Мой Личный ФБРщик

      Лекса болезненно застонала, когда музыка начала доноситься из телефона, оповещая о звонке. Каждый бит отдавался невероятной болью в висках, а во рту появилось ощущение будто там кто-то умер и сейчас медленно разлагался. Казалось, она могла услышать даже топот мухи, если бы не этот противный громкий рингтон.       Кое-как вытянув руку, Лекса с закрытыми глазами начала рыскать по полу в поисках неумолкающего мобильника. Когда она все же наткнулась на него, то медленно пододвинула его к себе пальцами, а потом подняла и приняла звонок, шлепая телефон на щеку.       — М-м-м?       — Вудс, ты, черт подери, где?! — громкий голос Ани заставил голову болеть еще сильнее.       — Не… кричи, — промямлила она.       — Ты еще спишь что ли? — немного спокойнее поинтересовалась Фишер.       — М-м-у-г-у…       — Вудс, ты должна быть в чертовом Бюро уже как час! — громко шикнула Аня в трубку.       — Что?       — Работа, Лекса! Работа!       Резко открыв глаза и сразу же сморщившись от яркого света, Лекса села на кровати, все еще держа мобильник у уха. Во рту было чрезмерно сухо, казалось, что слюна вообще перестала выделяться. Она с трудом сглотнула, прикрывая глаза ладонью.       — Черт, — прохрипела Лекса, — прикроешь меня? Я постараюсь скоро прийти…       — Я хоть и зла на тебя, Вудс, но да, — она услышала тяжелый вздох Ани. — Быстрее тащи свою задницу сюда!       — Угу…       Лекса услышала короткие гудки и откинула телефон на кровать. Сколько шотов текилы она вчера в себя влила? Она точно помнила четыре, очень размыто прошли еще два. Скинув одеяло с ног, Лекса открыла глаза и обомлела. Она была не у себя дома… это была комната Кларк, которую она так часто видела на фоне, пока следила за ней. Но как она тут оказалась?       Нахмурившись, Лекса оглядела себя. Она была в одежде, значит… они не спали? Схватив телефон с кровати, а потом стакан воды с тумбочки, она жадно пила воду, ожидая, пока Кларк возьмет трубку. Но вместо длинных гудков, резко наступили короткие. Лекса в непонимании оторвала мобильник от уха и посмотрела на экран, где было написано, что пользователь занят.       Она сбросила ее. Разбираться со всем произошедшим сейчас не было времени, нужно было срочно ехать в Бюро и желательно не в той одежде, в которой она была в баре и спала в этой комнате. Быстро стянув темные джинсы и кофту с длинным рукавом, она открыла шкаф Кларк, вытягивая оттуда большую красную толстовку с белой надписью и какие-то спортивные штаны. Душ она примет в Бюро… сейчас время играло против нее.       Быстро одевшись, Лекса взглянула на себя в зеркало, которое висело над комодом, и поежилась, увидев покрасневшие глаза и залегшие тени под глазами. Темные волосы вообще представляли из себя спутанный клубок, который раньше был пучком. Натянув на голову просторный капюшон, она громко зевнула, мгновенно морщась от этой давящей боли в висках. Гребаная текила…

***

      Лекса устало упала в кресло, натягивая капюшон чуть ли не до носа. Ей сейчас хотелось только спать, а не пялиться в эти мониторы, которые сжирали ее зрение со скоростью света каждый день. Линкольн и Аня удостоили ее лишь мрачным «привет» и больше не сказали ни слова, что в данной ситуации было спасением для Лексы.       Но как бы она не хотела заснуть, громкое щелканье клавиатур и мышек не давали ей этого сделать. Эти звуки только раздражали Лексу. Шумно выдохнув, она подняла голову и слабо прохрипела:       — Что вчера было?..       Ответом ей послужила тишина. Ни Линкольн, ни Аня даже не дернулись, продолжая смотреть в свои компьютеры.       — Черт с вами, — со злобной горечью сказала Лекса, доставая телефон и набирая номер Кларк.       Однако ее опять сбросили. Да что за чертовщина творится… Лекса лениво достала из тумбочки телефон Перри и вздохнула, открывая переписку с Кларк. Иронично, что Четырнадцатая обиделась на две личности Лексы.       Perry: Хэй.       На удивление ответ пришел незамедлительно.       Object14: привет       Perry: Прости за те слова про ФБР.       Object14: забей, я сама повела себя, как ребенок, на это не обижаются       Perry: А чего тогда не написала?       Лекса потерла глаза, которые начали немного слезиться. Похоже, сегодня она явно не способна работать нормально…       Object14: я хотела       Object14: но была занята       Perry: Лексой?)       Кларк ответила не сразу, из-за чего Лекса напряглась, потому что в голову закралось маленькое сомнение, что Четырнадцатая может знать, кто ей пишет от лица Перри.       Object14: частично, на самом деле       Object14: мы после первой встречи ходили еще в парк       Perry: Да, я знаю. И как?       Object14: черт, ты можешь хотя бы делать вид, что не следишь за мной       Object14: это очень крипово       Perry: Ладно. Так и как прошло свидание?       Object14: на самом деле, неплохо       Object14: правда потом она мне соврала       Object14: а я поймала ее на этой лжи       Object14: причем это был пиздец       Object14: запалила ее в баре с друзьями, когда она сказала, что пойдет на работу       Perry: Ничего себе…       Лекса усмехнулась, закрывая глаза всего на пару секунд, чтобы дать им возможность отдохнуть.       Object14: мне стало так обидно       Perry: Ну, она тебе потом объяснила, почему соврала?       Object14: да       Object14: только вот это не меняет того факта, что она соврала       Object14: как там говорится?       Object14: про благие намерения       Perry: Благими намерениями вымощена дорога в ад. Ты про это?       Object14: да!       Object14: так вот потом она решила нажраться, потому что заказала себе текилу       Object14: ее поведение было мерзким       В смысле мерзким? Она ведь не трогала Кларк даже после четырех шотов, которые выпила. Или трогала, но уже позже? Лекса невольно напряглась всем телом.       Perry: Что ты имеешь в виду?       Object14: ну, она в какой-то момент начала лезть очень сильно       Object14: я не выдержала и поехала домой       Object14: и ночью она приперлась с цветами, сорванными с какой-то клумбы сто проц, которые были засунуты в пустой пакет из-под сухариков       Лекса подавилась слюной и зашлась громким кашлем. Что? Она приложила ладонь ко лбу, закусывая губу и стараясь не издать звука, очень похожего на хныканье. Господи, ну надо же было так облажаться…       Perry: Какая мерзость…       Лекса и правда считала свое поведение отвратительным. Ей двадцать семь, а она напилась и вела себя как какой-то подросток в пубертатный период. Почему ее пьяный мозг решил сделать подобное?       Object14: да нет на самом деле это было странно мило       Она выгнула бровь. В очередной раз: что?       Object14: ну, то есть прикинь она еле стоит на ногах, а у нее в руках какие-то дохлые цветочки       Object14: один из них даже отвалился))       Object14: да и все это произведение завернуто в пакет из-под сухариков       Object14: а довершением ко всему этому стала ее великая фраза, что в ее душе воскрес романтик, потому что, пока она искала открытые магазины, которые не нашла, она решила собрать букет сама       Perry: Я не знаю, как на это реагировать, Кларк.       Object14: ВОТ И Я НЕ ЗНАЛА ПРИКИНЬ       Object14: мне хотелось плакать и смеяться одновременно       Object14: у Рейвен случился истерический припадок       Лекса перевела взгляд на сконцентрированную Аню. Если подобное шоу видела она, то Лекса просто умрет от стыда. Глубоко вздохнув, она начала быстро печатать.       Perry: То есть, ты ее простила?       Object14: ну да       Object14: я вообще ее простила еще после разговора в баре       Object14: но нужно же как-то к себе подогреть интерес       Object14: поэтому сижу корчу из себя обиженку       Лекса вскинула бровь. То есть вот так? Оказывается, она была прощена еще тем же вечером, просто Кларк это мастерски скрыла, продолжая дуться и игнорировать ее. Ну за что ей все это?.. Она ведь могла не напиваться…       Perry: Зачем? Это разве правильно?       Object14: Перри       Object14: не тупи       Object14: никому не нравятся девушки, которые не умеют показывать зубки       Perry: Я не думаю, что твоя обида на вранье — проявление зубок, Кларк.       Object14: не, я по факту вообще-то обиделась       Object14: просто пусть не думает, что я так легко ее простила       Object14: это ведь логично       Вудс покачала головой. Вот надо же было связаться с девятнадцатилеткой…       Perry: Ну… не совсем, вообще-то.       Object14: ниче ты не понимаешь, Перри       Object14: ладно, у меня пара, потом спишемся       Perry: Хорошо.       Лекса положила телефон и сдавленно застонала. Отлично. Она выяснила, что вчера вела себя безумно по-детски и очень глупо. Как можно было додуматься сорвать цветы и засунуть их в пакет из-под сухариков? И где она вообще взяла его? Если в мусорке откопала, то это вообще позор на всю жизнь.       Быстро включив мониторы, она что-то напечатала и вывела на главный экран Кларк, которая сидела на паре и что-то записывала, внимательно слушая. Вид у нее был весьма свежий… особенно, если сравнивать с помятой Лексой. Светлые волосы были распущены и локонами лежали на плечах, в то время как на глазах виднелись очки. Лекса слабо улыбнулась и начала массировать виски. Нужно было дозвониться до Кларк или лучше написать? Перри она ответила на сообщения, в то время как ее номер сбрасывала.       Это немного задевало, но, возможно, Кларк не отвечала ей из-за учебы. Попробовать позвонить все же стоило. Взяв второй мобильник, она быстро набрала Четырнадцатую, подгибая ногу под себя и смотря на Кларк через монитор.       Лекса увидела, как Кларк посмотрела на свой телефон, потом увидела ее лукавую улыбку, а потом нажала на красную кнопку, сбрасывая вызов. Рот Лексы непроизвольно распахнулся. Вот это наглость. Внутри все начало вскипать от такого поведения своего объекта.       Lexa: Почему ты не берешь трубку?       Отправив сообщение, она внимательно начала смотреть в монитор, где Кларк, взглянув на телефон и прочитав эсэмэску, заулыбалась еще шире и просто заблокировала его.       — Да она специально это делает! — вскочив со своего места, яростно прокричала Лекса и тыкнула пальцем в экран.       Аня обернулась на нее, скептически выгибая бровь и храня гробовое молчание, в то время как Линкольн был полностью погружен в работу и даже не слышал возгласа Лексы из-за музыки в наушниках.       Вудс повернулась к Ане и скинула капюшон, проводя рукой по еще не успевшим высохнуть волосам.       — Да Господи, Фишер, — она всплеснула руками, — ну прости меня. Я идиотка, что не сказала вам про Кейна. Но он сам запретил мне это делать!       — Я много чего тебе рассказывала, когда Кейн запрещал, — сквозь сжатые губы проговорила Аня, снимая наушники.       — Ну прости, — Лекса безнадежно вздохнула, — решение пойти к нему было очень спонтанным.       — Ты могла бы сказать после, — Аня закинула ногу на ногу, полностью разворачиваясь в кресле к Лексе, и наклонила голову.       — Да, могла, — согласилась Вудс, — но я знала, что вы будете злиться, что я пошла без вас к нему!       — Позлились бы минуту и прекратили.       — Черт! Да что мне сделать, чтобы ты меня простила?!       — Принеси мне кофе, — Аня пожал плечами, стараясь удержать максимально серьезное лицо и не улыбнуться, — с шоколадкой агента Райли.       Глаза Лексы округлились. Она в неверии смотрела на свою подругу.       — Не-е-ет, — севшим голосом протянула она.       — Да-а-а, — вторила ей Аня, издевательски ухмыляясь.       — Ты хочешь моей смерти?       — Райли не настолько жаден до своей еды, чтобы убивать кого-то, Вудс, — она фыркнула.       — За шоколадки он убивает… ты же знаешь, что он их считает.       — Ну, если ты сделаешь все по-тихому…       — Аня, давай, я тебе отдам весь свой запас шоколадок, — Лекса умоляюще сложила руки и состроила щенячьи глазки.       — Неа.       Обреченно выдохнув, она кивнула и, опустив голову, направилась к двери.       — Господи, да ты реально бы сперла шоколадку у Райли?! — Лекса услышала дикий смех. — Похоже ты реально раскаиваешься.       Лекса обернулась, смотря на хохочущую подругу, и улыбнулась, в своей голове прыгая от радости, что ей действительно не придется красть шоколадку у Райли, который был настолько сладкоежкой, что однажды вызвал на спарринг другого агента, который съел его мармеладных мишек. Тогда он сломал ему кисть… а это были всего лишь мармеладки, которые он любил, но не настолько сильно, как шоколад.       — Ладно, Вудс, просто кофе, и я тебя прощу, — успокоившись, Аня вытерла выступившие слезы и махнула рукой.       — Будет сделано! — Лекса усмехнулась, выходя из их кабинета.       Но все же успела расслышать последние слова Фишер:       — Линкольн, прикинь, она бы забрала шоколадку у Райли ради меня…