19. "Либо мы, либо ты продолжаешь терроризировать Чонина"
14 июля 2020 г., 21:00
Хёнджин и Сынмин успели прихватить с собой Чонина и отправится к Йеджи. А после этого они отправились в штаб Lost. Йеджи вела парней по коридорам. Кажется, что здание маленькое снаружи, но под землёй целые лабиринты. Удивительно то, как быстро члены Lost запомнили все коридоры. Они слишком похожи, так что ориентироваться там почти невозможно. Такие мысли закрадывались в голову Хёнджина, что держал Сынмина за руку. Комиссар думал, что Хёнджин боится его потерять, а на самом деле неверный сам боится потеряться.
— Мы почти пришли, — сказала Йеджи, указав на дверь в конце коридора.
Хёнджин посмотрел на Чонина. Младший не мог дождаться новой встречи с Чаном. Последний раз, когда они встречались, Чан пообещал, после того, как они снова встретятся, больше не расстанутся. И Чонин беспокоился из-за этого. Что если у него не получится выполнить это обещание? А рядом ведь ещё и Хёнджин со своей гиперопекой.
— Не отходи от меня, — неожиданно сказал Хёнджин, положив свою свободную руку на плечи Чонина.
Сынмин с некой злостью посмотрел на Хёнджина, хотел сбросить его руку с плечей младшего, но они дошли до двери и вошли в какую-то комнату. Здесь был Чан, что занимался с гантелей. И Чонин залип. Не успел повозмущаться от поведения Хёнджина.
— Ты вообще спишь? — сразу спросила Йеджи у Чана.
— Я не могу спать, пока не узнаю, всё ли нормально с Феликсом, — ответил Чан, после чего посмотрел на пришедших. — Привет, — он поднял свободную руку, поприветствовав Чонина.
— Руку убери, — Сынмин прожигал взглядом Хёнджина.
— Поревнуешь и перестанешь, — ответил Хёнджин.
— Вот так значит? — ответил Сынмин, после чего вырвал свою руку из руки Хёнджина.
— Да ладно, ты дуться будешь? — Хёнджин посмотрел на Сынмина.
— Кто это? — спросил Чан, посмотрев на Йеджи и опустив гантелю.
— Хёнджин, — ответила Йеджи.
— Я умираю, — сказал Чонин. — Твоя рука такая тяжёлая, что она вот-вот меня задавит. Отпусти меня, — Чонин резко просто вылез из-под руки Хёнджина. — Твой парень ревнует. Подумай, когда ты сможешь ещё с ним вот так на 3 дня остаться.
— Мелкий шарит в этом получше тебя, — отметил Сынмин.
— Давайте вы не будете здесь выяснять отношения? — сказала Йеджи.
— Йеджи-онни! — в комнату заглянула какая-то девушка. — Там в нашем районе кто-то устроил восстание. Там были BTS, так что думаю, что это их рук дело. Мы должны их поставить на место.
— Как раз этого делать нельзя, — ответил Хёнджин.
— Чего? — удивились Чонин с Чаном.
— Восстание наше, — ответил Хёнджин. — Чтобы оно выглядело массивно, мы обратились не только к GOT7, но и к BTS, и Blackpink.
— С каждый разом всё больше убеждаюсь в том, что вы сумасшедшие, — прокомментировал Чан. — И ради чего это?
— Отвлечение внимания.
— Серьёзно? У вас с головой всё нормально?
— Чем массивнее действие, тем лучше эффект отвлечения. Наш план построен не только на этом. Кстати, мы придумали только 10-15% от всего плана. Остальную часть мы собирались придумать после того, как выполним этот небольшой процент.
— Нет, а если серьёзно? Что вы собрались сделать?
— Наша часть плана построена на том, что… «если хочешь что-то спрятать, прячь на виду». То есть… этот кусочек глобального плана приведён нас в точку, где Сеул будет под контролем неправильных и неверных, то есть нас, но Власть знать об этом не будет.
— Это пока всё, что у вас есть?
— Остальная часть плана, которую мы придумаем уже вдевятером, будет направлена на захват Власти Мира.
— Вдевятером?
— Я итак тебе много рассказал. Я всё ещё зол, что ты спал с малышом.
— Не такой уж он и малыш, — Чан закатил глаза.
— Знаешь, сколько ему лет? Так сравни свой возраст и его. Тебе не кажется, что это педофилия.
— Пусть он сам сделает выбор.
— Чонин, выбирай, — все посмотрели на Чонина. — Либо наша дружба, либо он, — Хёнджин указал на Чана.
Чонин посмотрел сначала на Хёнджина, а потом на Чана. Сразу стал идти к неправильному, после чего присел между его ног, а Чан обнял его сзади.
— Не понял… — начал Хёнджин.
— Да, а теперь выбирай ты, — сказал Сынмин. — Либо мы, либо ты продолжаешь терроризировать Чонина.
— А… — Хёнджин сначала хотел возразить, но передумал. — Ладно, — ответил тот, после чего взял Сынмина за руку и притянул к себе, обняв покрепче.
— Пойдём, — Йеджи резко вышла вместе с той девушкой.
Они наконец смогли начать спокойный диалог, расположившись на полу в кругу. Ну… как в кругу… Чонин сидел перед Чаном, облокотившись спиной о него, и фактически лежал. Сынмин сидел по-турецки, а Хёнджин лежал головой на его одной ноге.
— Как там Феликс? — спросил Чан, посмотрев на Сынмина.
— Чанбин-хён отличается от Минхо-хёна методами допроса, — начал Сынмин. — Оба могут бить, однако Минхо-хён более жестокий. Он и изнасиловать может, что кстати он и делал с Джисоном.
— Ему это только в радость, — сказал Хёнджин. — Видели бы вы его лицо, когда я рассказал ему его часть плана.
— Его часть плана? — удивился Чонин.
— Блин, я забыл, что скрыл это от тебя, — Хёнджин посмотрел на Чонина.
— Я догадывался, что он там не просто так, — ответил Чонин. — Зачем он там?
— За тем же, что и Феликс, только цели разные.
— Может Сынмин уже скажет, как Феликс? — предложил Чан.
— После того, как Чанбин-хён провёл допрос первый раз, он вылетел из комнаты допроса очень злым. Я даже проверил Феликса. Он не заметил. И с ним было всё в порядке, — закончил Сынмин. — Я пытался говорить с Чанбин-хёном, но всё, что он мне говорил, это «я такой идиот».
— Феликс и Чанбин-хён ведь были знакомы до того, как один из них стал комиссаром, — сказал Хёнджин.
— Хм… прошло довольно много времени, как Феликс сох по нему. Разве эти чувства вообще ещё остались?
— Ага. Йеджи кое-что видела и слышала, так что мы ещё и уверены, что чувства всё ещё сохранились. То, что ты сказал, хороший знак, Сынмин-и. Вот только… плохо, что Феликс ненавидит Чонина.
— Может им следует поговорить? — предложил Чан. — Чонин доложен попробовать доказать, что он намерен лишь на помощь во благо.
— Как это сделать? — спросил Чонин.
— Думаю, будет доказательством результат, — сказал Сынмин.
— Хм… кажется, есть идея. Это должен быть обычный разговор.
