Часть 2
26 января 2022 г., 22:52
***
Золотые Ворота — мост в Сан-Франциско. Самое печальное и красивое место в городе. Ещё с момента постройки моста в далёком 1937 году самоубийцы облюбовали это инженерное творение. С тех пор подсчет жертвам ведётся регулярно, их количество давно перевалило за тысячи и столько же были спасены калифорнийской патрульной службой. Зачем читателю все эти данные? Затем, что Энди была одной из тех, кто вошёл в статистику числа суицидников. Это случилось больше года назад. Во всем Майя винила себя. Почему?***
— Доктор Де-Люка готова принять Вас, пройдите в кабинет, — отчеканила заученные фразы секретарша. Это была эффектная брюнетка с точеной фигурой и незабываемым хищным взглядом янтарных глаз. — Спасибо, — Бишоп оценила девушку и про себя выставила ей балл 7 из 10. С тяжёлым вдохом встав, Майя твёрдым уверенным шагом вошла в кабинет. Первое, что она заметила — цветы в горшках. Много цветов. Фикусы, фиалки, розы, орхидеи и прочие. Единственное растение, которое Майя сама могла опознать это кактус. А вот хозяйка кабинета могла похвастаться более глубокими ботаническими познаниями. Де-Люка не сразу обернулась к пациентке, некоторое время Карина занималась тем, что поливала цветы из миниатюрной лейки. Бишоп с жадностью следила за каждым движением доктора, она пыталась вообразить внешность темноволосой, стройной, высокой женщины, которая не торопилась обернуться и предстать во всей своей красе. Наконец доктор отложила лейку и присела в кресло напротив, изящно закинув длинные ноги друг на друга. Доктор установила продолжительный зрительный контакт с пожарной. От этого темного, пронизывающего взгляда, безупречной кожи, жгучей итальянской красоты доктора у Бишоп пробежались мурашки по телу. —Добрый день, доктор Карина Де-Люка, — протянула руку брюнетка, — можно просто Карина. Майя мягко сжала протянутую ей ладонь. Лёгкий страстный итальянский акцент Де-Люки дополнял и без того обольстительный образ доктора. — Здравствуйте, капитан Майя Бишоп, — опомнившись, представилась в ответ блондинка. Майя определенно увлеклась разглядыванием доктора и словила себя на мысли, что Карина внешне ей симпатизирует и вызывает приятные ощущения в области груди. — Могу я попросить Вас об одной мелочи? — почти заигрывающе, вкрадчиво спросила психотерапевт. — Да, конечно. — Каждый, кто впервые оказывается в моем кабинете выполняет одно обязательное задание. Нарисуйте, пожалуйста, любое комнатное растение, — Де-Люка протянула карандаш и лист бумаги. Увидев смятение на лице Майи, Карина добавила: — Рисунки давно применяются в психотерапии как способ выявить особенности характера человека или его эмоциональное состояние в текущий момент. Обычно требуется изобразить людей, дома или деревья, а я предлагаю вам нарисовать растение. Удивительно, но интерпретация того, какое Вы изобразите растение, может сказать о вашей личности не меньше, чем другие, более замысловатые методики психологического тестирования. Я хочу узнать Вас, Майя. Бишоп незамедлительно принялась за рисование. Ее удивило то, как быстро Карина перешла к терапии, без всяких приветственных прелюдий. Через пару минут Майя вернула лист. Блондинка нарисовала средних размеров длинный колючий кактус, расположив его ближе к левому краю листа. Карина внимательно рассмотрев рисунок девушки, отложила его. — Теперь мне многое о Вас известно, — добродушно улыбаясь, доктор встала и начала ходить по комнате. Майя ожидала комментарии по поводу того, о чем же таком ей сказал рисунок пожарной. Де-Люка наперед поняла и предугадала мысли Майи. — В моем кабинете не важны чины и статусы, неважно сколько Вы зарабатываете, какие крутые у Вас связи, важно лишь то, с какой проблемой ко мне обращаются. Я сделаю всё возможное, что в моих силах, чтобы помочь Вам. Но для начала, нам надо было ближе познакомиться. И Ваш рисунок значительно помог мне понять что из себя представляет капитан Майя Бишоп, — последние три слова Де-Люка произнесла с особым удовольствием, как показалось Бишоп. — Что касается рисунка. Во-первых, Вы в данный момент страдаете депрессией, возможно, бессонница тоже имеет место быть. Вы зарыли себя в своем внутреннем мире и выпустили иголки наружу, чтобы никто не мешал Вам упиваться своим одиночеством. Во-вторых, Ваш рисунок довольно больших размеров, это говорит о том, что Вы уверенный в себе человек, самооценка, видимо, у Вас на высшем уровне, наверняка от поклонников у капитана Бишоп нет отбоя, — и снова этот темный обжигающий взгляд итальянки устремлён в самую голубизну глаз Бишоп. Майе становится жарко и немного неловко. Девушка напротив неё знакома с ней не больше 15 минут, а уже так неоднозначно влияет на её состояние. — В-третьих, самое информативное, что я углядела в Вашем рисунке то, что нарисовали Вы его в левой части листа. Это выдает в Вас импульсивного и нетерпеливого человека. А также может говорить о фиксированности на прошлом или переживании окончания определенного жизненного этапа. Я бы сказала, что Вы живёте прошлым, Майя. Таким образом, мы приблизились к Вашей проблеме. Исправьте меня, если это не так. — Все именно так,... Карина, — Майя впервые "попробовала на вкус" имя своего доктора и ей это определенно нравилось, — больше года назад в моей жизни произошел несчастный случай, который мешает мне жить полноценной жизнью. Карина все ещё шагала по кабинету мелкими равномерными шагами и это нисколько не раздражало Майю, а напротив, имело успокаивающий эффект. Девушка оказалась за спиной блондинки, положила руки на спинку кресла и чуть наклонившись к капитану, продолжила беседу. — В моей методике мы не будем бросаться в омут с головой. Делая маленькие шажки, мы добьемся многого. Знаете, Майя, моя деятельность психотерапевта граничит между психологией и психиатрией. Поэтому я прошу Вас быть со мной честной настолько насколько это возможно. Не пытайтесь утаить маловажные, на Ваш взгляд, моменты. Я попрошу Вас, закрыть глаза, расслабиться и вспомнить детство. Каково Ваше первое воспоминание? Майя слушала речь доктора, затаив дыхание. Тембр Карины был невероятно проникновенным. Время тянулось так долго для неё, что казалось кто-то включил в ее голове Slow Motion эффект. Девушка вспоминала всё, что происходило в её жизни с самого первого воспоминания. Расслабиться у нее пока не получалось. Воспоминания унесли ее на 20 лет назад. Майя сморщила нос от неприятных воспоминаний. —Майя, в каком временном отрезке сейчас Вы находитесь, — гипнотическим тоном спрашивала Де-Люка, — поговорите со мной, расскажите, что вы видите? —Мне около 5 лет...,— Бишоп с трудом выговаривала слова, картинки в ее голове были безрадостными. Девушка продолжала. —Кажется, именно в этом возрасте я стала понимать, что отец тиран, он психологически давит на меня с братом и бьёт маму, при чем делает это с особой жестокостью. Я слышала, как она кричала от боли и умоляла его этого не делать. Он бил ее кулаками, палками, швырял ее головой об стену и я слышала эти глухие звуки удара черепа об бетон или треск сломанного дерева. Мне страшно, я плачу в своей кроватке и боюсь за маму. Я хочу выйти и уничтожить его, но брат крепко держит меня и не выпускает. Ему тоже страшно и он боится не меньше меня. Мы беспомощные дети и нам остается лишь плакать и молиться. Серебринки слез замерли в глазах Майи, когда она говорила. Карина почувствовала насколько сокровенно то, о чем сейчас рассказывала пожарная, брюнетка одновременно была рада такой искренности, с другой стороны она прониклась сочувствием к блондинке. — Каждый раз мне казалось, что за стеной происходило убийство, но мама выживала чудом. Факт убийства все же был, отец убил наше детство, подарив эти ужасные моменты памяти. Я не понимаю мать, которая терпела отца таким. Неужели настолько слепа была ее любовь к нему? Я думаю, с годами ее психика сломалась, раз она все это считает нормальным сейчас. Отец давно перестал ее колотить, а она будто и забыла что он с ней вытворял. Напротив, она его всегда оправдывает. Разве можно чем-то оправдать жестокость? Майе все же удалось отпустить напряжение и теперь слова вылетали пулями. Карина с глубоким понимающим взглядом слушала девушку, постоянно меняя свое местоположение, то находясь за спиной Майи, то перед ее лицом. — Помню, однажды после очередного скандала и избиения она вылетела из кухни и сказала, что уходит, что разводится с отцом. Мы с братом наблюдали все это молча и боялись что-либо сказать, ведь нас могли просто побить ни за что, страх был велик. Мама уже направлялась к двери и собиралась уйти. Я не понимала тогда, что это была провокация и со всей детской наивностью верила, что если мама выйдет за дверь, то я ее больше не увижу и мы останемся наедине с этим отцом-тираном. Я побежала к двери и встала на ее пути. Своим детским телом я надеялась остановить ее. Я плакала и просила ее не уходить. До сих пор помню эти чувства и осознаю, какой же жестокий мой отец, раз заставил маленькую девочку испытать это чувство страха потери матери. С того дня мне стали сниться кошмары, в которых с мамой происходили ужасные происшествия. Прошло уже более 20 лет, но один из таких снов остался жить в обители моей памяти. Это был один из тех снов, где ребенок блуждает в незнакомом месте и ищет свою мать. Вокруг были болота, в которых плавали огромные крокодилы. В одном из таких болот застряла мама и на нее надвигался отвратительный скользкий крокодил. Он уже разинул пасть и готовился ее заключить в капкан своих клыков. Но я помогла ей выбраться, и мы смогли убежать, оставшись целыми и невредимыми. Это был сон, но тогда я часто путала сны с реальностью, когда просыпалась. Я не могла разобраться в своих воспоминаниях. Были ли они или это все продукт воображения. Повзрослев, эта путаница исчезла, но в памяти до сих пор остались моменты, которые я не смогла классифицировать и отнести их либо ко снам, либо к реальным моментам. Но там и там страх был настоящим, неподдельным. — Страшный сон — это переработка негативной информации. Так наш организм пытается справиться с гневом, обидой, раздражительностью, тревогой, — объясняла Карина. — Сон — это проявление высшей нервной деятельности человека, то, что находится в подсознании, — накопленные страхи и переживания. Самый просто выход — научиться управлять своими эмоциями в течение дня. Главное — помнить, что нервничать — не плохо, плохо сдерживать нервы и закидывать переживания в подсознание: надо дать волю эмоциям. Майя, не бойтесь показаться слабой, беспомощной. Вы сильная женщина, несомненно, но вы станете ещё сильнее, если позволите себе хоть иногда выплёскивать эмоции наружу, а не в себя. Майя почувствовала какую-то лёгкость после того, как рассказала Карине свои воспоминания. Доктор тоже была рада, она заметила какой расслабленной стала Майя, как пропала та скованность и сжатость, которые были в каждом движении пожарной, когда она только вошла в кабинет. —Наш первый сеанс может быть окончен на этом, Майя. Я благодарна Вам за Вашу честность. Думаю, совсем скоро Вы начнёте спать здоровым сном и перестанете чувствовать себя одинокой. Теперь у Вас есть я, можете звонить мне в любое время, — Де-Люка протянула ладони и Майя сжала эти тонкие хрупкие кисти итальянки. Отчего-то у этих двоих появилась потребность прикасаться друг к другу. Сами того не подозревая, они уже привязались друг к другу и желали иметь как можно больше тактильности в общении.
