Моль

М был педиком, все об этом знали и всем приходилось терпеть. Еще он был геем, об этом тоже все знали и всем приходилось уживаться с проявлениями его гейского снобизма. Если представить, что существуют королевы сук и стерв, то М был бы божеством, которому они должны были бы свято поклоняться. Потому что найти бо́льшую суку, чем М было нельзя. Он ненавидел всех и вся, оскорблял практически каждого, оценивал людей по внешности, но если внешность была уж слишком хороша, то гнобил несчастных до проливных слез. Легко находил слабые места, мастерски поддевал за них и раскачивал на своем аккуратно наманикюренном пальчике, приговаривая: "Ну что, лошок, посмел вылезти из норки?" Но, как ни странно, М имел успех. В него влюблялись даже девушки. Сотрудницы часто гадали за чаем, что же их привлекает в этом гадливеньком субъекте, который, вышагивая по коридорам компании на двадцатисантиметровых каблуках, успевал наговорить дерьма всем сотрудникам своей фирмы. Кто-то говорил, что причина в безупречном вкусе: "Ах, я восторгаюсь им, как восторгаются искусством". Кто-то думал, что из-за денег: "Меня привлекает его баблишко. Это власть и возможности". Кто-то за ум: "Да, конечно, характер скверный, но у всех гениев он был таковым". Кто-то относил себя в группу — влюбляюсь в то, что нельзя потрогать: "Ох, ну знаете, я вечно живу в фантазиях и выбираю недоступных мужчин". Но все они были неправы, ну или правы отчасти. Самым прекрасным в М была искренность. Да-да. Искренние суки бывают. М не считал нужным себя перекраивать, сдерживать или казаться лучше, чем он есть. М всегда в лицо говорил человеку, что он урод или дурак, и что ему неохота такое безобразие видеть рядом с собой. М был сильным в том, что принимал свою неуравновешенную натуру, склонную порой к ужасающим по масштабам истерикам, завистливости и при этом всё равно любил себя. Такую силу встретить можно было только в фильмах или на страницах книг, поэтому люди тянулись к нему, как мотыльки на кострище. Обжигались, плакали, но потом снова туда тащились, желая погреться в лучах этой уверенности. Ибо всегда была надежда на то, что М может похвалить. Любовника у М сейчас не было, последнего он выкинул еще полгода назад, когда тот отказался обручиться с ним. Любовник одумался, просил прощения, но М был непреклонен в своем решении и демонстративно бросил заказное кольцо с огромным бриллиантом в открытое окно, а любовника довел до слез. — Встань на колени, и я подумаю, — гордо вздернув подбородок, сказал тогда М. В офисе компании повисла звенящая тишина. Не каждый день к твоему боссу приходят свататься. Красивый мужчина лет сорока побледнел, потом покраснел, но на колени в дорогущем шерстяном костюме опустился. М вскинул бровь, не спеша обошел вокруг пристыженного любовника, а потом с каменным лицом выдал: — Подумал. Нахрен ты мне не всрался. Прощай, сладенький. И, развернувшись на алых Джимми Чу, величественно прошествовал в свой кабинет. Девочки писались кипятком, тайно надеясь, что и они когда-нибудь станут такими крутыми, или что М вдруг обратит на них свой божественный взор и они ему ой как всрутся. Парни просто охреневали и немного жалели мужчину, что в растерянности пялился на закрывшуюся дверь кабинета босса. Так вот, сейчас, по прошествии пяти месяцев с этого восхитительного по своей неадекватности шоу, М был в свободном плаванье и страдал. Но страдал он вовсе не по теплой постельке и милым вечерам, отнюдь, без этого жилось вовсе неплохо. Страдал он от презервативов, к которым, после расставания с очередным постоянным партнером, пришлось вернутся. Вяло просматривая хвалебную статью в честь прошедшего недавно показа, дизайном и оформлением которым занималась его студия, он покачивал узкой стопой и размышлял, как правильно поступить в сложившейся ситуации. Заводить отношения не хотелось, а случайные связи не давали всего спектра физического удовольствия. Хотелось безропотного, но уверенного, мускулистого и сильного мужчину, что готов будет появляться по звонку и при этом сохранять верность. Но приходилось признать, что существование подобного субъекта под этим голубым небосводом было весьма и весьма сомнительным. П был самым обычным парнем, со средненьким набором качеств. Любил компьютерные игры, аниме в стиле сёнен, футбол по выходным с друзьями и спать на задних партах во время лекций. Девушки у него уже как год не было — прошлая обвинила его в жадности и бросила сразу же после своего дня рождения, а новую заводить было накладно. Он не был скрягой, просто работая курьером и при этом самостоятельно снимая студию, сложно быть щедрым на подарки. Хотя с И вышло даже обидно, на этот бьюти бокс от ее любимой блоггерши он копил 3 месяца. Но, наверное, все к лучшему. Отсутствие девушки благотворно отразилось на нервной системе и самооценке — когда ты не являешься причиной разочарования чужих надежд на принца, дышится легче. А П вовсе и не был принцем. Рост около 175 сантиметров, волосы светлые и топорщатся в разные стороны, глаза светло-карие, кожа самого обычного оттенка, иногда появляются прыщи, бороду он пытался отрастить, но пока не выходило. Поэтому приходилось ежедневно бриться, удаляя редкие пучки рыжеватых волос на своем лице, и смотреть на невзрачное отражение двадцатиоднолетнего юноши в зеркале. Судьбы этих двух людей так бы никогда и не столкнулись, не реши М поменять курьерскую службу. Утром понедельника, придя злым, но как всегда красивым до умопомрачения: черные волосы до плеч, тонкий арабский нос, белая кожа, черные глаза, красивые красные губы, подкрашенные тинтом — девушки млели, парни избегали, он столкнулся с извечным и постоянным — человеческой глупостью. Курьеры люди достаточно незаметные и вроде как не должны касаться высшего руководства, но сегодняшняя женщина, разменявшая уже давно шестой десяток, решила проявить себя в офисе незнакомой компании не самым хорошим способом. — Батюшки, да что же это! Мужик, да на каблуках! М даже на секунду завис. Лицо приобрело какое-то нечеловеческое удивление, а сотрудники, крадучись, стали разбегаться в разные стороны. Предчувствие надвигающегося шторма прошлось по всему помещению легким холодком, а потом нависло над потолком. — Хм.... М отошел от шока, склонил голову и гадливенько ухмыльнулся. Паршивое настроение в миг стало приподнятым. Жертва нашлась сама собой. И не надо будет доводить до трясучки секретаршу Надю, ожидая, когда та, не совладав с испугом, прольет его утренний кофе, не надо звонить в отдел рекламы и надеяться, что олух Степан не сразу возьмёт трубку. Нет! Добрая женщина сама появилась перед ним. Уже через час новой курьерской службой компании "М. дизайн" значилась "Цветок лотоса". А молодой курьер Павел Атисов спешил с пухлым конвертом ко входу в современное архитектурное творение, созданное из союза бетона и стекла.

***

Удача — вещь относительная и непостоянная. Никогда не знаешь: что принесет пользу, а что нет, а полагаться на счастливый случай так вообще — дело гиблое и опасное. Удачи у Паши было немного. В основном она проявлялась в таких простых вещах, как вовремя отпрыгнуть от резко вынырнувшего из подворотни автомобиля сухим летним днем, а заканчивалась там, где вода из лужи от этого самого автомобиля уже в мокрый день обливает с ног до головы. То есть, ничего сверхъестественного, но серьезных несчастных случаев удавалось избежать. Поэтому к ситуации, в которой он оказался должен незнакомому мужчине двадцать тысяч долларов и со скандалом терял работу, он был не готов.