Сказание Синих Гор

Двери, ведущие в просторную залу, распахнулись и с грохотом ударились о стены. На пороге стояли растрепанные и запыхавшиеся Эстелиме и Эредриль. Несколько служанок, словно вынырнувших из-под земли, тотчас принялись аккуратно поправлять им прически и сбившиеся воротники. Остальные продолжали беспорядочно виться вокруг стола, раскладывая приборы и подавая блюда с дымящимися яствами. Из погреба выкатили две огромные бочки вина, которые вот уже более десятка лет ждали своего часа. Всеми приготовлениями руководила сама королева, указывающая слугам что куда класть, что поправить, а что лучше совсем убрать. Увидев своих детей, она жестом подозвала их к себе, не отвлекаясь от процесса. — Эстель, как можно было забыть о сегодняшнем приеме, — Анариэль бегло окинула взглядом дочь и удовлетворенно кивнула, — хвала Эру, ты выбрала прекрасное платье. Прошу, отнесись к этому ответственно. И ты тоже, Эредриль. Союз и родство с нолдорами сейчас как никогда важны для нас, — брат с сестрой синхронно кивнули. — Осталось совсем немного до их приезда. Думаю, нам стоит выйти и встретить их, — принц раскланялся, подхватил Эстелиме под локоть и направился к выходу, аккуратно огибая все еще суетившихся эльфов с подносами. — Погоди, я хочу поговорить с твоей сестрой наедине. Можешь идти, она скоро тебя догонит, — Эредриль неуверенно высвободил ее руку. Как только за ним закрылись двери, Анариэль заговорила, — не подумай, я не сержусь на тебя. Горячая кровь, юность и любопытство берут верх, но это не повод безрассудствовать. — Не понимаю, о чем вы, матушка, — королева цокнула языком и с укором посмотрела в сторону дочери. — Прошу, пойми, я беспокоюсь о тебе и пытаюсь уберечь. Нельзя просто так, в одиночку, разгуливать по горам вдали от города, где кишат орки и разбойники. И как бы хорошо ты не управлялась с луком или мечом, против отряда убийц ты не выстоишь. Твой отец не смог, — эльфийка резко замолчала. — Извини, так больше не повториться. — Когда-то я уже слышала эти слова, причем совсем недавно, — она грустно улыбнулась, — надеюсь, ты меня поняла. Не хочу казаться тираном, но если твои вылазки будут продолжаться, то мне придется принять меры. Все, можешь идти. Эстелиме судорожно выдохнула и поспешила удалиться. Выйдя из залы, она увидела скучающего на подоконнике Эредриля. Заметив сестру, тот встрепенулся и встал. — Наконец-то, давай быстрее, а то опоздаем, — и они быстрым шагом направились по коридору к парадным воротам. — Я не думала, что ты будешь меня ждать. — Одна ты опять свернула бы не туда и совершенно случайно оказалась бы где-то на гномьем перевале. — Так это ты все рассказал ей? — эльфийка несильно стукнула его по плечу. — Не я, но было нетрудно догадаться, что в форме разведчика рано утром ты не в библиотеку ходила. — А сам лучше? — Эредриль лишь улыбнулся и покачал головой. — Да. Некоторое время они шли молча. — И ты хочешь этого? — Чего? — принц недоуменно уставился на собеседницу. — Ну всего. Союза, жену. Это же фактически значит то, что тебе вскоре предстоит сесть на трон. И эта война, о которой все говорят. — Ох, сдается мне, что это долг каждого — беспокоиться о моей женитьбе. Что Талион, что ты. Не волнуйся, все будет в порядке. В конце концов, после отца править должен был я. Все это наместничество слишком затянулось, многие это понимают, в том числе и Анариэль. Она хорошая правительница, но ее не готовили к этому, — он вздохнул, — хочется ли мне этого, не хочется, но я должен быть королем. А война… союз нужен прежде всего для экономической поддержки. Мы с трудом выживаем здесь, чем больше у нас связей, тем легче это нам удается. В такое время и в таком месте невозможно быть на нейтральной стороне. — Я не хочу выбирать между хорошими и плохими, потому что ни тех, ни других нее существует! — К сожалению, Эсти, все уже выбрали за тебя, — с нежностью улыбнулся ей Эредриль и ускорил шаг. Весь оставшийся путь никто не решался заговорить. Парадный вход во дворец поражал своими величественными воротами с искусно выкованной гномьими мастерами железной лозой. На каменных стенах висели знамена, а на флагштоках развевались шелковые синие и белые полотна с гербами. На ступенях лежал длинный ковер, расшитый серебром. Он несильно мерцал на солнце, напоминая звездное небо в туманную ночь. С двух сторон по бокам шеренгой стояли парадно одетые солдаты с начищенными до блеска мечами и копьями. Первый советник, увидев юных наследников, подошел к ним и указал им места, куда нужно встать. «Я сам представлю вас нашим гостям, а вы должны будете поприветствовать их и пригласить к столу для дальнейших переговоров, ” — дипломат всем своим видом пытался не выдать своего волнения и говорил он уверенно и оптимистично. Трубы радостно загудели, где-то вдалеке послышались радостные возгласы и аплодисменты. Через несколько мгновений во двор, словно вихрь влетели десяток белоснежных лошадей в темных расшитых попонах. Среди прибывших была лишь одна молодая девушка, с легкостью держащаяся в седле и при этом выглядевшая как само воплощение грациозности. Остановившись, они одновременно с невероятной изящностью спрыгнули на землю и раскланялись. Двое самых статных и нарядно разодетых эльфа вышли вперед к советнику. — Приветствую вас, братья синдары, я Фингон, сын Фингольфина, король нолдор-изгнанников, — многие из солдат и сам Эредриль затрепетали перед величественностью посетившей их персоны. Посол коротко кивнул. — Рады видеть вас в наших ваших владениях, великий владыка. Позвольте представить вам наследников королевского престола его высочество принца Эредриля и ее высочество принцессу Эстелиме, — брат с сестрой дружно поклонились. — Доброго здравия и мира вам, братья. Позвольте провести вас к столу для трапезы и дальнейшего обсуждения вопросов, — хором произнесли они. Фингон удовлетворенно кивнул, махнул рукой своим эльфам, и вся процессия чинно последовала за синдарами внутрь дворца. Шли в тишине, никто из нолдоров не пытался с кем-то заговорить. — Противно от этих формальностей и этикета, — как можно тише зашептала Эстелиме в ладонь, оглядываясь, чтобы убедиться, что ее никто не слышит, особенно первый советник. Эредриль также неслышно шикнул на нее. — Думаешь тебе одной? Но лучше поговорим об это после банкета. Как только гости переступили порог залы, музыканты начали играть на арфах, а королева, сидящая до этого в центре стола, поднялась и поприветствовала вошедших реверансом. Фингона, его сопровождающих и Анариэль представили друг другу, и все собравшиеся направились к столу. Беседа шла неспешно, казалось, что посланники нолдоров больше заинтересованы едой и удобными креслами после долгой дороги, хотя уставшими они совершенно не выглядели. Сам король, в основном, молчал, лишь изредка что-то добавляя к словам своего дипломата. Юная эльфийка тихо сидела около выхода и упорно пыталась скрыть свою скуку. Впрочем, Эстелиме ее прекрасно понимала, но в данной момент она внимательно следила за разговором, хмурясь каждый раз, когда упоминались Моргот, орки и военные походы. Когда слуги унесли грязные тарелки, и была объявлен перерыв перед новой переменой блюд, король Фингон встал, сложа руки за спину, и вышел в центр комнаты, чтобы всем было его лучше видно и слышно. — Мы все знаем, ради чего на самом деле затевается столь крепкий союз. Признаю, мне больно слышать о страдании моих братьев и именно поэтому я, мы собираемся положить этому конец. Владыка Маэдрос созывает союз, чтобы нанести сокрушительный удар по Ангбанду. Я уверен, с нами будет вся боевая сила дома Фингольфина, Феанора и всего Гондолина, но каждая песчинка в буре важна! — на это Анариэль что-то недовольно пробормотала, но ее не услышали, — я прошу, нет, призываю вас присоединиться к нам в грядущей войне. Общими усилиями мы обязаны победить. — Ваши планы, конечно, впечатляют, — в этот раз королева все же перебила его, — но вы забываете, что любая война — это дорогое дело. О каких походах может идти речь, если все силы наших солдат уходят на оборону границ. Мои подданные голодают и трясутся от каждого шороха ночью. — Мы окажем вам необходимую поддержку, чтобы вы смогли подготовить максимальное количество бойцов. Если операция пройдет успешно, ваш народ может рассчитывать на наше вечное сотрудничество во всем. — Речь шла не о будущем, — Фингон помрачнел. — Несомненно, я просто объясняю, что вы потеряете при отказе. Не только синдары сейчас бедствуют, — он замолчал, — у нас еще есть время, давайте приступим к десерту. Со временем вино ударило в голову, а вкусная еда расположила собеседников друг к другу окончательно. Союз Маэдроса больше не упоминался, говорили больше о семьях, торговых соглашениях, новых трактатах эльфийских мудрецов и балладах Маглора. «Ох, наследнику нужна жена? Что ж, ну тогда позвольте представить Наурен, дочку моего хорошего друга. Не королевская кровь, но разве это имеет значение? Любовь не имеет титула, не правда ли?» — когда речь зашла о скором восхождении Эредриля на трон, Фингон наконец обратил внимание на не подававшую до этого голоса нолдорку. «Я думаю, им стоит прогуляться, чтобы познакомиться поближе. Мы же с вами, Анариэль, давайте побыстрее закончим с формальностями. Можем пройти в ваш кабинет, если так будет удобнее.» Слуги постепенно начали уносить блюда со стола, а остальные подниматься со своих мест, чтобы направиться по своим делам. Эредриль учтиво поцеловал протянутую руку Наурен, приглашая ее на променад. Эстелиме, понимая, что вся официальная часть приема уже закончена, поспешила удалиться, чтобы проверить своего раненого волка. Она и так сильно задержалась. Нельзя надолго оставлять одного во дворце, пусть и раненого, но, несомненно, опасного оборотня. Он давно уже мог сбежать. Что же тогда будет. Приблизившись к двери, она услышала громкий топот и инстинктивно отшатнулась назад. В этот момент в комнату влетел потрёпанный запыхавшийся эльф, который, не переводя дыхание, тут же прокричал: «Никакого союза не будет! Как все еще действующий правитель этих земель я отказываюсь и запрещаю другим иметь дела с нолдорами». Следом за ним прибежала стража. Но охранники не пытались его схватить и увести, а лишь стояли с потерянными лицами. В оглушающей тишине раздался судорожный вздох Анариэль. Казалось, что только она более-менее понимала, что происходит здесь в данный момент. — Еще раз повторю, никакого сотрудничества, союза, военного похода и всего прочего я с вами заключать не буду! И предлагаю покинуть нашу крепость в сей же час, — эльф выпрямился и твердым шагом подошел к королю нолдор. Фингон перевел взгляд на него. — Кто вы, и какое право вы имеете приказывать здесь? — Боюсь, вам и правда стоит уйти. Это мой муж Ферселион, считавшийся погибшим до этого дня, — истинный владыка этого королевства.