Нить судьбы

      Полдень следующего дня.       Теплый ветерок проникал через окно кареты, что пропускало свежий воздух и открывало чудесный вид на прекрасные цветущие поля. Казалось, будто перед глазами распахнулось все величие природы, что не могло не вызывать восхищения у двух парней, находящихся внутри транспортного средства. Шум бьющихся о камни колес заглушал совершенно все другие звуки, однако, Комаэда и Хината могли слышать друг друга, что создавало для них комфортные условия, при которых никто другой их бы не потревожил. Конечно, и ехать им оставалось недолго.       Всю дорогу Нагито вплотную прижимался к Хаджиме, не желая отстраняться, да и тот не был против. Уже привычная улыбка все никак не слетала с бледного лица — он действительно наслаждался каждым моментом рядом со своим любимым. И впрямь, чувствовать, как в твоих волосах путаются чужие пальцы, перебирая непослушные пряди — невероятно. Особенно, если это рука самого дорогого тебе человека, ведь каждое его прикосновение приносит тебе тонну удовольствия, несравнимое ни с чем более.       — Нагито, ты не устал? — ласковый голос, обращенный к блондину, заставил того легонько вздрогнуть. Не от неожиданности — он был слишком приятен слуху, словно нежная песнь наипрекраснейших птиц.       — Нет, с чего ты это взял? — ответив, он поднял голову, дабы взглянуть прямо в глаза Хаджиме — тот тоже улыбался.       — Мы мало спали, вот и спросил, — сказав это, тот легко, но приятно, поцеловал блондина в лоб. — Скоро ты сможешь отдохнуть — осталось совсем немного.       Улыбнувшись еще шире, Комаэда притянул к себе шатена, захватывая его спину, чтобы так же легко поцеловать того в щеку.       — Разве я уже не отдыхаю? — тот все так же не мог унять своей улыбки, видя удивленное, но одновременно смущенное лицо Хинаты.       И секунды не прошло, как Нагито оказался в цепких, но нежных объятиях, а возле уха ощущалось теплое дыхание, сопровождаемое тихим шепотом.       — Как скажешь, милый, — этот шепот заставил блондина вновь вздрогнуть — голос Хаджиме просто невероятен, особенно, когда тот говорит с особой ласковостью, недоступной всем, кроме Комаэды.       Но ему все еще страшно, он…       Приблизительно через полчаса они прибыли на место, именуемое Калратией. Если точнее, так назывался этот город, ничем не отличающийся от родного для Хинаты Никополя, разве что, немного меньше по площади, да и людей на улицах было гораздо больше.       Выйдя наружу, к двум парням подбежал неизвестный для Нагито человек, несколько схожий с Хаджиме, однако, сантиметров так на восемнадцать ниже того. Конечно, думать долго не пришлось, чтобы понять, кто перед ними, учитывая, что их мог встретить только он.       — Хината! Ты должен был прибыть еще час назад, что случилось? — немного взволновано произнес тот. — Тогами убьет меня, если я буду так долго «возиться» с вами, как он любит выражаться.       — Да, прости, Наэги, нас немного задержали, — Хаджиме сделал виноватое выражение лица, чем вызвал небольшой смешок у Нагито — это было действительно забавно.       — Хорошо, не важно, — вздохнув, Макото посмотрел в сторону улыбающегося блондина, и уже сам дружелюбно улыбнулся. — Мы ведь не знакомы, так? Макото Наэги — приятно иметь дело с друзьями Хинаты.       — Нагито Комаэда, будем знакомы.       Кивнув, Наэги повернул свою голову в сторону Хинаты, подходя к тому ближе: — Ты ведь собирался договариваться с достопочтенным Чжаосинь-бо? — тот остановился, доставая из кармана небольшой клочок бумаги, и протягивая его Хаджиме. — Он просил передать тебе это: сказал, что оно связано с вашей встречей.       — Спасибо, — взяв и развернув клочок бумаги, он быстро пробежался по тексту, написанному в записке, несколько изменяясь в лице — Хината нахмурился. Комаэда же недоумевающе наблюдал за происходящим — его несколько смутила такая реакция Хаджиме, но он решил лишний раз не донимать возлюбленного. Как бы то ни было, если там будет что-то важное, ему скажут, не так ли?       — Кстати, вот, держи, — Наэги передал в руки Хинате небольшую связку ключей, которая, судя по всему, была от их временного жилища. — Я надеюсь — мне не нужно напоминать тебе адрес?       — Да, конечно, — отложив записку куда-то в карман, тот забрал ключи. — Как договаривались, мы тут всего на пару дней.       — Помню. Что же, мне пора, удачи вам двоим! — с оживлением в голосе, Макото отправился в гущу толпы, попутно махая рукой на прощание.       — Спасибо, всего доброго, — попрощался Хаджиме, пока Нагито молча махал в ответ, легко улыбаясь.       Возможно, он бы и продолжил смотреть куда-то вдаль, если бы не рука шатена, оказавшаяся на его плече, будто привлекая к себе внимание. Повернувшись, Комаэда встретился взглядом с Хинатой, лицо которого сияло в нежной улыбке.       — Ты не против прогуляться по пути к нашему временному дому? — тот убрал руку с плеча Нагито, ожидая ответа.       Комаэда заулыбался еще больше, прикрывая веки: — Конечно.       И вот, те вместе отправились в ту самую толпу людей, которая представляла собой обычный поток, ведь, как оказалось, они находились в торговом квартале города, а такие скопления для этих мест и вовсе являлись обыденностью. Располагались здесь самые обычные торговцы с различным товаром. Конечно же, все они обладали прекрасными навыками красноречия, подобно Оме, но до них дела парочке совсем не было. В попытках выйти в следующий — более тихий квартал, нередко приходилось обходить множество людей, избегая столкновения, но и это оказалось не самой легкой задачей…       Почувствовав столкновение с кем-то, Нагито остановился.       — Ах, прошу прощения, я так невнимательна! — перед ним стояла обладательница сего звонкого голоса: невысокая девушка с короткими, но черными волосами, одетая в обычную одежду, которую прикрывал темно-зеленый плащ — ее глаза были оранжевого цвета, с почти незаметным красным градиентом. — Вы ведь не пострадали?       — Нет, конечно, и вы меня простите, — вежливо ответил он.       — Мису! Я же говорила тебе быть аккуратней, — раздался более спокойный и низкий голос. Из-за толпы показалась уже другая девушка, более высокая, и одетая совершенно как первая. Отличалась она, разве что, прической, а именно: высоким и длинным хвостом, во всем остальном же — полная копия первой. — В следующий раз будь внимательнее.       — Но сестрица Хирэн! Я была осторожна! — возмущенно проговорила она, но резко рассмеялась и побежала куда-то дальше, выкрикивая небольшую фразу. — Идем! Нас уже заждались.       — Ах, с тобой одни неприятности, — фыркнув себе под нос, та побежала вслед за своей… Подругой?       Парни лишь обменялись взглядами, тепло улыбнувшись друг другу, и отправились далее.       Прошло не так много времени, прежде чем те смогли выбраться на какую-то улицу, где гуляло, от силы, человека три. Теперь, можно было вздохнуть с облегчением, наслаждаясь спокойным времяпрепровождением. Они говорили много, и о разном, однако… Комаэда порой отвлекался на свои мысли. Те самые — наполненные грустью, печалью, тоской, сомнениями, всем спектром негативных эмоций.       — Нагито, ты снова меня не слушаешь? — с досадой в голосе произнес Хината, медленно подходя к возлюбленному.       Он хотел ответить, но не мог — глаза помутнели, а голова резко начала кружиться. Вновь нахлынувшее чувство слабости охватывало тело Комаэды, заставляя того пошатнуться, от чего он упал прямо в чужие руки. Возможно, не будь у его парня такой реакции, он бы уже давно лежал лицом на твердой плитке.       — Нагито! — обеспокоенно. — Что случилось?       Медленно, силы вновь возвращались к нему, позволяя вновь встать на ноги. Он схватился за собственную голову, немного отдаляясь от спасителя. Повернувшись в сторону обеспокоенного Хаджиме, блондин улыбнулся, постепенно приходя в норму.       — Похоже, что я устал во время поездки, — не снимая улыбки с лица. — Можешь не переживать, все в порядке.       Я хочу, чтобы ты не переживал.       — Мы почти пришли, обязательно отдохни после дороги, — его слова звучали все так же обеспокоенно, а сам он медленно подходил ближе к Комаэде. — Ты правда в порядке? Точно не нужна помощь?       Раздался тихий и короткий смешок: — Хаджиме, спасибо тебе большое, но я правда могу идти сам. Не переживай.       — Хорошо, я понял, пойдем… — явно не удовлетворенный ответом Хината более не стал донимать Комаэду, ведя того к одному из небольших жилых домов, расположенных на соседней улице. Заняло это небольшое «путешествие» у них не так много времени.       Им не составило огромного труда зайти в здание, постепенно поднимаясь на второй этаж, где находилась небольшая комнатка, зайдя в которую, Хаджиме сначала скинул свой багаж, после чего помог Нагито дойти до одной из кроватей.       Сама комната совсем ничем не выделялась — лишь шкаф, да тумбочка, стоявшая между двумя кроватями. Конечно, было очень светло, так как свет из двух окон освещал все просто идеально.       — С тобой точно все в порядке? — произнес шатен, поглаживая бледную щеку Комаэды, вызывая у того легкое смущение.       — Да, не переживай, — улыбнувшись, он захватил чужую ладонь своей, переплетая пальцы. — Я ценю твою заботу, но сейчас мне действительно лучше.       Ему и впрямь было лучше.       — Хорошо, — Хината отстранился, не скрывая своего разочарования, и направился обратно к багажу.       Усевшись удобнее, Комаэда начал следить за всеми действиями Хаджиме: тот медленно рылся в вещах, пока не достал книгу с листами рукописного текста — своими и… Не только. Взяв в руки бумаги, тот принялся рассматривать их — он улыбнулся.       — Нагито, это ведь ты писал? — Хината поднял голову, все так же тепло улыбаясь. — У тебя прекрасно получается, еще немного, и ты освоишь каллиграфический почерк на приличном уровне.       Неожиданная похвала заставила сердце Комаэды резко екнуть, а его владельца раскраснеться до безобразия — до чего же приятно слышать подобное от своего любимого…       — С-спасибо… — отводя взгляд куда-то в сторону. — Но ты пишешь намного лучше меня — я не заслужил таких похвальных слов.       Послышался шорох бумажек, похоже, Хаджиме складывал их обратно.       — Не недооценивай себя — ты действительно отлично постарался за такой промежуток времени, — Комаэда вновь посмотрел на Хинату, что уже стоял на своих двух, направляясь к окну. — Да и не сравнивай себя со мной — наш опыт в данной сфере кардинально различен, конечно я буду лучше, ведь работаю уже значительный промежуток времени. Да, не всю жизнь, как некоторые, но и не совсем начинающий.       Еще сильнее раскрасневшийся Нагито упал головой на кровать, уже не видя того, чем был занят шатен, однако, слыша раздавшийся звук открывающегося окна. По лицу прошелся небольшой сквозняк, заставивший Комаэду повернуться на бок. Почти моментально тот зарылся в своих мыслях, забывая о том, где он находится.       Он закрыл глаза, все глубже погружаясь в собственные раздумья.       Нагито не заметил, как возле его головы сел Хаджиме — тот запустил свою руку в его белые волосы, и лишь тогда блондин вышел из своего внутреннего мира, полного печали.       — Ты ведь не заснул? — тихо произнеся это, Хината начал медленно поглаживать голову Комаэды.       Возможно, не будь мысли блондина так запутаны, а разум затуманен, он бы ответил ласково и нежно, однако… Все, что Нагито смог сделать — открыть глаза, смотря прямо на Хаджиме, и задать один вопрос.       — Что бы ты сделал, если бы я умер? — его голос звучал крайне серьезно, что придавало вопросу некой жуткости. По крайней мере, лицо Хинаты говорило именно об этом.       — О чем это ты говоришь? — из удивленного, его выражение лица моментально поменялось на более серьезное. Хаджиме действительно выглядит устрашающе, когда так делает… — Ты ведь не умираешь, и не умрешь, к чему такие вопросы?       Комаэда лишь прикрыл глаза, отстраняя свой взгляд: — Да так, задумался.       Задумался, но ему снова плохо…       Холод охватывал все тело блондина, заставляя того дрожать, даже учитывая, что на улице жаркое лето. Это был иной холод — душевный, усиливающийся от каждой мысли в голове Нагито. Каждое «а что если… » давило на разум с новой силой, не давая отдыха.       До чего же тяжело не заплакать…       Тяжело, пока не чувствуешь, как тебя из-за спины обнимает твой возлюбленный, незаметно прилегший рядом с тобой. Прижимает к себе, и тихо говорит заветное: «Все в порядке, милый, я рядом».       И Комаэда медленно, но успокаивается, принимая то тепло, что ему сейчас дает Хината. Душа согревается, а дрожь потихоньку проходит, отпуская уже ослабленное тело. Нагито сжался, но уже не из-за того холода, наоборот — он чувствует снисходительное облегчение, подарившее ему способность трезво мыслить.       «Спасибо, дорогой…»       Сильные руки лишь крепче обняли блондина, а в ответ раздалось краткое: «Не благодари», приносящее долгожданное умиротворение.       Комаэде не сыскать достойных слов благодарности своему любимому — их попросту не существует.       Однако, тот точно знал одно…       Завтра, он все ему расскажет.