Психбольница

***

Худи

      За два месяца Маски ничуть не стало лучше. Он вечно забывал кто мы, кто он, терялся в пространстве, путал дозы, вечно менялось настроение. Было сложно с этим бороться. Как ему помочь, если он никого к себе не подпускает? Заперся у себя в комнате и не отвечает на просьбы открыть. Даже Тоби не рискует к нему подходить, в прошлый раз в него полетел нож. Конечно, когда Маски отпустило, он стал извиняться перед Тоби, который чудом увернулся от оружия, но больше Тикки пытался не контактировать с Тимом. Старший прокси стал как призрак. Сидит в своей комнате, изредка можно заметить, как он проходит туда-сюда по коридору и никто с ним не разговаривает, чтобы он вновь не впал в какой-нибудь припадок.       Сижу на кухне и пью кофе. Через час мне на задание, а поспать после предыдущего я успел лишь полчаса. Надеюсь, кофе поможет. Замечаю Тоби, который что-то готовит у плиты. Особого ума не надо, чтобы понять, что это вафли. Раньше он просил Маски готовить их. Ну как просил… Мучал своим «Хей Маски», пока тот не согласится. Нам всем не хватало Тима, но сейчас он совсем другой. Интересно, чем он занимается днями напролёт, сидя у себя в комнате? На кухню зашёл Маски и сел напротив меня. — Привет! Чем занимаешься? — Кофе пью…       Для меня выделилась одна деталь: он, наконец, соизволил подстричься. Да и заговорил со мной. И голос какой-то весёлый. — Вижу, что не чай. А чем планируешь заняться? — Через час пойду на задание. — Так дело не пойдёт. Сегодня никаких заданий! — Без обид, но это уже не тебе решать. — Не боись, Слендера я уговорю. — В честь чего это? — Только не говори, что не помнишь! — Не помню чего?       Пусть Тим был в маске, я с уверенностью могу сказать, что он смотрит на меня как на идиота. Тоби тоже смотрел на нас, не понимая, о чём говорит Маски. — Ха-ха, смешно, я почти поверил. — Я правда не понимаю, о чём ты. — Худи, ты сказочный идиот. Тебя действительно не волнует, что сегодня, мать его, твой день рождения?!       Я в ступоре смотрел на друга, потом схватил телефон и посмотрел на дату. Действительно. Перевёл растерянный взгляд на Маски и хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. — Рот закрой, муха залетит. — То есть, ты, порой, имя своё вспомнить не можешь, а днюху мою помнишь? — Ага. Последнюю неделю пытался привести себя в порядок, чтобы всё прошло гладко. Вроде бы эти таблетки помогли, я меньше теряюсь в пространстве и не творю всякую херню, на подобии кидания ножей в Тоби. — Рад, что ты опять с нами.       Я подошёл к Маски и обнял. Он что-то пробормотал себе под нос, но обнял в ответ. Вдруг Тим резко отстранился и пошёл к Тоби, недовольно смотря на парня. Подойдя плите, Маски быстро убрал оттуда вафли и вновь посмотрел на Тоби. Я усмехнулся. — А я-то думаю, почему горелым пахнет? — Ой. — Тоби, тебя к плите подпускать нельзя, весь дом же спалишь!       Всё тот же недовольный всем Маски, матерящийся на Тоби, который накосячил. Как я скучал по этой картине. Когда Тим успокоился и приготовил вафли, он пошёл уговаривать Слендермена на выходной. Через три минуты сорок семь секунд Маски вышел из кабинета безликого со словами: «у нас выходной». И мы пошли праздновать. Конечно, без выпивки не обошлось. Только вот почему-то Тим не пил.

***

Тим

      Я пытался делать всё, чтобы этот день прошёл идеально. Правда, мне пришлось отказаться от выпивки, ведь алкоголь негативно сказывается вперемешку с моими таблетками. Но это не великая проблема, ведь это не мой день, так что не мне веселиться. Когда все, кроме меня, изрядно накидались, а Тоби пошёл в магазин за новой порцией, Худи решил кое-что со мной обсудить. — Маски? — Что? — Я знаю, лучше тебе не напоминать о произошедшем… — Но ты уже напомнил. К тому же я и сам бесконечно это вспоминаю. — Ясно. — Так что ты хотел? — В общем… Благодарность-это единственная причина не убивать ту девку? — Не называй её так, пожалуйста. — Хорошо, хорошо. Энн, вроде бы, да? — Она самая. А почему ты спрашиваешь? — Ну… Просто заметил как вы сосались. — Не обязательно об этом было говорить. — Но ты мне разрешил. — Если тебе станет от этого легче, хотя сомневаюсь, что на завтра ты хоть что-то вспомнишь. — Ну так что? — Я не знаю, мне кажется, что… Что я что-то к ней чувствую. Возможно, она мне нравится. Или… Или я её люблю. Просто, она такая поразительная и необычная. Поддерживала и переживала за меня, выслушивала все мои рассказы, даже когда считала их полной брехнёй! И такая отзывчивая, скромная, не такая как все. — Вау… — Слишком ванильно? — Просто не ожидал такой речи от тебя. — Значит да, слишком ванильно. Уж прости, иначе я бы не смог её описать. — Ничего… Хей, а хочешь, мы её найдём? — Не стоит. — Нет, я серьёзно! Слендермен вроде как не против одной выжившей девушки, так что, может получится её найти? — Но, хочет ли она этой встречи? — Вот ты видел, как она смотрела на тебя, когда ты уходил? Нет. А я видел! Поверь, она мечтает о встречи с тобой. — Я не собираюсь ей жизнь портить. — Всмысле? — Я же маньяк, убийца. А она медсестра, обычная девушка, которая просто выбрала не ту работу и не того пациента. — Просто один раз встреться с ней. Разве это кому-то повредит? — После одного последует второй, за ним третий, четвёртый… И вот встречи — это уже наша одержимость. — Но это лучше, чем убиваться из-за отсутствия возможности встречи. — Я… — Ребята, я вернулся!       К нам прибежал Тоби, держа в руках два больших пакета со спиртным. Я посмотрел на Худи. На сегодня мы закончили этот разговор, но я понимаю, что это не закрытая тема. — Я подумаю об этом. Давай веселиться?       Худи кивнул и достал одну из бутылок, открывая её. Мы продолжили веселье. С днём рождения, мой дорогой друг. Сегодня твой день!