Игра в любовь.

-Где его черти носят? - кричал высокий, седовласый мужчина, в дорогом элегантном костюме, которого звали Серхио. -Я понятия не имею, где он может быть, папа! Прекрати кричать на меня - спокойно ответила Мануела, дочка кричащего мужчины. -Он, наверное, как обычно развлекается - вмешалась в разговор Алисия. Красивая, очень красивая женщина, лет 40, с прекрасной фигурой. Она работала секретарем в звукозаписывающей компании, возглавлял которую Серхио. Да, с того момента, как Марисса и Пабло помирились, а Серхио арестовали, многое изменилось. Слишком многое. К слову сказать, бывший мер пробыл под стражей не так уж и много времени. Случилось неожиданное. Из уголовного дела пропали все важные улики. Вот так, за неимением доказательств, Серхио выпустили из тюрьмы. Он купил компанию по «производству» звезд Аргентинского шоу бизнеса. Быстро поднялся. Открыл музыкальный канал. Оливия стояла и вглядывалась в голубое, как когда-то глаза Пабло, небо. Она была красива. Жгучая брюнетка, невысокого роста, и фигурой, которая была завистью всех подруг. Стервозна. -Он скоро? - спросил Нико, которого прислали за блондином, из компании отца. -Да. Подожди немного – ответила девушка. -Не боишься, что после свадьбы, он продолжит прыгать с парашютом? Не очень приятно остаться вдовой в твоем возрасте. -Нет. Не боюсь. После церемонии он навсегда забудет об этом. -Потрясающая самоуверенность – ухмыльнулся Николас. -Я буду его женой, и он обязан будет считаться с моим мнением – сказала Оливия. Их разговор прервал подошедший к ним, красивый, статный, светловолосый, среднего роста, синеглазый мужчина. Когда-то его глаза были небесного цвета, в которых отражались ее шоколадные глаза…Она. Ее больше нет. -Ты приехал за мной по поручению отца? – обратился он к мужчине, стоявшему рядом с его будущей женой, а ныне невестой. -Да. Он рвет и мечет. Ты опять пропустил важное совещание. -А мне плевать. Пойдем – обратился он к девушке, взял ее за руки и повел к своей машине. А Нико остался стоять, смотря им вслед, и удивляясь от такой наглости. Пабло привез Оливию к забегаловке. Она естественно возмущалась, но ему удалось усмирить ее парой нежных и ласковых слов и одним страстным поцелуем. Они вышли из шикарного автомобиля и направились в кафе. Недалеко от входа танцевало два куска пиццы, при этом раздавая всем прохожим листовки с рекламой этого славного заведения. Кусок пиццы женского пола не заметил этих двоих голубков и случайно плеснул кетчупом на дорогой костюм известной марки Пабло. -Ты что слепая? – начала кричать Оливия. -Извините, я случайно. Я просто вас не заметила. Этого больше не повторится – начала оправдываться девушка. -Нет. Я этого так не оставлю. Я немедленно заставлю ваше начальство вас уволить. Такая безмозглая курица не будет здесь работать – продолжала верещать Оливия. -Знаете, что? Я это сделала не специально. Вы можете жаловаться кому угодно. Вот смотрите…и девушка во вкусном костюме взяла кетчуп и выплеснула половину на дорогое платье будущей Бустаманте. Пабло, который все это время пытался утихомирить Оливию, не сдержался и засмеялся в пол голоса. -Что смешного? – возмутилась такому поведению девушка. -Ничего, дорогая. Пошли домой. Я передумал ужинать. -Но я еще не разобралась с этой невоспитанной девицей… -Ты это обо мне? Тебе мало? -Так все! Хватит! Стоп! Оливия, мы уходим. А вы, девушка, в следующий раз будьте по внимательней. И они удалились. Пабло приехал домой, где встретил своего отца, который был не в слишком хорошем расположении духа. Предъявив друг другу претензии, поговорив друг с другом на повышенных тонах, они разошлись каждый по своим делам. Пабло зашел в свою комнату и почувствовал пустоту в сердце. Он всегда ее ощущал с тех пор, но когда он оставался наедине с собой, со своими мыслями и своим сердцем, пустота съедала … а боль рвала на части. Он присел на кровать и достал из-под подушки фотографию, дорогую сердцу. Рыжеволосая девушка улыбалась, обнимая своего супермена. В голове невольно начали появляться невольные воспоминания. Время, когда он был счастлив. Счастлив рядом с ней. Рядом с такой родной и любимой. Но больше ее не вернуть… Он быстро принял душ, переоделся и уехал в бар, чтобы отпраздновать прощание с холостой жизнью. Но перед этим он заехал к одной прекрасной женщине по имени … Алисия. Да, это была именно она. Она всю свою жизнь любила Пабло, но так как была подругой Мариссы, никогда не вмешивалась в их чувства, в их отношения. Появившись в колледже на пятом курсе, она сразу же влюбилась в голубоглазого блондина, но по иронии судьбы в его сердце уже была другая…другая и единственная. С той «единственно» Алисия и подружилась. Многие подумают, что сделала она это из злого умысла, но это не так. Она искренне привязалась в Мариссе, полюбила ее всей душой, и не стала скрывать от нее своих чувств к Пабло. Марисса ее поняла. Поняла и простила. Не стала ее упрекать. Они делились друг с другом своими тайнами. Многие подумают, что Марисса забыла Лухан…Нет. Это не так. Просто Лухан на пятом курсе уехала в Испанию вместе с Маркусом. Но они не прекратили общения. Даже наоборот. Они роднились еще больше. Но свою самую сокровенную и самую страшную тайну Марисса доверила именно Алисии, и попросила сохранить ее, что бы с ней не случилось. И она свято хранит ее по сей день. Алисия встретила Пабло в своей небольшой, но очень уютной квартирке. Всюду была романтическая обстановка: свечи, лепестки роз, тихая музыка и вкусный ужин. Выпив по бокалу вина, они оказались в постели … поцелуи, объятия, страсть , секс … Когда все закончилось, он поехал в ресторан, где его уже ждали его школьные друзья. Гидо, Томас, Франциско и Мануэль. Поболтав о о женщинах, о плюсах и минусах холостяцкой и женатой жизни, выпив пива, они посмотрели на сцену, так как объявили, что сейчас будет петь одна прекрасная девушка. Марисса стояла в гримерке и дико волновалась. Ей сказали, что сегодня в зале будет один известный продюсер, который устроил в баре мальчишник с друзьями. Она закрыла глаза, попросила свою маму о помощи и с улыбкой на лице вышла на сцену. Улыбнулась, послушала негромкие аплодисменты, присела на стул и запела. Песня была, как ни странно, о любви. Музыка была красивая, нежная, романтичная. А ее голос...голос был волшебным. Она пела, как ее мама. Красиво, мелодично, проживая каждое слово. Пабло застыл на месте. Он был не в силах вымолвить и слова. Сердце сжалось и больно заныло. В голове вертелись мысли …много мыслей. Все они путались. Он побледнел. -Что случилось? – спросил, заметивший такую разительную перемену друга, Томас. -Песня…песня...ты слышишь? -Да, я слышу. Хорошая песня. Да что с тобой такое? -Это моя песня. Я написал ее для Мариссы. Она должна была спеть ее на выпускном. -Пойдем - Томас схватил Пабло под руки и поднял со стула. -Эй, вы куда собрались? – начали возмущаться друзья. -Мы сейчас вернемся, а вы продолжайте смотреть концерт. -Ну какой мальчишник без стриптиза? – высказал свое мнение давно и счастливо женатый Мануэль. Остальные ринулись поддерживать старого приятеля. -Делайте, что хотите – быстро сказал Томас, и направился в мужскую уборную, куда до этого рванул Пабло, так и не выслушавший всего того, что говорили парни…вернее мужчины. Конечно же мужчины. Ну какие парни после сорока лет? Пабло метался по небольшой комнате, время от времени умываясь холодной водой, и борясь с приступами рвоты. Томас подошел к нему… -Кто она? Кто? Я клянусь тебе, если бы я не знал, что она умерла, я бы подумал, что это она. Господи, что же это? Наваждение? -Друг, успокойся. Эта девушка не может быть Мариссой. Смирись с ее смертью, смирись, прошу тебя. -А песня? Откуда у нее эта песня? Я никому ее не показывал, кроме нее, понимаешь? Никому. Я ничего не понимаю. Я должен все выяснить. Давай, иди, скажи всем, что мне стало плохо, что я перепил и уехал домой. Давай. -Хорошо. Я все сделаю. Ты только успокойся и не накручивай себя. Хорошо? -Да. Иди. Со мной все в порядке. Томас вышел, а к горлу Пабло все ближе и ближе начал поступать приступ рвоты, с которым он был уже не в силах справиться. Марисса спела свои песни. Вернее они были не совсем ее. Она нашла их, когда читала дневник своей мамы. Улыбнулась немногочисленным зрителям, и, получив на этот раз, громкие и заслуженные овации скрылась со сцены. Она зашла в гримерку. На лице сияла улыбка. Она была счастлива. Она присела за столик перед зеркалом и начала смывать косметику со своего лица. Но ее прервали...прервал стук в дверь. -Здравствуйте. Вы ко мне? Я видела вас в зрительном зале. Вам не понравилось? Пабло стоял и смотрел на Мариссу, как завороженный. Он, как будто бы вернулся на двадцать лет назад. Перед ним стояла она…ЕГО Марисса. В этом не могло быть сомнений. Ее глаза, ее губы, ее волосы, голос, все…все было ее. Но ведь этого не могло быть на самом деле и он прекрасно это понимал. С трудом взяв себя в руки, он спросил: -С чего ты взяла? -Вы ушли на первой же песне и… -Песня – прервал ее Пабло – она моя. -Ваша? Я не понимаю вас. -Откуда у тебя эта песня? Я написал ее для своей любимой много лет назад. Ее звали Марисса. -Марисса? Меня зовут Мариссой. И мою маму тоже. -Маму? – Пабло опешил. Это ее дочь. Ее и…