In the Name of Love

I wanna testify Scream in the holy light You bring me back to life

Изуку не трус. Нет, он не сбегает от опасности. Куда логичнее будет назвать его безрассудным. Но несмотря на это, он сейчас убегает. Не от чего-то плохого или страшного, как минимум он не думает, что это так плохо. Любовь должна быть прекрасной, верно? Несмотря на всю боль, что она приносит, это прекрасное чувство. Это бремя. Он обременен этим чувством. Мидория полон любви. Он не часто получает любовь в свою сторону, но всегда готов отдавать её другим. Это не так уж и проблематично для других, верно? Он никогда не хотел причинять людям неудобства, поэтому, для него не было проблемой сокрытие своих собственных чувств. Потому что если остальные счастливы, то и он тоже. У него никогда не возникало проблем с тем, чтобы дарить другим любовь и заботу, не ожидая ничего взамен. Но сейчас он не может прекратить ожидать, и это чувство так ненавистно ему. В настоящее время, это ощущается так, будто любовь готова вырваться из его сердца. Не в хорошем смысле. У него нет никого, кому можно было бы её подарить, поэтому она просто остаётся в нём, вместе с мыслями. Есть только один человек, которому он хочет подарить эту любовь, но так как это невозможно, она копится и копится внутри. Он немного эгоистичный, не так ли? Чувствует себя счастливым от абсолютно любой мелочи, которая явно не значит ничего для Шото. Мидории сложно смотреть ему в глаза, ведь каждый раз как он смотрит, ему хочется рассказать всё о своих чувствах, которые заставляет его чувствовать гетерохром. Поэтому он старается избегать его взгляда. Тодороки наверняка заметил, что Изуку избегает его с момента последнего "инцидента с кошмаром", но не поднимал эту тему. По крайней мере он не поднимал её с Изуку. Несколько дней назад Мидория заметил, как разноволосый спрашивает Урараку о том, в порядке ли он. Изуку сделал вид, что не слышал этого. Не так легко отвернуться и уйти, но это намного легче чем столкнуться с ними и получить множество вопросов. ... Изуку полусонный, когда отвечает на звонок. Он не особо думает, когда достаёт свой звонящий телефон, находясь едва в сознании. Мидория подносит телефон к уху, издаёт гортанный звук, скорее всего значащий что-то вроде "алло", но потом понимает, что что-то не так. Тяжёлое дыхание, доносящееся с другой стороны телефона, звучит так, будто звонящий держится из последних сил. Сердце зеленоволосого проваливается в пятки на какой-то момент. Что происходит? Кто...? Изуку, теперь окончательно проснувшийся, смотрит на экран телефона, чтобы проверить, кто звонит ему в... в три часа ночи. Что ж, на самом деле он подозревает, кто это. Но всё-таки надеется, что ошибся. Надежды никогда не заводили его далеко, но дураки никогда не учатся на своих ошибках. - Тодороки-кун? - тихо спрашивает он, смотря на имя звонящего на экране. Зеленоволосый подносит телефон ближе к уху, думая о том, что возможно он позвонил случайно, поэтому и молчит. После того как он... Наверняка Тодороки не хочет разговаривать с Изуку после того, как тот избегал его такое- - Мидория. Голос парня звучит заглушенно. Хрипло. Напуганно. Отчаянно. Он звучит, будто в ужасе. Тьма в одном только слове наталкивает Изуку на мысль, что это не просто кошмар. Это кошмар. Один из тех, что заставляют тебя думать о том, чтобы больше не засыпать вовсе. Тревога начинает заполнять его голову, когда Шото начинает произносить его имя снова и снова, словно мольбу. - Тодороки-кун, тебе нужно дышать. Ты слышишь меня? Всё, что слышит Мидория в ответ, это своё собственное имя. - Тодороки-кун! Черт, это нехорошо... Я подойду скоро, хорошо? Просто дай мне минутку, не сбрасывай звонок и пожалуйста, постарайся дышать глубже, хорошо? Изуку торопливо встаёт с кровати и выходит из комнаты, почти срываясь на бег, поднимаясь на несколько этажей выше. Ему лучше не шуметь, но он не может идти к нему спокойным шагом. На это нет времени. Парень пытается всё это время говорить с Тодороки, но это не срабатывает. Голос Шото начинает слепляться в неразборчивую кашу, и Мидория не уверен, произносит он его имя или бормочет что-то совершенно другое. Грудная клетка зеленоволосого разрывается от тревоги и страха. Тодороки звучит так, будто ему на самом деле больно. Его лёд прорезался сквозь руку?... Нет, как бы он тогда звонил ему? Это невозможно, верно? Изуку бежит быстрее. Его сердце бьётся так сильно, когда он открывает дверь и без единой мысли входит в комнату Тодороки. Всего через несколько секунд их взгляды встречаются, и Мидория замирает на месте. Гетерохром держит телефон двумя руками, и это выглядит так, что приложи парень чуть больше силы в свою хватку, телефон бы разбился. Кристаллы льда вновь покрывали его тело, но видимо, он старался их контролировать, потому что зеленоволосый может видеть влажные следы на матрасе. Определённо от растаявшего льда. Это не самая шокирующая вещь, что он видит, учитывая, что это не первый раз, как он замечает друга в такой ситуации. То, что замечает Изуку после этого, заставляет его застыть на месте. Лицо разноволосого обычно не проявляет много эмоций, изменения в его чертах лица маленькие и незначительные, и начинаешь их замечать ты только после того, как проведёшь какое-то время в окружении парня. Иногда, даже этого недостаточно. Изуку, с другой стороны, уверен, что он достаточно хорошо разбирается в его эмоциях. Обычно, наиболее яркие эмоции на лице Тодороки это злость или разочарование. Возможно именно поэтому Мидория не ожидает увидеть, как его лицо искажается в страхе. - Т-Тодороки-кун? - спрашивает он, чувствуя, как паника внутри нарастает с каждым мгновение. Изуку подходит ближе, стараясь не совершать никаких резких движений, сомневаясь в том, что Тодороки сейчас мыслит здраво. Он определённо не выглядит как здравомыслящий человек. Шото вздрагивает, смотря на него с широко распахнутыми глазами, будто осознав, что Мидория здесь. Он выглядит так, будто с каждой секундой, что он смотрит на Изуку, ему больнее и больнее. Или зеленоволосому показалось? По его мнению, Тодороки выглядит так, словно вот-вот заплачет. Он когда-либо видел его плачущим? Это кошмар заставил его так себя почувствовать? Мидория вскрикивает от неожиданности, когда Тодороки внезапно хватает его за руку и тянет вниз без какого-либо предупреждения. Буквально секунду они просто смотрят друг на друга, словно время остановилось, а в следующую секунду зеленоволосый на полу, а дрожащие руки гетерохрома крепко его обнимают. Его хватка настолько сильная, что она бы наверняка причинила Изуку много боли, если бы тот не был устойчив к ней. Тодороки держит его так, что вот-вот он исчезнет, если отпустит. - Мидория. Изуку чувствует что-то влажное на своём плече. Плече, в которое утыкается Тодороки. Его лицо прижимается к зеленоволосому, поэтому тот не может видеть его, но Мидория не сомневается в том, что происходит. В тот момент, когда Мидория нуждается в своём разуме больше всего, он становится совершенно пустым. Если он не соберётся сейчас, он тоже заплачет. Ему, может быть, и не больно, но просто видеть то, как плачет Шото, заставляет его страдать намного больше, чем он показывает. По крайней мере сейчас. Он, черт возьми, должен быть сильным в этой ситуации. Слёзы разноволосого продолжают капать, пока он продолжает произносить имя Изуку в его плечо снова и снова. У Мидории нет слов. Но это хорошо... Вероятно. Может, нет правильных слов, чтобы произнести их в этот момент. Иногда тишина бывает лучше, чем пара неловких слов. Колеблясь, он оборачивает руки вокруг Тодороки, помещая ладони на его спину. Это не останавливает плач гетерохрома, но по крайней мере он больше не дрожит так сильно. Это всё, что он может сделать сейчас, не так ли? По крайней мере, пока Тодороки не успокоится достаточно для разговора. Изуку похлопывает его по спине, и даже когда ноги начинают затекать, он не сдвигается с места. Ничего страшного. По крайней мере, слышать дрожащие вдохи и подавленные всхлипы Тодороки на порядок больнее. Мидория не уверен, как много времени прошло, но в какой-то мере Шото успокаивается. Парень отодвигается от его плеча, но несильно, только чтобы сделать несколько глубоких вдохов, видимо возвращаясь к реальности. - Тодороки-кун? - мягко спрашивает зеленоволосый. Рука гетерохрома сжимает рубашку Изуку на спине чуть сильнее, отодвигаясь ещё чуть дальше, достаточно для того, чтобы Мидория мог видеть его лицо. Тодороки не отпускает его, но отводит взгляд в сторону и хмурит брови, возможно ему больно. Это тревожит. Изуку хочет помочь ему, но как он может сделать это, если Шото не позволяет? Тодороки прикусывает губу, закрывая свои слегка опухшие от слёз глаза, он ещё не готов встречаться с реальностью. На его щеках небольшой румянец, но он не вызывает в груди у Изуку трепещущего чувства, как бывает обычно. Он заставляет его живот скрутиться в волнении, потому что это первый раз, когда разноволосый проявляет так много эмоций на своём лице. Каким-то образом, это не делает Изуку счастливым. Он никогда бы не хотел вновь увидеть подобного выражения лица у друга. Шото выглядит так, словно ему стыдно. Ему совсем не подходит. Тодороки никогда не делал чего-то не так, не намеренно; он такой добрый, такой заботливый. У него нет никаких причин, чтобы иметь такое выражение лица. И всё же, он выглядит таким, таким пристыженным сейчас. За что? За плач? За то, что Изуку его утешил? Зеленоволосый не знает, что за нелепая причина пришла в голову парня на этот раз, но он не собирается просто сидеть здесь и позволять ему считать, что он сделал что-то не так. Мидория сглатывает, слегка опуская голову, просто чтобы иметь возможность смотреть гетерохрому в глаза. - Хей, - произносит мягко зеленоволосый, но Тодороки резко жмурит глаза и хмурится, как будто его ударили прямо под дых. - Хей. Посмотри на меня. Изуку кладёт руку на голову Шото, мягко взъерошивает его волосы и именно это заставляет разноволосого посмотреть на него, с широко распахнутыми глазами. Он открывает свой рот, точно хочет что-то сказать, но ничего не выходит. Парень закрывает рот спустя секунду, смотря на Изуку с таким выражением во взгляде, который просто невозможно определить. Мидория только улыбается ему. Подбородок Тодороки начинает подрагивать. Геторохром крепко сжимает губы в тонкую линию, прижимает зеленоволосого чуть ближе к себе, всё так же сжимая его футболку на спине, пытаясь сдержать слёзы. Он поддаётся вперёд и прячет лицо в ямке на шее Изуку. Мидория не двигается. Не то чтобы у него были проблемы с таким типом близости... На самом деле, он был бы на седьмом небе от счастья, если бы не нынешние обстоятельства. Зеленоволосый просто не уверен, что сможет подобрать нужные слова, которые помогут в этой ситуации. Может быть молчание будет лучшим решением. Парень ненавидит, как выглядит сейчас Тодороки, но он будет ненавидеть ещё больше, если всё ухудшит. - ...Прости. Шото звучит разбито. Точно так же, как и сердце Изуку сейчас. - Всё хорошо, - выдыхает Мидория, слёзы скапливаются в его глазах. - Я дам тебе время успокоиться, тебе не нужно ничего говорить, если ты не хочешь. Но я более чем готов выслушать тебя. Тодороки отодвигается от его шеи во второй раз, смотря на зеленоволосого с сомнением. Его глаза покраснели от слёз, но Изуку уверен, его глаза ничем не лучше. Шото смотрит на него, на его глаза, на нос, веснушки, ищет любые признаки лжи в его чертах лица. Он не находит. Просто не может найти, потому что Мидория сказал ему правду. - Я заставляю тебя чувствовать себя некомфортно? - спрашивает гетерохром, но не убирает рук со спины Мидории. Во всяком случае, он пододвигается чуть поближе. Изуку моргает несколько раз, не понимая, почему вообще Шото спрашивает это. Он не был бы здесь ещё бог знает сколько времени, если бы не хотел так отчаянно помочь ему. - Ч-Что? - Ты избегал меня. Это не вопрос, это утверждение. Значит он заметил. Конечно он заметил, это очевидно, учитывая, как много времени они проводили вместе до того, как Изуку испугался своих собственных чувств и решился больше не показываться перед своим лучшим другом. Он должен был догадаться что когда-нибудь всё вскроется. Он такой глупый. - Д-Да, я... Ты прав. Мне так ж-жаль. Это п-просто... Ничего особенного. На самом деле, я чувствую себя таким г-глупым сейчас. Я д-даже не знаю зачем я это д-делал. Я просто... Я р-рад, что ты всё ещё д-доверяешь мне настолько, чтобы позвонить. Тодороки кажется ощущает себя виноватым. Странно. С чего бы это? - Я не хотел звонить тебе, но... - гетерохром выдавливает слова с огромным усилием. Зубы парня крепко сжимаются, и он делает небольшой вдох прежде чем продолжить. Мидория кладёт руку на плечо Тодороки, слегка сжимая его. Он ждёт. Ему сейчас больше нечего делать, поэтому он просто ждёт. - Мой кошмар... Ты... Тодороки закрывает глаза. Он выглядит так, будто переживает кошмар прямо сейчас, посреди своей комнаты с Изуку в руках. Зеленоволосый надеется на то, что сейчас у него не то болезненное выражение лица. Он хотел бы услышать его смех. Слышал ли он когда-либо как смеётся Шото? Слышал ли? - Ты был мёртв, ты... Я хотел убедиться, что это просто... Ты продолжал умирать снова и снова, и я... - Шшш. Изуку крепко его обнимает, кладя руку на его затылок. Ему не хочется слышать, что именно произошло во сне. Ему не нужно чтобы Тодороки вспоминал этот сон. Наоборот, он был бы рад, если бы гетерохром забыл об этом сне. Может быть это помогло избавиться от того выражения лица, что было у него несколько секунд назад. - Всё закончилось. Мы оба сейчас здесь, верно? Зеленоволосый обнимает парня крепче, пытаясь сформировать слова, но соображать сложно сейчас. Слова всегда были чем-то сложным, но Мидория часто замечал, что способен найти их в важный момент. И сейчас ему нужны слова, правда нужны. Он просто понимает, что не может молчать на этот раз; ему хочется сказать что-то, что будет правильным в этой ситуации. Именно поэтому он игнорирует желание промолчать и продолжает говорить. Разговор это всё, на что способен он в данный момент, но иногда слов бывает достаточно. - Я теплый, верно? Тодороки кивает, колеблясь. - Я тёплый, потому что живой. Изуку улыбается. - И ты, ты тоже тёплый, - добавляет зеленоволосый, оборачивая пальцы вокруг правой руки Тодороки. Он замечает, что лёд окончательно растаял. - Теплее, чем ты думаешь. Тишина продолжается, и никто из них не может сказать, сколько она длилась. Но на этот раз тишина именно то, что необходимо им обоим. - Да, - шепчет разноволосый. Когда гетерохром начинает подрагивать, плечо Изуку снова становится влажным, на сей раз это не кажется чем-то плохим. У него есть ощущение, что это не слёзы боли, что были ранее. Мидория соврет, если скажет, что в его глазах нет никаких слез в этот момент. - Спасибо. Тодороки не нужно благодарить его. Это естественно. Изуку сделал бы большее, если бы мог, но пока... Этого достаточно. Мидория похлопывает Тодороки по плечу, пока он не перестаёт плакать, даже если хочет. Хорошо, что он выплакался. Изуку не думает, что у него самого было много шансов выплакаться самому. Шото утыкается в шею Изуку, пока зеленоволосый мягко поглаживает его по голове. - Ты можешь остаться? Мидория моргает. - А? - Здесь. Только сегодня. Я... Я не хочу... Больше ни единого слова не вырывается изо рта парня, поэтому Изуку решает прервать его. Он не может позволить ему думать об этих кошмарах снова. Он достаточно настрадался за сегодня. Он достаточно настрадался в принципе. Гетерохром не должен был страдать после всего, что прошёл. Жизнь... может быть намного жёстче, чем любой из всевозможных злодеев. Очень разочаровывает, что тот, кто должен быть одним из величайших героев, является причиной того, почему Тодороки проходит через все эти кошмары. - Ах! Эм. Я имею в виду. З-Здесь? С тобой?.. Это... Э-Эм... Ч-Что ж... - выдавливает Изуку, стараясь не звучать слишком нервно, и видимо, окончательно проваливаясь в этом. Лучше забыть о том, что он облажался, поэтому он предпочитает не думать об этом, потому что наверняка станет ещё более нервным. Тодороки вздыхает. - Всё хорошо, - смиренно говорит гетерохром, - Не заставляй себя. Он звучит так... разочарованно. О боже. Это так смущает, но Мидория не хочет оставлять его одного этой ночью. Просто... Зеленоволосый не уверен, что выдержит это всё. Но после того как он был так несправедлив к своему другу, как он может отказать? Он сделает всё для него. К тому же, сейчас Тодороки нуждается в этом больше всего. Он не просит о чем-то невозможном. - Н-нет! - почти пищит Изуку, притягивая Тодороки, который начал отстраняться, обратно в объятия. - Я и-имею в виду, н-нет, я не з-заставляю с-себя. Я могу... Как ты и с-сказал... З-Здесь... Что ж, не совсем то, что он хотел сказать, но он полностью заслуживает волну стыда, которая захлестывает его после своих же слов. Он лучший друг Шото, в конце концов. Он мог подобрать слова и получше. Он должен был. Тодороки не позволяет ему чувствовать себя плохо слишком долго. - Так ты останешься? - спрашивает он, приподнимая голову чтобы встретиться взглядом с Изуку. Гетерохром выглядит уставшим, но уголки его губ слегка приподнимаются, и это всё, что необходимо Мидории, чтобы почувствовать себя лучше. Зеленоволосый коротко смеётся, и почти сразу же чувствует себя чуточку увереннее. Не раздумывая, Мидория наклоняется так, чтобы их лбы соприкасались. Шото застывает на месте на несколько секунд, прежде чем поднять руки со спины Изуку, вместо этого оборачивая их вокруг его шеи. Тепло. Изуку улыбается, его лицо слегка краснеет. - Останусь.