2.
4 июля 2020 г., 21:10
Он бы хотел придумать то, что еще не придумали до него. Он был перфекционистом и то, что у него выходило сейчас, его абсолютно не устраивало. В свободное от его психических расстройств время он любил заниматься музыкой. Не сказать, что это у него с детства или кто-то его слушал, но это был его способ самовыражения. Стихи, ноты, пианино, укулеле, гитара и прочие инструменты — он будто сливался с ними, видел в них своё продолжение. Конечно, у этого занятия были и минусы — несмотря на то, что он таким образом самовыражался, он ненавидел то, что делал. И, конечно же, не позволил бы кому-то увидеть то, что он придумал. Он слишком любил личное пространство, поэтому он играл лишь тогда, когда родственников не было дома. Возможно, они даже не знали, что в его комнате находился мини музыкальный магазин. Говоря о музыке, он не просто скачивал её, а покупал пластинки к своему проигрывателю, делая это больше не по нужде, а по эстетическому удовольствию.
Сегодня был странный день. Когда он осознал, что может есть без чувства вины и угрызений совести, он удивился. Это было странно, ведь обычно такие дни выдавались очень и очень редко, а в последний раз это было совсем недавно. Он знал, что если начнет есть, то не остановится, будет впихивать в себя всё подряд, пока оно не полезет блевотиной из всех дыр, поэтому он четко для себя решил, что лучше отложить это дело. Прогуляться. Слепить снеговика. Может, если он возьмет ограниченное количество денег, то просто сходит в кафе и насладится высококалорийной пищей? Как это делают нормальные блять люди? Да???
— Пап, я прогуляться, — он надел старый теплый свитер, пуховик, шарф, шапку, перчатки и все прочее, ведь сейчас ему совершенно наплевать на тот факт, что холод сжигает калории. Вообще, это один из немногих дней, когда он не думал об этом так зациклено. Он наконец может почувствовать себя человеком.
Он бродил по многочисленным улицам, то и дело шваркая ногами по замороженной воде. Солнце совсем недавно поднялось, оно отражалось от снега и делало его блестящим. Он хотел бы превратиться в луну, чтобы, когда люди видели его днем, радостно улыбались, показывая на него пальцем. Хотя на него и сейчас показывают пальцем.
Он медленно шел, смотря на тротуар и постоянно одергивая себя любоваться чем-то помимо него. Тайлер обходил уже выученные наизусть районы и, как он понимал, ноги его направляли в одно место. Старбакс. Место с высококалорийным, дорогим кофе. Он взглянул на экран телефона. Час дня. В принципе, почему нет. Поблизости не было больше интересных мест, а просто вернуться домой ему не хотелось. Что там делать? Смотреть футбол по телевизору вместе с отцом или любоваться потолком своей комнаты? Он даже не знает, что хуже.
Войдя в здание, он увидел маленькие столики для двух-трех людей, несколько стульев и красные кресла. Всё пространство было украшено гирляндами и зимними украшениями, вокруг сидели весело-выглядящие люди, а за прилавком стояли парень и девушка, на вид лет семнадцати, не больше. Ему даже на мгновение захотелось познакомиться с девушкой поближе, поэтому он подошел к стойке и начал разглядывать сладости, боковым зрением пытаясь понять, нравится она ему или нет.
— Выбирайте сладости? Вам к кофе или чаю? — Тайлер поднял взгляд, посмотрев спросившему прямо в глаза. Это была не та девушка. Он на секунду замер, не в силах оторваться от говорящего. Как же красиво сочетались его красные волосы с коричневыми глазами, чуть покрасневшие щеки с губами персикового цвета. Он сам не заметил, как его глаза забегали по его лицу, а позже и по его одежде. Он был стильно одет, это было видно даже сквозь фирменный фартук, на груди свисали наушники, — всё хорошо?
Тайлер вздрогнул, и, кажется, забыл как дышать. Он и сам не понимал, как так вышло, и сейчас ему вдруг стало очень стыдно перед этим совершенно незнакомым человеком.
— Боже, прости, я просто задумался о своём. Кажется, ты напомнил мне кое-кого, — он улыбнулся ему в ответ и снова начал рассматривать сладости.
— Ничего, — парень провел рукой по своим волосам и сложил руки в замок, — и все-таки сегодня я буду помогать вам с выбором десерта. Вы предпочитайте кофе или чай?
Глаза Тайлера начали бегать по меню в поисках ответа. Он молчал несколько секунд, а потом произнес:
— Я буду охлажденный карамельный маккиато.
— Тогда вам отлично подойдет это пирожное, — он указал на круассан, — вариант на все случаи жизни.
— Чтож, тогда я возьму его, — Тайлер подошел к кассе, чтобы расплатиться.
— И часто ты здесь бываешь? — теплым тоном произнес парень, — я тебя впервые тут вижу.
Тайлер немного замялся от неожиданного вопроса.
— Я часто бывал тут в детстве, но в последние годы я не заглядывал…учеба, понимаешь?
— Мне это знакомо, — он ввел код на кассе, — с вас 623 рубля, наличными или картой?
— Наличными, — он достал из кармана тысячу, — а ты часто здесь работаешь? — парень достал деньги, щелкнув приспособлением, удерживающим их, и протянул их Тайлеру.
— Обычно я работаю во вторую смену все будни, в этот раз меня поставили утром из-за того, что сотрудник уволился, — он цокнул языком и прикусил губу, — на самом деле, я не сильно расстроился, ведь я люблю это место. Утром оно выглядит совсем по-другому. Ваше имя?
Тайлер смутился и, наверное, это отразилось на его лице, поэтому Джош сразу же добавил.
— Мне же нужно подписать стакан.
— Тайлер.
— Чтож, Тайлер, ожидайте ваш заказ за стойкой ожидания, — он развернулся и отошел делать кофе.
Тайлер встал у стойки. Его дыхание по какой-то причине стало неровным, руки немного дрожали. Такое чувство, что он поговорил не кассиром, а директором, и обсуждал не кофе, а отчисление. Он не мог врать, этот парень чем-то его зацепил. Его голос, его улыбка, выглядывающие венки на руках. Тайлер желал рассмотреть его лучше. Заглянуть на те вещи, которые были скрыты за стойкой кафе, поговорить с ним больше, чем просто обсуждение заказа. Это было несправедливо. Тот парень знал его имя, а он не мог узнать его.
Когда заказ принесли, Тайлер сел близко к стойке, чтобы слышать его. Слышать его голос, манеру общения, видеть, как он быстро и ловко делает кофе. Он не понимал, почему этот парень вызвал у него такие чувства, но точно знал, что появится здесь снова.