но не того, что увидел. Демон ввалился в свою комнату, захлопывая дверь с тихим ударом. Хотелось поскорее смыть с себя эту грязь. Не успел сделать и два шага, как почувствовал, что не один: глубокая ночь и мирно свернувшаяся клубком на большой постели Вики Уокер остудили его бешенство, аккурат как ушат ледяной воды после адской жары. Люцифер тяжело вздохнул, рукой взъерошивая свои волосы, проходя на балкон. Хочется стереть все увиденное из своей памяти, но вряд ли это возможно. Почти задыхаясь от ярости, Наследник отчаянно пытался запихнуть увиденное и услышанное подальше. Выкурив несколько сигарет, одну за другой в нервном затяге, смотрел на горизонт, ожидая появления солнца и все надеясь, что оно заберет с собой испытанные эмоции и открывшиеся тайны. Ответы на вопросы, которые Люцифер не желал знать. Время, таявшее по капле, пролетело слишком незаметно. Солнце постепенно поднялось, озаряя лес и поляны близ Академии, оповещая о начале нового дня. Наследник замер, слыша тихую поступь Непризнанной. Мгновение – и она коснулась его руки. Несмело, боясь рассердить. Прижалась к плечу щекой, заставляя Люцифера выдохнуть и собраться с силами. Им еще предстояло все обсудить. Но пока Демон лишь приобнял ее, привлекая к себе и целуя в волосы, вдыхая приятный аромат лайма и зеленых яблок. Свежесть, что приносил с собой ее запах и ароматы утра. Тишина, в которой слышались лишь птицы, кружившие над Академией, и ее тихое ровное дыхание.