Психбольница

***

      Медсестра, что сменила Энн, была довольно тихая и пугливая. Видно, рассказы о том, как я убил здесь четырёх людей, делают своё дело. Я пытаюсь сдержать своё слово и не убить эту девку. Пока получается. После полудня мне вновь что-то вкололи, наверное, как всегда успокоительное, и у меня началась лёгкая дрожь. Что-то я не помню такого эффекта раньше. Только вот успокоительное делает своё дело, теперь мне относительно пох на всё, что происходит, даже на этот странный тремор. Я погрузился в свой внутренний мир.       Почему я помогал той девушке? Она здесь как белая ворона. Слишком добрая, слишком сострадательная, слишком честная, слишком милая, слишком общительная… Слишком много «слишком» в её образе. От этого становится интересно узнать о ней хоть что-то. Как столь хороший человек попал в этот земной ад? Удивительно, и дня не прошло, я уже соскучился. Хотя, я не должен привязываться ни к кому, ведь я здесь не навсегда, а когда сбегу, уже никогда не встречусь с ней. Почему-то меня это не радует. Интересно, она до сих пор меня боится или уже привыкла? Нет, нельзя об этом думать. Чем меньше думаю о ней, тем легче будет выполнить свою обязанность, когда буду уходить. Ведь я должен буду убить весь персонал, без исключений. Даже её.       Так и будет проходить день? Даже психиатр не приходил. Странно. Но мне от этого только лучше. Чёрт, как я заебался здесь лежать, без заданий, без действий, без смысла. Разрешены только мысли, которые искажаются под сильными нейролептиками, давая неверную информацию.       На следующий день, как и говорила Энн, меня вновь повели на электрошок. Смешно было наблюдать, как эта медсестра боялась подойти, чтобы пристегнуть меня, даже пару раз припугнул её, но ничего, что может навредить. Я же обещал. Вновь чувствую, как ток пробегает по всему моему телу, заставляя изгибаться, интересно, можно ли к этому привыкнуть? После процедуры дрожь никак не проходила. Здесь лечат или просто пытают? Хотя между этими двумя составляющими довольно тонкая грань. Уже второй день, почти без перерывов, ёбаная дрожь не оставляет меня. Это изматывает и жутко бесит. И когда эта тряска прекратится? — Эй. — А? Ты мне? — Тут есть кто-то ещё? Пойди сюда.       Медсестра медленно подошла, пытаясь не смотреть на меня. Энн что ли подсказала? — Откуда взялась эта дрожь? Она не отпускает уже второй день. — Я этого не знаю. — Ладно, свободна.       Мда… Энн бы с радостью мне что-нибудь вколола, чтобы я не мучился и её не доставал. Так, завтра она придёт и всё будет более стабильно. Может быть мне лучше было бы тогда прыгнуть, сбежать отсюда? Хотя, пока я здесь, я могу общаться с Энн. Мне будет её не хватать, когда я вернусь домой. Чертова дрожь окончательно заебала, поэтому я решил немного поспать.       Проснулся я от пристального взгляда на меня. Я чувствую, как кто-то стоит над моей душой. Резко открываю глаза и вижу медсестру. Она просто стояла и смотрела на меня.      Встретившись со мной взглядом, на её щеках появился румянец, а в красных глазах промелькнула вина и испуг. Я расплылся в коварной улыбке. — Ну приветик. — Прости, я не… — Ничего.       Девушка всматривалась в мои глаза, пытаясь понять, почему я не против этого взгляда. За эти два дня я успел соскучиться по своей медсестре. Она до сих пор смотрит на меня с каким-то смущением. Но вот её взгляд меняется на более серьёзный, она кладёт тыльную сторону ладони к моему лбу. Ко мне редко прикасаются, особенно к лицу, этот факт заставляет краснеть уже меня. Девушка обеспокоенно взглянула на меня. — Давно дрожь? — Третий день. — Ты горячий. — Приму за комплимент. — Идиот, у тебя температура.       Медсестра недовольно взглянула на меня и стала что-то искать в ящиках. — Надо же, не боишься оскорблять убийцу, может обижусь, вдруг что-то с тобой сделаю? — А тебя кто-то ещё, кроме меня лечить будет? — Чтож, весомый аргумент.       Наступила тишина. Я внимательно следил за плавными действиями девушки, она, в свою очередь, изредка поглядывала на то, чем я занят, будто не хотела упускать из виду ни одно моё действие. Я вновь ухмыльнулся. — Признайся, ты же скучала по мне? — С чего ты это взял? — А разве нет? — Не то чтобы… — Да, нет? — К чему спрашиваешь?       Я смолк, но лишь на мгновенье. Проследил за её эмоциями, прочёл свои мысли по этому поводу, обдумал, что стоит говорить, а что нет. — Просто интересно твоё мнение по этому поводу. Я вот скучал. — Ясно. Скажу так: я ждала, когда закончится мой выходной. — Значит скучала. — Я этого не говорила. — Именно это ты и сказала.       Я довольно улыбнулся и, прикрыв глаза, стал всматриваться в потолок. Я видел, что Энн тоже улыбалась. — А тебе выходной на пользу пошёл, ты прям расцвела. — О чём ты? — Во-первых, у тебя улыбка с лица не сходит. Во-вторых, ты больше не выглядишь как сонный зомби. В-третьих, стала более общительной. — И правда…       Девушка задумчиво уставилась в стену, будто только сейчас увидела свои изменения. Интересно, что она делала все эти выходные? — Ты тоже изменился. — Что? Как? — Ты сегодня слишком добрый. — Такой же, какой обычно.       Энн села напротив меня и посмотрела прямо в глаза. И началась игра в гляделки. Спустя тридцать секунд я сдался и отвёл взгляд. — Что тебе от меня надо? — Что с тобой делали? — Всмысле? — Раньше ты бы меня убил за то, что я смотрю на тебя. Теперь же, отводишь взгляд. — Просто устал. У меня нет настроения на вражду.       И вновь взгляд красных глаз, будто она мне не поверила. От этого взгляда становится теплее и спокойней. Хотя будучи в психушке, я не могу быть спокойным, разве не так? Колкие шуточки, глупые комментарии не к месту, дружеская беседа. Всё это преобладало в наших с Энн разговорах. «Дружеская» беседа? Когда это я стал считать нас друзьями? Хотя не важно. Пока я здесь, надо пользоваться моментом и общаться с ней.       Так прошла ещё одна неделя моего пребывания в этом аду…