Психбольница

***

      Прошла неделя после моего побега из психиатрической лечебницы. Не сказал бы, что это было легко для меня. Часто случались приступы паники, когда я считал, что всё и все кого я вижу-вымысел. Иногда я не мог понять, кто стоят рядом со мной. Бесконечные вспышки гнева, которые я не могу контролировать. Если так продолжится, я не смогу вновь приступить к своим обязанностям. Сижу на полу в ванной комнате, закуривая очередную сигарету. Руки трясутся. Эта дрожь…

«Идиот, у тебя температура.»

      В голове всплыл голос медсестры. Точно, я же болен. Стоит ли сидеть на полу в ванной? У меня же есть моя комната, с мягкой кроватью, удобным подоконником, на котором можно курить… Тогда почему я здесь? Осмотрев помещение, я зацепился взглядом за зеркало, висящее над раковиной. Облокотился о бортик ванны, встал, подошёл и заглянул в зеркало. Надо бы уже постричься. Такая дурацкая улыбка.       К горлу подкатил смех. Сигарета выпала изо рта, оставляя дорожку из пепла на белой поверхности раковины. Впечатавшись в стену спиной, я пытался успокоиться, но смех не прекращался даже когда в лёгких не осталось воздуха. Не в силах сопротивляться, я сполз по стене на пол. Сквозь свой смех, я услышал стук в дверь. Жаль только, ответить ничего не могу, слишком мало воздуха. Но этого и не понадобилось, дверь открылась и на пороге появился Худи. Он мгновенно оказался возле меня с какими-то таблетками. Без лишних вопросов, я закинул их в рот.       Спустя минут десять я окончательно успокоился. Худи и Тоби сидели возле меня, терпеливо ожидая, когда я приду в норму. Тоби подскочил ко мне. — Ну как ты? — Прекрасно.       Мне до сих пор было тяжело дышать. Любой вздох отдавался с острой болью в груди. Но как бы мне не было сейчас трудно, я не должен этого показывать, так меня учили. Таким я и останусь. Только вот хрипящий голос выдавал моё состояние. — Что ты здесь делал?       Вопрос Худи поставил меня в тупик. Я и сам об этом задумывался, только вот ответа так и не нашёл. — Курил.       Что за бред я несу? Курить я мог и в комнате. Только вот, больше причин, что я делал в ванной в два часа ночи, я не знаю. Худи явно тоже понял, что мой ответ неполноценен. — А почему здесь?       И вновь этот ненавистный приступ заковал мои действия. Разум как в тумане, всё, что я делал, я не так уж и хорошо понимал. — А что, это уже запрещено?! Курю, где хочу! Тебе-то что? — Тим… — Я в порядке. Руки убери!       Я резко отдёргнул плечо, на котором лежала рука Худи. Сознание вернулось. Как, блядь, вовремя! — Прости, не знаю, что со мной не так. — Идём. Тебя надо в комнату вернуть.       Мы шли до моей комнаты в тишине. Неужели я его обидел? Чёрт, как же всё стало сложно после моего возвращения. Я не решался посмотреть на Худи, поэтому цеплялся взглядом за любую мелочь в коридоре. — Ты на меня злишься? — Нет. Ты в этом не виноват. — А вот мне кажется, что ещё пару таких выходок и вы меня зарежете, а тело в лесу закопаете.       Тоби удивлённо на меня уставился, а Худи усмехнулся. Так хочется спать. И как я раньше этого не замечал? Придя в комнату, я рухнул на кровать, прилетая лицом в подушку и мгновенно вырубаясь. Сквозь сон чувствую, как меня укрыли и вышли из комнаты. Обожаю своих друзей, кто бы ещё так со мной нянчился? Ну да ладно.       Нехотя я открыл глаза. Что-то заставило меня проснуться, но пока что я не понял, что именно. И как только я отошёл ото сна, я почувствовал дикую, острую боль в горле. Пытаясь её смягчить, я хотел сглотнуть слюну, но наткнулся на ещё одну проблему: во рту пересохло настолько, что, кажется, в пустыне влаги больше. Взяв телефон, я уставился на горящий экран, привыкая к свету. Шесть, мать его, утра. Конечно, лучше всего в два ночи, после истерики в ванной, пойти спать, а в шесть проснуться из-за больного горла и сушняка! К сожалению, у нас не оказалось никаких таблеток, которые мне бы сейчас помогли. Хотя бы вода есть, и на этом спасибо. Я сел за стол и стал смотреть на стакан. — Хей Маски!       От неожиданности я вздрогнул и посмотрел в сторону, от куда исходил звук. В дверном проёме стоял Тоби. Я выдохнул и подошёл к нему. — Тоби, зачем так пугать? — Я не пугал. — Допустим. — А что ты делаешь в восемь утра на кухне? — В восемь? Но только что было же шесть! — И всё же, что ты тут делаешь? — Я пошёл попить и… Было шесть утра! — Уже восемь.       В подтверждение своих слов Тоби достал телефон и повернул его ко мне экраном. 8:24. Я в шоке смотрел на время потом перепроверил время на моём телефоне. На нём тоже было восемь. Не желая выдавать только что накатившую панику, я решил быстро уйти в комнату. — Чтож, видимо, засиделся. Пойду спать.       Не слушая, что мне говорит Тоби, я быстро вышел из кухни, возвращаясь к себе. Как так быстро могли пройти два часа? Разве такое вообще возможно? А может всё это моё воображение? Этого мира не существует, это всё сон, сейчас я проснусь, окажется, что я обычный человек, который пойдёт на самую обычную работу, в самый обычный день. Вновь эти мысли. Мне нужны мои таблетки. Быстро схватив шесть таблеток, я закинул их в рот. Только когда странные мысли ушли, я понял, что переборщил с количеством таблеток. Раньше нужно было только две, после моего возвращения необходимо три, в крайних случаях можно четыре. Больше нельзя, но я не знаю, что будет, если взять больше.       Минуту я стоял посреди комнаты, дожидаясь хоть каких-то эффектов от лишних таблеток, но ничего не происходило. Как только я расслабился, считая, что меня пронесло, голова стала невыносимо болеть, заставляя падать на пол. Подступившая к горлу тошнота, не давала нормально дышать. Боль в животе стала отдавать во всём теле, вынуждая содрогаться от каждого, даже малейшего, движения. Хотелось кричать, но я не мог и звук выдавить из себя. Вся боль мгновенно исчезла, тело стало слишком тяжёлым и я потерял сознание.