Апельсиновый сок в наших стаканах

Работа в стриптиз-клубе началась вполне успешно: Чую быстро обучили тому, как правильно танцевать и как лучше вертеть задницей перед голодными взглядами мужчин и женщин. По началу было стыдно, но, как бы это странно не звучало, рыжий быстро втянулся. Стал увереннее, что ли. Когда осознаешь, что все глаза прикованы к тебе, причем, с восхищением, начинаешь понимать, что ни одна звезда на синем небосводе не затмит твое сияние. У Накахары, даже, посредством новой работы, самооценка стала выше. Просто в один момент пришло осознание, что раз люди так завороженно смотрят на твои движения, на твое тело и лицо, значит они видят в тебе сексуальность или эстетику, значит ты не такой уж и кусок дерьма. По крайней мере, в плане внешности точно. Любимым аксессуаром на время работы для парня стал чокер, он часто надевал его перед тем, как выйти на сцену. Данный предмет изящно сидел на вытянутой шее юноши, идеально подчеркивал ее грациозную худобу. Перед сменой Чуя иногда мог выпить чего-нибудь покрепче, для храбрости, так сказать. Стеснение сразу пропадало, поэтому Накахара мог без доли стыда скидывать с себя одежду, в очередной раз соблазняя человека, который заказал индивидуальный танец от рыжика. Аудиторией парня были в основном мужчины в возрасте, женатики и латентные гомосексуалы, судя по всему, и компании, состоявшие из девушек. Чуя пользовался довольно большим спросом, поэтому, к счастью, всегда был при деньгах. Мало того, что баланс банковской карты стал намного больше, чем при работе в ресторане, так еще и свободного времени прибавилось. Часы его работы в клубе были гораздо меньше, чем до этого, поэтому рыжий даже начал высыпаться. Курсовая была успешно написана и сдана. В связи с этим, рыжик позволил себе вечер без всякой нагрузки, чисто с бокальчиком дорогого вина за просмотром старой доброй комедии в оригинале на французском. Знание языка заметно улучшилось, по сравнению с уровнем, когда учеба только начиналась, поэтому уже можно было спокойно глядеть в монитор компьютера, на котором мелькали кадры фильма и в самом низу были субтитры на французском. И никакого японского. Подростковые повадки практически испарились, следовательно, жизнь заиграла другими красками. Хорошее вино по выходным, рацион, состоящий только из полезной еды и никакого сладкого, даже заговорил парень по-другому, словно он интеллигент из высшего общества. Всё это создавало ощущение некого подобия идеальной жизни, когда ты бизнесмен, зарабатываешь огромные деньги и можешь позволить себе абсолютно все. Вот только Чуя не бизнесмен, а студент, зарабатывает прилично, хоть и не совсем правильным способом, и позволяет себе всё только за счет того, что за аренду квартиры платить не надо. Все-таки, хорошо, что он начал копить еще в школе. А то сейчас бы пришлось либо отдавать половину своей зарплаты, либо жить в общежитии с надеждой на то, что когда-нибудь Накахара да приобретет собственное жилье. Через небольшой промежуток времени, в связи с тем, что при появлении Чуи охват посетителей стал больше, начальство клуба поступило выгодным для них методом и перевело рыжего в вип-зону. Это, соответственно, начало приносить больше прибыли как заведению, так и самому рыжику, поэтому никто не был против такого расклада. В основном зале стали выступать молодые девушки с избытком макияжа на лице, готовые на всё ради лишних денег в резинке на ногах. Истинные ценители эстетики же перебрались в другую зону, где выступали либо профессионалы, либо уважающие себя люди. Иронично, конечно, что уважающих себя людей гости искали именно в подобном заведении, но более иронично было то, что в Накахаре они находили остатки моральных ценностей и гордость. Такие кадры ценились, очень ценились. Самодостаточного человека видно издалека. Независимо от того, в деловом костюме и в дорогой машине он, или же в нижнем белье и на шесте.

***

Молодой парень со светлой кожей, лазурными глазами и рыжевато-каштановыми волосами скитается среди толпы мужчин средних лет, которые уже изрядно подвыпили. В обычном зале много людей, душно и пахнет перегаром. Молодой человек кидает взгляд на стриптизерш, что выдавали пируэты перед публикой. — Опять какие-то расфуфыренные девки… Слышится раздраженное цоканье, а затем стук обуви о пол. Парень, кажется, подошел к охраннику и что-то шепчет тому на ухо. Если быть точнее, он банально представился и сказал, что он от того самого Мори Огая. Лицо охранника по началу выражает шок и удивление, но спустя какие-то несколько секунд, шатена выпроваживают в вип-зону, что сопровождалось гляделками двух представителей охраны клуба. Они охуели, честно сказать. Парень присаживается на мягкий диван и уже через мгновение к нему подлетает официантка, с натянутой улыбкой и вежливым тоном спрашивая, что молодой человек закажет. Сын владельца заведения, что сказать… Через пять минут на деревянном столике, стоящем у мягкой мебели, расположился стакан с алкогольным Мохито, которого с каждой минутой становится все меньше и меньше в стеклянном сосуде. С недовольным видом смотря на сцену, где выступала очаровательная, но не для шатена девушка, он находится в ожидании того, чтобы вместо персоны женского пола появился кто-то стоящий. Парень относил себя как раз-таки к категории эстетов, что не находили ничего привлекательного в грязных танцах за деньги, но готовы были отдать круглую сумму, если появится достойный человек и сделает все на высоте. Спустя еще два коктейля, молодой человек довольно сильно расслабляется, помутненным взглядом смотрит на девушку. Стриптизерша покидает сцену, и вместо нее появляется персона мужского пола. Каково же было удивление, когда на сцене он заметил рыжие волосы и голубые глаза, которые он уже видел сегодня. Нет, он не мог ошибиться. Это его однокурсник. Причем, тот самый Накахара, которого нахваливают все преподаватели и ставят в пример. Подавившись напитком, шатен судорожно вытащил купюры из кармана и направился в сторону девушки, через которую можно было назначить приватный танец. Молодой человек протягивает деньги. — Рыжего парня. Девушка расплывается в улыбке и провожает студента до приватной комнаты номер четыре. В помещении тихо играет расслабляющая музыка, но шатен лишь сидит на кожаном диване, пялясь в дверной проем. Скоро должен подойти Накахара. — Чуя-кун, четвертая комната. Рыжик коротко угукает и направляется в нужную сторону. Он сегодня особенно удачлив, раз и пяти минут не прошло с начала смены, а у него уже заказали приватный танец. — А может, это не удача, а просто я такой обворожительный красавчик, — юноша самодовольно хмыкает и открывает дверь в комнату. На вид парню двадцать от силы, одет он в одежду дорогих брендов, на левой руке часы «Ролекс». Да, Чуе сегодня невиданно свезло, раз он будет обслуживать молодого и богатенького. Такие редко попадались, но именно с ними было легче всего. — Здравствуй, — плавно виляя бедрами, Накахара медленной и грациозной походкой идет в сторону молодого человека. Тот выглядит крайне серьезным. «Ну ничего, сейчас мы это исправим!» — думает рыжик, когда практически вплотную подходит к парню. — Добрый вечер, Чуя Накахара. — Что? — за секунду глаза рыжего округляются и он впадает в самый настоящий и неприкрытый шок, не в состоянии дальше совершать какие-либо телодвижения, — Откуда ты знаешь мое имя?!

Тяжелый вздох.

— Начнём с того, что я сын владельца этого клуба. Если бы захотел, я бы узнал о тебе все, что захочу. Но, к сожалению, я редко интересуюсь делами этого притона, — парень прикрыл глаза и довольно улыбнулся, словно кот после вылаканной миски молока, — А ещё, мы с тобой однокурсники. Я Ода. Одасаку Сакуноске. Ну всё, это конечная, как кажется Чуе. Все-таки, кара его настигла. В виде однокурсника, который теперь растреплет всему университету о работе Накахары. Прекрасно, просто прекрасно! — Я не припоминаю такого имени, — прикинуться дурачком самое лучшее решение, которое приходит в голову рыжего в такой неловкой ситуации. — Конечно ты не помнишь! Все время в облаках витаешь! Нет бы, с кем-то контакт наладить, познакомиться… Даже своих однокурсников в лицо не знаешь! — Ода закатывает глаза и отводит взгляд в сторону. Вы уж простите, что Чуя не экстраверт. — Я в институт пришёл учиться, а не заводить друзей, — рыжик скрещивает руки на груди и с недовольством смотрит на Одасаку. — Ну да, особенно в таком виде ты похож на самого прилежного студента из всего потока, — парень оглядывает с ног до головы практически раздетого парня, что стоял лишь в нижнем белье, и усмехается, — Друзья ему не нужны, а покрутить жопой перед взрослыми мужиками — пожалуйста. — Я тут только ради денег. — В любом случае, это не мое дело. Просто стало забавно от того, что наш местный отличник не только хороший студент, но и отличный стриптизер. Не сосчитать, наверное, сколько раз за этот короткий диалог Одасаку смеялся с издёвок над рыжим парнем. В любом случае, это были безобидные шутки. — Только попробуй кому-то рассказать! — все ещё пребывая в нервном состоянии, Чуя осмеливается повысить голос. — Я же сказал, что это не в моих интересах, — шатен встает с чёрного дивана и подходит к столу, где стояли бутылки с различным алкоголем и стеклянная посуда под них. Взяв два бокала и бутылку белого вина, Сакуноске обратно падает на диван, — И ты не выглядишь опасным, чтобы я тебя боялся. — Спасибо, что хоть про рост не пошутил, — Накахара громко цокает и выдыхает, внимательно смотря за действиями молодого человека. — Я сейчас, к сожалению, не нуждаюсь в услугах, за которые заплатил тебе, — Ода разливает по двум фужерам вино, затем придвигает один из них к краю стола, — Поэтому, просто выпей со мной, Чуя. — То есть, ты пришёл сюда чисто посмеяться надо мной? — несмотря на то, что Чуя у нас до жути принципиальный и непьющий на работе парень, он поднимает бокал и чокается с однокурсником. Сейчас просто хотелось снять напряжение. — Именно. На лице шатена снова появляется эта бесячая улыбка. «Ух, лучше бы этому придурку рот зашили» — думает рыжик, когда маленькими глотками начинает поглощать алкоголь. — Мы знакомы минут десять от силы, но ты уже невыносим. В ответ слышится лишь усмешка, к чему рыжий за столь короткий промежуток времени успел привыкнуть. Он присаживается на кожаную мебель к парню, сидит рядом с ним, пьет вино и они разговаривают обо всем: об институте, о жизни, о родителях Сакуноске, о материальном положении обоих, даже о чертовой французской литературе. Ох, как же она запала в сердце юноши… Чертов Марсель Пруст, чертов Оноре де Бальзак, чертовы все! Посредством разговора, рыжик узнает, что Ода из очень состоятельной семьи. Его отец владеет многочисленными бизнесами, а мать — дизайнер одежды люксового класса. Удивительно, что парень с такими связями и возможностями пошел учиться на лингвиста. В теории ему делать даже ничего не надо, чтобы получать деньги. Например, при помощи отца, который спокойно может отдать тому любой из бизнесов. Но любовь к языкам взяла свое и парень пошел по своему пути. Учился он не то, что бы идеально, но хорошо. Преобладали четверки, ниже или выше оценки редко были. Вообще, Одасаку был добродушным человеком и настроен против Накахары не был. Они спокойно поговорили, как интеллигентные люди, которые знакомы не первый вечер, а несколько лет. Когда время закончилось, Сакуноске попрощался с рыжим и покинул заведение, забрав бутылку виски из комнаты с собой. Шатен сейчас поедет домой и ляжет отдыхать в мягкую кроватку, а вот Чуе наоборот не до сна. У него продолжается смена. И лишь в 5 утра он устало припадет на свой диван, погружаясь в крепкий сон. Хороший вечер вышел.